Глава 4
«Иногда, чтобы найти свой путь, нужно пройти через темные улицы чужих страхов и сомнений. Но главное — не потерять себя, несмотря на все, что будет на пути».
Я приехала в общежитие злая. Как он посмел?! Когда я вошла, Зои уже спала. Я переоделась и пошла умываться.
Когда я ложилась в постель, пришло сообщение от неизвестного абонента.
"Я действительно не понимаю причину твоей злости."
Я тут же поняла, что это он. И откуда у него мой номер?! Я заблокировала его сразу же. Наверняка у него полно связей, и узнать мой номер для него — пустяки. Почему он лезет ко мне? У него сотни девушек, которые готовы прыгнуть к нему в постель. Полстраны его безумных фанаток!
Чёрт с ним. Просто буду его избегать. Я его не знаю. Мы никогда не виделись.
С такими мыслями я пыталась уснуть. Но не получилось.
Я ворочалась с боку на бок, но сон не приходил. Мысли о нём не отпускали. Злили. Раздражали.
Чонгук.
Какого чёрта он вообще написал? Что ему от меня нужно? Ему мало той ночи? Я сжала телефон в руке, едва сдерживая желание бросить его на пол.
"Я действительно не понимаю причину твоей злости."
Серьёзно? Может, потому что я не хочу быть частью его жизни? Не хочу стать очередной историей, которую он забудет уже к утру? А может, потому что я вообще не понимаю, как так вышло?
Я снова проверила телефон. Сообщение исчезло — я ведь его заблокировала. Чёрт, не стоило даже читать. Теперь он сидит у меня в голове.
Я сжала глаза и глубоко вдохнула.
— Спи, просто спи, — прошептала я себе.
Но, похоже, этой ночью сон был не в мою пользу.
***
Утро было тяжелым. Я буквально еле встала с кровати. Голова тяжела, и все тело как будто сопротивляется. Взяла себя в руки, пошла в ванную и принялась собираться в университет. Я не могла сосредоточиться. Что-то в голове не ладилось. Хотелось просто свернуться клубочком и не выходить из комнаты. Но я знала, что нужно идти. Надев на себя, что попало, я вышла из комнаты и направилась в университет.
На подходе к кампусу я заметила большую толпу, собравшуюся у входа. Что здесь происходит? Я попыталась пройти через толпу, но меня чуть не задавили. Все что-то кричали, а я пыталась понять, что происходит.
— Что за цирк? — прошептала я, пытаясь пробиться сквозь толпу.
Внутри ситуация не была лучше. Всё то же самое: студенты бегали, толпились, смотрели на что-то. Я никак не могла понять, что происходит. Почему такая неразбериха? Чего все так переживают? Но тут я заметила нашего ректора. Он стоял в коридоре, пытаясь привлечь внимание. В руках у него был звонок, который он зазвонил, чтобы все услышали его.
— Уважаемые студенты Университета Стоунхилла! — его голос прозвучал решительно и официально. — Мы прекрасно осознаем ваше стремление встретиться с этим выдающимся человеком и получить его автограф. Однако, прошу вас сохранять порядок и уважение друг к другу. Сохраняйте спокойствие, не создавайте толпы и не нарушайте дисциплину. Мы ценим ваш энтузиазм, но также ценим ваши обязанности как студентов нашего университета. Пожалуйста, пройдите в свои кабинеты и подготовьтесь к занятиям. Это важное мероприятие будет организовано с должным уважением к каждому из вас, но, повторюсь, с соблюдением всех норм и правил.
После его слов студенты начали медленно расходиться, но я всё равно не понимала, кто это был. Может, это действительно кто-то знаменитый? Я пыталась пробраться к своей аудитории, но мысли всё ещё не давали покоя.
