Глава 17. Бегство
Ревность Эйдана, какой бы сильной она ни была, стала для Лиры тревожным звоночком. Он почти сломал Торна Альфа-Голосом из-за разговора. Что произойдет, когда его чувства станут ещё более интенсивными? Его власть была слишком велика, а её страх — слишком глубок. Она увидела в этой вспышке ярости тень того самого Альфы, от которого она бежала в юности.
Всю следующую ночь она не спала. Она чувствовала, что должна бежать сейчас, пока её сердцебиение не начало сливаться с его, пока её воля не сломилась под его защитой. Ей нужна была свобода, даже если она означала опасность.
Утром Эйдан не пришел. Он, очевидно, был занят последствиями своего поведения и угрозой Касселя. Это был её шанс.
Лира знала, что за дверью всегда стоял Страж. Но она также знала, что её комната — это кабинет Альфы, где была потайная дверь. Эйдан использовал её, чтобы быстро попасть в свой рабочий кабинет. Эту дверь знала только она и он.
Она быстро натянула свою старую, поношенную одежду, которую Веста оставила для сжигания, но которую Лира спрятала. Взяла немного еды и нож, спрятанный под матрасом.
Она подошла к книжному шкафу, прислонилась к нему и нажала на неприметную кнопку. С тихим скрежетом панель сдвинулась, открывая узкий, темный проход, ведущий на задний двор.
Её сердце стучало в унисон с паникой.
Она проскользнула в проход, закрыла панель и оказалась в холодном воздухе. Было ещё темно, раннее утро.
Лира, не раздумывая, трансформировалась. Серебристый волк рванул с места. Теперь, когда её рана полностью затянулась, она могла бежать со скоростью ветра. Она знала, что у неё есть всего несколько минут, прежде чем Страж за дверью её комнаты или сам Эйдан почувствует, что она ушла.
Она бежала не к лесу, а вдоль внешнего каменного забора Главного Дома. Она знала о слабом месте: старая, засыпанная снегом секция, где забор был ниже.
Она прыгнула. Высота была больше, чем она ожидала, но отчаянный страх придал ей силы. Она перемахнула через забор и оказалась на территории стаи, подальше от Дома.
Теперь ей нужно было добраться до границы.
Лира бежала по глубокому снегу, чувствуя, как её волк борется: он хотел бежать к свободе, но в то же время он выл от вины, разрывая связь с тем, кого только что признал.
Прошло не более пятнадцати минут. Она уже почти достигла Спорных Земель, когда почувствовала его.
Запах Эйдана. Не просто запах, а волна ярости и власти, которая била по ней, как физический удар. Он нашел её след.
Он был быстр. Слишком быстр.
Лира резко свернула в гущу ельника, пытаясь затеряться в тенях.
Внезапно, она услышала позади себя оглушительный рык. Это был рык чёрного волка Эйдана. Яростный и безумный от предательства.
«Стой!» — требовал его разумный голос, который проникал в её собственный разум. «Стой, Лира! Ты моя! Не смей уходить!»
Но этот рык только усилил её страх. Он снова приказывает. Он снова властвует.
Она не остановилась. Она бежала дальше, пока не почувствовала, что её догоняют.
Рывок. Огромное черное тело врезалось в её бок, сбивая с ног. Она покатилась по снегу, а в следующий момент оказалась прижатой к земле массивными челюстями, которые остановились в миллиметре от её горла.
Чёрный волк смотрел на неё. В его глазах не было разума, только первобытная, слепая ярость раненого зверя.
Лира заскулила от ужаса. Она знала, что он мог убить её сейчас. И его волк был достаточно зол, чтобы это сделать.
Эйдан вернулся в человеческий облик. Он тяжело дышал, его обнажённое тело было покрыто снегом и напряжено.
— Зачем?! — прорычал он, и это был не вопрос, а крик боли.
Лира, снова вернувшись в человеческий облик, лежала на снегу, дрожа от холода и страха.
— Я не могу! — воскликнула она. — Я не могу быть твоей! Я не могу быть ничьей! Ты напугал меня своей ревностью! Ты Альфа! Ты всегда будешь меня принуждать!
Её слова ударили его, как кинжалы. Эйдан рухнул на колени рядом с ней.
— Я защищал тебя! — Его голос был полон отчаяния. — Мой волк сходит с ума от мысли, что кто-то другой может коснуться тебя или говорить с тобой! Это связь, Лира! Это не принуждение, это... собственность!
— Я не хочу принадлежать! — закричала она, слёзы текли по её щекам. — Я видела, что делают с теми, кто принадлежит!
Эйдан закрыл глаза, его лицо было искажено. Он понял. Его ярость лишь подтвердила её худшие страхи.
— Хорошо, — сказал он, его голос был теперь мёртвым. — Ты хотела свободы? Ты её получишь.
Он встал, не глядя на неё.
— Я верну тебя в Дом. И больше не буду тебя принуждать. Я не буду использовать свой Голос. Но ты должна понять, что, разрывая связь, ты делаешь нас обоих слабыми. И Кассель наступает.
Он поднял её на руки, как куклу, лёгкую и хрупкую. Он нёс её обратно через снег, его лицо было каменным.
Лира, прижатая к его голой груди, чувствовала его бешеное сердцебиение. Она добилась своего: он больше не будет её принуждать. Но цена была ужасна. Она разбила то хрупкое доверие, которое между ними возникло.
Её волк внутри неё выл от скорби. Она обрела свободу, но потеряла дом.
(Продолжение следует...)