Проект Соник: Быстрейшая форма жизни

Мария и Шэдоу вышли из ванной, оставив Синего ежа наедине с теплом и паром. За дверью воцарилась тишина, нарушаемая лишь далёким плеском воды.

Мария, тихо ступая, опустилась на край кровати. На мгновение задумавшись, она подняла взгляд на Шэдоу, всё ещё стоявшего у двери.

М — Шэдоу... — её голос прозвучал мягко, почти шёпотом. — Я забыла... как его зовут?

Шэдоу на секунду замер, будто ловя в памяти тот едва различимый ответ. Его глаза сузились в сосредоточенности, прежде чем он спокойно произнёс:

Шэд — Кажется... он сказал, что его зовут "Ёж Соник".

Мария улыбнулась — светло, чуть задумчиво — и, опустив взгляд, сказала:

М — А ему идёт это имя.

Шэдоу молча покачал головой, соглашаясь с ней. Его глаза на миг смягчились, словно в ответ на её тихую радость.

Тишина между ними продлилась всего мгновение, прежде чем мир вздрогнул от вихря движения: словно вспышка молнии, из ванной комнаты вылетел Синий ёж.

С лёгкой гордостью и озорством он вскинул голову и, потряхивая ещё влажным мехом, с довольной улыбкой произнёс:

С — Вот и всё! Я, конечно, не фанат воды, но... приятный душ мне явно не помешал.

Мария и Шэдоу переглянулись, оба невольно поражённые такой скоростью.

М — Как ты быстро... — с лёгкой улыбкой протянула Мария.

Соник, скрестив руки на груди, с самодовольной усмешкой посмотрел на них.

С — Ёж Соник — самый быстрый ёж на свете! — с гордостью заявил он.

Шэдоу, наблюдая за ним, отметил про себя одну деталь: на ладонях Соника не было перчаток, а вместо них виднелись острые когти и пушистая, густая синяя шерсть.
Не говоря ни слова, Шэдоу подошёл к шкафу Марии, среди аккуратно сложенных вещей нашёл пару белых перчаток. Он бросил взгляд на Марию, словно спрашивая её разрешения.
Мария в ответ мягко улыбнулась и чуть заметно кивнула.

Шэдоу, закрыв дверцу шкафа, неторопливо подошёл к Сонику, протягивая ему перчатки. Тот с лёгким недоумением посмотрел сначала на Шэдоу, потом — на белые перчатки в его руках.

С — Зачем они мне? — спросил Соник, нахмурив брови.

Шэдоу спокойно ответил, не спуская с него взгляда:

Шэд — Насколько я знаю, у ежей очень мягкие ладони... особенно подушечки. —
Он осторожно взял одну из рук Соника, легко коснувшись шерсти кончиками пальцев. Его голос стал тише, почти заботливым:
— Твои не исключение. Я бы не хотел, чтобы ты их повредил.

Шэдоу, слегка улыбнувшись, поднял глаза на Соника.
Тот явно растерялся от такой неожиданной заботы. Лёгкий румянец выступил на его щеках, и, чтобы скрыть своё смущение, он быстро взял перчатки из рук Шэдоу и натянул их.

С — Я... так и не узнал, как вас зовут, — пробормотал он, стараясь придать голосу обычную уверенность.

Мария тихо засмеялась, чувствуя, как неловкая атмосфера вокруг начинает таять. Она сделала шаг вперёд, слегка покачивая подол платья.

М — Меня зовут Мария, — тепло сказала она, её голос был мягким и светлым, словно лучик солнца. — А это Шэдоу.

Шэдоу молча кивнул в подтверждение, скрестив руки на груди, но взгляд его оставался спокойным, без обычной холодности.

Соник улыбнулся — сначала чуть неуверенно, но потом его привычная живая энергия вернулась в глаза.

С — Мария... Шэдоу... — он повторил их имена, словно запоминая. — Красивые имена. А меня зовут Соник!

Он от души улыбнулся им обоим, а потом неожиданно добавил, почесав затылок:

С — Думаю, с вами мне будет не так уж и скучно.

Мария, всё ещё улыбаясь, внезапно вспомнила вопрос, который давно хотела задать Сонику.

М — Кстати, Соник... — начала она, немного оживившись, — мы хотели тебя кое о чём спросить.

Она бросила короткий взгляд на Шэдоу, словно подталкивая его продолжить. Тот сразу всё понял: слегка кивнув, он перевёл спокойный взгляд на синего ежа.

Шэд — Соник, скажи... откуда ты пришёл? И... где твой дом? — спросил Шэдоу ровным, но заинтересованным тоном.

