Глава 8
— Капитан, пожалуйста!
— Об этом не может быть и речи.
— Я прошу вас, я должна...
— Я прекрасно знаю, каковы ваши обязанности, лейтенант Аллен. Решение остается за мной!
Упрямый Кирк, даже не поворачивая ко мне головы, быстрым шагом направлялся по длинному коридору к транспортерной, а я, едва поспевая за ним, бежала следом почти вприпрыжку, не обращая никакого внимания на то, что потревоженный бок жжет огнем, и что лицо раскраснелось от волнения и быстрого бега, а сердце буквально выламывает грудную клетку. Где-то за моей спиной маячила встревоженная Кэлла, прислушивающаяся к моему тяжелому дыханию, рядом с ней, деловито проверяя свой фазер, шел хмурый Майкл, поджимающий и без того тонкие губы, а замыкал наше шествие Леонард, лицо которого было до того похоже на каменную маску, что с уверенностью судить об одолевающих его эмоциях я не могла.
Впрочем, и волновало сейчас меня совсем не это.
— Лейтенант Аллен, напомню вам, что согласно рекомендации вашего лечащего врача... — занудно начал Спок, идущий рядом с Джимом, и даже соизволил оглянуться через плечо, не сбавляя, впрочем, взятого темпа. Равнодушие, застывшее на непробиваемом лице вулканца, как мне казалось, сейчас стало совершенно ледяным, и только темные, почти черные горящие глаза выдавали охватившую мужчину тревогу.
— Да плевать мне на рекомендации! — огрызнулась я, не задумываясь, и тут же за спиной возмущенно отозвался Боунс:
— Эй! Я здесь, вообще-то!
Наверное, в любой другой момент я бы обязательно оглянулась к нему, выдав что-то ехидное в ответ, однако в состоянии охватившего меня беспокойства даже не обратила на это внимания.
С тех самых пор, как перед глазами предстало изображение разрушенного «Фаррауга», я пребывала в странном состоянии, близком к помутнению рассудка. В ушах звенело, воздуха катастрофически не хватало, и все, что я могла делать, это беззвучно открывать и закрывать рот. Из груди не вырывалось ни звука кроме странного, надсадного шипения, и я едва не довела до инфаркта Кэллу, побелев, как полотно, и вцепившись непослушными пальцами в дисплей. Все происходящее казалось мне бредом, кошмарным сном, и я отчаянно пыталась вытолкнуть себя на поверхность из темного забвения, отказываясь принимать тот факт, что все это происходит в реальности.
Ведь такого просто не могло быть, и «Фаррауг»...
С тех самых пор, как на «Дельта-Т» Эррет сообщил мне о том, что Уильям не выходит на связь, хотя и обещал, я сама несколько раз пыталась с ним связаться, я оставляла на его коммуникаторе сообщения, обещая оторвать ему за ненадобностью все выпуклые части тела, если он мне не перезвонит, однако ни на одно из них не получила ответа. Прекрасно зная, каким безголовым и рассеянным бывает мой друг во всем, что не касается работы, я не слишком беспокоилась, считая, что он, как всегда, просто забывает проверить свой коммуникатор. Впрочем, это оправдание могло сработать раз или два...
Но никак не каждый вечер на протяжении двух недель.
Я успокаивала себя тем, что если бы действительно возникли какие-то серьезные проблемы, командование предупредило бы Кирка, как капитана единственного корабля Федерации, находящегося в том же квадранте, однако все было абсолютно спокойно, сигналов бедствия мы не получали, и увидеть сейчас подобное...
Знакомое изображение, напугавшее меня до истерики, вновь возникло перед мысленным взором, и я, с силой прикусив губу, чтобы сдержать эмоции, шумно выдохнула, пытаясь взять себя в руки.
— Скотти, все готово? — громкий голос Кирка привлек внимание, и я, вскинув взгляд, успела увидеть, как кивнул при нашем появлении лейтенант-коммандер Монтгомери, сидящий за панелью управления.
— Разумеется, капитан, — хмуро отозвался главный инженер, не отвлекаясь от дисплея. — Я отправлю вас прямиком на мостик.
