Глава 46
Диана
Утром я на быструю руку приготовила завтрак для Алисы, она мала что съела, зато яблок наелась до отвала, она у меня чудачка, не любит яблочный сок, а кушать их обожает.
— Алиса, не играйся с едой. Заканчивай есть.— Она делает большие глаза, будто не понимая, в чём проблема. Потом снова отправляет в рот большой кусок яблока, и щёки надуваются, как у бурундука.
— Но вкусно! — протестует она.
Я качаю головой, стараясь быть строгой, но губы снова расплываются в улыбке. — Я знаю, но это ещё не повод забивать желудок! — я пытаюсь быть твёрже, но не выходит.
Пусть ещё ребёнок, но слишком уж милый, ну разве можно сердиться?
Она снова улыбается, всё ещё жуя яблоко. Кусочек прилипает к щеке, и я чуть хмурюсь.
Тяжело быть хорошей матерью, если даже в мелочах хочется её баловать...
— Ладно, только больше не ешь! — говорю я с напускной строгостью и подмигиваю.
Она фыркает и тут же соскальзывает с стула, бросаясь к двери.
— Пойду рисовать!
Я кричу ей вдогонку:
— Не убегай так быстро, маленькая сумасшедшая!..
— Я аккуратно! — слышу её удалявшийся голос.
Я вздыхаю, посмеиваясь про себя.
Может, я и слишком её балую, но как тут удержаться?..
Я убираю со стола, стараясь занять руки.
И тут слышу звонок дверного звонка.
Вздрагиваю, потому что обычно мы никого не ждём в это время.
Может, это просто соседки опять за разговорами зашли?..
Я открываю дверь, все ещё надеясь, что это какая-нибудь соседка, и вижу перед собой Микаэля. Он выглядит усталым, под глазами круги, но взгляд прямой.
В руках он держит пару пакетов, как будто пришёл ненадолго... или надолго.
Мы пристально смотрим друг на друга несколько секунд, и впервые чувствую, как сердце снова с силой бьётся в груди.
Микаэль смотрит на меня так, будто ждёт какой-то реакции, но я молчу, чувствуя вязкую неловкость от внезапной встрече.
Проходит ещё миг, и он наконец хмуро произносит:
— Можно войти?
Я колеблюсь мгновение, но в итоге все же делаю шаг в сторону, освобождая проход.
Микаэль тихо кивает и заходит внутрь, аккуратно ставя пакеты на стол...
Он открывает пакеты и вытаскивает оттуда маленькую куклу, большой конструктор и несколько упаковок конфет.
— Я принёс игрушки для Алисы, — произносит Микаэль тихо, кладя их на стол.
И снова поспешно добавляет:
— Понимаю, тебе это не нужно... но я подумал, что ей будет приятно.— Я смотрю на игрушки, чувствуя, как в горле пересохло.
Глаза машинально скользят по кукле — маленькая, но дорогая на вид.
Конструктор — один из тех, что она давно хотела, но я не покупала... потому что это слишком, для неё слишком хороший подарок.
Тяжесть этих пакетов ощущается не физически, а словно морально.
Наконец встречаюсь с Микаэлем взглядом, борясь с эмоциями.
— Спасибо, — только и могу выдавить.
Микаэль пожимает плечами как будто ненарочно, чуть отводя взор в сторону.
— Не стоит.
Он нервно проводит рукой по волосам.
Голос звучит тихо, будто он устал:
— Ей правда понравится.
Я знаю.
И в этот момент чувства борются внутри меня, потому что сердце наполняется благодарностью за подарки, но мозг нашептывает: это слишком. Это просто не нужно.
И слова сами срываются с губ.
— Микаэль, не нужно этого всего. — Он хмурится, и впервые за всё время видна в его лице явная искренность.
— Она это заслужила, — в его голосе нет злобы, только усталость.
Он снова отводит взгляд в сторону, будто не желая смотреть на меня прямо.
Это непривычно — раньше он всегда говорил прямо и прямо смотрел в глаза.
Он выглядит усталым, слишком усталым, и впервые замечаю на правой щеке тень синяка под глазом. Я машинально делаю пару шагов ближе, смотря на него в замешательстве.
— Что... что с тобой?.. — с губ почти срывается, но я мертвой хваткой прижимаю губы.
Микаэль дергается, словно его поймали.
Рука машинально начинает легонько тереть синяк.
