часть 10
Ребёнок ничего не ел.
В субботу и воскресенье Северус почтил своим присутствием пять приёмов пищи в Большом зале, а Поттер не был ни на одном из них. Северус ещё раз опросил кухонных эльфов — те мальчика не видели.
Уизли и Грейнджер появлялись исправно, и каждый раз Грейнджер, озираясь, осматривала зал, словно ища кого-то. Северус мог только сделать вывод, что эта парочка тоже Поттера не видела.
Домовые эльфы, стремясь быть полезными, выследили мальчика. Один из них донёс, что Поттер провёл выходные за чтением, причём чаще всего он прятался на противоположном берегу озера. Слава Мерлину, хотя бы раз в жизни он оказался достаточно осторожен, чтобы не покидать границ школы. И, по словам того же домашнего эльфа, он всегда ночевал в своей постели.
Северус был готов собственноручно притащить Поттера на завтрак, если он не появится и в понедельник. Конечно, ребёнок мог потерять аппетит от огорчения, но не на несколько же дней!
Но нет, в понедельник утром Поттер проскользнул-таки в Большой зал. Раньше обычного и без двоих своих подельников. Это было интересно.
Поттер, должно быть, почувствовал пристальный взгляд профессора. Он украдкой посмотрел на Северуса, который намеренно не отвёл глаз, стараясь сохранять на лице спокойствие. Поттер вздрогнул и отвернулся, из чего Северус сделал вывод, что ему не удалось скрыть свою угрюмость.
Сделав глоток чая, Снейп решительно перенёс внимание на собственную тарелку. Он знал, что сегодня ему всё-таки придется поговорить с Поттером. Он оттягивал этот момент все выходные, надеясь, что Минерва и Альбус вернутся и помогут ему донести новости до ребёнка. Но где там: конечно же, по закону подлости оба остались в Лондоне, чтобы помочь в министерском расследовании и повидаться с Августой. Утром Дамблдор прислал сову, витиевато уведомив Северуса, что «задерживается» и «абсолютно уверен» в его способностях достойно исполнять обязанности директора столько, сколько потребуется.
Просто, блин, потрясающе.
Иногда Северус вытаскивал из закромов памяти свой подростковый лексикон. Обычно тогда, когда обнаруживал, что весь его, с таким трудом выпестованный и отшлифованный, безупречно-профессорский словарный запас просто не в силах адекватно выразить его отношение к ситуации.
И всё бы было не так плохо, если бы Поппи тоже не уехала. Её заменила Помона, разделив свалившиеся на неё обязанности Минервы между Флитвиком и Люпином. Флитвик при этом неустанно превозносил способности нового профессора, заставляя Северуса скрипеть зубами. Если так пойдёт и дальше, то к концу этой истории ему придётся вырастить новые.
Первый урок Зелий в этот день как раз пришёлся на третий курс Слизерина и Гриффиндора, и Северус решил, что поговорит с Поттером после занятия. Потом у него было окно, а на третий урок должны были прийти семикурсники, которые, в крайнем случае, могли обойтись без преподавателя, довольствуясь рецептом на доске и командой продолжить работу над дипломными проектами, начатыми в прошлом году. Времени на разговор должно было хватить с лихвой.
Но если этот разговор затянется дольше, то для Северуса это будет означать проблемы посерьёзнее. Тем не менее, хотя Северусу и хотелось, чтобы разговор оказался коротким, он настраивался на долгую серьёзную беседу. У мальчика, несомненно, возникнут вопросы по поводу смены опекуна, на которые профессор был намерен ответить развёрнуто и, насколько это возможно, доброжелательно.
Мальчики Уизли и Грейнджер вошли в Большой зал вместе. Увидев их, Поттер схватил со стола несколько сосисок и вытащил из кармана магловский полиэтиленовый пакет. Засунув в него добычу, он резво нырнул под стол и исчез.
Поттер использовал мантию-невидимку, чтобы избежать встречи с друзьями? Это было очень интересно.
Северус быстро расправился с остатками завтрака. Когда он подошёл к кабинету Зелий, Поттер снова удивил его. Он подпирал стену в коридоре, читая учебник по Зельям, который выглядел абсолютно новым, словно сова принесла его сегодняшним утром.
Северус открыл кабинет, кивнув Поттеру вместо приветствия. В большинстве случаев он не снисходил и до кивка, но сегодня был особенный день.
