Эванс младшая

   Лето началось ярко и шумно. В этом году каникулы мы проводили в моём доме. Уже на подходе двор наполнился смехом и криками: мародеры активно обсуждали свои планы на лето, споря, кто устроит первый розыгрыш, а кто просто будет мешать остальным.

   Сегодня Джеймс должен был познакомиться с нашими родителями, и он выглядел заметно взволнованным. Я слегка подтолкнула его локтем:

— Бэмби, не переживай, мама и папа любят всех моих друзей.
— Я знаю, — улыбнулся он, — но всё равно хочется произвести хорошее впечатление. — но вдруг парень нахмурился. — Как ты меня сейчас назвала?
— Бэмби.
— Я Сохатый!
— Ну теперь будешь Бэмби, — я улыбнулась и состроила невинные глазки - он не мог устоять перед этим взглядом.
— Ладно, Лисичка, тебе можно.

   Когда мы подошли к крыльцу, Поттер немного замер, а Римус спокойно шагнул первым, словно возвращаясь в знакомое место. Он оглядел двор и кивнул нам, уверенно разумеясь в каждом уголке, где раньше мы уже устраивали «тайные штаб-квартиры» во время рождественских каникул.

— Кажется, я знаю, где можно устроить «базу» для наших игр, — тихо сказал он. — Всё ещё есть уголок, где никто не мешает.
— Конечно, Римус, здесь всегда найдётся место для тебя, — улыбнулась я.

   На крыльце нас встретили родители. Мама открыла руки:
— Мои девочки! Римус, мой хороший! — женщина принялась обнимать моего друга, но заметила остальных. — Джули, дорогая, кто это с вами?
— Это Джеймс, — сказала я, чуть волнуясь, — мой друг... и парень.
   Джим слегка покраснел, но протянул руку:
— Очень рад знакомству, миссис и мистер Эванс.
— Ну что ж, раз ты такой воспитанный, то войдёшь в наш дом без проблем, — рассмеялся папа.
   Мама подмигнула:
— Мы слышали о твоих подвигах в Хогвартсе. Надеюсь, Джу тебя не слишком мучает.
— Уверяю, только иногда, — ответил Джеймс, и я тихо фыркнула.

   Также я познакомила с родителями девочек и Сириуса. Блэк галантно поцеловал моей маме руку, на что она лишь тихо рассмеялась, немного смутившись таким театральным жестом.

— Ну надо же, какой воспитанный молодой человек, — сказала она, с улыбкой глядя на него. — Редкость в наше время.
   Бродяга тут же расплылся в своей фирменной обаятельной улыбке.
— Поверьте, миссис Эванс, я могу быть исключительно приличным... когда очень стараюсь.
   Я тихо фыркнула, потому что Сириус и приличие редко встречались в одном предложении.

   Папа тем временем внимательно посмотрел на него поверх очков:
— Блэк, значит?
   Парень на секунду замер, но почти сразу снова легко улыбнулся.
— Да, сэр.
— Ну что ж, — сказал папа после короткой паузы. — Раз уж вы все друзья наших девочек, добро пожаловать.
— Благодарю, сэр, — ответил Сириус с лёгким поклоном, словно мы находились не на обычном крыльце дома, а на каком-нибудь светском приёме.

— О, не начинай, — тихо пробормотала я.
— Я ещё даже не начал, хитрая Лиса, — шепнул он в ответ, и я закатила глаза.

   После знакомства мама накормила всех и далее мы все направились во двор. Мародеры тут же начали располагаться для новых «сражений» с зачарованными мячами, Римус помогал мне с напитками, а Лили с энтузиазмом устраивала экскурсию по дому для остальных.

   Вечером, когда солнце клонилось к закату, мы переместились внутрь. Дом превратился в настоящий кинозал: на стене появился фильм, а мы устроились кучей на коврах и диванах. Попкорн летел во все стороны, смех разносился по всему дому, а Джеймс тихо шептал мне на ухо что-то смешное.

   Позже мы с Лили вывели друзей в ближайший парк, показывая им простые радости магглов - качели, мороженое и случайные знакомства с прохожими, которые восхищались нашей шумной компанией.
   Вечер был теплым и полным смеха, разговоров и тихих шепотов. Джейми обнимал меня сзади, когда мы смеялись над шутками ребят.

   Эти каникулы были временем, когда мы могли позволять себе шалости и приключения, и наслаждаться каждым мгновением. И я понимала, что эти дни надолго останутся в памяти - тёплые, шумные и невероятно наши.

   Мы вернулись домой уже поздно, когда на улице начинало темнеть, а окна нашего дома светились мягким жёлтым светом. Из кухни доносился запах чего-то сладкого - мама, как обычно, не могла удержаться и снова что-то пекла для нашей бесконечной компании.

