Глава 2
— Тея, ты у себя? — требовательный стук в дверь заставил меня рвануться всем телом, и я едва не ушла вниз, с трудом сумев удержать равновесие на слишком мягком, на мой взгляд, матрасе. Волна непреодолимого кашля поднялась откуда-то из глубины легких, и я поперхнулась терпким дымом, вырвавшимся сквозь плотно сжатые губы. Горло перехватило спазмом, на глазах выступили слезы, а мир вокруг замелькал красками. — Тея!
— Сейчас, погоди, — сипло отозвалась я, натужно пытаясь откашляться. Замахала руками, стараясь загнать седой дымок в тихо гудящую вытяжку, проглотила горький комок, застрявший где-то на уровне трахеи, и легко спрыгнула на пол, даже не пытаясь нашарить под кроватью домашние тапочки. Вторжение в личное пространство после окончания рабочей смены стало для меня неожиданностью, недокуренную самокрутку пришлось потушить и спрятать в старом жестяном портсигаре, и я почти бегом направилась к двери, успев попутно набрать нужную комбинацию на приборной панели, подмигивающей синими огоньками на стене.
Система фильтрации воздуха заработала на всю свою мощность, по каюте поплыл ненавязчивый запах хвои и древесной смолы, и мысленно я воздала хвалу инженерам, которые создавали «Энтерпрайз». Воистину, они позаботились о комфорте офицеров Звездного флота, служащих на борту этой космической посудины.
— Чего тебе? — дверь с тихим шипением отъехала в сторону, и я смогла полюбоваться хмурым, явно недовольным выражением лица миловидной орионки, стоящей в коридоре. При моем появлении Кэлла шумно выдохнула и сложила руки на груди, всем своим видом демонстрируя раздражение.
— Почему ты столько возишься? — полюбопытствовала она, окинув подозрительным взглядом растянутую футболку, размера на четыре больше, которая постоянно сползала с моего плеча, и босые ноги с потрескавшимся черным лаком на ногтях, а после попыталась заглянуть мне за спину, словно бы ожидая, что где-то на смятой постели обнаружится неучтенное тело представителя мужского пола. Судя по тому, как девушка скривилась спустя секунду, я ее явно разочаровала.
— Потому что моя смена закончилась два часа назад, я только что приняла душ и намеревалась лечь спать, — наставительно произнесла я, для верности еще и продемонстрировав влажную спутанную гриву. — Зачем я тебе вообще понадобилась?
— Не мне, а Торнтону, — Кэлла закатила глаза, словно сомневаясь в адекватности нашего непосредственного начальника. В отличии от меня, орионка была в составе службы безопасности корабля еще с первого его полета, сама себя по неизвестным мне причинам считала моей наставницей и близкой подругой, и излишним участием в моей жизни немного пугала. — Он велел тебе привести себя в порядок, взять оружие и через пятнадцать минут быть в отсеке для шаттлов. Кажется, у него есть для тебя новое назначение, так что не опаздывай.
— Погоди, какое назначение, у меня смена закончилась! — искренне возмутилась я, однако орионка, уже не слушая ни слова из того, что я ей говорила, направилась к своей каюте, расположенной по соседству со мной. — Кэлла!
— Брось, дорогая, будто ты не знаешь Торнтона, — отмахнулась девушка, тряхнув густой копной платиновых волос. Автоматическая дверь с тихим шипением захлопнулась за узкой гибкой спиной, оставляя меня на пороге своей каюты в полнейшем недоумении.
Парочка проходящих мимо сотрудников инженерного отдела оценивающе покосились на мои голые ноги, и я, вспомнив, в каком виде стою посреди коридора, поспешно вернулась к себе, чувствуя настойчивое желание кого-то куда-то послать.
Нет, служба на звездолете, в целом, мне даже нравилась, и за полторы недели, проведенные на борту, я успела уже не раз сказать самой себе, что на самом деле все не так уж и плохо. Здесь не было такого хаоса, как в Академии, здесь не было глупых, непонятных заданий, которые нужно было выполнять, чтобы выставить себя в лучшем свете перед инструкторами, и даже к слепящему белому свету, преследовавшему меня повсюду, я почти привыкла. Размеренная, сосредоточенная атмосфера общей собранности и занятости затягивала, каждый член экипажа занимался своим делом, строго оговоренным протоколом, и никто никого попусту не гонял. Инженеры и сотрудники исследовательского отдела уже успели с головой нырнуть в работу, медотсек, к счастью, пока пустовал, оставляя не у дел медперсонал, да и служба безопасности пока не принимала в жизни «Энтерпрайза» активного участия.
