Брак с демоном

Странная птица стояла в чане с водой, издавая пронзительные крики. Звуковые волны ударили в лицо Ци Иня, и все закричали от ужаса.

Тетушка, схватив Яо Сяошаня и старую госпожу, тут же бросилась бежать, Сяо Юань тоже поспешно покатилась прочь. У странной птицы было девять длинных шей, девять иссохших голов размером с ладонь окружили Ци Иня. В этот молниеносный момент его разум совершенно опустел.

Неужели пришло время умирать? Его восемнадцать лет жалкой, неудачной жизни наконец подошли к концу.

Однако в этот момент нефритовые восемнадцать бусин на его запястье вдруг загудели. Ци Инь опустил взгляд – золотые магические узоры на нефритовых бусинах засияли, словно текучее золото. Одновременно с этим температура бусин стремительно повысилась, чуть не обжигая его запястье. Странная птица пронзительно закричала, все девять клювов одновременно бросились к груди и спине Ци Иня, магические узоры резко задрожали, мгновенно расширились, создав призрачную защиту вокруг Ци Иня. Странная птица с разбегу врезалась в магические узоры и была с силой отброшена, упав вверх лапами в цветочные заросли галереи.

Магические узоры исчезли, восемнадцать бусин внезапно разорвались и со стуком раскатились по земле. Ци Инь хотел их подобрать, но, обернувшись и увидев, что странная птица снова пытается подняться, поспешно отдернул руку и побежал к заднему двору. Там была задняя дверь, через которую можно было сбежать. Ци Инь бежал быстро и через несколько шагов догнал старую госпожу и остальных. Все вместе они бросились к задней двери, но, добежав, остолбенели – дверь была заперта на большой замок, а ключ остался в спальне тетушки.

Плач младенца становился все ближе. Все в отчаянии переглядывались – среди них была старая госпожа, две слабые женщины, они даже нормально ходить не могли, не то что перелезать через стену – времени уже не оставалось. Ци Инь быстро принял решение:

— В комнату, прячемся!

Все зашли в комнату старой госпожи, Ци Инь тихо прикрыл дверь и присел у стены. В комнате было темно – луну в какой-то момент закрыли тучи, и как только дверь закрылась, внутри воцарилась кромешная тьма. Плач становился все ближе и отчетливее, пока их разделяла лишь одна стена. У всех сердце подступило к горлу, они прислушивались к плачу, доносившемуся от двери.

На душе у Ци Иня было неспокойно. Яо Сяошань сказал, что странных птиц две – одна снаружи, но где же вторая? Эта птица любит забираться людям в живот, уж не сидит ли она в чьем-нибудь животе? В суматохе он забыл подобрать топор, и теперь под рукой не было ни единого оружия. По его лбу стекал холодный пот. Остальные боялись птицы за дверью и прятались за напольной ширмой, только он намеренно остался у двери, не заходя вглубь комнаты, чтобы не оказаться застигнутым врасплох вместе с остальными.

Вдалеке снова раздался плач, у Ци Иня екнуло сердце. Он тихонько выглянул через окно и увидел, что девятиголовая птица, которой он отрубил головы, и дядя снова поднялись, а разбитые головы постепенно восстанавливались, прорастая новой плотью.

Ци Инь широко раскрыл глаза – эту странную птицу невозможно убить!

— Чтобы уничтожить демона, нужно уничтожить его сердце, — неожиданно появился Яо Сяошань, сильно напугав Ци Иня. — Я слышал от даоса-заклинателя с западного рынка, что демон не умрет, пока не уничтожишь его сердце, — сказал он со слезами. — Сяо Инь, неужели мы все сегодня умрем?

— Не говори глупостей, дождемся рассвета, когда придут бессмертные – тогда мы спасены, — мрачно ответил Ци Инь.

В темноте чья-то холодная рука схватила его за руку, Ци Инь снова вздрогнул от испуга, но, присмотревшись, понял, что это была старая госпожа. Что с этой семьей такое – только и делают, что пугают? Снова послышался шорох одежды – это тетушка тоже подобралась к нему, только Сяо Юань все еще оставалась у напольной ширмы.

