Часть 34.
Ньют
Мы прошли через многое, чтобы наконец пробраться в здание порока. В этом нам помог Галли, и я до сих пор не могу поверить в то, что он оказался жив. Это было просто невозможно, но вот он — привел нас сюда, и мы снова стали друзьями, как раньше. Это был наш третий выход в город. Мы заманили Терезу в одном из безлюдных переулков, и тогда начался допрос.
Я усадил её за стул и снял мешок с её головы.
— Галли? — первое, что сказала она при виде нас.
— Вот что сейчас будет: мы зададим тебе ряд вопросов, и ты расскажешь всё, что нам нужно знать, — начал Галли. — Где Минхо и Адель? — он поставил стул и сел перед ней. Увидев, что она смотрит в сторону Томаса, добавил: — Говори мне, Томас тебе не поможет. Мы знаем, что Минхо у вас в здании. Где?
— Их держат всех вместе, на этаже минус три, — ответила она.
— И сколько их там? — спросил Томас.
— Двадцать восемь, — ответила она.
Мы все обернулись на Бренду.
— Могу это провернуть, — ответила она.
— Нет, доступ к этажу ограничен, там на входе распознаётся отпечаток большого пальца, — сказала Тереза.
— Поэтому ты пойдёшь с нами, — сказал Томас.
— Ну не знаю, не так уж она и нужна, нам ведь нужен только палец, — сказал Галли, взяв в руки нож.
— Галли, завязывай, — попытался остановить его Томас.
— Кишка тонка? С Минхо и Адель она проделала кое-что покруче.
— План другой, отвали, — сказал Томас, забрав нож из его рук.
— Да хоть как, через главный вход вам всё равно не пройти, сенсоры засекут вас, как только вы... — она не успела договорить, её перебил Томас.
— Знаем, мы меченные, собственность порока, — Томас сел рядом с ней. — Ты и с этим нам поможешь, — он протянул тонкое лезвие в её руки.
Когда пришла моя очередь вырезать жучок из шеи, я заговорил.
— Ты знаешь, что с ней? — начал я, и она сделала разрез на моей коже. Я поморщился от боли, но всё терпимо.
— Он избил её, настоящий монстр, тебе лучше не знать подробности, — ответила та.
— Говори всё, что он делал, я хочу знать, — мне нужно было узнать, насколько сильно бить этого придурка.
— После того как мы улетели, он закрыл её в подвале.
— Она ведь была ранена?
— Ему было всё равно.
— Продолжай.
— Он заставил врачей вытаскивать пулю без анестезии, она так кричала...
Я крепче сжал кулаки.
— Тереза, зачем ты рассказываешь это ему? — вмешался Томас.
— Томас, я так решил, не она, — ответил я ему.
— Он должен знать, — согласилась она, — потом одна из медсестёр вколола ей обезболивающее, но он узнал об этом, и между ним и Адель произошёл какой-то конфликт. Никто не знает, о чём шла речь, но когда я ворвалась в её палату, она лежала в луже крови, а он сидел рядом и наслаждался видом, — кажется, ей было трудно говорить об этом, но она сделала это с нами. И у меня есть полное право ненавидеть её.
— Что было потом, — я пытался держаться изо всех сил, но, кажется, моё зрение затуманила нарастающая агрессия.
— Клиническая смерть... Потом кома, она не приходила в себя, и Дженсон отключил её от аппаратов, — сказав это, она закончила работу, и резко встав, я набросился на неё.
— Что ты несёшь, идиотка?! Хочешь сказать, что вы её убили?!
— Ньют! Пожалуйста, успокойся! — пытался оттащить меня Томас.
— Ньют! Чтоб тебя! — кричал Галли.
— Она жива! — сказала Тереза, и я резко остановился, — но она ничего не помнит: ни тебя, ни вас всех.
— Что ты говоришь? — с недоумением спросил я.
— Ты сам хотел знать правду.
Вырвавшись из рук парней, я пошёл прочь. Мне нужно остыть. Чёрт! Она не помнит меня! Но она жива, главное, чтобы она продержалась. Я скоро приду за ней.
Мы зашли в здание Порока. Я и Томас сопровождали Терезу. Вокруг было много военных в той же форме, но мы узнавали наших ребят. Зайдя на лестничный пролет, мы отправились в сторону минусовых этажей.
