Эванс младшая

Пятый курс начался с одной очень важной мысли.
Я не готова. Ни к экзаменам. Ни к количеству домашнего задания. Ни к тому, что Блэк уже в первый вечер начал строить планы нового розыгрыша.

— Слушайте, — сказал он, наклонившись через стол в гостиной. — У меня гениальная идея.
Это была очень плохая новость.
— Когда ты так говоришь, — вздохнул Римус, — кто-то обязательно пострадает.
— Да ладно тебе, Лунатик.
— Кто? — спросила я.
Сириус посмотрел на нас с самым невинным выражением лица.
— Профессора.
— Отлично, — сказала я. — Я в деле.
Джеймс повернул голову ко мне.
— Ты даже не знаешь, что это за план.
— Это план против преподавателей. Мне достаточно.
Он усмехнулся.
— Я знал, что ты скажешь да.
Я толкнула его плечом.
— Не зазнавайся, Поттер.
— Я и не зазнаюсь.
— Зазнаёшься.
— Немного.

Иногда я думаю о том, насколько странно всё сложилось.
С первого курса мы с Джеймсом откровенно воевали. Я до сих пор помню, как заколдовала его перо на уроке, и оно весь урок писало: «Я идиот».
Он утверждает, что это было несправедливо. Я считаю, что он ещё легко отделался.

А теперь мы сидим вместе в гостиной, обсуждаем, как запустить пятьдесят поющих тыкв под потолок Большого зала. Жизнь удивительная штука.

***
   Розыгрыш мы готовили почти три недели. И это были очень весёлые три недели.
   Мы с Лунатиком писал заклинания. Бродяга придумывал, как обойти школьные чары. Питер держал лестницу.
   А ещё мы с Джеймсом... в основном спорили.

— Они должны петь громче.
— Нет, тише.
— Громче.
— Нас вычислят.
— Нас и так вычислят.
— Тоже верно.

   В итоге тыквы пели... Громко. Очень громко.

***
   Утро Хэллоуина было прекрасным. Я вошла в Большой зал и остановилась. Под потолком летали тыквы. Десятки... Сотни!
   И каждая тихо напевала какую-то нелепую мелодию. Студенты смотрели вверх. Кто-то смеялся. Кто-то пытался поймать тыкву.

   Я повернулась к Джеймсу:
— Это выглядит потрясающе.
— Я знаю, — ответил он.
— Мы гении.
— Безусловно.

   В этот момент за нашими спинами раздался знакомый голос:
— Поттер. Блэк. Эванс.

   Я закрыла глаза. Макгонагалл. Сириус тихо прошептал:
— Она не доказала.
— Она всегда знает, — сказала я.

   Через десять минут тыквы исчезли. Через пятнадцать у нас стало на двадцать баллов меньше.

   Блэк пожал плечами:
— Стоило того.
— Однозначно, — сказала я.

***
   Но даже с розыгрышами пятый курс проходил слишком быстро. Экзамены. Домашние задания. Библиотека. Слишком много библиотеки.

   Иногда вечером мы просто сидели в гостиной у камина. И в такие моменты всё казалось странно спокойным.

   Я положила голову на плечо Джеймса:
— Слушайте, мы почти закончили школу.
— Не напоминай, — вздохнул мой парень.
— Я только привык, — уныло сказал Блэк.
— Ты привык нарушать правила, — сказал Римус.
— Это и есть школьная жизнь.

***
   Рождественское утро в Хогвартсе всегда было особенным.

   Замок ещё спал. В коридорах было тихо, за окнами медленно падал снег, а в гостиной Гриффиндора горел только камин.
   Я сидела на подоконнике, завернувшись в плед, и смотрела, как над чёрным небом постепенно светлеет.

— Лисичка?

   Я обернулась. Джеймс стоял в дверях гостиной, всё ещё сонный, в растрёпанных волосах и с лёгкой улыбкой.

— Ты рано встала, — сказал он.
— Сегодня особенный день.
   Он подошёл ближе.
— Я знаю.

   На секунду мы просто стояли рядом, слушая потрескивание огня в камине.
   Прошёл ровно год. Год с того самого вечера на балконе, когда всё началось.

