10 глава.
Прежде чем войти в сад " Авенского лебедя", Лалиса ещё раз обернулась на улицу. Она непрестанно боялась нападения вербовщиков. Но ничего подозрительного не было видно, кругом царило воскресное спокойствие. Улица была пустынна, только какой-то мужчина в низко надвинутой на лоб шляпе шел из города, изредка останавливаясь, чтобы бросить в поле палку, которую ему сейчас же приносила обратно юркая и веселая левретка.
Лалиса успокоительно улыбнулась Бэму, и они вошли в сад. Под навесом сидела какая-то высокая дама и вязала чулок. На ней были надеты массивная золотая цепь и большие золотые часы, пальцы были усеяны кольцами со сверкающими камнями, а на тщательно причесанных волосах красовалась величественная наколка из перьев.
- Что вам угодно? - спросила она, с интересом исматривая Лалису. - Я - миссис Квон Че Рин, хозяйка... Роль в "Ромео и Джульетте"? Сожалею, все разобраны. Очень жаль! Вы так красивы, дитя моё! Как вас зовут?
- Лалиса Манобан, мэм.
- А этот господин? Он тоже хочет роль? Но ведь у него только одна рука! Ваш брат, мисс Манобан?
Бэм немного смутился.
- Двоюродный, мэм! Меня зовут Бэм Бхувакуль. Мисс Лалиса находится под моей защитой.
Миссис Квон слегка улыбнулась.
- Отлично, сударь! Молодая девушка очень нуждается в этом в Лондоне, я признаю это. И Мистер Квон Джи Ён тоже признает это. Мистер Квон Джи Ён - человек с твёрдыми нравственными правилами, большая редкость в театральной жизни. В этом отношении вы могли бы быть совершенно спокойным, мистер Бхувакуль. Но, как сказано, все женские роли разобраны, и хотя мисс Манобан, может быть оказалась бы лучшей Джульеттой, чем та дама, которая уже приглашена, все-таки теперь ничего не поделать. - Она заметила левретку, бурно ворвавшуюся в сад, и сейчас же встала. - Извините! Пришёл посетитель, которого я должна принять.
- Мисс Лалиса примирилась бы даже и с маленькой ролью! - просительно сказал Бэм. - Она хочет стать актрисой и ищет возможности начать.
Миссис Квон нетерпеливо повела бровями и сказала, указывая рукой на дверь дома:
- Если вы мне не верите, то спросите самого мистера Квона. Он в театральной канторе. Но и он не скажет вам ничего иного.
Она поспешно направилась по аллее ко входу, у которого полуотвернувшись стоял посетитель, видимо, колебавшийся, войти ему или нет.
***
Мистер Квон стоял у конторки, за которой почти не было видно его фигуры. Когда Лалиса высказала ему своё желание, он высоко поднял брови, что они совершенно исчезли под его тщательно причесанными волосами.
- Разве, миссис Квон не сказала вам, что все роли разобраны? - Он посмотрел на Лалису, запнулся и торопливо выбежал из-за конторки. - У вас поразительные волосы, мисс! Какой редкий оттенок! Но вы плохо причесаны. Прошу вас сесть! - он подовинул стул и усадил на него Лалису. Не успела она сказать что-либо, как он распустил ей волосы и принялся приводить их в порядок. - У вас волосы богини Венеры! - говорил он, занимаясь прической. - Если вы будете играть Джульетту, то я вставлю в сцену на балконе несколько стихов для Ромео о сверкающем коскоде ваших волос. Я причешу вас так, что Ромео будет достаточно вытащить одну-единственную шпильку, и волосы сейчас же рассыплются по плечам. Номер на бис! Со Джун умрёт от зависти, а мой друг Чан Ук сейчас же пригласит вас в Дрюрилэн. Что вы заплатите за роль Джульетты, мисс?
Лалиса с удивлением взглянула на него.
- Заплачу? Я не понимаю.
- Вы ещё не служили на сцене? Основным принципом моей дирекции является взиманье небольшой суммы за честь играть под моим руководством. Цены колюблются в зависимости о длины и эффекности роли.
- Верное дело! - насмешливо сказала Лалиса. - Ну, а что будет стоить Джульетта?
- Роль Джульетты - центральная в пьесе. В ней заключено всё, чего только может пожелать честолюбивая актриса. Обе сцены на балконе одни стоят пятнадцать шиллингов, сонное питье - столько же, пробужденье в склепе предков - по крайней мере десять шиллингов. А там ещё дивная сцена смерти - эффект на эффекте. Словом, за всё - три фунта.