— Ничего серьезного, просто тренировка немного бурная вышла.. — Но это звучит слишком неуверенно, и в его голосе звучат нотки нервозности.
Всё ещё не сводя с него взгляда, делаю ещё пару шагов ближе.
— Микаэль. Смотри на меня.
Он медлит секунду, но всё же поворачивается. Его взгляд устало утыкается в мои глаза:
— Что?
Я делаю ещё один большой шаг ближе, до тех пор, пока он не вынужден чуть наклонить голову, чтобы видеть меня.
А потом осторожно дотрагиваюсь до синяка, кончиками пальцев, едва касаясь кожи.
— Всё в порядке..забей.— он убирает руку, и отходит на пару шагов назад.
Он отступает, будто моё прикосновение обожгло.
Я опускаю руку, чувствуя пустоту в ладони.
— Не могу я "забить", Микаэль, — шепчу я. — Ты только что появился у моей двери с подарками для моей дочери... и со следами побоев на лице.
Он не отвечает сразу. Стоит, сжав челюсти, глядя в пол.
Потом тихо:
— Это не твоё дело теперь.
— А если это он?.. — вырывается у меня против воли.
Микаэль вздрагивает почти незаметно... Но я всё равно это видела.
— Хватит, это не он. Я ясно дал понять.— его голос стал твёрдым.
— Тогда кто? — мой голос дрожит, но я не отступаю.
Микаэль стискивает зубы, пальцы сжимаются в кулаки.
— Долгие разборки внутри семьи... Это не касается тебя, Диана.
Я делаю шаг вперёд:
— А если он начинает подозревать? Если это всё... начало конца?
Он резко смотрит на меня, и в глазах мелькает что-то тёмное — боль или страх.
— Я сказал хватит, Ты выбрала свою жизнь... Я прикрою тебя хоть ценой своей шкуры.
Тишина снова накрывает нас.
И тогда доносится детский голос из коридора:
— Мама?..
Алиса стоит там, босоножкой цепляясь за косяк, глаза полусонные.
Микаэль будто моментально сбрасывает напряжение, его лицо меняется. Становится мягким. Почти родным.
Он улыбается и с легкостью подходит к ней, наклоняясь чуть на колено:
— Привет, маленькая.
Алиса сонно трёт глаза кулаками и неуверенно смотрит на него. А Микаэль протягивает ей игрушку:
— Вот, для тебя.
Алиса осторожно подходит, глядя то на пакеты, то на меня.
Я киваю ей: всё в порядке.
Тогда она тянется и берёт в руки конструктор — тот самый, что давно просила.
Её глаза загораются.
— Это мне? — шепчет она.
Микаэль смотрит на неё с теплом во взгляде — таким, какого я никогда раньше за ним не видела.
— Да. Всё тебе.
Она улыбается... и бросается к нему обнимать за шею — просто так, без страха, как будто он свой уже давно.
Он замирает от неожиданности... потом осторожно кладёт руку ей на спинку.
А у меня внутри всё сжимается от боли и чего-то ещё... чего-то опасного.
— Я приехал чтобы на время попрощаться.. мне нужно уехать в Нью-Йорк.— отпускает он взгляд.
— Когда? — вырывается у меня, прежде чем я успеваю сдержаться.
Микаэль смотрит в пол, собираясь с мыслями.
— Сегодня. Через пару часов... Мне нужно убедиться, что всё под контролем.
Алиса всё ещё держится за его руку, будто не хочет отпускать нового друга.
А он наклоняется к ней:
— Слушай, маленькая... Я скоро вернусь. Обещаю.
Она кивает серьёзно и кладёт на ладонь ему конфетку из пакета:
— Возьми... чтобы не грустил в дороге.
Микаэль замирает.
На секунду, всего миг, его глаза становятся влажными.
Но он быстро отводит взгляд и прячет эмоции за обычной маской хладнокровия:
— Береги маму... хорошо?
Она снова кивает.
И тогда он поднимается на ноги... и медленно поворачивается ко мне:
— Не делай глупостей пока меня нет. И не думай скрываться снова... ты уже давно не одна в этой игре.
Я вглядываюсь в его лицо: усталое и одновременно твёрдое.
Пытаюсь что-то сказать... но не могу. Только киваю.
Микаэль смотрит на меня секунду... потом коротко прощёно кивает и беззвучно направляется к двери.
На пороге он останавливается, и всё-таки оборачивается.
Руки в карманах брюк, взгляд серьёзный.
А потом... улыбка:
— Я вернусь.