Глава 18. Истинное Признание
Эйдан вернул Лиру в её покои. Он уложил её на кровать, не сказав больше ни слова, и ушел, чтобы одеться. Когда он вернулся, на нём была простая одежда, а его лицо выражало абсолютное, ледяное спокойствие. Это было спокойствие, которое скрывало бурю.
Он сел на край кровати, но на безопасном расстоянии.
— Мы поговорим. И ты будешь слушать, — начал он, и хотя в его голосе не было Альфа-Голоса, в нем была твёрдость, которую невозможно было игнорировать.
Лира, завернувшись в одеяло, кивнула.
— Ты права, — сказал он. — Я использовал свою власть. И моя ревность была слепой и животной. Я признаю это. Это моя вина.
Лира была потрясена. Альфа Ледяного Хребта, который никогда не ошибается, признал свою вину.
— Но ты должна понять и меня, — продолжил он. — Ты мой первый вдох после долгих лет удушья. Мой волк ждал тебя семь лет. Он был мёртв. Когда я почувствовал твой запах, я потерял рассудок. И когда я увидел тебя с Торном, мой зверь запаниковал: я не могу тебя потерять, потому что без тебя я вернусь к холоду.
Он посмотрел на неё, и в его глазах больше не было льда. Там была боль.
— Я думал, что достаточно просто объявить тебя своей Луной, защитить тебя от внешнего мира и запереть в безопасности. Я думал, что моя сила — это всё, что нужно. Но ты не хотела защиты. Ты хотела доверия.
Он сделал глубокий вдох.
— Я не Альфа для тебя сейчас. Я — Эйдан, мужчина, который нашёл свою единственную пару и который напуган до смерти, что он её потеряет, потому что не знает, как любить, не приказывая.
Он опустил голову, и этот жест был самой большой демонстрацией уязвимости, которую она видела. Он отбросил свою корону.
— Я знаю, что ты видела в детстве. Я знаю, что тебя сломали. Я не хочу быть тем, кто закончит эту работу. Я хочу быть тем, кто соберёт тебя по кусочкам.
Он поднял на неё взгляд, и в нём была мольба.
— Я прошу тебя, Лира. Не как Альфа. А как Эйдан. Останься. Дай мне время научиться, как быть твоим мужчиной, не будучи твоим надзирателем. Дай мне шанс показать, что моя власть будет твоим щитом, а не твоими цепями.
Её сердце дрогнуло. Он не приказывал ей. Он просил. И он открыл ей свою самую большую слабость — своё одиночество и страх.
— Я не знаю, как это сделать, — прошептала она, её глаза были полны слёз. — Я не знаю, как доверять.
— Мы будем учиться вместе, — ответил он. — Ты будешь устанавливать правила нашей близости. Если ты захочешь поговорить, я буду слушать. Если ты захочешь побыть одна, я уйду. Если ты захочешь, чтобы я использовал свой Голос, чтобы защитить тебя — я сделаю это. Если ты захочешь, чтобы я больше никогда его не использовал против тебя — я поклянусь.
Он протянул ей руку. Не властный захват, а открытая ладонь.
— Что ты выбираешь, Лира? Свободу, которая означает постоянное бегство и голод? Или шанс на дом, на защиту, и на пару, которая будет уважать твою силу?
Лира смотрела на его руку. Это был не приказ. Это было приглашение. Она видела его страх и его надежду. И впервые она увидела за маской Альфы израненного мужчину, который нуждался в ней так же, как и её волк нуждался в нём.
Она медленно протянула свою руку и вложила её в его ладонь. Его хватка была мгновенно тёплой, твёрдой, но не сжимающей.
— Я останусь, — сказала она, её голос был твёрд. — Но если ты нарушишь это обещание, если ты снова попытаешься меня сломать, я уйду, и ты не сможешь меня найти.
Эйдан кивнул, его глаза потемнели от облегчения.
— Сделка.
Он поднёс её руку к губам и поцеловал костяшки пальцев.
— А теперь ты должна знать. Пока я отсутствовал, Кассель стал агрессивнее. Он отправил своих волков на север. Наша битва за доверие должна подождать. Нам предстоит битва за выживание. Ты должна помочь мне.
Лира кивнула. Страх перед Касселем, который угрожал миру, который Эйдан построил, был сильнее её личного страха.
— Я помогу. Я расскажу тебе всё, что знаю. Но ты должен доверять моим суждениям.
— Всегда, — ответил Эйдан. — С этого момента.
(Продолжение следует...)