Глава 10. Утро
— О, я смотрю, ты проснулся. — Северус умело раскладывал на тарелки омлет, по-домашнему положив палочку на шумно гудящий маггловский холодильник.
Это ведь было не сном? Гарри смотрел на свои белые руки и не решался сказать. Вчера ему так и не показали, где лежит все для уборки и с какой комнаты начинать. А он, дурак, разомлел и поверил этому чудесному сну. Да ещё не успел вовремя проснуться, и работу за него пришлось выполнять самому Снейпу. Разумеется, от Дадли никто ничего подобного не ожидал, но и он не Дадли.
— Что такое? — Северус пытался по-своему истолковать озадаченный взгляд мальчика.— Майру поможет тебе переодеться, если ты об этом, — наконец утвердил Снейп. В итоге решив не давить и списать все на смену обстановки, он пригласил его к столу.
Мальчик смущенно потупил глаза на простую белую скатерть. И в первый день он показал себя плохим сыном. Если, конечно, это не сон, который принесли на своем густом оперении крыльев те милые создания с пледа. Или он не это имел в виду? Зачем неродной сын такому гордому и по-своему загадочному человеку. Гарри шумно вздохнул.
Омлет был безумно вкусным и даже не горелым. У самого Гарри такой получался редко. И в первый раз Снейп сидел с ним за одним столом, а не просил присмотреть за ним эльфа. Когда мальчик запивал омлет чаем, тот сильно обжег щеку. Дело было в том, что Гарри за почти полные шесть лет никогда не пил чай. День рождения он не знал, но ориентировался по Дадлиному, ведь тот был ненамного его старше.
И откуда ему знать, что такому ароматному напитку с запахом корицы и цитрусовых надо сперва дать остыть? Капля того самого чая медленно расползалась по скатерти. Гарри испуганно прижал ладошки ко рту и смотрел на это безобразие. Затем, словно в порыве необузданности он резко подскочил и схватил первую попавшуюся тряпку. Запястье задержали. Подняв взгляд, Гарри наткнулся на те самые чёрные глаза, в которые он тайком так долго вглядывался в надежде найти в той пустоте хоть что-то. И Гарри это ещё тогда удалось.
— Надо быть аккуратнее, — пальцы разжались. К удивлению мальчика, следов не осталось, как обычно бывало у Дурслей. Снейп с выражением легкой брезгливости смотрел, к счастью для Гарри не на него, ведь этого он бы не вынес, а на свою чёрную хламиду. Гарри с ужасом понял, что вытирал он стол самым краем этой противной штуки и только больше все растер. Было очевидно, что к этой самой хламиде Снейп относится чуть ли не с трепетом. — Ничего страшного, но впредь спокойно встань и скажи, что ты испачкал стол и попроси салфетку, — мужчина прошептал незнакомые слова и влага впиталась в воздух. — Тем более чай легко отстирывается, — а уж он-то, со своей вечной привычкой засыпать в кресле с книгой и чашечкой чая знал это как никто другой.
— Все хорошо? — чёрные глаза с заботой и странным испугом посмотрели прямо в душу.
Гарри не выдержал. Врать было гораздо легче, когда на него всегда смотрели лишь с ненавистью и презрением. — Я не успел прибраться и приготовить завтрак, — глаза испуганно зажмурились. — И я, наверное, прослушал, когда вы говорили где лежит все для уборки, — Гарри усвоил, что во всех ситуациях надо обвинять в первую очередь себя.
— Я ничего и не говорил про уборку.
Гарри поймали на вранье. Будет плохо.
— Здесь ты будешь жить, играть, учиться и это теперь и твой дом, убираться ты нигде кроме своей комнаты не обязан.
— Да, сэр? — своя комната? И даже не надо убираться, чудеса продолжали происходить. Чулан не был «своей комнатой», ведь в доме Дурслей Гарри ничего не принадлежало.
— Гарри, — мужчина с грустью взглянул на него и наконец отпустил сжатый в кулаке край хламиды.
— Да, отец! — нет, Гарри не был зол из-за поправки, он был абсолютно счастлив. И счастлив он был только во снах и здесь, в этом старом и покосившемся доме. На лице расползалась улыбка.
— Рад, что ты не забываешь. Ты ведь не передумал?
Посуда сама отправилась в раковину, а затем и в темный закрытый буфет.
Гарри сразу насупился и легко передернул плечами. — Нет, отец. — хоть в этот раз он не забыл про то, как этого человека можно и следовало бы называть.