— Один год, — тихо сказал Джеймс.
— Один год, — повторила я.
   Джим вдруг слегка усмехнулся.
— Знаешь, если бы кто-то сказал мне на втором курсе, что мы будем праздновать годовщину...
— ...я бы заколдовала этого человека, — закончила я.
— А я бы согласился.
   Я рассмеялась.
— Поттер, ты тогда меня терпеть не мог.
— Неправда, — сказал он. — Я просто ещё не понял, что ты любовь всей моей жизни.
— Какой ужасно пафосный ответ.
— Я готовился, — совершенно серьёзно сказал он.
   Я покачала головой, но улыбку скрыть не смогла.

— У меня для тебя есть подарок, — он достал из кармана маленькую коробочку.
— Поттер...
— Ничего драматичного, обещаю.
   Я открыла коробочку. Внутри был тоненький серебряный браслет. Но на внутренней стороне было выгравировано маленькое J & J.
— Джеймс...
— Если не нравится, я могу...
— Замолчи, — я надела браслет и поцеловала его. — Нравится.

   Сзади раздался голос Сириуса:
— О, нет.
   Мы обернулись. Он стоял у лестницы.
— Они стали ещё более отвратительно милыми.
   Римус появился рядом.
— Это годовщина.
   Бродяга закатил глаза.  Питер сказал:
— Мне кажется, это очень мило.
   Сириус посмотрел на него:
— Питер, ты нас предал.
— Я предал вас ещё давно - когда влюбился в Марлин, — с усмешкой ответил Хвост, после чего троица ушла под ворчания Бродяги.

— У меня тоже для тебя есть подарок, — загадочно сказала я и протянула Поттеру.

   Парень заинтересованно посмотрел и достал свой подарок - серебряное кольцо, внутри гравировка: «Побежденному Поттеру»

   Он надевает его и говорит:
— Подожди... это оскорбление или признание в любви?
— И то, и другое.

   Джеймс хмыкнул и я обняла его. Он прижал меня к себе и тихо сказал:
— С годовщиной.
— С годовщиной, Джим.

   И за окнами медленно начинал падать новый снег.

***
   Каникулы в Хогвартсе всегда ощущались иначе. Замок становился тише: коридоры пустели, в Большом зале за столами сидело в несколько раз меньше студентов, а за окнами почти постоянно шёл снег.
   Но для нас это означало только одно - больше свободы.

   На зимние каникулы в школе осталась почти вся наша компания: мародёры, я, Марлин и Алиса. Поэтому к Новому году гостиная Гриффиндора постепенно превратилась в настоящий штаб праздника.

   Ёлка стояла у камина, украшенная зачарованными свечами и золотыми лентами. С потолка лениво кружились маленькие снежинки, которые Сириус упорно пытался ловить в стакан со сливочным пивом.

— Это научный эксперимент, — серьёзно сказал он.
— Ты уже десять минут пьёшь пену, — заметила Марлин.
— Наука требует жертв.

   Римус сидел в кресле с шоколадкой и наблюдал всё происходящее.
   Я устроилась на диване рядом с Джимом. Его рука лениво лежала у меня на плечах, и время от времени он машинально проводил пальцами по моему рукаву.

— Джеймс, — сказала я.
— Что?
— Если ты продолжишь крутить мою прядь волос, я тебя прокляну.
— Ложь, — спокойно ответил он. — Ты меня слишком любишь.
   Я посмотрела на него.
— Самоуверенность - твой главный талант.
   Сириус, сидящий напротив, мгновенно поднял голову:
— Подождите, это был флирт?
— Нет, — одновременно сказали мы с Поттером.
— Разочарован, — вздохнул он.
   Алиса рассмеялась:
— Сириус, они встречаются уже почти год. Тебе пора привыкнуть.
— Никогда! — трагично объявил он. — Я всё ещё надеюсь, что хитрая Лиса образумится.
— Поздно, — сказал Джеймс и чмокнул меня в висок.
— Фу, — немедленно прокомментировал Блэк. — Демонстрация чувств.
— Завидуешь? — невинно спросила я.
— Безумно.

   К одиннадцати вечера гостиная окончательно превратилась в маленький праздник. Мы стащили с кухни еду, Марлин зачаровала конфетти, а Сириус притащил магические хлопушки.

— Откуда они у тебя? — спросил Лунатик.
— Я не обязан отвечать на этот вопрос.
— Ты украл их у Филча.
— Предположительно.

   Когда до полуночи осталось меньше минуты, мы все собрались у огромного окна.
   Снаружи территория Хогвартса была укрыта снегом, а небо было чёрным и тихим.

