Единственная

— Ладно-ладно, — фыркнула я, отмахиваясь от Сэма, когда он в тысячный раз за пять минут попытался повторить, насколько нелепо я смотрелась, сидя на дереве, как испуганный кот. — Мне вообще-то на работу пора. Умные головы и грандиозные открытия сами себя не сделают.

— А-а, ты, значит, одна такая умная, — усмехнулся он и присел на лавочку рядом, чуть повернувшись ко мне. — Подожди, подожди. А жабы — это единственное, чего ты боишься? Или мне начать приносить насекомых на тренировки, чтоб узнать настоящую реакцию?

Я тут же вскинула брови, но сдержалась. Не моргнула. Не выдала себя.

— Пф, что за глупости. У меня есть более важные страхи, например, опоздать на совещание с Тони, — сказала я с пафосом, поправляя волосы и вставая. — А насекомые... ну... они просто противные. Не более.

— Ага, — протянул он, ухмыляясь. — Значит, не боишься? Ни пауков, ни тараканов, ни богомолов, ни... знаешь, этих гигантских шершней?

Я повернулась через плечо, с самым спокойным выражением лица, на какое была способна:

— Не боюсь. Просто не люблю, когда они ползают по мне. Или жужжат в ухо. Или... дышат.

Сэм рассмеялся и поднял руки, будто сдаваясь.

— Всё, всё, ухожу в тень. Не дразню супергероиню. Но если в следующий раз на дерево полезешь, я точно сделаю фото.

— Тогда тебе и твоей репутации конец, Уилсон, — пригрозила я, играючи, и направилась к выходу из парка.

Сзади ещё услышала его:

— Ты напугала жабу! Живи теперь с этим!

Я не удержалась от смешка, покачала головой и пошла дальше. Боже, и как они вообще живут с таким чувством юмора?

Я пришла на работу без лишнего шума — как обычно, в наушниках, с кофе в руке и сумкой, набитой чертежами, заметками и парой книг, которые, возможно, никто кроме меня бы и не понял. Лаборатория ЩИТа встретила меня привычным запахом металла, озона и кофе из старой кофемашины в углу. Всё как я люблю.

Скинула куртку на спинку стула, завязала волосы в небрежный пучок и села за своё место. Передо мной разложились формулы, схемы, цифровые модели — и кое-что, что я не собиралась показывать никому. Пока что.

Пальцы летали по экрану планшета, чертежи мелькали один за другим, формулы перетекали в расчёты, таблицы, графики. Я погружалась в мир наноструктур, стабилизаторов энергии и нестабильных реакций, которые могли бы лечь в основу следующего прототипа. Или оружия. Или спасения. Всё зависит от того, кто будет использовать.

Прошло пять часов. Я даже не заметила. Только когда голова слегка закружилась, а желудок напомнил о себе предательским урчанием, я оторвалась от экрана.

Мои формулы складывались в нечто большее. Я добивалась стабильности реакции, которая ранее срывалась на пике мощности. Почти получилось. Ещё немного — и смогу применить это для... чего-то очень большого. Я ещё не знала для чего именно. Но знала, что это важно.

Потом я посмотрела на часы. Прошло пять часов. Пять часов непрерывной работы, как в старые добрые дни, когда я пряталась в своих расчетах от боли. От прошлого. От себя.

Сделала глоток холодного кофе, потянулась и посмотрела в окно. Небо уже начинало темнеть. Пора сделать перерыв. Или хотя бы размяться. Но с другой стороны... формула почти идеальна. А "почти" — это недостаточно.

Пять часов в лаборатории, и всё равно в голове не было тишины. Химические реакции — мой способ отвлечься. Я размешивала компоненты, записывала данные, подправляла формулы, но каждая минута, каждая секунда — всё казалось неправильным. Что-то витало в воздухе. ЩИТ стал казаться не просто организацией... а улей, в котором кто-то прячет ядро гнили.

Я откинулась на спинку кресла, протёрла глаза и посмотрела на телефон. Никаких сообщений. Стив всё ещё был на задании.

Спустя полчаса в коридоре за дверью раздались шаги. Я узнала их. Он.

Я встала и пошла к двери. И открыла её как раз в тот момент, когда Стив проходил мимо.

— О, ты вернулся, — сказала я тихо. — Как прошло?

Он посмотрел на меня. Лицо было каменным, но в глазах — тревога.

— Всё странно. Что-то не так, Веро. Наташа скрывала детали задания. И у меня ощущение, что мы не всё знаем... — Он запнулся. — Или знаем не то, что нужно.