Старая госпожа указала на Сяо Юань, затем потрогала свой живот. В комнате было так темно, что Ци Иню пришлось долго всматриваться, прежде чем он заметил – Сяо Юань все время держалась за живот, а теперь замерла, словно мертвая.

Так вот где птица – в животе у Сяо Юань!

Ци Инь наугад схватил табурет в качестве оружия, и все вместе пристально уставились на Сяо Юань. Снова раздался плач, кружа у двери, от его звука волосы вставали дыбом.

Сяо Юань все не двигалась. Луна незаметно выглянула, и бледный лунный свет, проникая через круглое окно, слегка осветил комнату.

Вдруг старая госпожа потянула Ци Иня за рукав. Он недоуменно повернул голову – в лунном свете ее лицо было мертвенно-бледным, словно бумажная маска. Дрожа, она указала на тени на полу.

На полу было три тени: слева – старой госпожи, справа – Яо Сяошаня, в середине – Ци Иня. Тетушка сидела позади них, и ее тень сливалась с их тенями. Что не так с этими тенями? Пока он недоумевал, над его головой медленно появились девять тонких длинных теневых отростков, похожих на развевающиеся волосы.

У Ци Иня похолодело все внутри.

Они обернулись и увидели, как изо рта тетушки выползли девять длинных шей, а сама она извивающимся движением поднялась на ноги.

— А-а-а! – старая госпожа и Яо Сяошань бросились к двери. Ци Инь был ближе всех к тетушке, она кинулась на него, он загородился табуретом, но ее напор отбросил его за дверь. Ее сила внезапно стала пугающе огромной, на руках Ци Иня, державших табурет, вздулись жилы. Сверху вдруг раздался пронзительный крик, и пока Ци Инь сдерживал табуретом тянущиеся к нему длинные шеи, он поднял голову – на карнизе сидела девятиголовая птица, девять пар глаз зловеще смотрели на него. Ци Инь чуть не расплакался, птица встряхнула крыльями и ринулась прямо на него.

Внезапно появилась острая дуга света, словно разрезавшая ночную тьму. Этот световой росчерк пронзил тело странной птицы насквозь, и Ци Инь своими глазами увидел, как птица разлетелась на куски, забрызгав его с головы до ног зловонной кровью. Тетушка, будто испугавшись, резко вздрогнула, девять птичьих голов втянулись обратно в рот, и она, цепляясь руками и ногами, вскарабкалась на крышу.

Ци Иня подняли за воротник бледной рукой, он обернулся – это был тот самый мужчина в черном, на его плече по-прежнему сидел толстый кот с большой мордой. Кот прыгнул ему на руки и, раскрыв пасть, выплюнул в его ладонь нефритовую бусину:

— Защитный нефрит, может скрывать ауру, отгоняет демонов и нечисть. Мы, демоны, узнаем людей по их ауре. Эта штука спрятала тебя, неудивительно, что мы не могли тебя найти.

Увидев говорящего кота, Ци Инь чуть не выронил его от неожиданности.

— Ты... ты... ты... — заикаясь, проговорил Ци Инь.

Девятиголовая птица все еще пронзительно кричала, дядя и тетушка с птичьими шеями, торчащими изо рта, гонялись за Яо Сяошанем и старой госпожой по всему двору, но почему-то не приближались к Фу Ланю и Ци Иню. Черный кот сказал:

— Ну и смелый же ты мальчишка, принял демоническое яйцо за сокровище. Эта птица гу-хо любит поедать человеческие сердца и внутренности, она только что вылупилась и очень голодна. Если бы не мы со слабоумным вовремя не подоспели, тебе бы несдобровать. Кстати, где твоя мать? Что-то не видно ее.

— Спасите! На помощь! — закричал Яо Сяошань, которого вот-вот должен был настигнуть дядя.