— Десять! — громко объявил Бродяга.
— Девять! — подхватила Марлин.
   Сириус толкнул Джеймса локтем.
— Поттер, у тебя есть три секунды, чтобы поцеловать свою девушку.
— Мне не нужен таймер, Блэк.
— Три!
— Два!
— Один!

   Блэк и Поттер взорвали хлопушки. Золотые искры разлетелись по всей гостиной.

— С НОВЫМ ГОДОМ!

   Я рассмеялась, и в ту же секунду Джеймс притянул меня к себе и поцеловал - уже совершенно не скрываясь.

— С Новым годом, Лисичка, — сказал он.
— С Новым годом, Джим.

   Когда все начали кричать и смеяться, я услышала голос Римуса:
— Сохатый, ты официально пережил ещё один год рядом с ней.
— Это было опасно, — серьёзно ответил Джеймс.
— Это ещё не конец, — сказала я.
— Я требую тост! — объявил аристократ. — За новый год, новые розыгрыши и то, что этих двоих мы наконец-то свели.
— Сириус, — вздохнул Римус.
— Что? Я ждал этого всю жизнь!
   Гостиная залилась радостным смехом.

***
   День рождения Римуса Лунатика Люпина!

   План появился в библиотеке. Мы с Римусом сидели за столом, делая вид, что готовимся к экзаменам. Я закрыла книгу.

— Твой день рождения нельзя оставить без катастрофы.
   Он не поднял головы.
— Если катастрофа касается Сириуса, я согласен.
   Я наклонилась ближе.
— У меня есть идея.

   Друг посмотрел на меня. И через секунду уже улыбался той самой улыбкой, которая означала только одно: мы сейчас сделаем что-то очень плохое.

— Я слушаю.
   Через десять минут план был готов.
— Поттер и Блэк решат, что это их идея, — сказал Люпин.
— Конечно решат.
— Им даже не придётся притворяться.

   Через сутки.

   Утро началось подозрительно спокойно. Это уже само по себе было странно.
   Когда Римус спустился в гостиную Гриффиндора, мы все сидели у камина с абсолютно невинными лицами.

— Доброе утро, — сказал он осторожно.
— Доброе! — слишком дружно ответили мы.
   Он медленно прищурился:
— Что вы сделали?
— Ничего, — сказал Джеймс.
— Вообще ничего, — подтвердил Сириус.
   Я спокойно пила чай. Лунатик перевёл взгляд на меня.
— Джули?
— М?
— Почему ты выглядишь так, будто знаешь, чем всё закончится?
   Я пожала плечами.
— Интуиция.
   Люпин вздохнул.
— Это никогда не заканчивается хорошо.

   В этот момент в гостиную влетела сова с большим конвертом. Блэк мгновенно оживился.

— О! Подарок! — он выхватил письмо и развернул его. — Тут написано... — аристократ нахмурился. — «Поздравляем профессора Люпина с назначением».
— Что? — Римус замер.
— Погоди... — Поттер заглянул через плечо. — «В связи с выдающимися академическими успехами...»
   Марлин уже едва сдерживала смех:
— «...вам предоставляется честь провести сегодня лекцию для младших курсов».
— Это розыгрыш, — спокойно сказал именинник.
   Сириус покачал головой.
— Печать настоящая.

   И правда - на письме была печать Хогвартса. Римус вздохнул.
— Ладно.

   Через десять минут он уже стоял в коридоре перед классом, куда начали стекаться первокурсники.

   Он повернулся к нам.
— Если это шутка, я надеюсь, она хотя бы смешная.
   Я улыбнулась.
— Очень.

   Он открыл дверь. И в этот момент из-за стола преподавателя взлетел огромный баннер:

«С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ, ЛУНАТИК!»

   Потолок взорвался золотыми искрами. Первокурсники начали аплодировать.

   Бродяга и Сохатый недоуменно обернулись на меня:
— Это не наш розыгрыш! 
— Нет, — спокойно сказал Римус.
   Они оба медленно посмотрели на друга. Я невинно улыбнулась.
— Сюрприз.

   Сириус драматично схватился за сердце:
— Лунатик... она украла нашу профессию.
— Это лучший подарок, — рассмеялся именинник, обняв меня.

***
   День рождения Джеймса Сохатого Поттера.

   Если день рождения Римуса был хаосом, то день рождения Джеймса был катастрофой космического масштаба.

   Потому что организацией занимался Сириус...