Поттер направился к своему обычному месту, потом вдруг внезапно передумал, огляделся и остановил свой выбор на первой парте. Сначала Северус не понял, почему Поттер решил пересесть, но потом вспомнил, что обычно кто-нибудь из трио садился вместе с Лонгботтомом.
Поттер увидел, что Северус наблюдает за ним и приподнял подбородок, словно ожидая язвительного комментария. Северус промолчал, сделав вид, что весьма заинтересован содержанием эссе второкурсников, стопкой лежавших на краю его стола. Неловкий момент прервало появление Грейнджер и Уизли, с топотом вбежавших в класс.
— Он здесь! — воскликнула Гермиона. — Гарри, где ты был?
— Занимался, — не глядя на неё, угрюмо ответил Поттер.
— Гарри, дружище, послушай... — настойчиво начал Уизли, понижая голос. Грейнджер ткнула его в бок. Она кивнула на Северуса, который по-прежнему притворялся, что внимательно читает пергаменты. — Слушай, — Уизли перешёл на гораздо более непринуждённый тон. — Давай поговорим об этом на обеде, ладно?
Поттер кивнул, но в глазах его светилось упрямство. Северус готов был поставить сто галеонов на то, что в обеденное время Поттер будет находиться где угодно, только не в Большом зале.
В класс толпой ввалились остальные гриффиндорцы, а следом и слизеринцы. Уизли и Грейнджер уселись за парту слева от Поттера. Тот упорно продолжал их игнорировать.
Урок проходил достаточно ровно. Ученики не переругивались и не пытались перебрасываться ингредиентами — все явно были подавлены. Браун и Патил бросали взгляды на парту, которую занимал Лонгботтом, с таким видом, будто вот-вот разрыдаются. Остальные вообще избегали смотреть на пустующее место.
Северус решил, что от этой парты придётся избавиться. Она была слишком приметной, чтобы затеряться среди товарок, если её просто переставить. На том месте, где Лонгботтом в прошлом году эффектно расплавил котёл, столешницу украшало огромное выжженное пятно.
Объявив об окончании урока и дождавшись, пока ученики начнут собирать вещи, Северус окликнул Гарри:
— Мистер Поттер! — Северус попытался придать голосу как можно менее угрожающий тон, но непрошеные напряжённые нотки всё равно проскальзнули. — Задержитесь. Мне нужно поговорить с вами.
Судя по всему, Уизли тоже хотел остаться, но Северус отрезал:
— Вас это не касается, Уизли. Передайте преподавателю на следующем уроке, что мистер Поттер подойдёт в ближайшее время.
Уизли кивнул, неуверенно глядя то на Поттера, то на Грейнджер. Последняя дёрнула его за рукав, и оба медленно направились на выход.
Северус взмахнул палочкой, закрывая дверь. Чуть подумав, он дополнительно запер её чарами.
— Садитесь, Поттер, — сказал он, призывая для себя один из лабораторных стульев и усаживаясь напротив мальчика. Поттер настороженно следил за его манипуляциями.
Северус спрятал палочку и положил скрещённые руки на парту. Подождав, пока Поттер поднимет глаза, он сказал:
— Я говорил с Дурслями, Поттер. И я решил, что вы должны знать об этом.
— Зачем, сэр? — такого вежливого тона Северус не слышал от Поттера за все годы обучения.
— Мы обсудили результаты вашего медицинского обследования, — спокойно сказал Северус. — И те наказания, которые вы получали, находясь под их присмотром.
В глазах мальчика вспыхнула паника, его лицо побелело, но вслух он спросил только:
— И... И что они сказали?
— Честно говоря, их ответы меня не удовлетворили, — Северус сделал паузу. — Не буду отрицать, мне показалось, что они ужасные люди.
Ему показалось, что на миллисекунду мальчик улыбнулся. Но его лежащие на столе руки сжались в кулаки. Северус подумал, что так Поттер пытался скрыть их дрожь.
— Похоже, что Дурсли не в состоянии адекватно воспитывать ребёнка-волшебника. Поэтому я организовал передачу опекунства над вами себе, — Северус внимательно всматривался в лицо мальчика, произнося эти слова. Оно стало таким неподвижным, будто на ребенке была маска. — Так как я исполняю обязанности директора, мне удалось сделать это тайно. Без участия Министерства, как вы и просили.
