eleven.
Завтрак у Джейвона.
Пробуждение было странно тёплым. Не тем уютным, что напоминает о детстве, — а другим, новым, как будто тело знало, где оно, но разум всё ещё спал. В комнате пахло чем-то вкусным и немного... им. Табаком, мятой, кожей и согретым солнцем.
Лилиан приподнялась на локтях. Белые простыни, чужая подушка, слишком мягкий матрас. Несвойственно. Она провела рукой по волосам, а затем открыла сообщение из-за которого и проснулась.
от Джейлы:
«Доброе утро. Уехали с Джейденом в магазин, ты мило сопишь во сне, не стала будить. Рядом оставила новую футболку. Не скучай, целую, Джейла.»
Она надела её, медленно, без вопросов, будто это был священный обряд. Ткань обволакивала её, закрывая бедра, оставляя ноги нагими и дерзкими. Она не пыталась искать зеркало. Она знала — выглядела эффектно.
Когда она спустилась вниз, на кухне стояла музыка. Soft R&B, лениво играющая из колонок, как будто кто-то запустил саундтрек к соблазну.
Первый вопрос: неужели так быстро приехали?
Он стоял у плиты. Спина напряжена, мышцы спины перекатываются под кожей, влажные кудри падают на затылок, низко спущенные серые шорты держатся на бёдрах только по воле притяжения. Или греха. Возможно — обоих.
Он не обернулся сразу.
— У тебя всегда такой взгляд с утра, или это потому что я без штанов? — произнёс он спокойно, не поворачиваясь, но явно ощущая её взгляд.
Лилиан не ответила сразу. Подошла ближе, опершись бедром о кухонный остров.
— Я думала, у тебя есть приличные пижамы, Джейвон, — сказала она, медленно. — Но, видимо, ты спишь в эго и протеине.
Он усмехнулся. Поставил на плиту сковороду с омлетом, развернулся — и, наконец, посмотрел на неё. В его взгляде не было удивления. Только желание. Нетерпеливое и ленивое одновременно. Он смотрел на неё, как на завтрак. Или ужин. Или все курсы подряд.
— А ты выглядишь как моя новая зависимость, — произнёс он. — Голая кожа, моя футболка, и выражение лица, будто ты собираешься меня укусить.
Лилиан склонила голову чуть набок, как кошка, изучающая добычу, слишком самоуверенную для своей безопасности.
— Сначала кофе. Потом укушу. Может.
Он двинулся к ней, ближе, медленно. Налил кофе, поставил перед ней чашку. Пальцы их случайно коснулись. Он не отдёрнул руку. И она — тоже.
— Ты всегда такая опасная утром? — спросил он, глядя прямо в глаза.
— Я вообще всегда такая, — отрезала Лилиан. — Просто по утрам сложнее притворяться невинной.
Он поднёс чашку к её губам, не отрывая взгляда, наклонился ближе. Его дыхание касалось её щеки.
— А я и не просил, — прошептал он. — Мне нравится видеть, какая ты настоящая. Когда не фильтруешь себя. Особенно когда в моей одежде и на моей кухне.
На секунду повисла тишина. Только пар из чашек и R&B в фоне.
Она сделала глоток кофе. Вкус — тёмный, крепкий, чуть сладкий. Такой же, как он. Он смотрел, как она пьёт, будто в этом был целый ритуал. Она поставила чашку обратно.
— Ты всегда так смотришь на гостей? — спросила она тихо.
— Только на тех, кого хочу оставить, — ответил он, подходя ближе. Он взял тарелку с омлетом, поставил перед ней. Потом подался вперёд, стер пальцем что-то с уголка её губ. Медленно. Намеренно.
— У тебя на губе... — его палец задержался. — Наглость.
Она схватила вилку, воткнула в омлет и сделала первый укус, не отводя от него взгляда. Как вызов. Как давай, играй дальше.
— Вкусно, — сказала она. — Не думала, что ты умеешь готовить. Думала, у тебя только кулаки работают.
Он рассмеялся, но беззвучно. Как будто смех был бы слишком громким для этой сцены.
— Умею многое. Но тебе, похоже, интересна только моя кухня и мои шорты.
— Твои шорты — это отдельная глава. Но да, кухня — приятно удивила.
Он оперся руками о стол, приблизившись. Почти прижал её. Лицо рядом. Губы рядом. Дыхание — общее.
— Если ты останешься, я приготовлю ужин. Без шорт.
Она чуть откинула голову назад, глаза блестели.
— Убедительно. Но я пока здесь только на завтрак. И то, потому что твоя сестра ушла в магазин.
— Это мы ещё посмотрим, — прошептал он. — Я умею растягивать утро.
— Где ты был?
Он будто не понял сразу. Или сделал вид.
Но ответил, не отводя взгляда:
— Клуб. Алкоголь. Девушки. Банально до слёз.
Что, ждала?
Она усмехнулась — устало и чуть колко:
— Считала для статистики. Надо же понять, как ты живёшь, прежде чем писать про тебя в журналистскую колонку. Не все же интервью брать по Википедии.
Он склонил голову чуть вбок. Глаза сузились, будто он видел её насквозь.
— Тебе, с твоим королевским тоном и этими глазами «вы все подопытные», не понять.
Ночная жизнь — это побег. Удары в ринге — это порядок.
А девушки... ну, они хотя бы не делают вид, что не смотрят на меня, когда смотрят.
Лилиан спокойно сделала глоток кофе.
— Так ты думаешь, я ревную?
Он пожал плечами, полуулыбка появилась на губах.
— Если бы я тебя не знал, я бы так и подумал.
— Хорошо, что ты меня не знаешь.
— Ха. Жаль. Было бы проще.
Повисла пауза.
Он смотрел на неё слишком долго.
Она сидела слишком прямо.
И в этой тишине Лилиан подумала: если он узнает, что это всё просто материал для курса, он... может, вообще перестанет говорить.
Поэтому она ничего не сказала. Только снова сделала глоток — и улыбнулась.
— Спасибо за кофе. Не все объекты журналистского исследования такие щедрые.
Он фыркнул:
— Я не объект. Я — катастрофа.
— Отлично. У нас как раз тема курса — «Как разговаривать с ураганами». Ты идеально подошёл.