За это время у нас не было ни одной остановки, десантироваться было некуда, и все мои обязанности, по большому счету, сводились к обычному патрулированию громадного корабля. Прикинуть его размеры я могла только навскидку, зная технические параметры, за полторы недели нашего полета все еще не успела обойти его весь и, признаться честно, немного от этого спокойствия скучала. Мне хотелось действовать, хотелось что-то делать, а тело, привыкшее к изнурительным тренировкам, начинало неприятно ныть, поэтому почти все свое свободное время я проводила в спортзале.
Благо, неизвестные мне инженеры, создававшие проект звездолета, позаботились и об этом.
Служба на «Энтерпрайзе» больше напоминала мне пока оплаченный отпуск, чем настоящую работу, и единственным, что доставляло некий дискомфорт, был однотонный, не меняющийся пейзаж за иллюминаторами. Негостеприимная, пустая темнота космоса, расчерченная яркими всполохами далеких звезд, приесться пока не успела, однако с каждым днем напрягала все больше, и уже несколько дней я с гораздо большим удовольствием рассматривала голографическое изображение бескрайнего хвойного леса, проецируемое на белоснежную стену каюты. Наверное, к подобному можно было привыкнуть, это я поняла, наблюдая за старожилами, служащими на «Энтерпрайзе» со времен его первого полета, и размышляла только о том, сколько времени понадобится мне.
Вопреки моим опасениям, на Землю не тянуло совершенно, возвращаться я не хотела, поэтому каждый день убеждала себя в том, что жаловаться мне грех.
Прирожденное ехидство недвусмысленно намекало, что темный космос выглядит куда предпочтительней неба в клеточку.
— И что Торнтону могло от меня понадобиться... — задумчиво покусывала я губу, пытаясь одновременно собрать непослушные волосы и застегнуть замок на спине. К плотной красной форме за время своей учебы в Академии я уже успела привыкнуть, а вот юбка, на мой взгляд, была абсолютно непрактичной. Впрочем, пока что неудобства мне это не доставляло, служебное оружие, предупредительно поставленное на предохранитель, удобно легло в кобуру, а из маленького зеркала на стене на меня глянула собственная хмурая рожа.
Все еще немного влажные волосы непослушными русыми прядями обрамляли узкое лицо, разбитая перед отлетом губа почти зажила, и только на правом виске все еще неприятно темнел небольшой синяк — спарринги входили в обязательную программу тренировок, а у лейтенанта Кросса, на мою беду, рука оказалась тяжелой. С другой стороны, к постоянному наличию на своем теле гематом и ссадин я привыкнуть уже успела, а пространственные рассуждения Кэллы о том, что девушка должна всегда выглядеть опрятно и ухоженно, а не напоминать грушу для битья, пропускала мимо ушей.
В конце концов, в первую очередь все на борту «Энтерпрайза» были офицерами Звездного флота, а уже потом все остальное.
В коридоре было тихо и спокойно, и лишь со стороны кают-компании доносились громкие разговоры и веселый смех — гамма-смена закончилась пару часов назад, уставшие офицеры либо расползались по своим каютам, либо брали в осаду столовую и комнату отдыха, и я, будь у меня возможность, обязательно бы последовала их примеру, завалившись на кровать с книгой. Жаль только, что Торнтон на мое свободное время имел свои виды. За эти полторы недели мы с ним пересекались редко, еще в первый день глава службы безопасности ознакомил меня с графиком дежурств и моими обязанностями, и с тех пор связывались мы с ним исключительно по коммуникатору, когда я отчитывалась о начале и завершении моей смены. Что могло случиться такого, что шеф потребовал личной встречи, я искренне не знала, однако в отсек шаттлов спешила изо всех сил.
Кэлла посоветовала мне запомнить одно простое правило — Торнтон ждать не любил.