Последовало долгое молчание. Поттер продолжал смотреть на Северуса с тем же бесстрастным выражением. Потом натянуто спросил:
— Означает ли это, что мне не придется возвращаться к Дурслям следующим летом?
— Именно, — ответил Северус.
Поттер, казалось, повторял про себя то, что сказал ему Северус.
— Вы передали… опеку надо мной… с-себе?
Дошло.
— Да, Поттер. На данный момент я являюсь вашим официальным опекуном. Уверяю вас, это лишь временно, пока мы не сможем найти кого-то более подходящего. Однако на тот момент это показалось мне наиболее правильным решением.
Северус ждал неизбежного взрыва.
Гарри уставился на него большими глазами, но не произнёс ни слова.
— Уверен, у вас есть вопросы. Я готов ответить на все, — подтолкнул его Северус.
Поттер откашлялся:
— Нет, сэр. У меня нет вопросов, — решительно и дерзко заявил он, но зелёные глаза были влажными и испуганными. — Это всё, сэр? — спросил он напряжённо.
Северус опешил — он ждал слёз, ярости, облегчения, страха — чего угодно, но не этой непонятной отстраненности.
— Я понимаю, вам трудно осознать это сразу, — сказал Северус, стараясь излучать доброжелательность, хотя прекрасно знал, что его старания были тщетны. — Но мы можем обсудить все детали позже.
— Да, сэр. Можно я теперь пойду? — голос мальчика стал ещё более напряжённым.
Мастер Зелий с беспокойством увидел, что лицо мальчика приобрело нежно-зеленоватый оттенок. Северус запоздало вспомнил о слабом желудке Лили. Как её тошнило перед сдачей С.О.В., как она писала ему, что уверилась в своей беременности, когда её начало выворачивать каждое утро целую неделю подряд.
— Ступайте, — сказал ему Северус и распахнул дверь взмахом палочки.
Мальчик вскочил, чуть не опрокинув стул, и выбежал из класса. Северус бесшумно последовал за ним.
Как и ожидалось, Поттер скрылся в туалете.
Несколько минут Северус стоял в коридоре, прикидывая, кого бы попросить присмотреть за мальчиком. Если бы только Поппи была на месте… Но она уехала, и вопрос серьёзно осложнился.
Если с Поттером что-то серьёзное, Северус мог бы попросить о помощи Помону. Но, более чем вероятно, это была всего лишь реакция на эмоциональный стресс после того, как ребёнок первый раз за последние дни нормально поел.
На секунду Северус подумал о Люпине, который так талантливо изображал понимание и сочувствие и к тому же исполнял обязанности главы Гриффиндора. Но, к сожалению, Люпин был сильно загружен преподаванием нового для него предмета и прочими обязанностями Минервы. Северус знал его расписание: в это время волк вёл урок у всё тех же третьекурсников. Их нельзя было оставить одних, не опасаясь, что они перебьют друг друга.
В замке не было никого, кто мог бы помочь Северусу, да и в конечном счёте ответственность за ребёнка лежала на нём, как на опекуне.
Вздохнув, Северус открыл дверь. Пища, которую Поттер съел за завтраком, судя по всему, не пошла ему впрок.
Поттер стоял на полу на коленях, положив голову на прохладный фарфор унитаза. Он дрожал, вытирая рот рукавом мантии. Его глаза были плотно закрыты, и он снял очки, положив их рядом с собой на пол. Северус отметил, что оправа всё ещё не развалилась на куски только благодаря большому количеству заклинаний. Это следовало исправить в ближайшее время.
Услышав, как хлопнула дверь, Поттер распахнул глаза и покосился на Северуса:
— Чего надо? — прорычал он, очевидно, не понимая, кто стоит рядом. — Я в долбаном порядке. Вали отсюда.
Возможно, он принял чёрную мантию Северуса за форму старосты.
— Конечно, Поттер, вне всякого сомнения, — язвительно ответил Северус, не сумев сдержаться.
В ответ мальчик снова склонился над унитазом.
Северус цокнул языком и наколдовал влажную ткань. Опустившись на колени рядом с Поттером, он вытер ему лоб.
Мальчик корчился от спазмов даже после того, как его желудок опустел, опять же невероятно напоминая Северусу Лили.
