𝕀 𝕨𝕒𝕟𝕥 𝕒 𝕓𝕒𝕓𝕪 𝕟𝕠 𝕞𝕒𝕥𝕥𝕖𝕣 𝕨𝕙𝕒𝕥...

Тэхён

Лайнеря покидал в растрепанных чувствах. Содной стороны — хотелось остаться,посмотреть на того, с кем провел этитрое суток. Разглядеть более внимательно.Узнать поближе. За время, что мы провеливместе, внутри меня будто плотинупрорвало, чувства просто нахлынули изатопили. Умом я понимал, что этонереально, так не бывает, а сердце нежелало подчиняться доводам разума. Ононыло. Хотелось вернуться обратно,прижаться к Чонгуку и больше не отпускатьего от себя. Вот только его реакция меняпугала. Да и наверняка его желаниякардинально отличаются от моих. Поэтомуединственный вариант — уйти и большеникогда не появляться в поле зренияЧонгука. А время, как известно, лечит.Оно все расставит по своим местам. Ктому же, с другой стороны — я прекраснопонимал, что будущего у нас нет. И такиеинтрижки никогда не заканчивались ничемхорошим.На пристани меня ждал Намджун.Заметив меня, он сразу вышел из автомобиляи обнял меня, приветствуя. Взъерошил попривычке мои волосы. Это раздражало. Яприжался к брату. Как же, оказывается,я по нему соскучился. Несколько минутмы постояли так. Мне было тепло и уютнов объятиях близкого человека. А потомНамджун отстранился и вгляделся в моелицо. Но я поспешил натянуть радостнуюулыбку, показывая, как все чудесно.— Непритворяйся, — усмехнулся брат. — Твоиглаза выдают вселенскую тоску. Рассказывай!— потребовал он с нетерпением.— Давайпо дороге? — бросив быстрый взгляд насходящих по трапу пассажиров, попросиля. — Не хочу нежелательных встреч.Мнене терпелось побыстрее покинуть этоместо, я переминался с ноги на ногу.Джуна уговаривать не пришлось. Произнесякороткое: «Садись», — он первым сел заруль. Я скользнул на заднее сиденье,наблюдая в зеркало заднего вида зародственником. Его лицо на миг сталохмурым. Морщина прорезала лоб.— Да всехорошо, — поспешил уверить Тэхён. —Правда, хорошо! Просто... — мне былосложно подобрать слова. Не мог разобраться,что в данный момент меня так тревожило.Внутри словно камень образовался, ондавил, временами мешая дышать.— Судяпо твоему виду, не так-то уж все и хорошо,— заводя мотор автомобиля, произнесДжун, трогаясь с места. — Ладно, бельчонок,рассказывай, будем вместе разбираться,что с тобой происходит.Вот за что я еголюблю, ценю и уважаю, так это за то, чтоон всегда готов прийти на помощь. Именноего тонкий ум всегда выручал в техситуациях, когда мне самому было сложноразобраться.Я в общих чертах рассказалему все, что происходило за эти двенедели. Более основательный рассказпредложил перенести на потом, когда мысможем встретиться и нормально, безспешки, поговорить. Между нами не былотайн, мы друг другу все рассказывали ссамого детства, делились сокровенным.Во время моего краткого повествования,брат молчал, только внимательно слушал.Когда я закончил, он съехал на обочину,пару минут задумчиво посмотрел в однуточку и только потом, резко обернувшисько мне, как приговор, произнес:—Поздравляю, Тэхён, ты попал!Не ставбольше ничего объяснять, снова развернулся,завел мотор автомобиля и тронулся. Япереваривал сказанное, но так и не понял,к чему брат это сказал. На все мои вопросыон упорно отмалчивался, только криваяусмешка застыла на его красивомлице.Оставшийся путь до моего дома мыпровели в молчании. Я раскладывал пополкам сознания мысли, воспоминания ианализировал поступки. Как свои, так ичужие. Хлопнув себя по лбу, вспомнил,что так и не попрощался с товарищами-альфами,которые скрашивали мой досуг на лайнере.Что они обо мне подумали? Сперва пропална трое суток, а потом и вовсе исчез.