Спасение 20: Воспоминания
Сколько нужно лет, чтобы дождаться важного события? Сколько месяцев, чтобы дождаться дня рождения? Сколько недель, чтобы закончилась школа и сколько дней до наступления каникул? Сколько часов ты потратишь на хороший макияж? Сколько секунд на то, чтобы испортить все одним движением руки и сколько миллисекунд, чтобы осознать свою ошибку? Что, если вся наша жизнь - сплошное ожидание? Мы живем, дышим и отсчитываем дни до определенного волшебного и важного момента. Но что после того, как тот самый момент произойдет? Мгновение, и ты уже придумываешь новую цель, чтобы тратить свою жизнь в ожидании чего-то нового без конца. И ты ждешь, ждешь, ждешь... Как воронка, сжимающаяся спираль. И она не прекращается до тех пор, пока ты не поймешь - все, что тебе надо вокруг тебя. Стоит нетронутое и ждет твоего взгляда. Стоит и ждет, пока ты ходишь вокруг с встроенным секундомером в голове.
***
— Ну и долго мне тебя ждать?! — Тэхен уже пять минут стоит, зевая у двери в туалет и пытается ускорить процесс утренних процедур Цзыюй. Он протирает глаза и вертит в руках полотенце - еще минута и сонное тело придется отскребать от пола. Чонгук и Сана вернулись вчера поздно вечером, поэтому до сих пор не встали. Эти двое всегда дольше всех задерживаются в ванной и Тэхен решил встать пораньше, чтобы успеть в душ. Но не тут то было - эта мелкая любительница чистоты прибежала первая, захлопнув дверь прямо перед носом Тэ.
— Я вышла! — аккуратно потирая волосы полотенцем, выходит довольная Цзыюй и кидает немногозначный взгляд на Тэхена.
— Я вижу! — цокнул тот и хотел было обойти девушку, как вдруг внимание его привлекло нечто странное на её руке. Тэхен ловко перехватывает руку и всматривается в запястье. Либо его голова с самого утра не варит, либо у этой девчонки и правда порезы на руке. Будто она пыталась что-то скрыть, но тщетно.
Нервный смешок, Цзыюй выдергивает руку и прячет её за спиной, снова вспоминая вчерашний вечер.
Она решила не показывать никому свою метку, слишком много свидетелей. Но с тех пор, как она поняла что именно с Тэхеном ей придется прожить остаток жизни, Цзыюй решила скрыть подобным способом цветок на запястье. Нож и готово. Капли крови она смыла и теперь нигде нет ни одного следа. «Любовь не должна быть по метке на руке, — решила Цзыюй, — она должна быть по любви, прости, Тэхен»
***
— Что ты делаешь? — Сана уже пол часа молча наблюдает за тем, как Чонгук пытается сломать пол. Надавить на него, чтобы все разлетелось к херам. Не в прямом смысле, конечно, но что-то в этих его отжиманиях есть. Он без остановки насчитывает себе под нос и количество отжиманий скоро приблизится к девяносто девяти. — А если я на тебя сяду, тебе будет тяжелей?
— Девяносто два... фух... девяносто три...
— Не перетрудись, Ромео недожаренный, — кинула Сана и поплелась к двери. Но стоп, разве она пройдет просто так? Нет, конечно: она остановилась, наклонилась к Чонгуку и... пощекотала его пресс. Он упал. Осознав свою ошибку, Сана начала отсчитывать секунды до смерти. — Ну... я пойду.
И она не ушла. Она убежала.
***
/pov Sana/
Я выбежала из комнаты и застукала Цзыюй, что пыталась скрыть свои слезы за рукавами свитера. Да что же случилось?
— Эй, ты чего? — я подошла медленно, чтобы не испугать и пыталась говорить как можно мягче. Цзыюй начала икать и кинулась обниматься.
— Если я тебе все расскажу, ты меня убьешь... — на полном серьезе произнесла она. И вдруг мне стало страшно - очень страшно и одиноко. Я почувствовала тягучую боль в голове и в моем сознании стали появляться отрывки того самого цветка. Потом я пришла в себя, но... такое ощущение, будто я нахожусь не в собственном теле. Точнее, нахожусь, но чувствую чужое... или нет, я чувствую надвигающиеся слезы. Моя рука, она болит. Я посмотрела на руку, но там ничего не было, только немного покраснела. Неужели аллергия началась? Нет, сейчас я точно не ела апельсинов. Перевожу взгляд на Цзыюй, она умолкла и с таким же ошарашенным взглядом таращится на меня. Я киваю головой: «Что случилось с нами?». Она пожимает плечами: «Понятия не имею». «Голова болит и рука тоже», — думаю я. «А у меня не болит рука теперь, только немного красное запястье», — думает она.