Когда им было по пятнадцать, они в первый раз напились вместе. Родители Лили уехали на выходные, и восемнадцатилетняя Петуния занялась устройством личной жизни, наказав Лили не говорить родителям, что она оставила её одну.
Северус украл из холодильника несколько бутылок отцовского сидра, и они с Лили провели день у реки. Самым удивительным событием этого дня было то, что к вечеру они всё-таки умудрились дойти до её дома.
У Северуса было немного больше опыта в выпивке, чем у Лили, так что он примерно знал свою норму. Он пребывал в довольно приличном состоянии, а вот Лили было совсем паршиво. Он вспомнил, как сидел с Лили, держа её волосы, чтобы они не запачкались. Она мучилась до тех пор, пока Северус наконец не рискнул оставить её одну достаточно надолго, чтобы сбегать к своей матери и попросить у неё зелье для успокоения желудка. Соврал, что у Лили расстройство желудка, а у магглов нет приличного лекарства. Мама, скорее всего, не поверила ему, но зелье дала.
Ему даже не досталось за то, что он заночевал у Эвансов. Когда утром он приплёлся домой, невыспавшийся и бледный, отец лишь ухмыльнулся.
Северус жёстко пресёк воспоминания.
Заметив, что Поттер задрожал сильнее, Северус наколдовал одеяло, чтобы укрыть его. Волосы Гарри были не настолько длинными, чтобы их придерживать, но Северус оставил руку на лбу мальчика до тех пор, пока спазмы не утихли, а потом растёр ему спину, помогая согреться.
Северус подумывал насчёт зелья для желудка, но, учитывая, что расстройство, скорее всего, носило нервный характер, решил, что Поттеру будет лучше немного отдохнуть. А чуть позже, возможно, немного перекусить. Если он снова не сможет удержать пищу в животе, Северус даст ему зелье. Он без труда мог освободить мальчика от всех сегодняшних занятий, так как ни один из учителей не запланировал в этот день ничего особенно важного.
— Оставайтесь здесь, Поттер, — приказал Северус, хотя по виду мальчика было понятно, что тот не сможет никуда уйти даже при всём желании. Он осторожно отпустил голову Гарри, и та снова бессильно легла на бортик унитаза.
Северус выглянул в коридор. Если повезёт, один из дружков Поттера будет болтаться поблизости.
— Мисс Уизли? — позвал он, увидев, как рыжеволосая девочка выходит из соседнего класса, собираясь спуститься вниз, в зал.
— Сэр? — испуганно пискнула она, оборачиваясь.
— Мистер Поттер заболел. Вы не проводите его в башню Гриффиндора? Я напишу вам освобождение от следующего урока, — отрывисто сказал он.
— Ой, — покраснела она, — конечно, сэр.
— Ждите здесь, — сказал ей Северус. Развернувшись, он подошёл к мальчику и снова опустился на колени рядом с ним. — Поттер, как думаете, вы сможете дойти до своей комнаты?
— У меня ещё уроки, — упрямо пробормотал тот.
Северус закатил глаза — Поттер опять спорил с ним.
— Уверен, в этом состоянии вы покажете выдающиеся результаты в учёбе, — саркастически заметил он. — Тем не менее я хочу, чтобы остаток утра вы провели в постели. Я прикажу домашнему эльфу принести вам обед. Если вы сможете усвоить его, днём пойдёте на уроки. В противном случае домовик сообщит мне, и я пришлю лечебное зелье, — быстро закончил он.
Мальчик кивнул, сдаваясь.
Раз уж мальчика прекратило рвать на время, Северус помог ему встать и подал очки. Забирая их, Поттер кинул на Северуса непонятный взгляд.
Поттер стянул с себя одеяло и протянул его Северусу.
— Спасибо, — пробормотал он.
Северус хмыкнул, уничтожая одеяло взмахом палочки.
Он вывел мальчика в коридор, где его ждала мисс Уизли.
— Убедитесь, что он пойдёт прямо в постель, — сказал ей Северус.
— Да сэр, — сказала она тихо, уводя всё ещё слабо дрожащего Поттера.
Он слегка улыбнулся про себя, когда мисс Уизли прошептала Поттеру:
— Кто это и что он сделал со Снейпом?
— Ты даже не представляешь, — пробормотал Поттер в ответ, еле ворочая языком.