Я почувствовала, как внутри всё сжалось. Именно это чувство гнездилось у меня в груди последнее время.

— Я не была на операции, но... — Я подошла ближе. — За эти полгода я накопала кучу информации о старых проектах Гидры. И есть странности. Папки пустые, данные подчищены. Есть сведения о каком-то проекте «Зимний солдат», но имён — ни одного. Как будто кто-то стёр память не только в архивах, но и в реальности.

Стив сжал челюсть.

— У меня есть доступ к другим секторам. Завтра попытаюсь копнуть глубже.

— Будь осторожен, — прошептала я. — Они наблюдают.

Он посмотрел на меня с тем самым выражением, что всегда рвало моё сердце. Лёгкая печаль и решимость, смешанные в одном взгляде.

— А ты? Что будешь делать?

Я усмехнулась.

— Прятаться в формулах. И ждать, когда реальность догонит нас.

Спустя какое то время:

Мы ехали в молчании. Стив за рулём, я рядом, с усталым лицом и мыслями, в которых было слишком много вопросов. Задание, из которого он только что вернулся, оставило неприятный след. Слишком много теней, слишком мало правды.

Он не сказал ни слова с того момента, как вышел из штаб-квартиры. Только пальцы крепко сжимали руль, суставы побелели. Я знала этот взгляд — что-то его по-настоящему тревожило.

Мы припарковались у нашего дома. Старое здание, которое с виду было просто жилым домом, а внутри хранило наш странный, тихий уют. Моя комната — слева, его — справа. Две чашки на кухне. Книга на подоконнике. Смешно, но за четыре года это стало «домом».

Я сняла пальто и повесила его на крючок у двери. Стив молча прошёл в кухню и налил себе воды. Я наблюдала, как он поставил стакан на стол — аккуратно, как будто боялся, что разбьёт.

— Стив, — я подошла ближе, — что-то случилось?

Он хотел ответить, но в этот момент по квартире прокатился низкий, едва уловимый гул. Мы оба замерли.

— Это что сейчас было? — прошептала я.

Он уже шёл к двери. Рука на кобуре. Я последовала за ним, сердце забилось быстрее.

Мы вышли в коридор — тишина. Только лампа на потолке слегка мигнула. И тут...

— Стив, подожди, — я схватила его за руку.

Он резко остановился, и в следующий миг — входная дверь была взломана изнутри. Мы оба отшатнулись. Стив вытащил щит, я инстинктивно схватила ближайший металлический предмет — старую трубу, стоявшую в углу. Не самое умное оружие, но хоть что-то.

Мы медленно шагнули в гостиную.

Фьюри. Он сидел на полу, спиной к стене. Вся его одежда была залита кровью.

— Боже... — я прошептала.

Стив подбежал первым, упал на колени рядом.

— Ник. Что случилось?

Фьюри поднял глаза на нас. Ему было тяжело дышать. Он протянул руку ко мне.

— Не... не верь никому... — хрип.

— Мы вызовем помощь, не говори, — Стив держал его за плечо.

— Уже... поздно, — Фьюри закашлялся. — Они... повсюду.

Я не могла пошевелиться. Всё внутри сжалось. Это не было похоже на спектакль. Это была реальность. ЩИТ — это не просто трещина. Это чёрная дыра.

И в следующий момент — выстрел.

Окно взорвалось. Я с криком упала на пол, Стив заслонил Фьюри щитом. Всё происходило слишком быстро. Он вскочил, метнулся к окну. Я не видела, кто стрелял, но знала — это не обычная атака.

Фьюри был на полу. Без сознания.

— Веросика, держись рядом, — Стив скомандовал резко.

Я только кивнула, поднимаясь и хватая планшет, лежавший на тумбе. Никакой больше лаборатории. Никаких формул.

Мир, который мы знали, только что рухнул.

Я стояла в ступоре, когда в дверь влетела Шэрон Картер — точнее, та самая "соседка через коридор", которую я несколько раз видела на лестнице и наивно принимала за обычную девушку. Теперь всё стало на свои места.

— Уберите его с открытого пространства! — коротко бросила она, почти вырываясь к Фьюри.

Стив подхватил его под руки, я помогала, как могла. Мы перенесли Фьюри к стене. Шэрон в тот же миг опустилась на колени рядом, достала из-за пояса аптечку и начала оказывать первую помощь — быстро, уверенно, словно делала это сто раз.

Я лишь молча наблюдала, не веря глазам. В моей голове всё гремело, словно раскатами грома: как, почему, кто?