— Капитан, мы просканировали корабль, — послышался в динамике голос рулевого Сулу. Тон, которым было это произнесено, не предвещал ничего хорошего, и я, сама того не замечая, подобралась, как перед прыжком. — Сканер не обнаружил ни одного источника тепла, щиты отключены, излучение варп-ядра... не прослеживается.
Каждое слово ударом тупого лезвия вонзалось в грудь, с искусанных губ срывалось прерывистое дыхание, а глаза жгло от подступивших слез, но я, до боли сжимая кулаки, не позволяла пробиться сквозь ледяную маску горячему пламени эмоций, сжигающих меня изнутри. Сердце колотилось где-то в горле, заставляя задыхаться, свернувшийся между ребер страх отравлял сознание ядовитой пеленой, и я невидящим взглядом смотрела на дисплей, все еще не веря, что это действительно происходит на самом деле. Нет, это просто невозможно, Уильям же умный, он обязательно что-то придумал бы, я была в этом уверена.
— Лейтенант Ухура, что со связью? — отрывисто спросил Спок, первым шагнув на транспортерную платформу. На поясной кобуре был прикреплен фазер, и у меня внутри все перевернулось, когда я заметила, что с режима оглушения вулканец недрогнувшей рукой переставил его на поражение.
— «Фаррауг» не отвечает, в эфире глухо, — отозвалась Нийота спустя мгновение, и серьезность, с которой она говорила, меня угнетала не меньше, чем хмурые лица окружающих офицеров Звездного флота. — Будьте осторожны.
— Разумеется, — необыкновенно мягко, как для вулканца, отозвался коммандер, однако тут же вернулся к привычному ледяному спокойствию, взглянув на Кирка. — Можем отправляться, капитан.
— Тогда не будем терять ни минуты, — кивнул в ответ мужчина, оглянувшись на хмурого МакКоя. — Боунс, захватил кислородные маски?
— Держите, — буркнул доктор, вручив каждому из участников вылазки запечатанные комплекты. — Неизвестно, как обстоит ситуация с системой жизнеобеспечения на том корабле, так что лучше лишний раз не рисковать. Ты уверен, что моя помощь не понадобится?
— Да, лучше останься на «Энтерпрайзе», — решительно отозвался Кирк, натянув на себя свою маску и проверяя крепления. Из-за респиратора голос звучал глухо, плотное стекло защищало лицо, переходя в подобие полноценного шлема, однако в сложившейся ситуации даже беспечный капитан не хотел рисковать — никто не знал, что может ожидать нас на том корабле. — Если нужна будет твоя помощь, мы отправим пострадавших сюда, так что пусть медотсек готовится принимать пациентов.
Леонард согласно кивнул, вытащив свой падд и что-то в нем набирая, мимо меня ужом проскользнул Майкл, на ходу цепляющий кислородную маску, а Кирк, хлопнув встревоженного Скотти по плечу, решительно направился к платформе, явно горя желанием побыстрее разобраться со всем происходящим. Сверля взглядом широкую спину, я беспомощно топталась на месте, понимая, что не могу оставить все вот так вот, а после, не сдержавшись, все-таки рванула вперед, проигнорировав предупредительный окрик Кэллы, оставшейся позади.
— Джим, пожалуйста, — позабыв о субординации и строгих правилах Устава, я вцепилась в локоть капитана, заставив его развернуться к себе, порывисто подалась вперед, почти прижавшись к крепкой груди, и с мольбой уставилась в удивленные голубые глаза. — Прошу, позволь мне пойти с вами. Мне нужно попасть на тот корабль, понимаешь? Там мой друг, я должна найти его!
Хриплый, дрожащий от волнения голос звучал не громче сдавленного шепота, от горячего дыхания немного запотело стекло кислородной маски, защищающей лицо Кирка, однако на это никто из нас не обратил внимания. Сведенные судорогой пальцы крепко сжимали ткань желтой капитанской формы, словно боясь отпустить, картинка перед глазами расплывалась, и я с удивлением вдруг осознала, что все тело колотит мелкая дрожь.