Ци Инь, не тратя времени на разговоры, поспешно поклонился Фу Ланю:

— Прошу, господин, спасите моего двоюродного брата и бабушку! Ци Инь будет безмерно благодарен!

Фу Лань не двинулся с места, лишь посмотрел на карниз крыши:

— Кто-то идет.

Едва он произнес эти слова, как с крыши раздался пронзительный свист, словно пронзающий череп. Ослепительный луч света мгновенно достиг цели, одновременно пронзив грудь и живот дяди и тетушки. Брызнула кровь, они замерли и рухнули как тряпичные мешки, больше не шевелясь.

В воздухе танцевал блеск меча, тучи рассеялись, луна вновь появилась в небесном своде. Два человека в белом спустились, словно ступая по луне, и легко приземлились во внутреннем дворике.

Первый из них, в белом, сложил рукава и отвесил глубокий поклон, похожий на белую бабочку, сложившую крылья. С изысканной улыбкой на лице он произнес:

— Чжао Жань с горы Уфан прибыл с опозданием.

Старая госпожа, рыдая, подползла к его ногам:

— Почтенный Бессмертный! Почтенный Бессмертный! Наконец-то Вы пришли!

Сяо Юань, держась за живот, выползла из комнаты. Увидев лужу крови под ней, Ци Инь все понял – у нее случился выкидыш.

— Старая госпожа, примите мои соболезнования. Я увидел, что отсюда поднимается демоническая энергия, и поспешил прилететь на мече, но не думал... — Чжао Жань посмотрел на лежащих на земле супругов Яо и покачал головой со вздохом, — не думал, что все равно опоздаю.

Старая госпожа рыдала, задыхаясь.

Чжао Жань сложил руки в приветствии Фу Ланю:

— Этот молодой друг убивает когтями, похоже, он из круга демонов. Позвольте спросить, не связаны ли Вы с демонической птицей семьи Яо?

Ци Инь, до этого оцепеневший, услышав эти слова, поспешно встал перед Фу Ланем:

— Он не имеет к этому отношения, он мой друг, он пришел спасти меня.

— Хорошо, если не связан, — улыбнулся Чжао Жань. — Я пришел забрать сироту Старейшины Ци в горы, не стоит создавать лишних проблем.

Его улыбка напоминала маску, и Ци Иню было неприятно на нее смотреть. Он взглянул на Фу Ланя – тот сохранял все то же равнодушное выражение лица, словно его ничто не волновало.

Чжао Жань повернулся к старой госпоже:

— Старая госпожа, позвольте узнать, где находится юный друг Ци Инь? Кто из этих двоих Ци Инь, или же... он уже погиб в утробе демона?

В ответ воцарилась тишина. Старая госпожа со слезами на глазах посмотрела на Ци Иня, но прежде чем она успела заговорить, он спросил:

— Прошу простить мою дерзость, но позвольте спросить, Почтенный Бессмертный: школа горы Уфан не интересовалась Ци Инем восемнадцать лет, почему же теперь вдруг решила забрать его?

— Не интересовалась? — мелодично рассмеялся Чжао Жань. — Боюсь, молодой друг ошибается. Школа горы Уфан никогда не несла ответственности за Ци Иня. Идущие путем Дао отсекают семь чувств и устраняют шесть желаний. Восемнадцать лет назад Старейшина Ци отправился к реке Уцзян усмирять демонов. Мать Ци Иня, вместо благодарности, соблазнила Старейшину, уведя его с великого пути в пучину страстей. К счастью, Старейшина в конце концов опомнился и вернулся в школу бессмертных, иначе несколько десятков лет совершенствования пошли бы прахом. То, что она одна растила Ци Иня, а потом нашла могилу на дне реки – это расплата за ее собственные поступки. Какое отношение это имеет к нашей школе бессмертных?

— Могила на дне реки? — вдруг подал голос Фу Лань. — А-Фу* умерла?

— А-Фу? — переспросил Чжао Жань. — Если Вы говорите о матери Ци Иня, Мэн Фунян, то, когда юному другу Ци Иню было пять лет, ее утащил в реку водяной демон.

