⋆ ๋𝑇𝑎𝑦𝑛𝑎 𝑠𝑒𝑚𝑦𝑖 𝑉𝑢𝑙𝑓𝑜𝑟𝑑𐙚

Выйдя из комнаты, Элизабет направилась искать Белл, чтобы наконец выяснить, не брала ли та книгу по аневризме, которую она так отчаянно искала в кабинете дяди. Она уже собиралась свернуть в коридор, ведущий в гостиную, как вдруг из-за угла на всей скорости вылетела девушка, и они столкнулись плечом к плечу.

— Простите, я не... — начала Элизабет, отступая, но её взгляд зацепился за лицо незнакомки, и слова застряли в горле. Черные волосы, тёмно-карие глаза, знакомое озорное искрение где-то в глубине... — Бет?... — нерешительно прошептала она.

Девушка уставилась на неё, глаза её расширились от недоверия.
— Чтоб меня... Это же ты? — выдохнула она.

— Элиз, это правда ты? Я не сплю?

— О, Господи, Бет! — радость, тёплая и неожиданная, волной накатила на Элизабет, и она, забыв о всякой сдержанности, схватила подругу в объятия. — Сколько лет, сколько зим! Не ожидала увидеть тебя здесь!

— Согласна, — рассмеялась Эмибет, высвобождаясь из объятий и отступая на шаг для церемонного, но полного насмешки реверанса. — Леди Элизабет Вулфорд, я вас обожаю, вы очаровательны.

Элизабет в ответ сделала такой же театральный поклон, едва скрывая улыбку.
— Леди Эмибет Эверли, это взаимно. Вы просто сияете.

— Ну что, — Эмибет окинула её оценивающим взглядом, её губы тронула хитрая улыбка. — Уже нашла себе здесь какого-нибудь отчаянного джентльмена, который сможет выдержать твой острый язычок?

— Сплюнь! — фыркнула Элизабет.

Эмибет звонко рассмеялась, и её смех был таким же, как в детстве — заразительным и чуть грубоватым.
— Значит, ещё не нашла. Отлично. Значит, мне есть с кем поохотиться. Хотя, — она подмигнула, — судя по слухам, ты уже успела отбить какого-то доктора у всей светской тусовки Порт-Виктории. Неплохой старт, я понимаю.

Элизабет покачала головой, но не могла сдержать улыбки. После всей этой истории с Джеком и Смейлсом встреча со старой подругой, которая знала её ещё нескладным подростком, была как глоток свежего воздуха.

— Слухи, как всегда, преувеличивают. Но это долгая история. А ты что здесь делаешь? Твой отец...?

— Отец решил, что колониальный воздух пойдёт на пользу его бизнесу. И моим манерам, — она скривилась. — А я, как верная дочь, следую за семейным кошельком. И, как видишь, оказываюсь в нужном месте в нужное время, чтобы ловить на лету старых подруг. Идём, — Эмибет снова взяла её под руку, уже совсем по-дружески. — Ты должна мне ВСЁ рассказать. И начать с этого самого доктора. И не вздумай ничего приукрашивать.

— Эми, он просто доктор! Я знаю его от силы полдня! 

— А как твой братец? — не отставала Эмибет, её тёмно-карие глаза блестели от любопытства. — Он ведь здесь, я слышала!

— Это не «братец», — фыркнула я. — Это либо «Братхер», либо «Кособокий Козлоногий».

— Почему? — притворно удивилась она. — Он же в детстве был таким милым! И, признайся, хорошеньким.

— Если в детстве он с тобой хорошо общался, это не значит, что он такой и есть на самом деле, — парировала я, скрестив руки на груди. — Тем более, он повзрослел и теперь вечно хмурый, как индюк. Бесит.

— Но... он стал красивее? — настойчиво допытывалась Эмибет, подмигивая.

— Да вы сговорились, что ли?! — вырвалось у меня, и я покачала головой. — Фанни уже доставала меня с этим... А так, он как был уродиной, так навсегда ею и останется.

— Ах, вот как, — раздался у меня за спиной до боли знакомый, низкий голос, насквозь пропитанный язвительной усмешкой.

Я застыла, чувствуя, как кровь отливает от лица. Эмибет широко раскрыла глаза, и её взгляд ясно кричал: «Нам нужно бежать. Сейчас же».

Не говоря ни слова, мы обменялись одним единственным взглядом, полным паники и детского заговора. Я, не оборачиваясь, показала высунутый язык в направлении голоса, и в следующее мгновение мы, как две перепуганные кошки, сорвались с места и пустились наутек по коридору, оставив разгневанного (или, что более вероятно, смертельно потешённого) Родерика позади.

Выбежав в сад, мы прислонились спиной к прохладной стене особняка, пытаясь перевести дух, и разразились счастливым, беззаботным смехом, как в старые времена.

— Боже... — выдохнула я, вытирая слезу. — Мне точно конец. Он придумает какую-нибудь изощрённую месть.

— Если что, я тебя прикрою, — с готовностью пообещала Эмибет, всё ещё смеясь. — Скажу, что это я тебя надоумила.

— Ой, какие вы любезны, госпожа Эмибет, — сказала я, притворно кокетничая.

Она фыркнула и легонько толкнула меня плечом.
— Серьёзно? «Госпожа»? Мы что, на балу у королевы?

— Ой-ой-ой, — передразнила я её, и мы снова захихикали. Затем, набрав в лёгкие воздуха, я крикнула в сторону дома: — Родерик — надутый индюк!

— Эй, не обижай его так, — слегка упрекнула меня Эмибет, хотя в её глазах всё ещё плескалось веселье.

Я притворно насупилась, поджав губы.
— Так кто твоя подруга? Он или я?

— Ты, конечно, ты, — она обняла меня за плечи. — Но всё равно не обижай. А если уж будешь обижать, — её голос приобрёл заговорщицкие нотки, — то зови и меня. Вдвоём веселее.

— Вот это я уже понимаю! — рассмеялась я, и мы снова пошли по садовой дорожке, наши тени смешивались в сгущающихся сумерках. Было так легко, будто и не прошло этих десяти лет.