Явно не ожидающий подобной горячей тирады Джим чуть нахмурился, испытывающе глядя на меня, поджал губы, будто ведя мысленную борьбу с какими-то своими убеждениями, а после всего лишь на мгновение заглянул куда-то мне за спину. Уж не знаю, что он там увидел, но выражение его лица тут же как-то неуловимо смягчилось, теплые широкие ладони скользнули по моим предплечьям, осторожно разжав мою руку, а губы тронула мимолетная улыбка.
— Тея... — ласково, словно с каким-то глупым ребенком, заговорил он, и у меня внутри все заледенело, когда я без слов поняла его решение. — Ты совсем недавно была серьезно ранена, ты не успела еще до конца восстановиться, и я буду полнейшим ублюдком, если подвергну тебя опасности, — Джим обхватил меня за плечи, словно пытаясь ободрить, и прежде, чем я успела ему возразить, склонился ниже, неотрывно глядя в глаза. — Я обещаю тебе, что сделаю все возможное, чтобы помочь твоему другу. Если он там, я найду его. Но тебе лучше остаться здесь.
Явно считая наш разговор законченным, Кирк выпрямился, отступив от меня, а после, кивнув кому-то за моей спиной, в один широкий шаг оказался на транспортерной платформе. Рядом задрожал воздух, согретый чужим дыханием, и я только шумно выдохнула, когда приблизившаяся Кэлла подхватила меня под локоть, ненавязчиво оттягивая назад.
— Пойдем, Тея, — мягко произнесла она, и у меня даже не было сил, чтобы ей сопротивляться. Сжимая кулаки так сильно, что побелели костяшки пальцев, я широко распахнутыми глазами смотрела на троих мужчин, готовящихся к переносу, и едва сумела удержать себя в руках, когда Кирк коротко кивнул лейтенант-коммандеру Скотту.
— Начинай.
— Перенос через три, — начал отсчет Скотти. На верхней панели транспортера вспыхнули сигнальные огни, — два... один.
Золотой вихрь в мгновение ока поглотил крепкие фигуры офицеров Звездного флота, а стоило нам только на секунду невольно зажмуриться от яркого света, как тут же все трое словно растворились в воздухе, перенесшись с «Энтерпрайза». Тишина, повисшая в помещении, стала почти зловещей, время на несколько бесконечных мгновений застыло, а я и вовсе задержала дыхание, изо всех сил вцепившись в руку Кэллы.
Девушка тихо зашипела от боли, однако даже не попыталась отстраниться, как и я, всматриваясь в пустоту, где еще миг назад стояла десантная команда.
— Кирк «Энтерпрайзу», — отозвался коммуникатор голосом капитана, и Скотти, спохватившись, принял входящий сигнал, выводя его на динамик. Шорох и треск помех ударили по ушам, заставив поморщиться, и поверх всей какофонии послышались сильно искаженные слова Джима, — на мостике никого нет, сканирование показало, что системы корабля не функционируют. Спок пытается подключиться к сети «Фаррауга» напрямую, но, кажется, это у него не слишком хорошо получается.
— Что с кислородом? — уточнил МакКой, сложив руки на груди и подойдя поближе. По непроницаемому лицу было сложно что-либо разобрать, но вздувшиеся на шее вены недвусмысленно намекали на охватившее мужчину напряжение.
— Система жизнеобеспечения тоже накрылась, так что ты очень удачно посоветовал взять с собой кислородные маски, — подметил капитан. — Спок, что там у тебя?
— Что-то повредило систему, подключение невозможно, — присоединился к голосу Кирка спокойный голос старпома. В случае с вулканцами было почти невозможно разобрать, что творится у них в голове, однако с коммандером-полукровкой дела обстояли лучше, к тому же, за время службы я успела немного к нему привыкнуть, и сейчас была абсолютно уверена, что Спок, как минимум, встревожен. — Смею предположить, что проблема в варп-ядре.
— Значит, нужно проверить ядро, — решил капитан, шумно вздохнув. — Мы направляемся в инженерный отсек, будем разбираться на месте. Если что, будем держать вас в курсе.