(п.п.: 阿 (Ā) перед именем – это неформальное обращение, часто используемое в китайском языке для выражения дружеского или фамильярного тона).

Фу Лань надолго замолчал. Ци Инь тоже помолчал, а затем спросил:

— Эти слова о том, что мать Ци Иня соблазнила вашего Старейшину... это сам Старейшина Ци рассказал?

— Разумеется, — ответил Чжао Жань. — Вскоре после возвращения в школу Старейшина на утренней проповеди перед всей школой признал свои ошибки и в наказание провел восемь лет в медитации на утесе Покаяния, доказывая свое раскаяние. Осознать ошибки и исправиться – нет большей добродетели. Путь к бессмертию долог, разве может он быть гладким? Старейшина раскаялся и остался нашим образцом. К сожалению, когда он отправился на реку Инхэ изгонять водяных демонов, его постигла беда. Глава школы, проявив милосердие к Старейшине и понимая, что грехи матери не должны ложиться на дитя, специально послал меня забрать юного Ци Иня. Если он унаследует мастерство Старейшины – это будет счастьем.

Ци Инь больше ничего не сказал, лишь указал на Яо Сяошаня:

— Вот Ци Инь, забирайте его. Нефритовые бусины, оставленные его отцом, рассыпались во время битвы с демонической птицей, они во внешнем дворе.

Яо Сяошань потрясенно посмотрел на Ци Иня:

— Бра... братец, ты... ты разве не хочешь?

— Ты же всегда этого хотел? Иди, усердно совершенствуйся, — Ци Инь, взглянув на изуродованные тела на земле, помрачнел. — Не разочаруй госпожу.

Он вернулся, поднял оставленный во внешнем дворе узел и поклонился старой госпоже семьи Яо:

— Старая госпожа, я ухожу. Берегите себя.

Старая госпожа со слезами сжала его руку:

— Может, дождешься рассвета? И возьми деньги, возьми их с собой.

Он покачал головой, отказываясь. Подойдя к двери и вспомнив, что она заперта, он хотел вернуться за ключом, но Фу Лань взмахнул пальцем – замок сломался, и дверь со скрипом открылась, показав темный переулок и густую ночную тьму. Оглянувшись, он увидел, как Яо Сяошань и старая госпожа рыдают над телами, Сяо Юань застыла в галерее с пустым взглядом, словно деревянная кукла. Чжао Жань стоял рядом, спрятав руки в рукава, с безразличным выражением лица.

«Видимо, став бессмертным, нужно отсечь все чувства и привязанности, — подумал Ци Инь. — Стремясь к великому Дао, разве станешь обращать внимание на такие мирские чувства, ничтожные, как песчинки?»

Второй человек в белом, держа меч, искоса смотрел на него. В нем было что-то странное – он все время молчал, на правой руке носил черную перчатку, а на лице играло любопытство.

Ци Инь нахмурился и хотел уйти, но сзади снова раздался голос Чжао Жаня:

— Молодой друг, позволь дать тебе совет: путь демонов – неверный путь. Лучше не водись с демонами. Дружить с демоном – это одно, но не погружайся в их путь, иначе не будет спасения.

Не успел Ци Инь ответить, как Фу Лань остановился и обернулся:

— Он не мой друг.

— Вот как? — Чжао Жань приподнял бровь.

Фу Лань сказал:

— Он мой новобрачный.

Рыдания во дворе внезапно стихли.

После момента тишины Чжао Жань произнес:

— Это еще хуже, молодой друг. Однополая любовь тоже неверный путь. Прошу тебя, подумай трижды.

.

❤❤❤

･ Следить за новостями, узнавать информацию первым, (иногда) участвовать в голосовании по выбору следующей новеллы на перевод можно тут: https://t.me/riadanoread

･Для тех, кто желает поддержать переводчика:

⚡︎ https://boosty.to/riadano1
☕︎ https://ko-fi.com/riadano

･ Также главы выходят быстрее в тгк, на бусти ⚡︎ и на Ko-fi ☕︎