часть 18
Сегодняшний день оказался почти таким же странным, как та ночь, когда Гарри узнал, что он — волшебник.
Он, Гарри, сидел в пабе за одним столом с Профессором Долбаным Снейпом и ел пирог с патокой. И, что было ещё поразительнее, Снейп целый день вёл себя вполне прилично. Даже когда Гарри увернулся от его руки, предполагая, что профессор хочет схватить его за ухо, Снейп не потерял спокойствия. Он заверил Гарри, что он не намерен начинать с того, чем закончили Дурсли.
Конечно, всё это может измениться, когда Снейп поймёт, что ему не удастся избавиться от Гарри, но сейчас Гарри было хорошо. Было приятно чётко видеть всё вокруг, не подпихивая сползающие очки обратно на переносицу через каждые пять минут. Временные очки, которые подобрала ему окулист, оказались лучшими с тех пор, как ему исполнилось восемь. Теперь Гарри понял, почему она спрашивала про головные боли -в новых очках ему не приходилось постоянно напрягаться, чтобы что-то разглядеть. Он не мог дождаться, когда вновь попадёт на квиддичное поле, чтобы испытать их.
Неужели Снейпу настолько не наплевать на него, что он готов потратить не меньше шестидесяти галлеонов на очки? Гарри не помнил, каким сейчас был обменный курс фунта к галлеону, но предполагал, что это — приличные деньги. Сам он выбрал бы оправу из самых нижних рядов, где были обозначены цены не выше одного-двух галлеонов.
Он живо вспомнил, как засуетилась тётя Петуния, когда узнала, что стоимость очков не входит в комплексный осмотр. «Просто дайте ему самые дешёвые», — сказала она, глядя на него. — «Он всё равно их разобьёт или потеряет».
Продавец ласково улыбнулся ему, но Гарри всё равно чувствовал себя несчастным.
Нет, он никогда не ломал очки, сейчас они разваливались просто от старости. Он задумался, не была ли в этом замешана его магия. Независимо от того, что творили Дадли или дядя Вернон, его очки оставались целыми. Гарри припоминал, что Дадли несколько раз пытался украсть у него очки, но они всегда возвращались на своё место на тумбочке.
Снейп был таким странным. Когда окулист сказала, что старые очки Гарри никуда не годятся, Снейп пришёл к нему на помощь. Что заставило его сказать, что у Гарри есть другие очки, сломавшиеся при падении с метлы? Какого чёрта он это сделал? Это выглядело так, словно Снейп понял, каким униженным почувствовал себя Гарри в этот момент.
Гарри не мог не удивляться и тому, откуда Снейп взял деньги, потраченные на его очки и обед. Из загадочного фонда поддержки? На сколько же месяцев выдают такую сумму? На целый год?
Горячая еда, не говоря уже о пироге с патокой, придала Гарри немного храбрости, поэтому он осмелился обратиться к Снейпу:
— Сэр? — он подумал, что стоит более подробно, чем раньше, расспросить Снейпа о своей одежде. Он хотел попытаться дать профессору возможность отказаться от дальнейших покупок, не теряя лицо.
— Да, Поттер? — отозвался Снейп довольно расслабленным тоном. Возможно, Гарри всегда стоило общаться с ним после того, как профессор выпьет бокал-другой пива.
— Э-э-э… Я ещё хочу… Я имею в виду... Я знаю, что мантии стоят дорого... Я обычно трачу около ста галлеонов, а тут ещё и очки... Ну, я…
— Поттер, прекратите бессвязный бред и задайте чёткий вопрос, — зарычал Снейп, теряя терпение.
Гарри прикусил губу и глубоко вздохнул.
— Ну, я могу позволить себе эти покупки?..
Снейп снова закатил глаза.
— Да, Поттер, можете. Вы укладываетесь в бюджет. Конечно, если мы не купим котёл из чистого золота, прежде чем отправиться за вашими очками.
Гарри моргнул. Это выглядело почти как шутка. Он смотрел на бесстрастное лицо Снейпа, пытаясь угадать, что тот имел в виду.
— Ну... Денег фонда хватит на всё? Это содержание на целый год?
Снейп не торопясь допил пиво. Гарри пришло в голову, что профессор тянет время, обдумывая ответ.
— На месяц, — наконец тихо сказал Снейп, встретившись глазами с Гарри. — Это -крупный фонд.