Некрасиво, конечно, получилось. Ноизменить произошедшего я уже не мог.Может быть, наши пути когда-нибудьпересекутся, ведь земля круглая, воттогда и будет повод извиниться, а покастоит подумать о другом.Я настолькоглубоко задумался, что не заметил, какмы приехали. Джун, как оказалось, несколькораз окликал меня. Он даже потряс меняза плечо. Я вздрогнул. Брат улыбнулся.На этот раз его улыбка была теплая иискренняя.— Отдыхай, бельчонок. Набирайсясил. Через пару дней я заеду, — бросилон. Подождал, пока я выйду, махнул напрощание и сразу уехал, оставляя меняв одиночестве.Я постоял несколько минут,наблюдая, как автомобиль брата скрываетсявдали. Стоило ему исчезнуть с глаз, ярвано выдохнул и направился в дом. А тамначалось испытание на прочность. Немногоотдохнул, просидев несколько минут вкресле. Но стоило все же распаковатьвещи. Как только открыл замок сумки,отшатнулся. В нос ударил запах Чонгука.Я застонал, схватился за голову и началраскачиваться. Все внутри взбудоражилось,будто альфа здесь, рядом со мной. Словабрата, наконец, дошли до моего сознания.Вот что он имел в виду, говоря о моемпопадалове.Мазохистом я никогда не был,потому, быстро схватил все вещи в охапкуи закинул их в стирку. Стоило избавитьсяот запаха. Комнату, где начал распаковыватьвещи, тщательно проветрил, но всеоказалось бесполезным. Запах альфысловно успел пропитаться везде: онвъелся в стены, в постельное белье идаже в мою кожу. Куда бы я ни пошел,пытаясь скрыться от этого аромата, онменя везде преследовал.Несколько часовя метался по квартире, как зверь в клетке.Когда стирка закончилась, вытащил бельеи одежду, но тут же застонал — запах невыветрился. Бросив все, я выскочил наулицу, запрокинув голову, задышал частои глубоко. На свежем воздухе меня немногоотрезвило. Состояние удрученностиотступило.Медленно двинулся на своелюбимое место. Только там я всегдачувствовал умиротворение. Присев наскамью, закрыл глаза. Лучше бы я этогоне делал. Передо мной тут же возник образЧонгука. Он с укором смотрел на меня икачал головой. В его глазах застыл немойвопрос: «Почему ты сбежал?»— Да что этосо мной такое?! — всплеснув руками,быстро встал я. — Что за наваждениетакое?Я был зол. Мои чувства не желалиподдаваться контролю. Стоило приложитьмассу усилий, чтобы их обуздать. Иначев таком состоянии я не смогу работать.Остатокдня прошел в маете. Но к вечеру удалосьнемного поостыть. Смятение рассеялось.Я два часа просидел в позе лотоса, и мойразум очистился. Навязчивые мыслиоставили меня. Даже стало легче дышать.Я успокоился.Со следующего дня вышелна работу. Потянулись привычные будни.Несколько раз звонил мой бывший. Чтоему могло понадобиться? Сначала трубкуя не брал, сбрасывал звонки. Но раз надвадцатый все-таки взыграло любопытство.—Да. Что надо? — нелюбезно начал я. —Какого лешего ты обрываешь мне телефон?—Мне нужны деньги, — выдал альфа, чемввел меня в ступор. — Много денег, —уточнил на всякий случай этот подлец.—А больше ничего тебе не надо? — с ехидствомпоинтересовался я, сдерживая рвущиесяна волю эмоции злости и раздражения.—Пока только деньги, — самодовольноизрек альфа. В тот момент я и помыслитьне мог, до чего же может опуститься этамразь. Но факт его самоуверенностинапрягал. С чего вдруг он решил требоватьденег? Шантажировать меня нечем.— Нет,— твердо ответил я. В своей чистойрепутации я был уверен на все сто. —Никаких денег. Прощай. И не звони мнебольше. В клубе своем заработай.— Ты,наверное, меня не понял, — ехидно инемного зло начал бывший. Только слушатья его не стал. Отключив телефон, швырнулего на стол. Чтобы успокоиться, занялсяработой.