12 глава
Ли Ёнбок полупривстал и посмотрел на неё прищуриваясь, словно не узнавая посетительницы.
- Что вам угодно?
Она собрала всю свою силу воли, чтобы подавить волнение.
- Разве милорд не знает меня?
Он медленно встал и подошел к ней.
- Мисс Манобан?
- Мисс Манобан, милорд. Я пришла, чтобы...
Он перебил её, указывая на кушетку:
- Могу я попросить вас присесть? Или... вы боитесь меня?
Презрительно вскинув головой, Лалиса уселась, а затем, глядя прямо в глаза капитану, продолжила:
- Итак, я у вас, милорд, а вы... вы, конечно, думаете, что ваша игра удалась вам?
- Какая игра?
- Подлая игра, милорд: игра Давида с Вирсавией.
- Не помню этой истории! - небрежно сказал капитан, опускаясь в кресло против неё. - Уже много времени прошло с тех пор, как я бегал в школу!
- Давид влюбился в Вирсавию, но она была женой Урии, а Урия был начеку. Чтобы овладеть Вирсавией, Давиду надо было устранить Урию...
- Ну и он так и сделал?
- Он так и сделал. Он послал его на войну, приказал убить его, а затем взял Вирсавию а жены.
Лалиса ещё пристальнее уставилась в глаза капитана. Его веки дрогнули, но кроме этого он не высказал ни малейшего волнения.
- Ну а дальше? - сказал он. - Право, не понимаю, к чему вы рассказываете мне эту старую историю?
Рядом с Лалисой стоял стол, на котором лежал кинжал, видимо служивший для разрезания книг. Лалиса взяла его и принялась рассеянно вертеть в руках.
- С той поры эта старая история неоднократно повторялась, и даже теперь находятся подражатели. Например, лорд, капитан военного судна, влюбляется в бедную девушку... разве это невозможно?
Ёнбок спокойно кивнул.
- Разумеется, это вполне возможно!
- Но у неё был друг, который охранял её.
- Был друг? А разве он перестал быть им?
- Его самого больше нет. Как же устранил лорд этого неудобного друга?
Сэр Феликс медленно встал.
- Так вы думаете, мисс Манобан, что я завебровал Бэма Бхувакулья, чтобы разлучить его с вами?
Лалиса тоже встала. Они стояли, впиваясь друг в друга взорами, как два дуэлянта, готовых ежеминутно сделать выпад.
- Да, я так думаю! - резко крикнула Лалиса. - Вы подкупили миссис Квон, чтобы она приняла меня; вы надеялись с её содействием добраться до меня. Но вы заметили, что Бэм мешает вам, и устранили его.
- Быть может, это было и не совсем так, мисс Манобан, Чанбин, может быть ещё прежде рассказывал мне о человеке, притворяшемся калекой, чтобы улизнуть от обязанности к королю. Но пусть так! Предположим, что все случилось именно так, как вы думаете. Дальше что?
Намешливый тон капитана взорвал Лалису.
- Я знаю, что бедная девушка ничего не может поделать с могущественным лордом. И все же я не совсем бессильна. Давид мог убить Урию, но он не мог бы соблазнить Вирсавию, если бы она не захотела быть соблазненной им.
Она с вызывающим видом посмотрела в глаза сэра Феликса, и от этого взгляда его лицо густо покраснело. Вдруг он бросился на Лалису и вырвал у неё из рук кинжал, рукоятку которого она нервно сжимала.
- К черту игрушки! - крикнул он. - Мы здесь не в театре! - Он прошелся несколько раз по каюте. - Давайте поговорим разумно. Вы хотите, чтобы я отпустил вашего друга? Пожалуй! Какое мне дело до этого человека? Но я уже говорил вам, что я влюблен в вас и хочу обладать вами. Скажите "да", и Бхувакуль Бэм может идти куда хочет. Я дам ему паспорт, который хранит его от вторичного завербования. Я исполню все ваши желания. Я возьму отпуск и уеду отсюда, куда вы пожелаете. После этого вы будете опять свободны. В качестве вознаграждения вы получите сто фунтов.
Лалиса вылсушала его, не перебивая, и затем сказала с ледяным презрением:
- Вы хотите купить меня на время? Значит, вы предлагаете мне коммерческую сделку?
- Называйте это как вам угодно. Я моряк и не привык гоняться за красивыми словечками.
- Моряк? - повторила Лалиса с резкой иронией. - Но ведь сэр Ли Ёнбок, насколько я знаю, ещё и дворянин тоже. К дворянину я и хотела обратиться, когда пришла сюда, а вместо дворянина нашла плутоватого лавочника. Неужели вы, милорд и в самом деле, думаете, что у вас достаточно средств, чтобы купить мою честь? Да я лучше отдамся последнему из ваших матросов, чем вам, пятнающему королевский мундир!
Сверкая глазами, бросила она капитану это оскорбление, а затем хотела пройти в двери. Но он не пропустил её. Натянуто улыбаясь, он простер к ней объятия и хотел схватить её. Тогда Лалиса изо всей силы ударила его по лицу.
С диким криком бросился сэр Феликс на неё. Но в тот же момент на палубе поднялся страшный шум. Послышались тревожные голоса, прогремел выстрел. Перед капитанской дверью появился офицер, который крикнул что-то, чего Лалиса не поняла.
Капитан бросился наверх и громким голосом стал отдавать распоряжения.
***
Когда Лалиса вышла на палубу, она увидела, что от корабля отваливает лодка с Чанбином и шестью матросами, причем они изо всей силы налегали на весла.