— Вы хотите сказать, что тётя Петуния и дядя Вернон получали почти двести галлеонов в месяц за то, что я жил у них? — Гарри пытался посчитать, сколько это было в фунтах. Он никогда не говорил Дурслям о своём сейфе в Гринготтсе, потому что знал, что они попытаются прибрать к рукам его деньги. А теперь оказалось, что они уже получили часть из них.
Снейп откашлялся.
— Точная сумма на самом деле — около четырёхсот галлеонов. Должен признать, я сам был удивлён.
— Сколько это в фунтах? — прошептал Гарри, у которого такая сумма не укладывалась в голове.
Снейп посмотрел на Гарри с непроницаемым выражением.
— Не имею понятия.
У Гарри перехватило дыхание, и он отвернулся. Это была хорошая новость. На самом деле хорошая. Ему не нужно беспокоиться, что его опекун начнёт избивать его, потому что на него уходит много денег. Он не будет в тягость. Да, это было хорошей новостью.
Но тогда почему у него першило в горле и щипало глаза?
«Мы взяли тебя по доброте душевной», говорила тётя Петуния у него в голове, «Неблагодарный маленький урод».
— Могу ли я выйти на улицу и подождать вас там? — спросил Гарри у Снейпа.
Снейп пристально посмотрел на него.
— Думаю, нет. Но нам действительно пора идти.
Гарри быстро встал. По какой-то причине всё, что он узнал, задело его больше, чем даже опекунство Снейпа. Ему хотелось оказаться на улице, подальше от людей, прежде чем он расплачется, как дурак. По крайней мере, снаружи он мог сказать, что его глаза слезятся от холодного ветра. Снейп встал, бросил на стол несколько монет и вывел Гарри на улицу.
Гарри благодарно хватал ртом холодный воздух. Снейп смотрел на него, прищурившись.
— Вы в порядке, Поттер?
Гарри кивнул. Что ещё он мог сделать? Конечно, он не был в порядке, если кому-то, особенно Снейпу, это действительно было интересно. Гарри вытер глаза под очками, пытаясь убедить себя, что ресницы стали мокрыми от острого, сырого ветра...
По его коже бежали мурашки, когда он вспоминал, что говорили Дурсли. Они всегда утверждали, что взяли его в дом из чистого милосердия. Только из-за кровной связи с Петунией. Они повторяли это бесчисленное количество раз. Твердили, что он — урод и тяжкое бремя, но они выполняют свой долг. Кровь — не водица, и это — единственная причина, говорили они.
— Поттер? — снова позвал Снейп.
— Всё хорошо, — буркнул Гарри. Ему казалось, что он взорвётся, если будет молчать. — Они всегда заставляли меня носить обноски Дадли! Вы знаете об этом?!
— Дадли — это ваш кузен? — небрежно спросил Снейп, как будто они обсуждали погоду. Он не смотрел на Гарри, разглаживая складки на своей мантии. — Нет, я не знал.
— Тётя Петуния говорила, что они не могут позволить себе покупать одежду для уродов. Она говорила, что я вырываю кусок изо рта Дадли, — он сплюнул, — она всегда так говорила. И Мардж сказала... Она сказала...
Гарри вдруг очень чётко представилась Мардж, кричащая, что родители посадили его на шею тёте и дяде. С триумфом заявляющая, что пара алкоголиков оставила его без средств к существованию, что, хотя его родители были таковы, что мир стал лучше без них, Дурсли взяли его в семью, как родственника, несмотря на финансовые затраты.
Даже после того, как Гарри обнаружил, что он — волшебник, ему казалось, что Дурсли говорили правду о том, сколько денег им пришлось потратить, чтобы накормить и одеть его.
— Что сказала Мардж? — с любопытством спросил Снейп.
— Она назвала маму сукой, — Гарри снова скрипнул зубами. — В ту ночь, когда я раздул её. Она сказала, что моя мать была сукой, которая выскочила замуж за разгильдяя.
— Это и вызвало стихийный выброс? — спросил Снейп.
Гарри сердито кивнул. Он скрестил руки на груди под плащом, ожидая, что Снейп обвинит его во лжи.
Вместо этого Снейп фыркнул. Если бы перед ним был кто-то другой, Гарри назвал бы это смехом.
— Теперь я понимаю, почему Отряд из Министерства добрых полчаса не мог вернуть её в нормальный вид, — его губы задёргались, словно Снейп пытался подавить ухмылку. Гарри застыл, решив, что ублюдок смеётся над ним.