— Понял, — отозвался Скотти, задумчиво потерев подбородок. Его, как и остальных, все происходящее совсем не радовало, в транспортерной царила мертвая, неестественная тишина, прерываемая лишь шумом, доносящимся из коридора, и такая атмосфера давила на виски, сжимая их тупой болью.
Чувствуя, как быстро колотится сердце, я глубоко вздохнула, а после, испытывая непреодолимое желание прилечь, оперлась рукой о стену, прижавшись к холодному металлу горячим лбом и на мгновение прикрыв глаза. В голове вертелись мысли одна другой хуже, легким отчаянно не хватало воздуха, а собственное бессилие буквально убивало. Я топталась на одном месте, ожидала, пока капитан вновь выйдет на связь, чтобы сообщить хоть какие-то крохи информации, и не могла сделать совершенно ничего, чтобы помочь. Отчаянно вслушивалась в тишину эфира, но при этом до дрожи боялась услышать хотя бы слово.
— Эй, ты как? — негромкий голос Кэллы привлек внимание, маленькая ладошка скользнула мне на спину, и девушка встревожено склонилась надо мной. — Выглядишь хреново.
— Я в порядке, — процедила я сквозь зубы. Собственное состояние в тот момент беспокоило меня меньше всего.
— Конечно, я вижу, — фыркнула в ответ орионка, беспардонно убрав руку, которую я рефлекторно прижимала к боку все это время. — Это что, кровь? Доктор МакКой, у нее кровь!
Послышались спешные шаги, задрожал рядом воздух, когда широкая горячая рука сжалась на моем запястье, разворачивая рывком. Спутанные волосы упали на глаза, хмурое лицо встревоженного Леонарда возникло прямо передо мной, и я даже пискнуть не успела, как мужчина, поставив меня перед собой, с профессиональным интересом склонился над моим боком, беспардонно задрав спортивную майку. Шершавые пальцы пробежались по бледной коже, вызвав мелкую дрожь, коснулись плотной белой повязки, которую я все еще не снимала, и замерли над небольшим алым пятном, проступившим на ткани.
С четко очерченных губ сорвалось приглушенное ругательство.
— Тебя нужно перевязать, — не терпящим возражений тоном заявил Боунс, глядя на меня с заметным осуждением. Что-то мне подсказывало, что ему не терпится выдать длинную тираду касаемо того, что он ведь предупреждал, а я его не послушала, однако прежде, чем кто-то что-то успел сказать, динамик вновь зашумел помехами, и на всю транспортерную пронесся пораженный вздох Кирка:
— Твою мать...
— Что там? — мигом рванулась я, оттолкнув от себя главу медицинской службы «Энтерпрайза» и в два широких шага оказавшись возле панели управления, за которой сидел мигом подобравшийся Скотти. Тяжелый взгляд сверлил маленький серебристый динамик, а руки с такой силой сжались на спинке кресла, что побелели костяшки пальцев. Сердце, больно ударившись о ребра, ухнуло куда-то в пятки. — Джим, не молчи!
— Тела.
Короткое слово, произнесенное Споком, утратившим все свое вулканское равнодушие, отбилось в ушах гулким эхом, горло перехватило спазмом, и как мне удалось в тот момент устоять на ногах, я уверена не была. Судорожно сглотнула, искренне уверенная в том, что ослышалась, растерянно оглянулась на Кэллу, испуганно прижавшую ладони к губам, а после повернулась к Скотти, который ошалело хлопал глазами. Я ожидала, что главный инженер скажет, что все дело в помехах связи, и что на самом деле коммандер сказал что-то другое, но мужчина молчал, и от его молчания было еще хреновей.
— Зеленокровный гоблин, скажи, что ты пошутил, — севшим голосом потребовал МакКой, с которого мгновенно слетело все раздражение и злость. Не готовый к подобным новостям, доктор был ошарашен, его лицо побелело и как-то странно вытянулось, и я подозревала, что сама выгляжу не лучше.