А через час мне на почту пришлосообщение от бывшего. Открыв его, я едване навернулся со стула. Нет! Только неэто! Эта сволочь прислала видео, где мыс ним занимались сексом. Мое лицо былохорошо видно. А сам альфа был в тени.Меняхватило на две минуты просмотра.Представил это видео в инете — готовбыл завыть, и едва не сполз со стула.Уставившись в одну точку, попыталсямыслить здраво. Не получалось. Кулакисжались. Злость. Обида. Ужас. Страх. Всесразу клубком завертелось внутри меня.Злость была настолько велика, чтопопадись мне сейчас этот гад — разодралбы собственными руками.Судорожносглотнув, стал быстро прокручивать вголове, как выйти из данной ситуации.Но главным вопросом сейчас было то, какже мне изъять эту запись? Ни однойтолковой мысли не приходило. Простоприйти к нему и потребовать — не выход.Дом, где он живет с супругом, хорошоохраняется. И меня никто к нему непустит.— Супруг! — хлопнул себя по лбуя. — А если попытаться связаться с ним?За это время омега наверняка понял, скакой мразью связался. Вдруг он поможет?—Ты чего это сам с собой разговариваешь?— от двери раздался голос брата.Обернувшись, увидел его удивленноелицо. Я и не слышал, как он вошел. Заметив,что он смотрит на экран ноутбука, гдевсе еще шла запись, я быстро закрылкрышку. — Что это? — глаза Намджунаметали молнии.Я рассказал ему о звонкебывшего, о том, что он требовал денег,показав присланную запись. Брат едвасдерживал себя от накатившей злости,ноздри раздувались, губы сжались втонкую линию. Желание свернуть шею моемубывшему оказалось у нас взаимным. А ябы еще и позлорадствовал над егоостанками.— Надо придумать, как изъятьзапись, — начал я. — Хорошо, если она унего одна. А то ведь мог... — я покраснел,представив, что каждый наш секс снималсяна видео. Меня передернуло от отвращения.—Не волнуйся, все сделаем в лучшем виде,— пообещал Джун. Интонации в его голосене сулили бывшему ничего хорошего.Братвстал и решительно вышел. А я толькосейчас сообразил, что так и не узнал,зачем он вообще приходил. Ладно, вечеромузнаю.Попытался уйти в работу. Глупаяпопытка. Руки тряслись, злость волнаминакатывала, мешая сосредоточиться.Отбросив в сторону ручку, провел рукамипо лицу. Было гадко. А если он снимал всенаши игры? Неужели он уже тогда планировалшантаж? Но зачем? Я же и так не ограничивалего в деньгах. К тому же сейчас-то у негобогатый супруг. Зачем ему мои деньги?Запросы непомерно выросли?Вопросы одинза другим возникали в голове. Ответовна них не было. Виски сдавило. К горлуподкатывала тошнота. Судорожно вздохнув,я на миг прикрыл глаза и попыталсяуспокоиться. Выходило слабо. К вечеруя стал дерганным и нервным. Домой ушелпораньше. По дороге позвонил Джуну. Онсообщил, что все вопросы уладил, едетко мне. Сначала с плеч словно грузсвалился, но уже через пару минут менястали донимать новые вопросы. Как братразобрался? Зная его импульсивность, япредполагал, что он и шею мог свернутьв состоянии аффекта. Или покалечить —это тоже вполне в его духе. С его-то силойи буйным характером.Чтобы не накручиватьсебя, решил отвлечься. Ох! Не стоилоэтого делать. Отвлекся, называется.Подумал о Чонгуке. Вот тут и стало реальноплохо. Пришлось свернуть на обочину иостановиться, так как в глазах потемнело.Я словно наяву увидел разгневанного,злого и решительно настроенного альфу.Меня пробрала дрожь. А ну как он решитсяменя искать? Хотя, зачем я ему? У негонаверняка таких, как я, по сто штук насотню метров вокруг.Мотнув головойнесколько раз, моргнул, протер глаза.