Чем ниже спускался лифт, тем больше усиливалось гудение мощных турбин и варп-ядра, температура на нижних инженерных палубах была на пару градусов выше той, что поддерживалась в остальной части корабля, а стоило только отъехать в сторону полупрозрачной двери кабины, как тут же меня захватил шум, от которого я на мгновение даже растерялась. В отличии от других отделов, в инженерном отсеке всегда царил полнейший беспорядок, понятный только его сотрудникам, мечущимся вокруг в полном хаосе броуновского движения, поверх которого то и дело гремели требовательные окрики старшего инженера.
У лейтенант-коммандера Скотта была какая-то странная, почти патологическая тяга к постоянным экспериментам и попыткам усовершенствования корабля, а после того, как пару дней назад я лично стала свидетелем небольшого, однако эффектного взрыва, прогремевшего прямо посреди инженерного отсека, где как раз находилась на патрулировании, мне стало абсолютно ясно, что в голове странного, но определенного гениального старшего инженера царит полнейший бардак. После этого я для себя решила, что с кем-кем, а вот с ним мы обязательно подружимся.
— Тея, у нас сегодня матч-реванш, ты не забыла? — словно услышав мои мысли, взъерошенный лейтенант-коммандер перегнулся через перила лестницы, уходящей куда-то вверх, и мне пришлось задрать голову, чтобы рассмотреть горящее воодушевлением лицо. — Уж в этот раз я тебя обязательно обыграю.
— Скорее Кинсер научится играть в покер, сэр! — со смешком возразила я, приветственно махнув неразлучной парочке, с которой мы вот уже пару вечеров подряд в кают-компании весело играли в карты, тайком потягивая протащенный инженером на борт самый настоящий бренди.
— Язва, — беззлобно заключил мужчина, а после, абсолютно позабыв обо мне, опять скрылся где-то наверху. — Васкес, ты куда подключил генератор?! Хочешь, чтобы нас разнесло на атомы посреди космоса?
Усмехнувшись себе под нос, я быстрым шагом пересекла отсек, взбежала по металлическим ступенькам, простучав тяжелыми подошвами форменных сапог, а после, приветственно кивнув двум парням из службы безопасности, стоящим в дозоре, нырнула в открывшуюся при моем приближении дверь, оказавшись в огромном помещении для шаттлов.
Здесь было заметно темнее, чем в остальной части корабля, шум, доносящийся из соседнего отсека, немного приглушался толстыми стенами, а негромкие переговоры диспетчеров эхом разносились под далеким, невидимым в сумраке потолком. Громоподобный, легко узнаваемый голос лейтенант-коммандера Торнтона слышался из дальней части отсека, поэтому я, заметно ускорившись, поспешила ему навстречу, мимолетно взглянув на самые обыкновенные часы на потрепанном кожаном ремешке, купленные в старой лавке на Земле еще перед отлетом. В запасе у меня было три минуты, и не радовать это меня не могло.
— Лейтенант-коммандер, сэр! — громкий окрик отвлек главу службы безопасности от разговора с кем-то из его подопечных, и мужчина тут же обернулся, смерив меня внимательным взглядом.
— Вольно, — разрешил он, и я облегченно выдохнула, переводя немного сбившееся дыхание. С любопытством осмотрела большой блестящий шаттл, который явно готовили к вылету, грузя в него несколько массивных и тяжелых на вид ящиков, и смущенно кашлянула, услышав вопрос своего шефа. — Интересно стало, Аллен?
— Конечно, сэр, — призналась я, теперь уже открыто заглядывая в открытые двери транспорта. Внутри еще никого не было, у стены ровной линией выстроилось несколько знакомых ящиков, приборные панели в режиме ожидания приветственно подмигивали разноцветными всполохами, а смутно знакомый лейтенант в паре шагов от нас деловито проверял свой фазер, из чего я сделала заключение, что он в составе десантной группы собирается на вылазку. — Планируется высадка на планету?
— Нашим умникам нужно взять какие-то образцы, а чтобы они не рисковали собой, вы отправитесь их прикрывать, — кивнул Торнтон, вдруг хлопнув меня по плечу, а я, совсем не ожидая подобного поворота событий, удивленно округлила глаза, оглянувшись на шефа, словно на безумца.
— Прошу прощения?