— Стойте, стойте! — сказал Галли, остановившись напротив шкафов с электричеством и системой здания, — я подключусь здесь.
Фрайпан залезал на строительный кран, а Бренда должна была «арендовать» один из автобусов, точнее — просто угнать.
Когда Галли наконец закончил устанавливать устройство к системе Порока, его люди должны были получить полный доступ к этому зданию.
Мы внезапно ворвались в один из блоков, где держали подростков. Перестреляв всех, кто стоял на нашем пути, освободили заруганных ребят.
— Все уходим, — сказал я им.
— Ребята, понадобится время, — сказал Галли, сидя возле одной из дверей.
Мы открыли все комнаты, но Минхо снова нигде не было.
— Чёрт, его здесь нет, — начал Томас и, подойдя почти вплотную к Терезе, спросил: — Где он?
Она начала рыться в компьютерах:
— Они перевели его в медчасть, Томас, это на другой стороне здания, там же, где и Адель.
— Веди меня к ним, — сказал Томас.
— Я иду с вами, — сказал я, вновь надевая маску на голову.
— Ньют, нет, сиди здесь и жди, ты знаешь что тебя Дженсон ненавидит больше чем меня.
— Тебе в одиночку не справиться, — протестовал я, — они важнее всего, ты забыл?
— Да идите и поторопитесь! А встретимся у дальнего выхода! — сказал Галли.
Мы отправились дальше вглубь здания. Зайдя в лифт, Томас нажал на кнопку указывающую этажи и створки лифта начали закрываться, но Дженсон, который взялся непонятно откуда, ворвался в лифт и встал рядом с Терезой.
Я крепче сжал руки в кулаки, когда увидел его, но Томас незаметно показал мне, что нужно расслабиться.
— Много работаешь, — начал он.
Тереза лишь хмыкнула.
— Адель сейчас работает с тобой?
— Да...
— Позже я зайду к вам. Предупреди её, что я зову её поужинать вместе со мной.
Какого черта он зовёт мою девушку на ужин?
— Хорошо...
— И тебе следует кое-что знать, это между нами: Томас здесь, — сказал он.
— Камеры засекли его около стен. Ава не хотела, чтобы ты знала, но есть шанс, что он захочет с тобой связаться. Короче, я верю, что ты сообщишь мне первой.
— Вы убьёте его? — спросила она.
— А это проблема?
Лифт остановился, и мы вышли из него, как только двери открылись. Словно случайно я задел Дженсона плечом.
—Томас! Вы совершаете огромную ошибку! Минхо является сейчас главный объектом, он может спасти нас всех!,- начала Тереза.
—Не слушай ее, она тебе весь мозг вынесет,- перебил ее я.
— Томас, послушай! Ты же знаешь, что творится! Люди умирают! Этот мир гибнет. У тебя в крови есть то, что мне непонятно, — продолжила она.
— Открой, — сказал он, когда мы подошли к одной из дверей, которая открывалась по отпечатку пальца.
— Если я сделаю анализ, то смогу тебя защитить! — сказала она, открывая дверь, и мы зашли внутрь.
— Так же, как ты защитила Минхо и Адель?! — сказал он, сняв шлем.
— Томас, надень шлем!
— И сколько людей вам нужно? Сколько ребят нужно поймать, замучить, убить?!
— Когда мы найдём лекарство, — не унималась она.
— Никакого лекарства не существует! — злобно ответил он.
— Не трать слов понапрасну, Тереза, — послышался голос Дженсона, — он давно сделал выбор.
Он направил оружие в нашу сторону, но мы сделали то же самое. Они уверенно шли к нам, и тогда Томас схватил Терезу и приставил дуло пистолета к её виску:
— Назад! Скажи, чтоб ушли!
— Эй, Томас, брось, это же я, а я тебя прекрасно знаю, ты её не застрелишь, — сказал Дженсон, остановившись.
— Ты так думаешь?
— Ладно, — сказал тот, убирая пистолет, — застрели её, докажи, что я не прав. Застрели её!
Я не знаю, был ли Томас действительно готов убить Терезу, но она втолкнула нас внутрь коридора и закрыла дверь так, чтобы Дженсон не смог добраться до нас. Выстрелы полетели в нашу сторону, но стекло было пуленепробиваемым.