Я прошла в свою аудиторию, на ходу пытаясь разобраться в происходящем. Вся эта суета с автографами, толпой — это явно что-то значимое, но мне не хотелось сейчас об этом думать. Я зашла в класс и сразу заметила Феликса. Он сидел за одной из парт и помахал мне рукой.
— Сюда! — крикнул он, улыбаясь.
Я немного замешкалась, но потом направилась к его парте. Села рядом, и мы оба улыбнулись друг другу.
— Ты выглядишь неважно, — сказал он, глядя на меня с озабоченным выражением лица.
Я просто вздохнула.
— Не выспалась, — ответила я, стараясь не показывать, как сильно на меня давит эта ситуация.
Он кивнул, затем внимательно посмотрел на меня и спросил:
— Ты вчера нормально доехала?
Я поморщилась, не зная, как ему ответить, чтобы не рассказать всю правду о том, что меня так беспокоит.
— Так и думал... Нужно было тебя самому отвезти, — сказал Феликс, словно жалел, что все же не подвез сам.
Я поспешила его остановить:
— Нет-нет, это не твоя вина. Просто... просто всю ночь писала лекции, вот и не выспалась, — выпалила я, надеясь, что он поверит.
Феликс кивнул, видимо, не очень веря в мой ответ, но решил не продолжать тему. В этот момент дверь класса открылась, и в кабинет вошёл преподаватель. Мы оба сразу притихли, готовые к началу занятий.
Спустя сорок минут я почувствовала, как моя голова начинает всё тяжелее опускаться на парту. Я пыталась держать себя в руках, но глаза закрывались сами собой. Я положила руку под голову, чтобы хоть как-то поддержать её, не дав упасть. Все вокруг продолжало быть размытым.
Как только мои глаза снова закрылись, дверь класса неожиданно распахнулась. В кабинет вошел декан факультета искусств. Он быстро извинился перед всеми и, подходя к нашему преподавателю, что-то ему шепнул. Его лицо было сосредоточенным, и он не заметил, как я с трудом старалась не уснуть.
Через минут пять, декан кивнул преподавателю и покинул кабинет. Преподаватель посмотрел на нас, немного растерянный, и сказал:
— Ребята, в актовом зале проходит важное мероприятие, на котором должны присутствовать все. Поэтому, пожалуйста, выходите спокойно, не торопитесь, не толпитесь.
Тон был официальным, но в его голосе чувствовалась усталость, как будто ему самому хотелось быстрее закончить занятие. Мы все начали собираться. Даже я, несмотря на сильную усталость, поняла, что сейчас важно быть собранной.
Мы с Феликсом вышли и присоединились к остальным, направляясь в актовый зал. Там уже столпилась огромная толпа студентов. Я встала на носочки, пытаясь хоть как-то разглядеть, что происходит. Но, будучи не самой высокой, я не могла найти ничего, кроме чужих голов. Немного развернувшись, я решительно протиснулась сквозь толпу, стараясь найти того, ради кого всё это. И вот, наконец, я его увидела.
Чонгук.
Он стоял посреди группы людей, а рядом с ним — его охранники. Я не могла поверить своим глазам. Как он оказался именно в моем университете?! Это было как-то нереально. И зачем ему вообще приезжать сюда? Почему именно сейчас? Я огляделась вокруг — фанаты подходили к нему, фотографировались, брали автографы и, конечно, не забывали делать комплименты, восхищаясь его внешностью, говорили, что он невероятно красив. Что меня удивило, так это то, что даже парни подходили с теми же самыми просьбами.
Чонгук отвечал всем с той самой уверенной, чуть насмешливой улыбкой, которая могла свести с ума. Он был настолько... идеален в своей уверенности. И вот, смотря на это, я снова почувствовала, как кипит моя злость. Но больше всего меня взбесило, что он заметил меня в толпе. Он подмигнул мне, как будто все это — его игра.
Я закатила глаза, сдерживая раздражение, и без всяких объяснений вышла из актового зала. За мной шли студенты, но я была единственной, кто покидал это место.