— Не думала же ты, что весь полет будешь патрулировать коридоры, — усмехнулся глава службы безопасности, явно наслаждаясь замешательством в моем взгляде. — Петровски из альфа-смены должен был лететь сегодня, но стал жертвой собственной тупости. Об особенностях физиологии различных рас рассказывают еще на первом курсе Академии, но с понятием декстроаминокислотных белков этот идиот явно не знаком, раз решил попробовать на завтраке чужую пищу. Сейчас он валяется в медблоке с сильнейшей аллергической реакцией, поэтому лететь, ясное дело, не может.
— Но разве в альфа-смене нет никого... — начала было я неуверенно, и тут же рефлекторно вытянулась по струнке, когда мигом переменившийся в лице шеф Торнтон громко рявкнул:
— Лейтенант, вы боевой офицер или кто?! Ваш командир решил, что вы отправитесь на высадку в составе десантной группы для изучения планеты класса М, значит, именно это вы и сделаете!
— Так точно, сэр! — спорить и уточнять мгновенно перехотелось, под ложечкой невольно засосало от волнения, а напряженные плечи свело судорогой, но я не пошелохнулась, глядя прямо перед собой и не смея даже вздохнуть. Торнтон, настроение которого менялось быстрее, чем у беременной женщины, перевел дух, расслабился и взглянул на меня куда теплее, едва только по волосам похвально не потрепал.
— Я видел тебя в тренировочном зале, Аллен, — доверительно произнес он, наклонившись ко мне ближе, словно хотел рассказать страшную тайну, и я удивленно вскинула брови, совсем не ожидая того, что за моими тренировками, оказывается, кто-то наблюдал. — Если во время высадки ты покажешь тот же результат, то я уверен, что нашим умникам нечего бояться, — тяжелая рука опустилась мне на плечо, сжав до боли, но на лице не дрогнул ни единый мускул, хотя хотелось запищать. — Майкл покажет тебе твой костюм. Не подведи меня, девочка.
В кармане Торнтона подал голос коммуникатор, и мужчина, коротко кивнув нам с моментально подобравшимся лейтенантом, направился к выходу из транспортного отсека, а я, чувствуя катастрофическую нехватку воздуха, судорожно сглотнула, пытаясь расслабить сведенные и буквально закаменевшие мышцы, которые подчиняться совершенно не хотели.
— Он умеет убеждать, правда? — тихо хмыкнул заметно расслабившийся без присутствия шефа офицер службы безопасности, повернувшись ко мне с широкой лучезарной улыбкой. — Я Майкл. Раньше мы, кажется, не встречались.
— Тея, — представилась я, пожав приветственно протянутую руку. — Это мой первый полет.
— Ничего, привыкнешь, — легко отмахнулся мой новый знакомый, вернувшись к шаттлу. Порылся где-то в его глубинах, зашипев себе что-то под нос, а после вручил мне плотный сверток. — Это костюм, переоденься, пока никого нет, можешь в шаттл зайти, если смущаешься. На самом деле в этих вылазках нет ничего страшного, в десантную группу входят два-три научных сотрудника, на каждого обязательно выделяется офицер службы безопасности. Приземляемся, умники собирают необходимые им образцы, а мы в это время смотрим, чтобы их ничего не сожрало. Если количество отбывших и вернувшихся специалистов совпадет, можно сказать, тебе повезло.
— Мне нравится твой подход, — подметила я, покачав головой, а после, пользуясь предложением, проскользнула в шаттл, чтобы по-быстрому переодеться.
Вся сложившаяся ситуация меня неуловимо беспокоила, и я не могла понять, почему же так предательски дрожат от неуверенности коленки. В конце концов, я ведь еще перед тем, как взойти на борт, знала, в чем будет заключаться моя работа, я прекрасно знала, что мне придется делать и, если говорить откровенно, возможной опасности совсем не боялась — за свою недолгую, но яркую жизнь побывать мне доводилось в разных передрягах, а уж подсчитать количество раз, когда приходилось выбираться из глубокой задницы, было просто нереально. Я прекрасно умела обращаться с оружием, я объективно оценивала свои силы и умения, но...
Но никогда еще моя нога не ступала на поверхность другой планеты.
