Глава 21. Целительница Среди Теней
Лира немедленно приступила к помощи Весте. Битва на восточном фланге была быстрой, но жестокой. Волки Касселя были застигнуты врасплох, но успели нанести урон.
Воины возвращались с ранениями: рваные раны, сломанные кости, следы когтей. Лира, несмотря на свой панический страх перед кровью и жестокостью, который она вынесла из детства, заставила себя сосредоточиться.
Веста работала быстро и эффективно, командуя.
— Луна, подержи. Крепче! — приказала Веста, пока Лира прижимала повязку к плечу раненого воина.
Удивительно, но Лира оказалась способной помощницей. Ее движения были точны, и она не теряла самообладания. Она впервые почувствовала, что полезна стае. Она спасала жизни.
Она работала без перерыва, пока раненые не были стабилизированы. Веста, обычно скупая на похвалы, посмотрела на Лиру с уважением.
— Ты молодец, дикарка. У тебя руки, которые не дрожат, когда нужно. Ты не поддалась панике.
— Я знала, что должна это сделать, — ответила Лира, вытирая руки.
Ближе к вечеру прибыл гонец от Эйдана. Лира и Торн вместе вскрыли послание.
Эйдан писал кратко, но жестко: «Кассель привел больше волков, чем я ожидал. Отвлекающий маневр удался. Мы будем держать юг, но наша цель — его голова. Торн, ты должен удержать Дом. Лира, ты была права насчет изгоев. Своим побегом ты спасла нас. Теперь ты мой главный советник. Не выходи за стены. Передавай мне все, что узнаешь. Моя Луна».
Торн посмотрел на Лиру с еще большим благоговением. Альфа не только простил ее непослушание, но и публично признал, что она спасла стаю.
— Он знает, что я нарушила его приказ, — прошептала Лира.
— И он благодарен вам за это. Он любит стаю больше, чем свою гордость, — ответил Торн. — И он любит вас.
В следующие два дня Лира и Торн фактически управляли тылом. Эйдан, сосредоточенный на битве на Юге, полагался на них. Лира использовала свои знания, чтобы обучить патрули поиску скрытых следов и установке простейших ловушек на возможных путях отхода врага.
Она советовала, и Торн, наконец, безоговорочно слушался. Он видел, что ее инстинкты были верными.
Лия и Майя, всё еще занятые чисткой загонов, видели, как Лира работает. Видели, как воины обращаются к ней за советом, и как она, несмотря на усталость, помогает каждому раненому. Их зависть начала сменяться... чем-то, похожим на восхищение.
На вторую ночь напряжение достигло пика. Эйдан должен был вернуться, но от него не было вестей. В воздухе витал запах чужой крови и страха.
Лира не могла уснуть. Она поднялась на наблюдательную башню, где Торн осматривал периметр.
— Мы должны молиться, Луна, — сказал Торн, его лицо было покрыто копотью и усталостью. — Он там, в центре. Он должен покончить с этим быстро.
— Он вернется, — твёрдо сказала Лира, хотя ее волк внутри дрожал. — Мы сделали всё, что могли.
В предрассветные часы, когда мир был окутан густым, синим туманом, они услышали это. Не рык, не крик.
Это был Вой. Мощный, длинный, полный триумфа и власти. Вой Эйдана Блэквуда, который заявил о победе.
Затем последовали радостные, хаотичные ответные вои его воинов.
— Он сделал это, — прошептал Торн, его глаза наполнились слезами облегчения. — Он победил.
Лира почувствовала, как её тело обмякло от нахлынувшего облегчения. Он вернулся. Он сдержал свое обещание.
Она спустилась в Главный Зал и стала ждать.
Через час двери распахнулись. Вошли воины — грязные, измотанные, но победоносные. В самом центре шел Эйдан. Он был в волчьем обличье — огромный, черный зверь, который, несмотря на следы крови и битвы, выглядел абсолютным, неоспоримым хозяином.
Он прошёл в центр зала. Его взгляд искал только одну.
Он нашел Лиру.
Эйдан трансформировался обратно в человека. Он был ранен — длинный, глубокий порез на плече и ссадины по всему телу. Но он был жив.
Он не обратил внимания на стаю. Он прошел через зал прямо к ней.
— Лира, — его голос был хриплым.
— Ты ранен, — сказала она, и в ее голосе не было страха. Только забота.
— Он убит. Кассель. Битва окончена.
Он взял её лицо в свои ладони, его руки были в крови.
— Ты спасла нас, — прошептал он, и его глаза, полные усталости и гордости, смотрели прямо в её душу. — Ты нарушила мой приказ и спасла Дом.
Он наклонился и, перед лицом всей стаи, поцеловал её. Это был долгий, глубокий, собственнический поцелуй, который говорил: «Ты моя. И я твой».
Впервые Лира не отстранилась. Она ответила на поцелуй, отдавая ему своё признание. Ее волк, серебристый зверь, наконец-то успокоился.
Стая разразилась радостными воплями и рычанием, полным одобрения. Они не просто приняли её как Луну. Они приняли её как свою Героиню.
(Продолжение следует...)