⋆ ๋𝑇𝑎𝑦𝑛𝑎 𝑠𝑒𝑚𝑦𝑖 𝑉𝑢𝑙𝑓𝑜𝑟𝑑𐙚

Ночь опустилась на особняк густым, непроглядным бархатом, но Элизабет не спала. Мысли о брате, оставшемся за полмира, не давали покоя, превращаясь в навязчивый, щемящий напев: Как же хочется, чтобы он приехал.

Всю ночь она ворочалась, пока, наконец, не сдалась и не зажгла свечу. В её блокноте рождались бессмысленные штрихи и контуры, пока усталость не сомкнула ей веки уже под самое утро.

 Утро.

Сознание возвращалось медленно и неохотно, пока его не пронзил настойчивый голос и лёгкие толчки в плечо.

— Эль, просыпайся. У меня к тебе сюрприз.

— Белл, отстань, — простонала Элизабет, натягивая одеяло на голову.

— Не перечь мне, я старше.

— И первее меня умрёшь, значит, — буркнула она в подушку.

— Посмотрим. Да проснись уже!

Элизабет с негодованием села на кровати, сгребая с лица спутанные волосы, и уставилась на кузину взглядом, способным испепелить.

— Что ты хочешь? Что за сюрприз?

— Не скажу. Одевайся и спускайся вниз — и всё увидишь. — С этими словами Белл с загадочной улыбкой выпорхнула из комнаты.

— Бесит! — крикнула ей вслед Элизабет, но любопытство уже пересилило досаду.

Она быстро выбрала наряд и надела его.

— Арчи? — прошептала она, не веря своим глазам. Это была её собака, её верный спутник из Таиланда. Но как?.. Она же не брала его с собой. Не в силах сдержать улыбку, она опустилась на колени, чтобы погладить пса. — Мой сладенький! Как ты тут оказался?

И тут боковым зрением она уловила знакомую, высокую фигуру, прислонившуюся к косяку двери. Подняв взгляд, она застыла. Родерик.

Не помня себя, она сорвалась с места и буквально влетела в него, обвив руками шею и спрятав лицо в плече его сюртука.

— Всё-таки решил приехать? — прозвучал её голос, приглушённый тканью, но в нём слышались и смех.

Родерик на мгновение застыл, ошеломлённый такой бурной реакцией. Затем его руки медленно, почти нерешительно обняли её за плечи. В его объятиях не было прежней бравады, лишь глубокая, смиренная нежность.

— Видишь ли, — его голос прозвучал прямо над её ухом, тихий и насмешливый, но без привычной колкости, — кто-то должен был привезти твоего «сладенького». А оставлять этого негодяя на попечение отца было бы жестоко даже по моим меркам. Он бы его затренировал в ходячий аристократический аксессуар.

Элизабет отстранилась ровно настолько, чтобы взглянуть ему в лицо, но не выпуская из рук складок его сюртука, словно боялась, что он исчезнет.

— Ты... ты специально привёз его? Но как ты уговорил отца? И что ты здесь делаешь? Ты же должен был «почивать на лаврах».

Родерик тяжко вздохнул, и в его глазах мелькнула тень усталости от долгого пути и, возможно, от чего-то ещё.

— Уговаривать никого не пришлось, — он отпустил её и провёл рукой по её волосам. — После твоего отъезда в родовом гнезде стало... невыносимо тихо. Даже для меня. — Он бросил взгляд на вертящегося вокруг них Арчи. — А этот меховой комок скулил под твоей дверью так, что сердце разрывалось. Решил, что это знак.

Он снова посмотрел на неё, и в его взгляде читалось что-то новое — нежность, смешанная с беспокойством.

— Так что считай, я твой новый, личный курьер по доставке ностальгии. Прибыл с одним чемоданом и одним перевозчиком собачьих радостей. Надолго ли? — Он пожал плечами, делая вид, что это неважно, но Элизабет уловила в его тоне надежду. — Посмотрим. Если, конечно, мисс Вулфорд не против моего общества.

Элизабет сжала его ладонь в ответ, и на её губах расцвела самая искренняя улыбка с тех пор, как она покинула Таиланд.

— Против? Род, я... — она запнулась, подбирая слова. — Я так тебе рада, что готова простить даже те угрозы сжечь мои записи.

— О, это я ещё не начинал, — он парировал, и привычная усмешка наконец вернулась на его лицо. — У меня в запасе целый арсенал. Но для начала, — он кивнул в сторону холла, — можешь показать мне, где в этой колонии подают приличный завтрак? А то твой «сладенький» всю дорогу делился со мной своими собачьими галетами. Надоело.

Элизабет повернулась и увидела дядю, тётю и сестёр, которые стояли в дверях гостиной и наблюдали за этой сценой с нескрываемым интересом и улыбками.

— Доброе утро, — произнесла Эль.

— Доброе утро, дорогая, — первой пришла в себя леди Джейн, её взгляд мягко скользнул с Элизабет на Родерика.

Губернатор Эдмунд, на его лице играла довольная улыка.
— Мистер Вулфорд, — кивнул он Родерику. — Рад видеть вас в нашем доме.

Фанни, не скрывая любопытства, тут же подхватила:
— Родерик! Ты ведь не с пустыми руками приехал? В Таиланде сейчас какие шляпы в моде?

Белл, стоявшая чуть поодаль, скрестила руки на груди и с лёгкой ухмылкой произнесла:
— Поздравляю, Эль. Похоже, твои мольбы, чтобы кто-нибудь привёз тебе нормальные хирургические инструменты вместо местных поделок, наконец были услышаны. Пусть и в несколько... крупногабаритной упаковке.

Родерик, сделал изящный поклон в сторону хозяев.
— Леди Джейн, губернатор, — его голос вновь приобрёл привычные светские нотки. — Прошу прощения за столь внезaпное вторжение. Но когда твоя сестра в отъезде, в доме становится подозрительно тихо и... скучно. Решил, что долг старшего брата — внести немного хаоса в её новую, налаживающуюся жизнь.

— И прекрасно сделал! — воскликнула леди Джейн. — Теперь наше скромное общество стало полным. Неправда ли, дорогой?

Эдмунд одобрительно кивнул.
— Абсолютно с вами согласен, моя дорогая. Мистер Вулфорд, считайте наш дом своим.

В этот момент Арчи, почувствовав всеобщее внимание, радостно гавкнул и начал крутиться вокруг ног Родерика.

— Видишь? — прошептала Элизабет, сжимая руку брата. — Даже он подтверждает, что ты принял верное решение.

— Не сомневался ни секунды, — тихо парировал Родерик, и в его глазах на мгновение мелькнула та самая, редкая для него, искренняя нежность.