— Не тот случай, Боунс, — мрачно отозвался Кирк, и я услышала, как он судорожно вздохнул в динамик, не справившись с эмоциями. — Члены экипажа не покинули поврежденный корабль. Они все еще здесь.
— Если вместе с другими системами вышла из строя и система жизнеобеспечения... — протянул Скотти, оглянувшись на присутствующих. В блестящих глазах плескался искренний ужас. — Они не успели добраться до шаттлов.
— Нам нужно выяснить, что произошло. Мы продолжаем двигаться к инженерному отсеку, — отрапортовал Спок, и в эфире опять стало тихо.
Потянулись мучительные, невыносимые минуты ожидания, и от беспомощности, сковавшей каждою клеточку тела, мне хотелось громко, отчаянно выть. Я не могла представить, что сейчас происходит на «Фаррауге», я до последнего была уверена в том, что даже если на корабль напали, то членам экипажа все равно удалось спастись на шаттлах, однако от одной лишь мысли о том, что на мертвом, пустынном корабле, застывшем в невесомости бескрайнего космоса, все еще остаются люди, погибшая команда... У «Энтерпрайза» и «Фаррауга» был один класс, они нуждались в одинаковом количестве обслуживающего персонажа, и мне просто не удавалось принять тот факт, что все эти офицеры Звездного флота... Руки дрожали, кислорода отчаянно не хватало, и мне казалось, будто я задыхаюсь.
Все произошедшее не укладывалось у меня в голове, я не могла понять, что должно было случиться с кораблем, чтобы он просто в одночасье превратился в бесполезный металлолом с нефункционирующими системами, а судя по тому, как яростно что-то пролистывал на компьютере Скотти, ругаясь себе под нос, подобное никак не могло прийти в голову и ему. Я не была сильна в технике и физике, о принципе работы варп-ядра и его связи с кораблем знала весьма поверхностно, но и без углубленных знаний мне было понятно, что ситуация сложилась из разряда вон выходящая. Стоящая рядом Кэлла встревожено переминалась с ноги на ногу, сосредоточенный Леонард молчал, сложив руки на груди и позабыв о том, что совсем недавно грозился мне перевязкой, царила тишина и в динамике, и я готова была рвать и метать, пытаясь придумать хоть что-то, чтобы помочь.
Воспоминания о широкой улыбке на открытом, простоватом лице совсем еще молодого парня обжигали каленым железом, и я искусала губы в кровь, чувствуя, как паника с каждой пройденной минутой все плотнее захватывает сознание. Непослушные пальцы сжались на коммуникаторе, равнодушный, приевшийся до зубного скрежета писк оставленного без ответа вызова прогремел в пустой черепушке набатом, и мне едва удалось сдержать тихий всхлип, рвущийся из груди.
Боясь показаться слабой, я отчаянно зажала рот руками, отвернувшись к стене и словно пытаясь найти укромный угол, чтобы спрятаться там от всего мира, и случайно натолкнулась на МакКоя, который, оказывается, успел незаметно приблизиться ко мне, застыв за спиной. Внимательный взгляд мужчины пересекся с моим, он нахмурился, заметив бурю эмоций, отобразившуюся у меня на лице, разомкнул губы, словно собираясь что-то сказать, однако раздавшийся сигнал коммуникатора помешал ему.
Помрачнев, доктор поспешным шагом вышел из транспортерной, явно не находящая себе места Кэлла, запустив руки в волосы, прошлась по помещению, а я, рассеянно оглядевшись по сторонам, внезапно наткнулась взглядом на кислородную маску, лежащую на столе.
Кажется, ее Леонард взял для себя, но поскольку Кирк отказался его брать с ними на борт «Фаррауга», она так и не понадобилась.
Нагретый от рук корпус коммуникатора обрел свой вес, заставив крепко сжать его пальцами, шумный вздох наполнил легкие необходимой порцией кислорода, и я резко вскинула подбородок, исполненная неизвестно откуда взявшейся уверенности.