— Замечательно. Сейчас я покажу тебе твою будущую комнату, — поймав непонимающий взгляд, тот заметил:
— Ну не вечно же тебе спать на диване.
Мальчик храбро кивнул и последовал за Снейпом. Возле лестницы Гарри остановился в нерешительности и начал оглядываться по сторонам. Двери чулана не было видно, лишь покрытые слоем пыли ступеньки. Они наверняка сильно скрипели.
— Нет. Я не настолько бессердечен или глуп, чтобы запирать ребёнка в чулане.
Гарри оскорбил его? Слишком тяжело запомнить, как и с кем надо себя вести. Радость мальчика практически испарилась.
—Пошли, — тон зельевара был сух. И вовсе не из-за Гарри, точнее уже не из-за него. В этот миг он проклинал себя, нашёл время лелеять свой комплекс неполноценности, который до последнего отрицал, в общении с ребёнком. С ребёнком, который наверняка считает его, Северуса Снейпа, спасителем и благодетелем высшим!
Поднявшись на второй этаж, Северус с Гарри прошли через ту самую комнату с диваном, ведь, как оказывается, она являлась проходной. Фантазии и ума у проектировщиков дома явно не хватало. С утра Снейп попросил Майру купить в «Островке айсбергов» заранее описанную им им мебель. Чем только люди думают, когда придумывают такие названия для магазинов? Уж точно не головой. Во всех рекламных листах значилось, что известность магазин получил после выпуска коллекции по тематике южного полюса, но что это даёт покупателям, Снейп никак не мог понять. Да, интересная коллекция. Пингвины и изображение льдов с бегающими на них белыми медведями были красивыми, но все тиражи были выпущены и закончились несколько лет назад! Подбор мебели разбудил в нем безумного критика, даже похлеще, чем в школе во время проверки бесконечных котлов. А уж сколько Северус перерыл каталогов, прежде чем на наткнуться на этот самый островок в море ненужного хлама. В магическом мире было большое напряжение и с ночными магазинами, и с выбором товаров из дома. Кто-то тихо посапывал на диване перед камином, а кто-то чуть не потерял рассудок из-за такого обилия цветов и ненужной рекламы на каталогах.
Пока что маловато и пусто внутри, но все остальное Северус хотел купить лично с мальчиком. Хватит взваливать все на Майру.
— Вот, все остальное мы купим потом.
Комната была чудесной: ровное окно в белой раме, аккуратная и в тоже время не тусклая гарнитура, выполненная в салатовых тонах. Мебель приятно успокаивала глаз и показалась Гарри очень приветливой. И если бы все эти шкафы были бы живыми, Гарри бы подумал, что дверцы отлетят от своих петель и вот-вот приветливо похлопают себя по пузатым бокам. Наверное, у этого мужчины раньше был собственный сын и с ним что-то случилось, раз он обратил на внимание на него. Возможно что-то наподобие той кошмарной аварии, которая унесла жизни его родителей. А на какой-то момент Гарри хотелось думать, что он единственный и это все делается для него.
— Спасибо, отец, — Гарри очень-очень хотелось обнять такого неприступного и хорошего человека, но не решался. Ведь у него возможно все ещё есть сын, да и все-таки если бы он так сделал при ком-нибудь из родственников, ему бы не поздоровилось. Но и быть таким неблагодарным гадом он не хотел.
— У меня нет никакого другого, сына, — Северус сделал упор на этом слове, — у меня есть ты. — Гарри вновь не заметил, как глаза цвета тьмы пересеклись с его чистым изумрудом. И как он может читать его мысли? — И чтобы ты наконец понял, это все правда для тебя, для моего сына, — вновь повторил Снейп.
После недолгого молчания, Северус сам обнял мальчика. Тот впервые не вздрогнул, а счастливо вжался в уже чистую и не такую противную хламиду и прошептал:
— Я не хотел, спасибо... Я ведь не знал... И был бы вам все равно благодарен, даже если бы у вас был сын.
— Я знаю, Гарри. Это тебе спасибо, — Северус прижался носом в невыносимое воронье гнездо. Что-то ему подсказывала, что как только мальчик осмелеет, то будет очень любознательным ребёнком. И возможно, стоит откопать из недр старого дома, таящего в себе много загадок, его детскую коллекцию бабочек...
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Получилась такая вот глава. Как вам? ☺️🌹