— Если твоя мама ещё раз нас так накормит, я перестану влезать в штаны, — простонал Сириус, падая на диван.
— Ты и так не влезаешь, — спокойно заметил Римус.
— Предатель.

   Я рассмеялась, проходя мимо них на кухню. Джеймс пошёл следом.
   Мама действительно стояла у плиты, а папа читал газету за столом.

— Вернулись? — спросил он, поднимая взгляд.
— Живыми, — ответила я.
— И голодными, — добавил Поттер почти автоматически, после чего сам же смутился.
   Папа тихо усмехнулся:
— Правильный ответ.
   Мама поставила на стол большое блюдо с пирогом:
— Тогда садитесь. Всем хватит.

   Через пару минут кухня снова наполнилась голосами. Марлин и Питер спорили о чем-то, Алиса что-то оживлённо рассказывала Фрэнку, а Блэк пытался объяснить Лили, почему телевизор - это магия без палочки.

— Это не магия, — терпеливо повторяла Лили.
— Тогда почему он показывает людей, которых здесь нет? — не сдавался Бродяга.
— Потому что это техника.
— Сомнительно.

   Сохатый сидел рядом со мной, и иногда я чувствовала, как его колено тихо касается моего под столом. Он ничего не говорил, просто иногда смотрел на меня тем самым тёплым взглядом, от которого у меня всё внутри становилось мягким.

   В какой-то момент папа повернулся к нему:
— Итак, Джеймс... чем вы планируете заниматься после школы?
   В кухне стало чуть тише. Джим выпрямился:
— Я хочу стать аврором, сэр.
   Папа кивнул, словно взвешивая ответ.
— Опасная работа.
— Зато правильная.
   Мама посмотрела на него мягче.
— Главное, чтобы вы оба были осторожны.
   Я почувствовала, как парень под столом на секунду сжал мою руку.

   Позже, когда все уже разбрелись по дому, в гостиной снова включили фильм. Половина компании устроилась прямо на полу, кто-то занял диван, а кто-то просто лежал на ковре.
   Маккиннон устроилась у плеча Петтигрю, Стоун сидела рядом с Лонгботомом, а Бродяга и Лунатик тихо спорили о сюжете.

   Я сидела, прислонившись к кудрявому, и чувствовала, как его рука лениво лежит у меня на плечах.

— Тебе нравится здесь? — тихо спросила я.
— Очень, — ответил он. — Теперь понимаю, откуда у тебя такой характер.
— Это комплимент?
— Конечно.
   Я улыбнулась.

   Через некоторое время фильм закончился, но никто не спешил расходиться. Мы просто сидели, разговаривали, иногда смеялись, иногда спорили.

   Сириус рассказывал какую-то историю из Хогвартса, и мама даже вышла из кухни послушать.

— Я начинаю понимать, почему у профессоров иногда дергается глаз, — сказала она в конце.
— Это от любви к нам, — уверенно заявил аристократ.
— Безусловно, — согласилась она.

   Ночь становилась всё тише. Кто-то зевал, кто-то уже почти засыпал прямо на диване.

   Я вышла на крыльцо подышать свежим воздухом. Летний ветер был тёплым, трава тихо шуршала в темноте.

   Через пару секунд дверь тихо открылась.
— Я знал, что ты здесь, — сказал Джеймс.

   Он сел рядом со мной на ступеньку. Некоторое время мы просто молчали.

— Твои родители замечательные, — наконец сказал он.
— Ты им понравился.
— Правда?
— Мама уже три раза назвала тебя «очень воспитанным мальчиком».
— Это звучит подозрительно.

   Я тихо рассмеялась. Поттер посмотрел на меня.
— Спасибо, что пригласила меня сюда.
— Ты ведь теперь мой парень. Я не могла не позвать тебя.
   Он покачал головой.
— Нет... я имею в виду... сюда. В твою жизнь.
   От этих слов у меня стало тепло в груди. Я слегка толкнула его плечом.
— Не становись слишком сентиментальным, Бэмби.
— Поздно.
   Он осторожно взял мою руку.
— Кстати... — тихо сказал зеленоглазый. — Я всё ещё не смирился с тем, что ты называешь меня Бэмби.
— Тебе идёт.
— Я Сохатый.
— Бэмби.
— Сохатый.
— Бэмби.
   Он вздохнул.
— Ладно... но тогда ты официально Лисичка.
— Да ты меня уже давно так называешь, — я усмехнулась. — Но меня это устраивает.

   Мы тихо засмеялись. Из дома снова донёсся голос Сириуса:
— Поттер! Ты куда делся?! Без тебя тут скучно!
— Иду! — крикнул Джеймс.

   Он поднялся, но потом наклонился и быстро поцеловал меня в висок.
— Пошли, Лисичка.
   Я встала и взяла его за руку.

   В доме снова было шумно, светло и весело. И в тот момент мне казалось, что впереди у нас целое бесконечное лето.