— Отправь меня туда, — резко произнесла я, подлетев к Скотти, и мужчина вздрогнул от неожиданности, взглянув на меня, как на психа. Крепко вцепившись пальцами в форму на чужом плече, словно боясь, что могу передумать, я протянула инженеру свой коммуникатор. — Отследи сигнал и отправь меня к источнику на «Фаррауге», быстрее.
— Тея, ты с ума сошла? — с немного нервной улыбкой поинтересовался старший офицер, кажется, не восприняв мои слова всерьез. — Не говори ерунды, тебе нечего делать в той заднице. Ты же слышала, что сказал Кирк, там куча трупов, нет кислорода.
— Скотти, я не прошу разрешения, — прошипела я, склонившись над главой инженерной службы еще ниже. Сердце грозилось выломать ребра, тормоза сорвало, а в голове было пусто, и только жадное, болезненное желание хоть что-то сделать для друга не позволяло отступить. Затравленный взгляд метнулся к выходу, но МакКой, единственный, кто на этом корабле был способен меня сейчас остановить, все еще разговаривал с кем-то в коридоре, и времени у меня было мало. — Либо меня отправишь ты, либо я это сделаю сама. С транспортером я обращаться умею, поверь мне.
— Аллен, не сходи с ума! — явно возмущенная Кэлла перехватила меня за запястье, пытаясь остановить, но я вырвала руку, даже не обратив на девушку внимания. — Ты никому не поможешь, только хуже сделаешь!
— Сама разберусь, — огрызнулась я, взяв маску и решительно направившись к транспортерной панели. — Начинай, Скотти.
— Капитану это не понравится, ох, как не понравится, — счел необходимым предупредить меня Монтгомери, однако, не разводя больше дискуссий, послушно вбил необходимые переменные в программу. Тихое гудение показалось буквально оглушительным, под ложечкой засосало от плохого предчувствия, но я попыталась отвлечься от него, в несколько ловких движений натянув на лицо маску и убедившись, что она нормально функционирует.
Я знала, на что иду, я знала, что, скорее всего, ждет меня на «Фаррауге», однако искренне надеялась на чудо.
— Если я все правильно посчитал, ты окажешься в инженерном отсеке, — уведомил меня явно недовольный Скотти, на мгновение подняв взгляд от дисплея. — Надеюсь, там тебя встретит Джим и надерет тебе твою маленькую, симпатичную задницу.
— Спасибо тебе, — искренне поблагодарила я, на что инженер только недовольно скривился. Повернулась, заметив, с каким осуждением смотрит на меня Кэлла и только покачала головой, прекрасно понимая, что перед подругой придется объясниться.
Потом, позже, когда все это закончится.
— Итак, отправка через три, два...
— Тея, не смей! — вошедший в транспортерную МакКой побурел от охватившей его злости, метнувшись к панели управления, словно хотел остановить главного инженера, однако не успел.
— Один!
Перед глазами вспыхнули яркие золотые блики, внутри все болезненно сжалось, а мир поплыл, утягивая в воронку переноса. Последнее, что я сумела рассмотреть, это исполненные звериного бешенства серо-зеленые глаза, а вслед за этим на голову в буквальном смысле этого слова рухнула темнота.
Отчаянный холод сковал каждую клеточку тела, мышцы свело болезненной судорогой, а с губ сорвался шумный вздох, который через респиратор звучал совершенно зловеще. Взгляд настороженно пробежался по очертаниям предметов во мрачном сумраке, тоненький лучик вмонтированного в маску фонарика позволил увидеть чуть дальше собственного носа, и я едва не заорала от неожиданности, рефлекторно схватившись за фазер, закрепленный в набедренной кобуре.
Всюду, куда ни падал испуганный взгляд, на холодном, усыпанном обломками полу лежали мертвые тела.
Словно изломанные, выброшенные за ненадобностью куклы, они наполняли весь инженерный отсек, и создавалось впечатление, будто перед смертью люди отчаянно пытались выбраться из западни, в которую попали. Я не знала, что произошло на этом корабле, я не понимала, какой страшной должна была быть авария, повлекшая за собой столько смертей, и отчаянно не хотела об этом думать. Я знала, что это такое, я видела мертвых людей и раньше, но... не в таком количестве. Находиться посреди этого ада было невыносимо, мне казалось, будто я задыхаюсь, а к горлу подкатывала тошнота, с которой справиться никак не удавалось. После переноса внутренности все еще не стали на место, а разошедшиеся швы кровоточили, и я, кляня себя за слабость, крепко прижала к боку ладонь, чувствуя под ней теплую влагу.