Далеко впереди них плыл Бэм. Его голова, еле видная над поверхностью воды, быстрыми скачками неслась к берегу. А на берегу собралась большая толпа, которая ободряла беглеца криками и осыпала преследователей-матросов проклятьями.
"Если Бэму удастся добраться до берега, он будет спасен, - подумала Лалиса. - Тогда он исчезнет в толпе, которая живой стеной встретить преследователей".
Лалиса поняла, что побудило Бэма бежать, и тотчас сообразила, что если он освободиться, то сэр Феликс потеряет всякую власть над ней. Значит, Бэм готов был сам погибнуть, лишь бы спаслась она!
Горячее чувство вспыхнуло в Лалисе к нему, когда, опираясь на перила, она следила за головой, которую с каждым ударом весел догоняла лодка.
Вдруг она громко вскрикнула. Бэм был на берегу и выпрямился во весь рост. Сотни дружеских рук протянулись к нему навстречу. Но лодка одним взмахом весел подлетела к нему, и боцман Чанбин пустил в Бэма веслом. Бэм вновь упал в воду, матросы кинулись на него и втащили его в лодку.
Сэр Феликс мрачно улыбнулся, когда Бэма положили связанным к его ногам.
- Поднять карательный вымпел! - скомандовал он. - Дезертира к решетке! Боцман Чанбин, девятихвостку!
Сопровождаемый отчаянными криками ярости стоявшей на берегу толпы, по главной мачте пола вымпел. Матросы сорвали с Бэма одежду и привязали его к решетке. Широким полукругом встала команда, на верхней палубе выстроились солдаты.
Лалиса была в остолбенении. Она видела только Бэма и широко раскрытыми глазами смотрела на него.
Яркие лучи солнца падали на гибкое, стройно сложеное тело. Упрямо и гордо держалась голова на крепкой шее, высоко поднималась широкая грудь, мощно надувались мускулы рук под давлением веревок.
Насколько хватил вырез матросской рубашки, шея была темно-коричневого цвета и блестела матовой бронзой. Но спина и тело были нежны, белы, как лебединый пух. Красиво было это крепкое, цветущее тело. Странно должно быть, когда по белому, ослепительному мрамору потечет красная кровь.
Боцман Чанбин подошел с девятихвостой кошкой в руках и, широко расставив ноги, отсалютовал сэру Феликсу. Тот откозырял.
- Этот парень вчера расписался на вашем лице, боцман. Ну-ка, покажите свой почерк и внушите ему надлежащее почтение!
Чанбин осклабился.
- Да ведь выеденного яйца, не стоило то, что прописал мне вчера паренек, а вот я собираюсь написать ему красное письмо и припечатать королевской печатью! - Он нежно погладил кожаные ремни кошки. - Сколько строк прикажет ваша светлость?
- Дюжину вдоль, дюжину поперек!
- Всего, значит, две дюжины. Да вознаградит Господь вашу светлость за милость, которую вы оказываете оскорбленной чести своего боцмана! Канонир, считать удары!
Чанбин снова отсалютовал и затем скинул куртку. Закинув назад верхнюю часть туловища, он встал сзади Бэма, правой рукой сжимая рукоятку кошки, а левой придерживая концу ремней. На одно мгновение он замер в этой позе, словно хищный зверь перед прыжком. Но вдруг он ринулся вперед и ударил. Со свистом и шелканьем прорезал воздух и впился в тело Бэма. Последний язвился кверху, его ноги и руки изо всей силы дернули за канаты. Но затем он снова поник, дрожь пробежала по его телу, однако ни единый звук не сорвался с его уст.
По полукругу пробежал голосом сказал канонир.
- Раз! - хриплым голосом сказал канонир.
- Парень-то не плох! - воскликнул сэр Феликс, улыбаясь. - Он не куксится и не воет, как другие, которых в первый раз поглаживает кошечка. Дальше, Чан!
После первой дюжины Чанбин сделал паузу. Он принялся вытирать со лба пот, и подошел к Бэму, чтобы поближе рассмотреть свою работу. От затылка книзу по спине Бэма шли бесчисленные узкие полоски, налитые кровью.
Сэр Феликс тоже подошел поближе. Ужасен был его вид! Сверкая глазами, с вытянутой вперед уродливой головой, с широко раздувающимися ноздрями, он смотрел на вздрагивающее тело. Его челюсти ходили ходуном, словно перемалывая камни.
- Плохая работа, боцман! - с бешенством крикнул он. - Что же, посадить вас на неделю без водки, что ли? Секите крепче! И поперек! Я хочу слышать его голос.
Казалось, что угроза вдохнула новые силы в Чанбина. Он неистово взмахнул ремном. Под поперечным ударом дряблое мясо лопнуло бессчислиными маленькими квадратиками, и из них брызнула кровь, словно из разом открытых ключей.
- Тринадцать! - сказал канонир.
Последовала томительная тишина. Безмолвно висел Бэм на канатах. Потом...
Среди этого страшного молчания от разодранного тела донесся вдруг тихий, жалобный звук, словно всхлипыванье маленького ребёнка...
Бледная, почти бездыханная, ринулась, Лалиса вперед.
- Пощадите, милорд, - крикнула она, кидаясь на колени перед сэром Феликсом, - пощадите!
Луч радости сверкнул из его глаз.
- А, теперь ты захотела! - шепнул он ей на ухо. - Теперь захотела?
Она безмолвно закрыла лицо руками.