Только когда полностью проясниласьвидимость, завел мотор и тронулся. Домойприехал одновременно с Джуном. Он вышелиз своего авто довольным. Улыбка на вселицо. Фальши в его радости я не нашел,потому и сам немного расслабился. Мышцытут же заныли. Оказывается, я все времябыл как натянутая струна.— Удалосьдоговориться? Он отдал тебе записи? Тыне спросил, с чего его на шантаж потянуло?— я засыпал брата вопросами.— Его самогошантажировали. Муж, как оказалось, ничегоне знал, что заключил брак с хостом. Ведьэто позор. Попал бы твой бывший по полнойпрограмме. Вот и решил откупиться, дурнойголовой не понимая, что шантажисты однимразом не ограничиваются, — скривившисьпрезрительно, выплюнул брат. — Я емудал несколько бесплатных советов,надеюсь, он ими воспользуется. А тебебольше нечего волноваться.Какие советыдавал Джун, я не стал уточнять. Зная егопатологическую честность и правильность,можно было предположить, что он предложилбывшему. Естественно все рассказатьмужу, а потом вместе решить этотвопрос.Постепенно в процессе беседы сбратом я успокоился. Пригласил его вдом. Быстро накрыл на стол. Вот сейчаспредоставилась возможность рассказатьо путешествии со всеми подробностями.—Мне интересно, а на тебя что, только двоеобратили внимание? — встрепенулся Джун,когда я ему рассказывал о товарищах-альфах,с которыми успел подружиться.— Можети было бы больше поклонников, — усмехнулсяя, подмигнув. — Но мои товарищи никогоко мне не подпускали. Как с первого дняоккупировали, так до конца круиза и неотходили ни на шаг, — хохотнул я, наблюдаяза улыбающимся братом. — Но это толькок лучшему. Зачем мне еще кто-то? Ты простоне видел основную массу альф: толстые,волосатые, потные, самоуверенные...бр-р-р... фу... — меня передернуло ототвращения. Было, конечно, еще несколькодовольно смазливых, но они или альфонсы,или уже оказались оккупированы другимиомегами. Последних было действительномного. Такой шанс им предоставился.—Да, я слышал, что некоторые омеги какраз и пытаются найти любовника в такихвот путешествиях, — подхватил мою мысльбрат. — Мужьями редко кто-то из нихстановится, а вот любовниками запросто.—Ладно, давай о хорошем, — махнул я рукой.Больше вспоминать круиз не хотелось.Ведь в тех воспоминаниях остался Чонгук.—Давай, — уловив мое настроение, согласилсябрат. — Как думаешь, твоя затея удалась?— поинтересовался он, немного с осуждениемпоглядывая на меня.— Не смотри так, —попросил я. — Ты ведь знаешь, что этобыл мой единственный шанс. Лучше так,чем нарваться еще на одного альфонса,который не погнушается шантажом.Янахмурился, на миг заново переживая тотмомент, когда увидел присланное видео.Но тут же отогнал от себя плохие мысли,старясь настроиться на позитивный лад.—А удалась ли затея, скоро узнаем, — посленекоторых раздумий ответил я. — Но яуверен в положительном результате.Вэту ночь Джун остался у меня. Мы обсуждаливарианты возможного развития событий,если вдруг меня ожидал провал. Хотядумать о нем не хотелось, но изобразитьплан Б было необходимо.С утра брат уехал.А у меня снова началась однообразнаяжизнь: дом-работа, работа-дом. Иногда явыбирался в гости к Джуну и его омеге.Это хоть как-то разнообразило мою жизнь.С каждым днем сидеть в четырех стенахв одиночестве становилось все сложнее.Чем больше времени проходило, тем чащевсплывал образ Чонгука. Казалось бы, онуже давно должен был исчезнуть из моихмыслей, но этого не происходило. Каждуюночь я видел его во сне. Он то угрожал,то манил, то о чем-то умолял. Но что онговорил, я не мог расслышать. Тольковыражение его лица было красноречивееслов.