Будучи маленькой, я мечтала, что в один прекрасный день мне подвернется такая возможность, мечтала, что буду бороздить безграничные просторы космоса и исследовать неведомые людям миры, обучаясь в Академии, почти с восторгом рассматривала изображения планет, которые прилежно изучала, зная, что однажды мне придется на некоторых из них побывать, но вот теперь, когда подобная перспектива не казалась такой уж заоблачной, это почему-то начинало пугать.
Холодные пальцы отказывались слушаться, пока я, пыхтя, натягивала плотный серый комбинезон, обтягивающий тело, словно вторая кожа. Он совершенно не сковывал движений, однако казался жутко неудобным, и я, застегнув под горло тугой воротник, закрепила набедренную кобуру, убедившись в том, что в случае необходимости фазер можно будет быстро и без проблем вытащить. Винтовка в перечень вооружения для таких миссий не входила, хотя с ней мне, конечно же, было бы спокойнее. Взгляд пробежался по загруженным на шаттл ящикам, в которых, судя по всему, находилось лабораторное оборудование, а после зацепился за мобильный склад, возле которого парой минут назад настойчиво крутился Майкл.
Дальнейшая проверка заставила меня довольно усмехнуться и поблагодарить предосторожность капитана — в железном нутре радовали глаз несколько гранат и все-таки припасенная винтовка.
— Неплохо, — решила я для себя и отошла на шаг, крепя к уху передатчик. Коммуникатор удобно лег в специальные пазы на костюме, оставляя свободными руки, тихий писк подтвердил установившуюся связь, и я ввела код авторизации, подключаясь к системам корабля. — Лейтенант Аллен, служба безопасности USS «Энтерпрайз». Десантная группа, шаттл номер пять.
— Связь установлена, лейтенант Аллен, — отозвался в ухе мелодичный женский голос. — Удачного полета.
— К черту, — отозвалась я, и тут же резко вскинула голову, услышав спешные приближающиеся шаги и отголоски яростного спора, который, судя по всему, продолжался не первый десяток минут.
— Я не пойму только одного, — недовольство, пробивающееся в хриплый голос, невидимый глазу мужчина даже не пытался скрыть. — Зачем мы берем с собой этого зеленокровного гоблина? Разве не логичнее оставить его на корабле? Если тебя вдруг убьют, будет кому принять командование. Ты же не хочешь оставить корабль без капитана.
— Да ладно тебе, Боунс, Сулу справится. Ты видел, с каким вдохновением он уселся в капитанское кресло? Я тебе говорю, еще пару лет, и этот парень определенно захочет подвинуть меня с моего же места.
— Смею напомнить, что для того, чтобы получить должность капитана, мистеру Сулу необходимо будет пройти...
— Джим, пусть он перестанет так делать, я же не выдержу!
Дальше возмущения и переругивания стали совсем уж невнятными и тихими, и я, осознав, кто приближается к шаттлу, поспешила покинуть его кабину, спрыгнув на металлические подмостки. Тяжелые сапоги гулко соприкоснулись с полом, стоящий рядом Майкл выровнялся, выпячивая обтянутую костюмом грудь со значком, а я, убрав то и дело лезущие в глаза волосы, последовала его примеру, наблюдая за приближением троих мужчин.
Капитана Кирка узнать было легко, его изображение я не раз видела в заметках во время обучения в Академии — он был единственным, кому удалось взломать и пройти известный тест «Кобаяши Мару», а уж о том, как он спас Землю от сбрендившего ромуланца, по Академии и вовсе ходили легенды, как и об «Энтерпрайзе» в целом. Познакомиться с симпатичным светловолосым мужчиной лично мне пока так и не довелось, лишь пару раз я издалека видела его в столовой отчаянно флиртующим с различными красотками из экипажа, и мне и в безумном сне не могло присниться, что наше знакомство произойдет во время моей первой высадки.
За спиной самодовольно улыбающегося капитана вышагивал прямой, словно шест проглотил, вулканец, лицо которого выражало полнейшее равнодушие с примесью ледяного спокойствия. О коммандере Споке я тоже слышала много историй, а уж сам факт того, как двое столь разных личностей сошлись в одной команде, вызывал у меня полнейшее недоумение. Лично я на корабле уже дважды становилась свидетелем яростного противостояния, в котором горячность и неугасаемая энергия капитана разбивались о стену холодной непоколебимости его старпома, и наблюдать за этим было довольно... забавно.