Стив подошёл ко мне через пару минут, лицо его было напряжено, будто вытесано из камня.

— Стив... — я тихо позвала его.

Он выдохнул, положил руку мне на плечо, будто прося опоры — и одновременно давая её.

— Я его видел, — глухо сказал он. — Стрелка. На соседнем доме. Чёрная маска. Меткий выстрел.

Я почувствовала, как ледяная волна охватывает моё тело.

— Он знал, куда стрелять... — добавил Стив, сжав кулаки.

— Конечно, это не случайность! — Ответила я дрожащим голосом. — Это очевидно, что это спланированная атака!

Шэрон обернулась на нас, коротко кивнула:

— Нам нужно выбираться. Быстро. Здесь небезопасно.

Стив и я переглянулись. Без лишних слов он поднял Фьюри на руки. Я подхватила его аптечку и открыла дверь.

⸻

Белые стены. Запах антисептика. Мерцание ламп.

Мы сидели в длинном коридоре, молча, каждый в своих мыслях. Стив ходил из угла в угол. Я просто сидела на стуле, сцепив руки в замок, уставившись в пол. Всё казалось неправдой.

К нам подошла Наташа. Она была непривычно серьёзной, без своих обычных колкостей. За ней — Мария Хилл. Именно Мария сообщила нам:

— Он умер.

Я слышала её слова. Видела, как лицо Стива стало ещё жёстче. Видела, как Наташа отвернулась, будто пряча боль.

Но я... я не верила.

Что-то внутри меня сопротивлялось. Может, это был инстинкт. Может, что-то большее. Я чувствовала: Ник Фьюри не из тех, кто умирает вот так. Просто — и всё.

Я посмотрела на Стива, потом на Наташу. Но промолчала. Оставила свою догадку при себе.

Сейчас было слишком опасно даже думать об этом вслух.

Мы вернулись в квартиру под утро. Город за окнами был сонным, будто и не знал, что ночь принесла столько боли и тревоги.

Стив молчал, пока мы поднимались на лифте. Я не пыталась его разговорить. Мы оба были выжаты. Не физически — душой. То, что произошло с Фьюри, — это была не просто атака. Это было предупреждение. И, что бы там ни говорили официально — я чувствовала: он не мёртв. Сердцем чувствовала.

Когда дверь в квартиру щёлкнула замком, я тут же сняла куртку и повесила её на крючок. Стив же замер у окна, глядя на просыпающийся город. Его силуэт в свете рассвета был почти скульптурным — только плечи были напряжённо приподняты.

— Всё изменилось, — произнёс он тихо.

— Да, — отозвалась я. — Я тоже это чувствую.

Он повернулся ко мне, и в его глазах было столько сомнений, сколько я ещё никогда не видела. Этот человек, который всегда знал, где добро, а где зло, сейчас оказался в мире, где всё стало серым.

Я прошла на кухню, включила чайник — просто чтобы что-то делать. А когда он запищал, Стив внезапно сказал:

— Я должен кое-что проверить.

— Что? — Я посмотрела на него, нахмурившись.

Он уже натягивал куртку.

— Торговый автомат в госпитале. Там... — он замолчал, будто не был уверен, стоит ли продолжать. — Он оставил мне кое-что. Перед тем как это случилось. Флешку. Сказал спрятать.

— Флешку? — переспросила я. — Ты взял её?

— Да. И не знаю, кому ещё могу доверять, кроме тебя.

Он достал её из внутреннего кармана. Маленький, ничем не примечательный носитель. Но что-то в том, как он держал её — аккуратно, как нечто священное — заставило моё сердце забиться чаще.

— Тогда включим её. Прямо сейчас, — предложила я и указала на свой ноутбук, который лежал на столе. — Если на ней то, что думаю — мы рискуем. Но я рядом, Стив.

Он кивнул. Медленно подошёл, вставил флешку в разъём.

Экран мигнул. И появилось первое зашифрованное сообщение.

Я почувствовала, как воздух вокруг стал другим. Это было началом чего-то страшного. Чего-то большого.
И уже пути назад не было.

Я открыла ноутбук, вставила флешку, которую Фьюри передал Стиву перед тем, как всё превратилось в хаос, и сразу увидела — данные были зашифрованы. Но не так, как обычные файлы. Это была не просто защита — это был вызов. Кто-то очень старался, чтобы эти данные не увидели чужие глаза. Только не мои.

— Посмотрим, что вы там прятали, — пробормотала я себе под нос, быстро набирая команды.

Кодировка была сложной, но не невозможной. Через пару минут я уже прорвалась сквозь первую стену. Через ещё десять — вторая упала. Данные начали всплывать на экране, как кадры из кошмара.