Время, казалось, застыло. Или этоя погряз в однообразии дней. С трудомвыдержал месяц и сразу направился кврачу. От него вылетал, как на крыльях.Первым я позвонил Намджуну и обрадовалего.— Моя затея удалась! — радостнокричал я в трубку. — У меня будет ребенок!Я так рад!— Поздравляю, — искренневосхитился Джун. — Только и у меня естьновость. Я тоже скоро стану отцом.— Ох!Чудесно! Это надо отметить.Мое предложениебыло принято на ура. И уже вечером мысобрались в доме брата, отмечая сразудва радостных события.С этого дня всеизменилось. Мой мир наполнился яркимикрасками. Я с нетерпением ожидал рожденияребенка. Часто мы с Сокджином — супругомНамджуна — ходили по магазинам, выбираядля детей всякие детские штучки. Джунс нас не переставал умиляться. Занесколько месяцев мы с Сокджиномсдружились очень сильно.Однажды утромя проснулся, почувствовав, как ребенокпошевелился, толкнулся ножкой. Радость.Восторг. Эмоции нахлынули, накрывая сголовой. Я приложил руки к животу, чтобыпочувствовать малыша. И он ответил.Толкнувшись в ладонь, будто приветствуя.Это были непередаваемые ощущения. Быстросхватил телефон и набрал Джуна, чтобыподелиться своей радостью.Прошло шестьмесяцев. У меня уже появился живот. Ячасто разговаривал с малышом. Он толкался,ворочался и иногда брыкался. А мне этонравилось. Ощущение безграничногосчастья затапливало изнутри. Чем ближеподходил срок, тем напряженнее становилосьожидание. Так как дома находиться вчетырех стенах мне было сложно, то, уйдяв декретный отпуск, я все равно продолжалработать. Это помогало не сойти с ума вожидании. К тому же за работой времясловно летело, я его почти не замечал.Ав один из дней, за шесть недель до родов,ко мне в кабинет вошел обеспокоенныйбрат.— Тэхён, мне сообщили, что тобойкто-то очень интересовался, —проинформировал он. У меня в этот моментвсе перевернулось внутри, а ребеноксловно канкан решил станцевать.— Незнаешь, кто? И что конкретно ему былонужно? — затаив дыхание, поинтересовалсяя.Ответ мне, в принципе, и не нужен был,он сам возник в голове. Не знаю, насколькобыли верны мои предположения, нопредчувствие надвигающегося судьбоносногомомента становилось все сильнее. Искатьменя было некому, знакомым я ничего неговорил. Своих координат не давал. Еслиэто Чонгук... Странно, что именно о немя подумал в первую очередь. Только онмог иметь такие связи — найти из-подземли любого. Но зачем ему я? Узнал оребенке? Как? А главное, чем это грозитнам с малышом? Это мог быть и не он. Нотогда кому я мог еще понадобиться? Воттолько интуиция просто вопила, я же ещепытался сопротивляться и отмахиватьсяот нее. У меня в голове не укладывалось,что меня может искать этот альфа.Наверняка кто-то другой.Ой, скольковопросов! Как же получить на них ответы?Хотя... Я был уверен, что скоро все узнаю.Причем из уст того, кому я понадобился.Он просто обязан был объявиться, не зряже собирал обо мне информацию: интересовалсяу знакомых моими вкусами, жизненнымкредо, что я люблю и чего не люблю, какойу меня характер — наверняка целое досьесобрали. Обо всем этом я узнал от знакомыхи друзей, которые поспешили сообщитьмне, что некий незнакомец интересуетсямоей жизнью. Такой тщательный сборинформации лишний раз подтверждал, чтонеспроста все это. В этот момент быложелание, чтобы мое предчувствие меняобмануло, и это оказался не Чонгук.Интуициявсе же не подвела. Через три недели,приехав с работы, я обнаружил околосвоего дома объект моих снов. Он стоялс огромным веником моих любимых синихроз...