Тогда Снейп вздохнул и вернулся к своему обычному суровому поведению.
— Уверяю вас, вы никогда не вырывали кусок ни у кого изо рта, — сухо сказал он. — И сегодня мы приведём в порядок ваш гардероб. — Он запнулся на мгновение. — Я уверен, что вы уже поняли, что семья вашего отца была довольно обеспеченной. А ваша мать предприняла некоторые меры через своего маггловского поверенного. Вероятно, в маггловском банке у вас также вполне могут лежать какие-то деньги.
Гарри не хотел, совсем не хотел больше обсуждать эту тему. Он должен быть благодарен Снейпу за то, что он намерен сохранить эту тайну, иначе слизеринцы вдоволь повеселились бы. Мальчик, Который Выжил, чтобы таскать обноски и спать в чулане — это круто!
Снейп неумолимо продолжал:
— По словам учителей, у вас есть все учебники. Вам нужны ещё какие-либо школьные принадлежности?
Гарри покачал головой, не меняя позы.
— Я полагаю, вы заказали всё необходимое совиной почтой?
Гарри кивнул.
— Почему же вы не заказали новую одежду? — Снейп не злился, просто полюбопытствовал.
— У меня было достаточно золота только для чего-то одного, — смущённо пробормотал Гарри, в любую минуту ожидая, что Снейп начнёт насмехаться над ним. — Только те деньги, что остались с прошлого года.
— Сколько золота вы обычно берёте из банка за один раз? — задумчиво спросил Снейп.
— Я всегда беру около двухсот галлеонов, — ответил Гарри, — но в том году я не потратил их все, потому что некоторые вещи были ещё в хорошем состоянии, и я не покупал новые. Так что я сохранил немного денег.
Брови Снейпа поднялись.
— Все, что остались?
— Ну, да, — ответил Гарри, — на что мне здесь тратить деньги? В школе меня кормят и всё такое. Даже ухаживают за Хедвиг.
Снейп посмотрел на него своим фирменным взглядом «Ты-идиот-годный-только-на-ингредиенты-для-зелий» и Гарри невольно вздрогнул.
— Пойдёмте, Поттер, — сказал Снейп, — мы уже достаточно долго стоим на ветру.
Гарри кивнул, рысью поспешая следом за длинноногим профессором. Лицо Снейпа было бесстрастно, как обычно, однако Гарри замечал короткие острые взгляды, которые тот периодически бросал в его сторону.
Они подошли к магазину, на вывеске которого значилось: «Тэтти. Продаём детскую одежду с 1453 года»
— Сюда, — сказал Снейп, кладя руку на плечо Гарри и подталкивая его к двери.
Магазин был меньше, чем салон мадам Малкин в Косом переулке. На одной стене были аккуратно развешены чёрные школьные мантии, а на другой царила настоящая радуга из одежды. Задняя стена была облицована зеркалами. Яркий дневной свет лился через прозрачные фонари в потолке.
Гарри поднял голову. Световые люки явно были зачарованы, потому что показывали голубое небо с пушистыми белыми облаками. Среди облаков весело летали птицы. После серого промозглого дня снаружи Гарри ощутил тёплое чувство благодарности к магии.
— Профессор Снейп? О, доброго дня, сэр. Что я могу для вас сделать? — раздался масляный голос. У кассы за их спинами стоял человек, похожий на профессора Флитвика.
— Мистеру Поттеру нужна одежда для школы, — сказал Снейп.
Человек всплеснул руками, вытащил рулетку и поспешил к ним, восторженно приговаривая:
— Мистер Поттер! На самом деле! Для меня большая честь встретиться с вами! О, да, конечно, — он жадно смотрел на шрам Гарри, — очень большая честь!
Гарри почувствовал, как его щёки краснеют, он опустил глаза и бессознательно потянул вниз чёлку, прикрывая шрам.
— Что вы хотели бы купить, сэр? Что-то бархатное, чтобы произвести впечатление на ведьмочек, а? — весело спросил человек.
Профессор Снейп откашлялся.
— Я думаю, прежде всего нам нужны две школьные мантии, — сказал он ледяным тоном.
— Вы не купили мантии на каникулах? — удивлённо спросил мужчина.
— Семья мистера Поттера — магглы, — ответил Снейп, не давая Гарри возможности открыть рот. — Обычно он приезжает в Косую аллею с родителями одного из своих однокурсников, но в этом году они путешествовали. МакГонагалл собиралась привести его в первую неделю, но... — Снейп сделал многозначительную паузу.