Первым делом — проект «Инсайт».

— Что... — вырвалось у меня.

Подробное описание геликарриеров, соединённых с системой спутников, способных нацеливаться на миллионы людей. Алгоритмы, вычисляющие «угрозу» для будущего. Списки потенциальных целей. Врачи. Ученые. Журналисты. Простые люди. Люди, которых я знала. Люди, вроде меня.

Дальше — имена. Документы, отчёты, внутренние записки. Проект был не просто частью Щ.И.Т. — он был под контролем Гидры.

И тогда я увидела это.

Zola, Arnim.

Меня бросило в холод. Даже спустя годы, одно только его имя заставляло сердце сжиматься. Я никогда не забуду, что он сделал с моей матерью. Что он сделал со мной.

— Ты всё ещё здесь... — выдохнула я. — Ты всё ещё играешь в свои игры.

Я продолжила листать. Имя Александра Пирса мелькало снова и снова. Подписи, утверждения приказов. Он не просто знал. Он управлял этим.

Щ.И.Т. был насквозь прогнившим. А я... я была прямо в центре всего этого.

Всё вокруг гудело, как сломанные часы. В голове пульсировала мысль: «Гидра жива. Она здесь. Она была здесь всё это время». Мы со Стивом молча переглянулись — взгляда было достаточно, чтобы понять: медлить нельзя. Флешка, которую оставил Фьюри, открыла слишком многое.

— Нужно найти Ситвелла, — произнёс Стив, уже натягивая куртку. — Он знает слишком много, чтобы быть не замешанным.

— Подожди, — остановила я его, бросив взгляд на один из файлов. — Здесь есть координаты... старая база. Нью-Джерси.

— Ты уверена? — он резко замер. Я кивнула.

— Это Форт Лихай. Ты ведь там тренировался?

Стив нахмурился, как будто вернулся в прошлое:

— Да. Там начиналась программа суперсолдат... и я. Думаешь, Зола там?

— Мы оба знаем, что он не просто был ученым. Он параноик. Если он выжил в цифре, то спрятал себя именно там.

⸻

Мы ехали долго. Почти всю дорогу — молча. Только звук шин по трассе и удары сердца. Я знала, к чему мы приближаемся. С каждым километром — ближе к призракам прошлого. Моего прошлого.

Колючий воздух Нью-Джерси встретил нас утренней дымкой. База, которую мы нашли, казалась мёртвой. Заросшая, забытая, словно кто-то хотел, чтобы о ней больше никто не вспомнил. Но память — упрямая вещь.

— Там, — я указала на небольшой бетонный выступ. — Вентиляционный тоннель.

Стив молча снял крышку и полез первым. Я следом. Мы скользили по узкому коридору, пока не оказались в настоящем лабиринте. Пыль, гул ламп, старые провода — всё, как я помнила. Но теперь — куда мрачнее.

— Это похоже на... — начал Стив, но я уже нашла нужную панель и ввела код. В стене открылась дверь.

Мы вошли внутрь.

Комната была массивной, с десятками древних ЭВМ, которые медленно оживали от нашего присутствия. Звук старых вентиляторов смешался с щелчками системной загрузки. И вдруг — экран засиял.

И на нём появилось лицо, которое я ненавидела всем существом.

— Здравствуйте, капитан. Здравствуйте... Веросика.
— Значит, ты всё же сохранил себя, ублюдок, — прошипела я, сжимая кулаки.

— Гидра всегда планирует наперёд. А ты... ты и есть моё лучшее творение.

— Молчи. Просто... молчи.

Стив подошёл ближе, его взгляд был стальным. Он не сводил глаз с экрана.

— Зола, ты мёртв. Что ты сделал?

Зола засмеялся. Его цифровой образ моргнул, потом начал рассказывать. Гипнотизирующе. Холодно.

Проект "Инсайт". Контроль. Манипуляции. Войны. Катастрофы. Люди — лишь цифры, угрозы для стабильности. Щ.И.Т. — лишь инструмент. А в основе всего... Гидра.

— Вы двое — последние нити прошлого. Но и вы станете частью нового порядка.

Я вскочила, едва не разбив монитор:

— Ты убил мою мать. И теперь хочешь уничтожить миллионы?!

Стив рванул меня за плечо:

— Веросика!

Экран мигнул. И тогда — система дала сигнал.

Ракета в пути.

Стив схватил меня за руку:

— Бежим!

Мы неслись по коридорам, когда над нами взорвалось небо.