- Три фунта! - воскликнула Лалиса, вставая. - А к этому ещё костюм... Или костюм дает дирекция?
- Дирекция не даёт костюма, оно ссужает его за умеренную плату, - ответил мистер Квон, высоко поднимая брови. - Костюм Джульетты стоит один фунт. Ну и роль я не отдам вам дешевле четырёх фунтов. Ведь мне придётся вернуть три фунта, уже заплаченные дамой, которой передана роль.
- Так эта замена принесёт вам лишний фунт? - воскликнула Лалиса. - У вас удивительный театр, мистер Квон! Если актрисы платят вам за всё, что даёте вы им взамен?
Мистер Квон выпрямился и сунул правую руку в вырез жилета.
- Себя! - торжественно ответил он. - Я прохожу с ними роли!
- И причесываете их тоже, не правда ли? Я готова держать пари, Бэм, что в прежнее время мистер Квон был парикмахером, а миссис Квон - содержательницей маскарадного гардероба. Пойдем, Бэм! Нет ни малейшего смысла задерживать долее мистера Квона!
Она повернулась, чтобы уйти, но в этот момент в комнату вошла миссис Квон. Не переставая вязать чулок, она посмотрела на Лалису со сладчашей улыбкой на свете.
- Столковались ли вы с мистером Квоном, мисс Манобан? Роль Джульетты за вами?
Лалиса пожала плечами.
- Он требует четыре фунта! За разучивание! А ведь я знаю роль слово в слово. Я видела в ней миссис Со Джун и могла бы сыграть не хуже её.
Не хуже миссис Со Джун? Миссис Квон пришла в восторг. Но ведь это меняет всё дело! Если бы мистер Квон знал это, он не вздумал бы требовать с неё деньги за учение, как с тех дамочек, которые приходят прямо с улицы и хотят играть на сцене, не имея о ней ни малейшего понятия. Ученица миссис Со Джун? Да мистер Квон должен не задумываясь пригласить мисс Манобан! Ведь с первого взгляда видно, что она - громадный талант, и для театра "Авенский лебедь" будет большой рекламой, если именно здесь взойдет новая звезда!
Она посмотрела на супруга, словно не понимая его слепоты, и, попросив Лалису и Бэма обождать минутку, увела его в соседнюю комнату. Когда они вернулись, лицо мистера Квона сияло восторгом, и он заявил Лалисе, что, он, конечно не потребует с неё денег за учение и костюмы будут доставлять ей даром. Кроме того, он готов в течение всего сезона безвозмездно давать ей стол и комнату, а к тому же ещё и жалованье в целых четыре фунта, если она согласится три раза в неделю играть Джульетту, Офелию и Дездемону. Заготавливая контракт, он беспрестанно болтал, хвастаясь своей дружбой с Сынри и Тэяном. Как только Лалиса под руководством его, Джи Ёна, пройдет необходимую школу, ему будет очень легко достать ей такое место, на которое она может рассчитывать сообразно своей красоте и таланту.
Лалиса была так поражена и оглушена случившимся, что, когда мистер Квон подсунул ей контракт для подписи, она подмахнула его, не читая.
- Я готова, мэм, - сказала она миссис Квон. - Когда я должна явится?
- Да оставайтесь сразу здесь! - нежно попросила миссис Квон. - Ведь вы же примете предложение мистера Квона и совсем поселитесь у нас,
Лалиса хотела согласится, но Бэм опередил её.
- Вы уж простите, мэм, - сказал он своим обычным вздумчивым тоном. - Мы уверены, что вы желаете добра, но тем не менее... быть может, лучше, если мисс Лалиса сначала ближе ознакомится? Она ещё недавно в Лондоне и не очень опытна. Я её единственный знакомый здесь, её единственная защита. Если бы вы позволили мне по вечерам заходить за нею... Может быть вам покажется, что мы слишком опасливы, но не ставьте нас этого в вину!
Миссис Квон швырнула чулок на стол и, схватив руку Бэма, стала крепко потрясать её.
- В вину? Да вы превосходнейший человек, мистер Бхувакуль, великолепнейщий молодой человек! Приходите к нам так часто, как только захотите. Стакан рома или пинта теплого пива всегда будут наготове для вас. Я ведь знаю, когда вы ближе узнаете нас, вы сами скажете: "Миссис Квон, я верю вам! Возьмите это сокровище, оно у вас в полной сохранности". Да, так скажете мне вы, мистер Бхувакуль, и вручите мне свою драгоценность. А я... Ах, боже, я всегда хотела иметь дочку, вот такое же очаровательное существо, как мисс Манобан! Если бы только вы позволили мне, мисс Манобан, отнестись к вас по-матерински. Я так любила бы вас, так любила бы! - Её голос дрожал трогательной нежностью. Она привлекла Лалису с свои объятия и поцеловала её в лоб.