Феликс остался позади, с недоумением глядя мне вслед.
Что за дела?! — я пыталась собрать мысли в кучку, но они, как и раньше, расползались в разные стороны. Что он снова задумал?! Мозг отказывался работать нормально, а раздражение нарастало.
Ладно. А может, он действительно не знал, что это мой университет? Я вдруг подумала. Может, я слишком много на себя беру? Я сжала зубы. Кажется, мой синдром главного героя снова выходит наружу. Я на миг почувствовала себя немного глупо, но быстро отогнала эту мысль.
Выйдя на улицу, я огляделась и поняла, что на сегодня можно не рассчитывать на пары. Атмосфера была напряжённой, и, скорее всего, занятия будут отменены. Я взглянула на часы — ещё несколько минут назад я была в классе, а теперь ощущение, что день уже потерян. Студенты в округе толпились, обсуждая произошедшее, а мне оставалось лишь втянуть в себя воздух и попытаться успокоиться.
— Эй, подожди!
Я обернулась и увидела Феликса, который быстро догонял меня. Он выглядел обеспокоенным.
— Что случилось? Ты так резко ушла, — спросил он, вглядываясь в моё лицо.
Я не хотела ничего объяснять. Не сейчас.
— Просто стало плохо, — коротко ответила я, отворачиваясь.
Феликс нахмурился, явно не веря мне, но не стал настаивать.
— Может, воды принести? Или...
Но его фраза оборвалась, когда дверь университета резко распахнулась, и из неё вывалилась шумная толпа студентов. Все говорили, смеялись, тянули руки с телефонами, пытаясь снять хоть кусочек происходящего.
Чонгук появился в дверях, окружённый охраной. Они шли плотным кольцом, не давая фанатам подобраться слишком близко.
Он заметил нас почти сразу.
И, конечно же, подошёл.
— Нужен автограф? — с лёгкой ухмылкой спросил он.
Феликс тут же оживился, его глаза загорелись.
— Офигеть! Да! — он быстро достал из рюкзака бумагу и протянул её Чонгуку.
Я нахмурилась. Мне не нужен его автограф. Вообще ничего от него не нужно.
Но когда Чонгук протянул мне листок со своей подписью, я, молча сжав губы, взяла его.
Не хотелось устраивать сцену.
Феликс с восторгом взял бумажку, протянул её Чонгуку и буквально светился от радости.
— Чувак, ты реально крут! — восхищённо выдохнул он.
Чонгук с лёгкой улыбкой подписал ему автограф, а затем перевёл взгляд на меня.
— А ты чего такая мрачная? — спросил он, протягивая мне листок с размашистой подписью.
Я сжала губы. Да потому что ты меня бесишь! Но, конечно, я не могла этого сказать.
Вместо этого я молча взяла бумажку, быстро взглянула на неё и, не говоря ни слова, сунула в карман.
Чонгук усмехнулся, чуть склонил голову и сказал с нарочитой задумчивостью:
— Ну, хотя бы не порвала. Уже прогресс.
Феликс удивлённо посмотрел на меня:
— Вы знакомы?
— Нет, — отрезала я, прежде чем Чонгук успел что-то сказать.
Но он лишь хмыкнул и посмотрел на меня так, словно знал обо мне что-то, чего я сама о себе не знала.
Толпа вокруг продолжала шуметь, фанаты тянули руки, охранники старались сдерживать хаос.
— Ладно, увидимся, — вдруг сказал Чонгук, отходя назад и бросая мне ещё один короткий взгляд.
Я сжала кулаки. Чёртов самодовольный...
Феликс, похоже, был в полном восторге.
— Ты видела?! Я получил автограф Чонгука! Боже, это лучший день!
Я только кивнула, пытаясь сдержать раздражение.
Но почему-то в кармане бумажка с его подписью казалась тяжёлой, будто несла на себе что-то большее, чем просто чернила.