Хранитель магазина кивнул, вдруг став серьёзным.
— О да, я понимаю. Она была в Лондоне, не так ли? Страшная трагедия, просто ужасная. Я знал родителей Лонгботтома, — он вздохнул. — Что сделают с дядей? Неужели они решили…
Гарри невольно втянул в себя воздух при упоминании Невилла. Он не знал, почему это так задело его. Вероятно потому, что сегодня он вообще чувствовал себя не в своей тарелке.
— Последнее, о чём я слышал, был приговор к поцелую дементора, — мрачно ответил Снейп. Гарри не понял, что это означало.
— Я так понимаю, что вы были знакомы с этим мальчиком, мистер Поттер, — сказал лавочник, — миссис Лонгботтом говорила, что вы учились на одном курсе.
Гарри натянуто кивнул.
— Сдаётся мне, что это обстоятельство никак не повлияет на выбор одежды, — насмешливо сказал Снейп, неожиданно приходя на помощь Гарри. Он посмотрел на лавочника одним из своих злейших взглядов. — Думаю, будет лучше, если вы снимете с мальчика мерки и займётесь делом.
— Да, конечно, — льстиво ответил лавочник.
Он с готовностью бросился подбирать мантии для Гарри, придержав дальнейшие комментарии при себе. Возможно, его подгоняло то, что Снейп стоял, скрестив руки, и каждые несколько минут поглядывал на часы. Наконец, на прилавке перед Гарри появилось всё, что было в школьном списке, а также куча дополнительных вещей, которые Снейп счёл необходимым купить. Крепкие ботинки и кроссовки, туфли для ношения во время занятий, ещё один плащ и стопка носков и нижнего белья.
Лавочник подобострастно сложил их покупки. Гарри был рад, когда всё наконец закончилось, и они смогли покинуть магазин. Профессор Снейп приказал, чтобы вещи были сегодня же доставлены в комнату Гарри.
— Я ожидаю, что на ужине вы будете выглядеть аккуратнее, чем обычно, мистер Поттер, — сказал Снейп, когда они вышли на улицу. — И выбросьте то, что вы носите сейчас.
Он пренебрежительно посмотрел на мантию Гарри.
— Она не так уж плоха, — проворчал Гарри
Снейп поднял бровь, но ничего не сказал.
Гарри подёргал потёртый рукав и признался себе, что на самом деле его мантия никуда не годится, но будь он проклят, если согласится со Снейпом.
— Мне нужно зайти к аптекарю, раз уж мы здесь, — объявил Снейп. — Буду признателен, если вы не поставите меня в неловкое положение перед мистером Уолдом. Он весьма впечатлителен.
Гарри посмотрел на Снейпа, но ничего не сказал.
Этот магазин не имел вывески. Небольшое помещение от пола до потолка занимали полки, заставленные банками. Справа от двери находилась касса, за которой стоял хозяин магазина. Когда они вошли и закрыли за собой дверь, он поднял голову и поприветствовал их.
Гарри пришлось задержать дыхание, чтобы не вскрикнуть. Он никогда не видел подобных шрамов.
Левая сторона лица мужчины была идеально гладкой. Его черты были правильными и даже красивыми, но правая сторона напоминала оплывшую свечу.
На месте правого глаза находился лоскут кожи, спускавшийся на бугристую от белых и розовых рубцов щёку. Правая половина носа была совершенно лишена плоти, обтянутая только тонкой кожей, а вместо ноздри чернела дыра. Шрамы стягивали изуродованные губы, собрав их в жуткую гримасу. Скуловая кость и челюсть резко выделялись, а всё вместе выглядело так, словно лицо аптекаря было сожжено до черепа.
— Привет, Северус, — рот мужчины перекосился. Гарри не сразу понял, что это должно было изображать улыбку.
Профессор Снейп улыбнулся в ответ.
— Как дела, Марк? — Гарри никогда не слышал, чтобы Снейп был с кем-нибудь так дружелюбен.
— Бизнес идёт хорошо, не могу пожаловаться, — аптекарь повернулся, чтобы взять с полки за прилавком пакет. — Вот твой заказ.
Когда он вручил пакет Снейпу, Гарри увидел, что правая рука мужчины тоже обожжена. Словно он поднял руку, чтобы попытаться прикрыть лицо.