Сейчас важно было совсем не это.
— Где же ты, Уильям? — тихо прошептала я самой себе, сделав несколько шагов вперед, но даже не представляя, с чего начать поиски. Скотти ввел приблизительную точку переноса, опираясь на сигнал, я и сама могла утверждать, что, скорее всего, во время всего случившегося мой друг был в инженерном отсеке, однако это отнюдь не сужало круг поиска. Отсек был огромен, мой коммуникатор легкомысленно остался в руках Монтгомери, и я, признаться честно, была этому в некоторой степени даже рада. По крайней мере, никто из «Энтерпрайза» не мог бы мне помешать в моих поисках.
Шаги гулким эхом отбивались от темных стен, царящий вокруг могильный холод заставлял постоянно ежиться, а каждый собственный вздох пугал до дрожи, и будь у меня чуть меньше храбрости, я бы ни за что не отправилась в это жуткое место в одиночку. Взгляд скользил по мертвым членам экипажа, красные цвета формы перемежались с синими, и что удивляло меня больше всего, ни на ком из них я не заметила ни ран, ни других механических повреждений. Конечности были сведены предсмертной судорогой, в широко распахнутых стеклянных глазах навечно застыл ужас, но ничто не указывало на причину смерти. Наверное, будь это нападение и захват судна, повреждения как «Фаррауга», так и офицеров были бы куда серьезней, а здесь создавалось впечатление, будто смерть настигла этих людей совершенно внезапно.
Да, страшная и мучительная, но... неожиданная.
Блуждая между множеством мертвых тел и пытаясь не задеть ни одно из них, я жадно всматривалась в чужие, искаженные лица, желая и боясь увидеть знакомое, и сама на себя злилась за облегчение, испытуемое каждый раз, когда не видела узнаваемые черты. Это было так глупо и эгоистично, но ни о чем другом думать я просто не могла.
Громкие, спешные шаги, раздавшиеся где-то неподалеку, заставили инстинкты натянуться струнами, и фазер покинул кобуру раньше, чем я успела понять, что происходит. Фонарик погас, мир вокруг вновь погрузился в темноту, ставшую моим лучшим другом и союзником, и я бесшумно скользнула в укрытие массивных холодных труб, проходящих через весь отсек. Умом я понимала, что никого чужого и живого, как бы грубо это ни звучало, здесь быть не может, поскольку сканеры «Энтерпрайза» не обнаружили излучения тепла, что, с вероятностью в сто процентов, ко мне сейчас направлялись Кирк со Споком и Майклом, однако осторожность лишней не была, и я застыла испуганным зверьком, уставившись в сторону источника звука.
Запрыгали по полу тонкие лучи фонариков, тихие шаги прозвучали неожиданно громко в повисшей в отсеке тишине, и я сузила глаза, всматриваясь в темные фигуры, показавшиеся из-за лестницы. Их было трое, знакомые голоса удалось разобрать, когда мужчины подошли ближе, а с губ сорвалось тихое ругательство, когда приблизившийся Кирк недовольно провозгласил:
— Я знаю, что ты тут, Аллен! Кончай прятаться.
После этого скрываться действительно было глупо, я это понимала, поэтому, на мгновение прикрыв глаза, решительно выбралась из темноты, шагнув к капитану, который при моем появлении подобрался, гневно сверкая голубыми глазами. По лицу стоящего рядом Спока было сложно что-либо понять, хотя смотрел он хмуро, а Майкл косился на меня, как на полнейшую идиотку.
Из памяти почему-то совершенно выпали пункты Устава, закрепляющие ответственность за неповиновение приказу капитана звездолета.