***
В течение всей следующей недели Бэм каждый вечер заходил за Лалисой. Его заботы о ней удваивались по мере того, как близился час расставания.
Да, бояться было нечего. Лалису можно было считать пристроенной. Миссис Квон и её супруг, директор, осыпали Лалису любезностями, и Бэму наконец пришлось согласиться, что после первого представления Лалисе лучше переселиться в "Авенский лебедь". Но он хотел, чтобы пока Лалиса скрывала от миссис Квон свое решение; он не хотел опрометчиво торопиться и предпочитал выжидать до последнего момента.
Представление не волновало Лалису. Она не могла понять беспокойство, одолевавшее её товарищей по сцене. С каждой репетицией сила и уверенность возрастали в ней, и она чувствовала горячую радость. В антрактах она смеялась и шутила, а когда теплыми ночами возвращалась с Бэмом домой, ей казалось, будто её подхватывает и несет какая-то блаженная волна.
Мистер Квон доставлял неистощимый материал для шуток и комических замечаний. Его сцена обладала единственной декорацией, а именно - сада, я к этому-то саду он приспособил всю постановку "Ромео и Джульетты". Лалису крайне смешило это, и она постоянно изыскивала новые основания, оправдывающие такой фон для всей пьесы. Почему Капулетти не могла задавать балы в саду? Итальянские ночи достаточно теплы для этого. По этой же причине не было ничего удивительного, если Джульетта спала не в душной комнате, а в том же саду. Ну, а что могло помешать брату Лоренцо встречаться с Ромео, кормилицей и Джульеттой в этом саду? Домашняя часовня тоже могла отлично помещаться там, а потому обручение свободно могло происходить в саду. И, наконец, сцена смерти - почему фамильным гробницам не быть тоже в саду? Ведь бывают же такие глупые люди, которые всю жизнь таскают за собой свой собственный гроб! А разве Капулетти не были глупыми людьми, раз они отказались для своей дочери от такой блестящей партии, как Ромео? Да, разумеется, вся пьеса могла без малейшей натяжки разыгрываться в саду. Мистер Квон был совершенно прав; он был гениальным режиссёром, в сравнении с ним Шекспир был просто жалким кропотелем!..
Когда в день представления Лалиса заглянула через дыру в занавесе в зрительный зал, публика показалась ей очень смешной. Тут были молодые приказчики, судейские писцы и чинные ремесленники с женами и детьми. Но среди них виднелись коренастые фигуры в мундирах королевского флота. Были ли среди них люди с "Тезея"? Лалиса озабоченно перевела взгляд на Бэма. Он сидел рядом с боцманом геркулесовского сложения, причём его левая рука была по-прежнему припрятана, но лицо оставалось спокойным, и озабоченность Лалисы снова рассеялась.
Занавес взвился, и Лалиса в первый раз выступила на сцене. Теперь она уже не думала ни о чем, кроме любви Джульетты. Воспоминания о Тэхёне с неудержимой силой всплыли в ней, а слова её роли так хорошо передавали всю её тоску, стремление!.. Только когда раздались шумные одобрения, она очнулась. Её неоднократно вызывали, и Лалиса подходила к рампе, кланялась, положив руки на сильно бившееся сердце, и с благодарной улыбкой ловила цветы, которые бросали ей на сцену из публики.
За сценой Мистер Квон энергично потряс ей руку.
- Громадный талант! - крикнул он своим стальным голосом. - И его открыл я! Завтра пойду к Сынри! Он придет, увидет, пригласит. Я знаю его! Мы с ним на "ты"!
- Дочь моя! - всхлипывала с другой стороны миссис Квон. - Вы - моя дочь, моя жемчужина, мое сокровище, моя драгоценность!
Последним пришел Бэм. На его добром, честном лице еще виднелись следы глубокого волнения, вызванного игрой Лалисы. Он остановился около дверей, как бы не решаясь приблизится к любимой девушке.
Не говоря ни слова, Лалиса встала взяла его голову в свои руки и три раза поцеловала его в самые губы. Он побледнел. Когда она отпустила его, он зашатался как пьяный.