Третий мужчина, темноволосый и явно чем-то недовольный, был мне незнаком, однако его я тоже пару раз видела в компании Кирка, хотя и никогда особо не интересовалась его личностью. Кислое выражение исказило приятные, в общем-то черты, взгляд бегал по экрану падда, зажатого в руках, однако он все равно отвлекся, чтобы поднять голову, когда приблизившийся к нам капитан оживленно воскликнул:
— Кажется, в нашей команде пополнение.
— Капитан, коммандер, — приветственно кивнула я новоприбывшим офицерам, поочередно взглянув на каждого. Незнакомый мужчина нахмурился, кажется, еще больше, глядя на меня с каким-то непонятным недоверием, однако я не обратила на это внимания, сосредоточившись на остановившемся напротив Кирке, который сверкал лучезарной широкой улыбкой. — Лейтенант Тея Аллен, служба безопасности. Сегодня я вас сопровождаю в составе десантной группы.
— Джеймс Тиберий Кирк, — капитан шутливо отсалютовал мне рукой, буквально сканируя взглядом небесно-голубых глаз, скользящим по телу. Такое излишнее внимание к своей персоне мне совсем не нравилось, заставляя чувствовать себя почти голой, и я попыталась сделать вид, что не замечаю явно неуставного интереса. — Это коммандер Спок и доктор МакКой, главный врач на Энтерпрайзе. Не обращайте внимания, он не всегда такой злой.
Смешливый взгляд Кирка скользнул к по-прежнему молчавшему доку, а я покосилась на вулканца, который, подойдя чуть ближе, рассматривал меня с присущей ему бесстрастностью. Темные, почти черные глаза завораживали, и я, не удержавшись, поежилась, чувствуя себя неуютно.
— Я ознакомился с вашим личным делом, лейтенант, — заявил старпом, заставив удивленно вскинуть брови, а по спине невольно пробежал холодок. — Результаты ваших тестов впечатляют, однако обязан отметить, что некоторые пункты вашего профиля заставляют меня усомниться в вашей профпригодности. В частности, это касается вашей склонности к игнорированию приказов старших по званию, неуважительного отношения к Уставу Звездного флота, а так же...
— Спок, пора бы привыкнуть, что фанатичное поклонение своду правил характерно только для тебя, — перебил вулканца Кирк, хлопнув его по плечу и заставив прерваться на середине фразы. Коммандер покорно затих, переведя все тот же безэмоциональный взгляд на капитана, однако возражать не стал, предпочитая оставить свои мысли при себе.
Я же все это время, кажется, даже не дышала, чувствуя, как с каждым словом постепенно портится настроение и мрачнеет выражение лица. Вдохновленная речь Спока не была для меня новинкой, за время своей учебы я наслушалась и не такого, прекрасно зная, что далека от идеала настоящего солдата Звездного флота, безукоризненно подчиняющегося Уставу, однако на мою работу это никоим образом не влияло, я привыкла выполнять свои обязанности хорошо, что бы кто ни говорил, и, чего уж таиться, облегченно вздохнула, когда Кирк принял мою сторону. Мужчина казался мне легкомысленным, немного самоуверенным и мысленно я даже поблагодарила его за подобное отношение.
Любой другой бы капитан не только вцепился в слова старпома, но еще бы наверняка не раз пересмотрел личное дело неблагонадежного офицера, решая, стоит ли тому доверять.
Джеймса Кирка, судя по всему, больше интересовал размер моей груди, чем моя биография.
— Пейтон, мы готовы ко взлету? — поинтересовался он у Майкла, явно посчитав конфликт исчерпанным, и я, не сдержав тихого облегченного вздоха, тоже повернулась к тут же кивнувшему лейтенанту, передавшему капитану свой падд.
— Можем отправляться, сэр.
— Вот и отлично, — капитан усмехнулся, а после, как и Торнтон несколькими минутами ранее, ободряюще хлопнул меня по плечу. — Не беспокойтесь, Аллен, первый раз всегда страшно.