Соник замер, удивлённый внезапным вопросом. Его глаза расширились, но вскоре потускнели — он опустил взгляд на пол. Внутри него поднялась буря: мысли и воспоминания обрушились, как шторм. Образы проносились в его сознании, смутные и обрывочные.

Он видел лица друзей — тех, кто был рядом, кто верил, кто смеялся вместе с ним. А затем... лицо Длинного когтя, его матери. Тёплое, родное. Но в её глазах застыла боль. Он не смог её защитить. И это воспоминание было тем грузом, который он нес до сих пор — невидимым, но невыносимо тяжёлым.

Мария и Шэдоу заметили, как взгляд Соника потемнел, утратил привычный блеск. В его глазах поселилась тихая, глухая тоска. Они переглянулись. Вопрос повис в воздухе, невысказанный, хрупкий, как стекло.

Но Шэдоу, после короткой паузы, молча подошёл, мягко взял Соника за руку — неуверенно, почти бережно, будто прикасался к чему-то хрупкому.

Шэд — Ты ведь не ел, — сказал он голосом, в котором звучала забота, спрятанная за внешним спокойствием. — Пойдём... сначала поедим.

Шэдоу, не дожидаясь ответа, мягко, но решительно потянул Соника за собой к выходу. Тот слегка растерялся от такой внезапной смены темы — мысли ещё метались. Но, заметив в глазах Шэдоу искру заботы, Соник не стал сопротивляться. Он лишь молча пошёл рядом, позволяя себя вести.

Мария, наблюдая за этой сценой, тихо улыбнулась. В её груди отозвалось тёплое чувство — что-то между облегчением и радостью. Она всегда знала, каким Шэдоу может быть под своей суровой маской. И сейчас, глядя, как он открывается Сонику, как пытается по-своему заботиться — не словами, а действиями, — она почувствовала, будто увидела маленькое чудо.

Шэдоу, наконец-то, начал пускать в свой мир кого-то, кроме неё.

***

В столовой было тихо и тепло. Трое сидели за круглым столом, на котором стояли тарелки с аккуратно сложенными блинами, миска с ягодами и кувшин с тёплым, ароматным сиропом.

Соник, забыв обо всём на свете, с удовольствием уплетал блины. Мария и Шэдоу молча наблюдали за ним. В его движениях чувствовалась какая-то детская радость — словно впервые за долгое время он позволил себе просто насладиться моментом.

С — Ммм... как вкусно, — проговорил он с полным ртом, быстро прожевал и, повернувшись к ним, спросил с лёгкой улыбкой: — А вы не будете?

Мария мягко улыбнулась, положив ладони на колени.

М — Мы недавно поели, — сказала она с теплотой в голосе, — так что не будем мешать тебе наслаждаться.

Соник лишь хмыкнул, не отрываясь от тарелки.

С — Ну, как хотите, — проговорил он с озорной улыбкой, — тогда мне больше достанется.

Он продолжил уплетать блины с таким аппетитом, что атмосфера в комнате стала немного легче. Даже Шэдоу, сдержанный и обычно отстранённый, позволил себе короткую усмешку, наблюдая за этой простой, почти домашней сценой.

***

Наконец, последний блин исчез с тарелки, и Соник с удовлетворением откинулся на спинку стула. Его глаза сияли, а на лице играла довольная улыбка. Он театрально похлопал себя по животу.

С — Наконец-то я поел! — воскликнул он с искренней радостью.

Мария тихо рассмеялась, прикрывая рот ладонью, а Шэдоу лишь покачал головой, но в его взгляде промелькнула та же тёплая искра, что и раньше — такая редкая, но настоящая.

Внезапно тишину столовой нарушил лёгкий скрип двери. Все трое обернулись. В комнату вошла молодая девушка — невысокая, с собранными в небрежный пучок волосами тёмно-каштанового оттенка. Белый медицинский халат придавал ей строгость, но в глазах блестела мягкость, не свойственная обычным учёным.

Она подошла к столу с лёгкой уверенностью, держа в руках бумаги и тепло улыбаясь.

А — Добрый день, — сказала она ровным, спокойным голосом. — Я профессор Аюми. Мария, ваш дедушка просил передать, что вам пора на очередной медицинский осмотр. Я буду сопровождать вас.

Мария без лишних слов встала со стула. Подойдя к девушке, она остановилась рядом, но перед тем как выйти, обернулась, бросив короткий, тёплый взгляд через плечо на Соника и Шэдоу.

М — Я ненадолго, — сказала она с мягкой улыбкой, будто хотела успокоить их обоих одним этим коротким обещанием.