Я начала громко смеяться, а потом упала в обморок. Откуда я знаю, о чем она думает?
***
— Сана, — чей-то шепот доносился в моей голове. Я поднялась на локтях и осмотрелась вокруг: мы в комнате Тэхена. Цзыюй сидит в другом конце комнаты и без конца стучит ногой об пол, запивая таблетку водой. Я проснулась и поняла, что в горле пересохло. Цзыюй ухмыльнулась и протянула мне стакан воды. — Ты подумала, что хочет пить. На, держи.
Я выпила весь стакан и отдала его Тэхену, который понятия не имел что происходит. Он переводил взгляд на меня и Цзыюй и несколько раз открывал и закрывал рот в попытке что-то сказать, но безрезультатно. В комнату буквально влетает Чонгук и ищет меня глазами. О, нашел.
— Что у вас тут творится? — он закрывает дверь и садится рядом со мной на кровать.
— Я читаю мысли Саны, а она мои, — Чонгук посмотрел на нас, как на дебилок, но все же продолжил слушать. — Я чувствую ее эмоции, а она мои.
— Я претворюсь, что не удивлен, — выдохнул Гук. Да, он уже понял что все возможно, когда его сестра восстала из мертвых. — А с Тэхеном то что?
— Соулмейт.
— Что?! — одновременно вскрикнули Чонгук, Тэхен и я. Мы ожидали все, что угодно, только не это. Цзыюй третья в этом доме, кто имеет странности?
— У нас одинаковые метки на запястье и это значит, что вместе мы сможем воскресить наших родителей. При помощи моей маленькой силы воскрешения, — сказала Цзыюй. А вот теперь я не поняла: как такое возможно, у нее такая же сила, как и у меня? — Да, у меня такая же сила. Впредь будь аккуратнее с мыслями. И я не понимаю почему она одинаковая, но так должно быть. Тэхен, как мой соулмейт, придаст мне больше энергии, или как её там...
— Так, я почти поняла, — начала вникать я. — Вы оба спасете своих предков, дополняя силу каждого, а мы с Гуком тут причем?
— Я не знаю, но мне кажется, что с тобой мы тоже как-то связаны, — задумалась Цзыюй.
— Второй соулмейт? Лесбийская парочка?
— Фу, нет, — она выпучила глаза и странно взглянула в мою сторону. — А Чонгук нам понадобится для осуществления плана. Ты же разбираешься в картах, не так ли?
— Все парни разбираются в интернет картах, у вас же есть Тэхен.
— Сам подумай, что сказал...
— Тэхен не парень? — возмутился Чон.
— Гейская парочка?! — обрадовалась я.
— Да заткнись ты, распространительница однополых браков,— крикнула Цзыюй и я замолчала. Такое ощущение, что это она старше, а не я. — Я имела в виду то, что Чонгук поможет нам добраться к моргу, а ты будешь рядом.
— Но я тоже могу присоединиться, я тоже могу воскрешать людей. И в отличии от тебя, это моя основная сила, — я встала с кровати и начала потягиваться. Нет, дурдом какой-то.
— Выезжаем через час, — бросил Тэхен, раздраженно встал с места и хлопнул дверью.
***
Сана пыталась собраться с мыслями - она старалась не думать о предстоящем плане и всей этой невероятной чепухе, что оказалась вовсе не чепухой. Иногда ей хотелось, чтобы и её родители смогли хоть раз вживую увидеть свою дочь и эти мысли порой до добра не доводили. Она устало проводит рукой по волосам и плюхается на кровать, нервно тряся ногами. Включает в наушниках музыку и представляет, что лежит где-нибудь далеко от этого проблемного места. Так далеко, что никто не сможет ей помешать думать. Помешать думать - это вообще как? Такте вопросы посетили голову Саны до тех пор, пока она не заснула под успокаивающую мелодию.
Час прошел. Сана, Чонгук, Тэхен и Цзыюй сидят в машине и пытаются добраться до места назначения. Вокруг темно и от самой мысли про эту затею Сане хочется все больше вспоминать удобную кровать и укутывающее одеяло. Нормальные люди сейчас сидят на кухне и попивают вкусный чай с не менее вкусными печеньками, а не запретно едут в морг воскрешать родителей.