Гарри быстро отвернулся, прежде чем взрослые заметили, куда он смотрит. Вместо этого он начал рассматривать банки на стеллажах. Некоторые из них были полны сухих растений, другие содержали разноцветные жидкости, а о происхождении некоторых вещей Гарри предпочёл даже не размышлять.
Снейп и аптекарь продолжали обмен любезностями, а затем Снейп сказал:
— А это наш мистер Поттер.
Гарри посмотрел на мужчину и очень тихо сказал:
— Здравствуйте, сэр.
Он сделал над собой усилие и сумел посмотреть в глаза, точнее, в глаз, собеседнику без содрогания.
— Мистер Поттер, — аптекарь улыбнулся своей пародией на улыбку, но, похоже, не ожидал, что Гарри продолжит разговор.
Через несколько минут покупки Снейпа были проверены, оплачены и спрятаны в карманы мантии профессора. Гарри подумал, что уменьшающие заклинания бывают весьма полезны.
Они отошли от магазина на полквартала, когда Снейп неохотно сказал:
— Благодарю вас за то, что не смутились при виде мистера Уолда.
— Что случилось с его лицом? — тихо спросил Гарри. Его собственный шрам был известен и привлекал взгляды, но его было достаточно легко скрыть. К тому же, Гарри вынужден был признать, что его шрам вызывал у окружающих в основном положительные эмоции, даже если это временами утомляло. Он не вызывал у людей отвращения и ужаса.
— Несчастный случай во время варки зелья. Взрыв, — буркнул Снейп. — Вот почему я не позволяю хулиганства в моей лаборатории.
— Ой, — Гарри понял, что ему предстоит обдумать многое из того, что он узнал за сегодняшний день.
— Думаю, мадам Витреа уже закончила очки. Мы заберём их и вернёмся в замок, -сказал Снейп.
Гарри кивнул.
— Я должен поставить вас в известность, Поттер, — медленно сказал Снейп, — что профессор Бербидж открыла дискуссионную психологическую группу для студентов, у которых имеются проблемы в семье. Она ждёт всех, кто захочет присоединиться. Может быть, она поможет и вам.
Гарри пожал плечами. Последнее, что Гарри хотел делать, так это обсуждать Дурслей, тем более, в группе.
— Если вы беспокоитесь об огласке, то уверяю вас, профессор Бербидж использует заклинания конфиденциальности, чтобы исключить подслушивание, — продолжил Снейп. — Тем не менее, решать вам.
Казалось, он ждал ответа, так что Гарри пробормотал:
— Да, сэр.
— Я хотел бы также сказать, что Уизли говорил с директором о принятии опекунства над вами, когда это станет возможно.
— Они согласились? — с надеждой спросил Гарри.
— До этого счастливого дня, я полагаю, нам обоим стоит вести себя наилучшим образом, — продолжал Снейп тем же сухим, официальным тоном, словно читая лекцию. — Я не потерплю нарушения правил, но если вы сможете воздержаться от наиболее… — он запнулся, подбирая слово, — красочных выходок, думаю, мы сможем с этим справиться.
— Да сэр, — вздохнул Гарри.
За разговором они дошли до оптики. Снейп открыл дверь и жестом приказал Гарри войти.
Мадам Витреа не понадобилось много времени, чтобы сделать для Гарри очки, но он поразился, насколько новые очки его изменили. Сначала Гарри подумал, что они делают его старше, но потом решил, что нет, они просто подчёркивали лучшее в его внешности, в то же время скрывая изъяны. Отблеск металла оправы сделал цвет его глаз ярче, а прозрачный хрусталь притягивал к ним внимание.
Снейп снова стоял у него за спиной, глядя любопытно и оценивающе.
— У него действительно глаза матери, — сказала мадам Витреа, обращаясь к Снейпу, — такой яркий зелёный цвет. Я разбогатела бы, если бы смогла повторить этот цвет.
— Вы знали мою мать? — спросил Гарри, — Тогда, когда она училась в школе?
— О нет, когда она проходила обучение в Мунго. Я работала в этой больнице, — ответила мадам Витреа. — Но, мне кажется, что профессор Снейп учился с ней на одном курсе.
Гарри поражённо взглянул на Снейпа:
— Вы знали мою маму?!
— Да, Поттер. Знал, — спокойно ответил Снейп. — А теперь, если вы закончили любоваться собой, самое время нам вернуться в замок.