Шэдоу лишь молча кивнул в ответ на слова Марии.

Соник же, всё ещё не до конца понимая, что происходит, проследил взглядом, как две фигуры скрылись за дверью. Он не проронил ни слова, пока за ними не захлопнулась дверь.

Молчание повисло в комнате, нарушаемое лишь тихим звоном посуды на столе. Затем Соник повернулся к Шэдоу, слегка нахмурившись, с ноткой удивления в голосе:

С — А куда это она? — спросил он.

Шэдоу взглянул на Соника, и его голос был спокойным, как всегда:

Шэд — На медосмотр.

Соник, всё ещё не понимая, немного приподнял бровь:

С — Она болеет?

Шэдоу не хотел углубляться в эту тему, поэтому его ответ был коротким и сдержанным:

Шэд — Да, но она скоро поправится.

Он встал с места, будто решив, что пора двигаться дальше, и направился к выходу. Обернувшись, он бросил взгляд на Соника и, не говоря больше ни слова, добавил:

Шэд — Пошли, — тихо сказал Шэдоу и, не дожидаясь ответа, продолжил идти к выходу.

Соник растерянно приподнял брови, вставая со стула.

С — А куда мы? — спросил он, глядя в спину Шэдоу.

Тот на мгновение замер на пороге. Его силуэт словно потемнел в тусклом свете столовой, а во взгляде мелькнула тень — быстрая, но ощутимая. Его голос прозвучал ровно, почти без эмоций:

Шэд — К профессору Джеральду.

Соник удивился резкому, холодному тону Шэдоу, но всё же пошёл за ним.

С — К этому яйцеголовому... Ладно, — пробурчал он себе под нос.

***

Коридоры базы G.U.N. были тихими, почти стерильными. Свет ламп холодно мерцал под потолком, отражаясь на белых стенах и полах. Их шаги отдавались эхом, звуча особенно гулко в этом безмолвии. Соник шёл немного позади, оглядываясь по сторонам. Всё здесь было чужим — слишком чистым, слишком правильным.

Шэдоу молчал, шёл вперёд уверенно, зная каждый поворот. Он не смотрел по сторонам, будто не хотел видеть лишнего.

Наконец, они остановились перед массивной дверью с табличкой «Лаборатория. Допуск — уровень 5». Шэдоу приложил ладонь к панели, и та, пискнув, открылась.

Внутри была большая, светлая комната. По бокам стояли капсулы и приборы, на столах — пробирки, сканеры, холодные металлические инструменты. Несколько учёных в белых халатах тихо обсуждали что-то, записывая данные.

Шэд — Вот и пришли, — сказал Шэдоу, не оборачиваясь. Его голос звучал спокойнее, но сдержанно.

Соник неуверенно шагнул вперёд, он скрестив руки, морщась от запаха дезинфекции и стерильности.

Один из учёных, заметив их, подошёл и кивнул:

— Профессор Джеральд ждёт. Он в дальнем блоке, сейчас вас проводят.

Соник нехотя двинулся вперёд, следуя за Шэдоу и учёным. По мере того как они углублялись в лабораторию, обстановка становилась всё более напряжённой. Здесь не было лишних звуков — только тихий гул машин, щелчки приборов и редкие обрывки научных терминов, доносящиеся от сотрудников.

Соник бросал взгляды по сторонам: в одной капсуле что-то медленно вращалось в жёлтоватой жидкости, а на другой стороне странные приборы. Всё это выглядело слишком серьёзно и странно, чтобы чувствовать себя спокойно.

С — Это место не из весёлых, — пробормотал он, стараясь не отставать от Шэдоу.

Тот не ответил, лишь ускорил шаг, будто хотел поскорее миновать эти стены.

Наконец, они остановились у стеклянной двери. За ней — просторный кабинет, заваленный бумагами. У окна, склонившись над столом, стоял пожилой мужчина с
серьёзным взглядом. Он выглядел уставшим, но сосредоточенным. Услышав шаги, он повернулся.

Дж — Шэдоу. Рад, что ты пришёл, — голос профессора Джеральда был тёплым, но немного хриплым. Затем он перевёл взгляд на Соника и потом снова на Шэдоу — Мария пошла не медосмотр?

Шэд — Да, после её ухода мы сразу же направились к вам, — коротко ответил Шэдоу.

Джеральд кивнул, отложил бумаги в сторону и подошёл ближе. Его взгляд стал сосредоточенным. Не желая терять время, он сразу перешёл к делу.

Дж — Синий ёж, мне нужно провести несколько анализов. Это не займёт много времени. Ты не против?