Глава 8. Его Правила
После ухода Торна и Вульфа в столовой воцарилась напряжённая тишина. Лира чувствовала себя так, словно только что пережила землетрясение. Эйдан, чья аура до сих пор источала остатки чистой альфа-ярости, взял себя в руки, но его глаза оставались тёмными.
Он встал и, не сказав ни слова, взял её за руку, чтобы вывести из столовой.
— Куда мы? — спросила она.
— Обратно в твои покои. И с сегодняшнего дня это не просто твои покои, — его голос стал официальным. — Это твоя единственная разрешённая территория.
Они вернулись в большую комнату, которая теперь казалась Лире не убежищем, а золотой клеткой.
Эйдан закрыл дверь и повернулся к ней. В его движениях не было прежней мягкости — только холодный, деловой тон лидера, принимающего решение, касающееся всей стаи.
— Слушай меня внимательно, Лира Форест. Мой волк признал тебя. Я это принял. И я не собираюсь играть в догонялки, пока стая и наши враги гадают, кто ты.
Он подошел к столу и начал методично перечислять, как будто зачитывал указ.
— Первое. Ты моя Пара. Это факт. Сегодня вечером я объявлю об этом всей стае. Ты будешь стоять рядом со мной. Ты не обязана говорить, но ты будешь присутствовать.
Лира попыталась возразить:
— Я не дам своего согласия! Я не могу…
— Твое согласие не требуется для признания пары, — прервал он её безжалостно. — Но если ты попытаешься публично отрицать связь, это будет расценено стаей как оскорбление, и я буду вынужден применить свою волю. Ты этого не хочешь.
Она сжала губы. Его угроза была ясна: он готов использовать Альфа-Голос, чтобы заставить её подчиниться.
— Второе, — продолжил он. — Ты не покидаешь Главный Дом. Не сейчас. Пока ты ранена и пока я не убеждён в твоей лояльности. За твоей дверью всегда будет стоять Страж, выбранный лично мной. Он не твой надзиратель. Он твой щит.
— Это одно и то же, — прошептала Лира.
— Страж будет сменяться. Если ты почувствуешь угрозу от кого-то из моих волков, ты скажешь мне. Мой дом — твоя крепость. И третье, самое важное. Твоё прошлое.
Он подошёл ближе, и его взгляд стал тяжелым, изучающим.
— Твоя жизнь изгоя закончилась. Любые связи, любые секреты, которые могут угрожать стае Ледяного Хребта, ты должна рассказать мне. Не Торну. Мне. Чем больше ты скрываешь, тем больше ты угрожаешь тем, кого я защищаю. Я буду тебя слушать.
Лира почувствовала, как её гнев смешивается со страхом. Он требовал от неё всего, чего она не могла дать: доверия и раскрытия её самой болезненной тайны.
— Моё прошлое — это не угроза стае, — сказала она. — Моё прошлое — это причина, по которой я не могу быть Луной. Я видела, что делают Альфы.
— Что именно ты видела? — потребовал он.
Лира отвернулась, не в силах смотреть ему в глаза.
— Достаточно, чтобы бежать всю жизнь. Я видела сломленных. Я видела, как убивают тех, кто не подчиняется. Я не буду такой.
Эйдан тяжело вздохнул. Он понимал, что её страх не был просто капризом. Он был глубоким, настоящим.
— Хорошо. Тогда давай начнём с малого, — он подошёл к камину и подбросил полено. Огонь осветил его лицо. — Мы будем проводить время вместе. Каждый день. Мы будем есть вместе. Мы будем говорить о вещах, которые не касаются стаи и врагов. Я узнаю тебя, а ты узнаешь меня.
— Как я могу узнать тебя, если ты Альфа? — она повернулась, и её глаза горели. — Ты всегда будешь носить свою корону, Эйдан. Всегда будешь использовать свою власть.
— Да, — спокойно согласился он. — И ты, как моя Пара, должна научиться принимать эту власть. Но ты должна понять, что она существует не для того, чтобы причинять тебе боль. Она существует, чтобы защищать.
Он сделал шаг к ней, и этот шаг был решающим. Он не протянул руку, не пытался коснуться. Он просто стоял близко, позволяя их запахам смешиваться.
— Спи. Сегодня вечером на тебя будут смотреть сотни глаз. Тебе нужны силы.
Он вышел, не дожидаясь ответа.
Лира осталась стоять посреди комнаты, чувствуя себя раздавленной его правилами. Он не похитил её с криками и угрозами. Он похитил её с приказами, защитой и бульонными кубиками. Он был Альфой, который использовал власть не для насилия, а для абсолютного контроля.
Она посмотрела на дверь. За ней она услышала тихий, но настойчивый шорох — это Страж занял свой пост. Теперь у неё не было даже иллюзии побега.
Она подошла к окну. Снег по-прежнему падал. Внизу, на территории стаи, она видела волков — огромных, сильных, бегущих по своим делам. Её влекло к ним и одновременно отталкивало.
Лира прислонилась лбом к холодному стеклу. Внутри неё волк метался: он был взволнован и напуган одновременно. Её разум кричал: «Беги!», а её инстинкт шептал: «Он твой. Позволь ему защитить тебя».
Она поклялась себе: она не сломается. Она будет покорна ровно до того момента, как сможет бежать. Но пока… она была вынуждена играть роль Луны Ледяного Хребта.
(Продолжение следует...)