   К вечеру гостиная Гриффиндора выглядела как последствия магического взрыва. Летающие свечи. Музыка. Сливочное пиво.

   Лунатик смотрел на это с выражением человека, который уже смирился со своей судьбой:
— Это плохо кончится.
— Это кончится великолепно, — сказала я.
— Иногда я забываю, что ты мародёр.
— А иногда я забываю, что ты притворяешься разумным.

   Когда появился Джеймс, Блэк закричал:
— СЮРПРИЗ!
— Я ненавижу тебя, Блэк.
— Ты меня обожаешь.

   Вся толпа в гостиной радостно завопила, поздравляя Сохатого.

   Чуть позже я нашла Джеймса у окна.
— У меня есть подарок.
— Если это ещё один розыгрыш...
— Не совсем.

   Я протянула ему небольшой блокнот. Он открыл его. Страницы были зачарованы. Стоило написать идею, и она сама распределялась по разделам: карты, планы, заклинания.
   На первой странице было написано:
«Чтобы ты никогда не забывал свои гениальные идеи.
И иногда записывал мои.»

   Он поднял на меня глаза.
— Ты сама это сделала?
— Конечно.
   Джеймс улыбнулся.
— Это лучший подарок.

   Сзади тихо сказал Римус:
— Она испортила нам репутацию.
   Сириус вздохнул:
— Да. Теперь Поттер будет думать, что он любимый.

***
   День рождения Джулии Лисенка Эванс.

   Утро 1 апреля. Сириус, Джеймс и Питер уже строят планы.

— Сегодня её день рождения, — сказал Блэк.
— Значит, она ожидает розыгрыш, — сказал Поттер.
— Значит, надо сделать что-то грандиозное, — добавил Петтигрю.
   Люпин спокойно пьёт чай.
— Я бы на вашем месте был осторожнее.
— Лунатик, — сказал Бродяга. — Ты же с нами?
   Римус медленно улыбнулся:
— Разумеется.

(И это первый тревожный знак.)

|
   Когда я спустилась утром в гостиную, вся компания уже была там.
   Сириус хлопнул в ладоши.
— С днём рождения, наш преступный гений.

   Марлин и Алиса обняли меня. Питер вручил огромную коробку конфет. Я заметила Лили, которая стояла рядом с ними.

   Джеймс подошёл ко мне сзади.
— С днём рождения, Лисичка моя.
— Спасибо, Джейми.

   Розыгрыш начинается. Вдруг один из одногруппников заносит огромный торт, который прислал «анонимный поклонник».

   Я делаю вид, что удивлена.
— Поттер... это ты?
— Клянусь, нет.
   Сириус сразу говорит:
— Подозрительно.

   Когда я разрезала торт... Он взрывается в конфетти. Все смеются. Блэк торжественно заявляет:
— С днем рождения!

   В этот момент... начинают происходить странности.
   Волосы Сохатого становятся ярко-розовыми.
— Оу, Джейми, посмотри на свое отражение, пожалуйста, — произнес Бродяга, на что тот недоуменно подошел к зеркалу.
— Это что?!

   А у Сириуса вдруг появляется огромный павлиний хвост из перьев. Весь зал падает со смеху.

— КТО ЭТО СДЕЛАЛ?! — закричал он возмущенно.

   И наконец.. Каждый раз, когда Питер открывает рот, он квакает как лягушка.

   В этот момент я спокойно поднимаюсь из-за стола:
— Спасибо за поздравления.
   Блэк медленно поворачивается.
— Ах ты, хитрая Лиса... Это все ты!
— Возможно.
   Римус тихо смеётся:
— Она попросила меня помочь.
   Сириус смотрит на него с предательским шоком:
— ЛУНАТИК?!
— Я предупреждал.

   Джеймс пытается сохранять серьёзность с розовыми волосами.
— Значит... это война?
   Я невинно улыбнулась.
— Милый, это день рождения.
   Он смотрит на меня секунду. Потом начинает смеяться.
— Ладно. Это было неплохо.
   Я рассмеялась, притянула его за воротник и поцеловала в щёку.
— Не переживай. Ты мне нравишься даже с такими волосами.
   Сириус драматично закрыл лицо руками:
— Это невозможно.
— Что? — спросил Джеймс.
— Поттер, тебя любят даже в таком виде.
   Римус спокойно добавил:
— Это действительно впечатляет.
   Я толкнула его плечом.
— Предатель.
   Он улыбнулся.
— Я просто констатирую факт.