В голубых глазах горел лукавый огонек, а голос прозвучал невероятно двусмысленно, и я, сдержавшись, чтобы не заскрежетать зубами, отступила в сторону, пропуская явно довольного собой капитана и все такого же непоколебимого Спока, который сразу направился к приборной панели, вводя код авторизации. Панель тут же загорелась ровным голубоватым светом, вспыхнул, освещая кабину, голографический экран, а над головой с готовностью отозвался уже знакомый приятный женский голос, оповещающий о готовности шаттла ко взлету. Тихо крякнувший Майкл подхватил какой-то тяжелый на вид ящик, исчезнув с ним в кабине, а я, почувствовав сверлящий взгляд, повернула голову.
— Доктор?
Темноволосый мужчина за все это время так и не проронил ни слова, явно думая о чем-то своем, а от странного, будто оценивающего огонька в серо-зеленых глазах мне в какой-то момент стало не по себе. Он буквально сканировал, словно пытаясь что-то углядеть в моем лице, губы были сжаты в тонкую линию, и пристальное, неизвестно чем вызванное внимание меня изрядно обеспокоило. В сознании невольно вспыхнула мысль, что обязательный медосмотр я так до сих пор и не прошла, а если сейчас доктор МакКой вспомнит, что в моей медкарте не стоит его подпись, то у меня могут быть крупные проблемы.
Это заставило меня нервно дернуть подбородком, в голове тут же завертелось сразу несколько вариантов оправдания, но не успела я выбрать самое, на мой взгляд, правдоподобное, как мужчина неожиданно поинтересовался:
— Мы с вами раньше не встречались, лейтенант?
Невинный вопрос, произнесенный странно напряженным тоном, заставил удивленно округлить глаза и мгновенно позабыть обо всем остальном, и я только едва заметно повела плечами, искренне не понимая, чем вызвано столь неожиданное любопытство. При взгляде на хмурое, сосредоточенное лицо никаких воспоминаний у меня не возникло, поэтому я только качнула головой:
— Не думаю, доктор.
Судя по всему, МакКоя этот ответ не удовлетворил, он тихо хмыкнул каким-то своим мыслям, продолжая буквально сканировать меня с головы до ног, а я мысленно обозвала себя идиоткой. Кто знает, какие порядки здесь, на «Энтерпрайзе», вдруг, главный врач лично проводит обязательные медосмотры всего экипажа, не оставляя это на своих сотрудников, и тогда мой ответ уже сам по себе является признанием вины. От охватившего меня мгновенно раздражения на саму себя хотелось буквально зарычать, однако этого не позволил мне Кирк, выглянувший из шаттла и уставившийся на нас с возмущением:
— Вы там долго знакомиться будете? Нам пора взлетать.
Доктор МакКой после этих слов будто очнулся, стряхнув с себя наваждение, а после, уже не обращая на меня никакого внимания, направился к шаттлу, бормоча что-то о все еще никуда не исчезнувшей аэрофобии, неизвестной космической заразе, которая может поджидать нас на планете, и о мучительной смерти в просторах космоса. Я почувствовала, как от услышанного у меня медленно, но верно вытягивается лицо, пальцы рефлекторно нащупали рукоятку фазера, закрепленного в кобуре, и я буквально заставила себя перевести дух.
В конце концов, не может же быть все так плохо, правда?
— Лейтенант, желаете остаться на «Энтерпрайзе»? — привлек мое внимание голос Кирка, и я, встрепенувшись, буквально ввалилась в кабину шаттла, пробормотав короткое:
— Прошу прощения, капитан.
Автоматическая дверь с тихим шипением захлопнулась за моей спиной, отрезая все пути к отступлению, взгляд поочередно скользнул к каждому из присутствующих мужчин, и я, убедившись, что никто из них, даже раздражительный МакКой, не беспокоится, с тихим вздохом уселась на свое место, пристегнув ремни безопасности и убедившись, что они надежно закреплены. Вытерла влажные, чуть подрагивающие ладони о плотную ткань защитного костюма, а после на мгновение прикрыла глаза, почувствовав, как мягко завибрировал поднявшийся в воздух шаттл.
Сидящий напротив Майкл подбадривающе мне улыбнулся, подмигнув.
Как он там говорил, если количество отбывших и вернувшихся специалистов совпадет, можно считать вылазку удавшейся? Значит, будем надеяться, что проблем с математикой у меня не возникнет...