— Приехали, — сказал чей-то голос. Сана напугана, она не знает чей это был голос и почему никто не оставил её дома, в покое. С каждой минутой ей становится все хуже, а вокруг глаз образуется темнота. Словно обморочное состояние с которым ты ничего не можешь поделать. Рядом сидит Чонгук, но Сана вовсе не замечает его обеспокоенных взглядов, сейчас она думает о цветке на запястье Цзыюй и Тэхена, который появляется в голове отчетливым силуэтом. Будто её разум сам заполняет пространство в голове, не обращая внимание на открытые глаза и то, что сейчас девушка вовсе не спит. Она не спит, но цветок продолжает вызывать странные ощущения. Тошнит. В этой машине слишком душно и ремень начинает надавливать на грудь. Кто же сделал его таким тугим?
— С тобой точно все хоро...
— Чонгук, мне страшно, — дрожащим голосом перебивает Сана. Она смотрит и зрачки её глаз бегают туда-сюда в поисках спасения, но, увы, его не найти. — Чем ближе мы к родителям Цзыюй и Тэхена, тем отчетливее я начинаю вспоминать моменты из детства.
— Что ты видишь? — насторожился Чонгук. Он уже слышал точно такую же жалобу от Цзыюй и это начинает тревожить. Не то, чтобы он тревожился за Сану, он боится за лучшую подругу. С ней не должно ничего случится. Сана дергает Чона за рукав толстовки и пытается привлечь к себе внимание. И ей это удается. — Ну...
— Я вижу себя, маму... Я первый раз увидела её лицо так отчетливо. Точно так же вижу папу и еще кого-то. Его или её еще нет, но она где-то есть, понимаешь? Она скоро появится. Мне кажется, это какое-то животное. Я говорила маме, что буду его защищать... Это же я не про человека говорила, так ведь? — не дождавшись ответа, она продолжила. — А потом меня увозят в другой дом и это «что-то» занимает мое место. Оно несчастливо и плачет каждый день, как и я.
— Может ты видишь своего брата? — предположил Гук, но Сана отрицательно покачала головой. Она оглянулась - все уже давно вышли и идут в сторону палаты родителей Цзыюй. Напротив палата родителей Тэхена. Она совершенно не помнит, как они выходили и как оказались тут.
— У меня никогда не было брата... — прошептала Сана и дрожащими руками взялась за руку Тэхена. — Мне так страшно ещё никогда не было, давай быстрей.
Чонгук лишь незаметно перевел взгляд на руку девушки, что так отчаянно вцепилась в руку его друга.
— Ты ему сейчас кисть сломаешь, — Чонгук подошёл и отодвинул Сану как можно дальше от Тэхена.
— Ну тогда прости, я не хотела этого делать, — сказала она и точно такой же мертвой хваткой взялась за Чонгука. Тот пожал плечами - зачем она извиняется? — Я знаю, что ты злишься, когда я рядом, поэтому не хотела этого делать.
Чонгук ничего не ответил.
***
— Пришли, — прошептала Цзыюй и поманила остальных за собой.
— Почему именно ты ведешь всех за собой? — холодно бросил Тэхен.
— Это тебя не касается, муженек, — в той же манере ответила она. Еще вчера они разговаривали как друзья, а сейчас ведут себя как злейшие враги. Вчерашний разговор явно пошел не на пользу.
Тэхен открывает дверь - перед всеми холодное тело матери Цзыюй.
/pov Sana/
Я вижу перед собой лицо мамы Цзыюй. И почему эта женщина умерла такой красивой... мне её жаль. У неё такой схожий нос, прямо как у её дочки. Кстати о Цзыюй, она стоит бездвижно и смотрит на меня. От такого взгляда не по себе. Я снова перевела взгляд на мертвое тело. Не могу понять, что же меня тревожит... То ли эти волосы, то ли вечно возникающий в голове цветок, или может эти черты лица, так похожие на... О нет. Нет, нет, нет. Это невозможно. Я смотрю на Цзыюй, её глаза до сих пор на мне, а взгляд полон слез. Я вспоминаю свою маму, а затем снова смотрю на мать Цзыюй.
Ноги не держат, они становятся ватными. Запястье невероятно болит, а встревоженные голоса отдаются эхом в моей голове. Сегодня я уже второй раз падаю в обморок. Действия снова как в замедленной съемке, крик Тэхена, подхватывающие руки Чонгука и рыдающая на коленях Цзыюй. Она прочитала мои мысли, а я прочитала её. Черты лица мертвой матери слишком похожи на мои.
Я помню лишь то, что сказала недавно Чонгуку. Я была права - у меня никогда не было брата, но у меня все это время была сестра.