— Ты хоть понимаешь, чего я наслушался от Боунса, пока шел сюда за одним маленьким, непослушным лейтенантом, который не понимает, что такое приказы? — едко поинтересовался Кирк, когда я подошла к нему ближе. Свет фонарика бил в глаза, заставляя прикрывать их ладонью и отворачиваться, я чувствовала себя в таком положении неуверенно, и мне это совсем не нравилось.
— Прошу прощения, капитан, — сухо ответила я, вытянувшись в струнку и спрятав руки за спину. Получать разносы было привычно, отчитывали меня далеко не впервые, но приятного все равно было мало.
— Но не сожалеешь, — проницательно подметил Джим. Я вскинула подбородок, пересекшись с мужчиной взглядом, однако ничего не ответила, решив оставить свои мысли при себе.
— У вас кровь, лейтенант Аллен, — вмешался в это подобие разговора Спок, заметив темное пятно на моей спортивной форме. — Лейтенант-коммандер МакКой настоятельно рекомендовал вам вернуться на борт «Энтерпрайза» и как можно скорее посетить медицинский отсек для проведения необходимых процедур.
— Боунс заявил, что оторвет голову и тебе, и мне, если твоя задница сейчас же не окажется на больничной койке, — перевел мне капитан, и я с готовностью закатила глаза, даже не сомневаясь, что по возвращению на корабль меня ждет разнос, по сравнению с которым поиски в жутких стенах «Фаррауга» покажутся увеселительной прогулкой. — Я не спрашиваю тебя, что ты здесь забыла, потому что знаю причину. Но твои действия абсолютно безответственны. Я не говорю о том, что ты ослушалась приказа капитана, я говорю о том, что...
Кирк еще что-то возмущенно говорил, пытаясь убедить меня в том, насколько глупо я поступила, стоящий рядом Спок время от времени кивал, во всем соглашаясь с ним, однако я уже не слушала. Блуждающий взгляд скользил за тонким лучом фонарика, прыгающим по полу и стенам, и случайно наткнулся на одно из тел, прислоненных к стене. Создавалось впечатление, будто мужчина в красной форме просто присел отдохнуть, склонив голову вниз и вытянув руку вдоль тела, лица с такого расстояния было не видать, однако в глаза тут же бросились длинные рыжеватые волосы, рассыпавшиеся по плечам. Что-то в медном блеске показалось мне знакомым, сердце больно ухнуло куда-то вниз, и я, позабыв обо всем, рванула к телу, ужаснувшись поразившей меня догадке.
— Аллен, ты меня вообще слушаешь?! — возмутился где-то за спиной Кирк, но на него я уже не обратила внимания.
Руки отчаянно дрожали, когда я опустилась на одно колено перед мертвым мужчиной, пальцы застыли в нескольких сантиметрах от рыжей макушки, а горло перехватило спазмом, и время на несколько мгновений застыло. Я боролась с собой, пытаясь собраться с силами, в голове было абсолютно пусто, а язык нервно облизал пересохшие губы. На мгновение с силой зажмурившись, чтобы унять непонятно откуда взявшееся жжение в глазах, я глубоко вздохнула, а после решительно коснулась жестких волос, убрав длинные пряди и подняв подбородок.
В грудь словно вонзили зазубренное лезвие, с губ сорвался полувздох-полувсхлип, который сдержать мне так и не удалось, а мир вокруг помутнел, когда горячая влага скользнула по щекам. Не в силах сделать хоть что-либо, я все еще держала чужой подбородок, неосознанно поглаживая большим пальцем гладковыбритую щеку, взгляд цеплялся за высокие скулы и разбитые круглые очки, висящие на одной дужке, и я настолько погрузилась в укрывшую меня горячую тоску, что даже не заметила, как на плечо опустилась тяжелая мужская рука.
— Тея... — неуверенно позвал меня Кирк, словно не до конца уверенный в том, стоит ли ему вмешиваться, и я запрокинула вверх голову, пытаясь загнать назад непрошенные слезы.
— Это Уильям, Джим, — жалобно, как маленький ребенок, пролепетала я, чувствуя полнейшую растерянность. — Его больше нет...