imagines Сверхъестественное

Бункер.
Ты стоишь у стола, перелистывая старую книгу с заклинаниями.
Тишина нарушается внезапным вспышкой — воздух звенит, лампы мигают.
И вот перед тобой появляются Люцифер и Михаил.

— Отлично, — тихо бурчишь ты, — только вас двоих не хватало.

Люцифер усмехается, скрещивая руки:
— Скучала по мне, детка?

— Я не скучала, — холодно отвечаешь ты.

Михаил тут же делает шаг вперёд, бросая на брата тяжёлый взгляд:
— Не смей с ней так говорить.

— Оу, вот оно началось, — Люцифер ухмыляется, глядя на него. — Великий Михаил, защитник человечества, решил поиграть в рыцаря. Тебе идёт, кстати.

— Я не играю, — отвечает Михаил, его голос звучит, как раскаты грома. — Ты не достоин даже смотреть в её сторону.

— А ты — как всегда, зануда, — лениво бросает Люцифер. — Она, между прочим, не нуждается в твоей защите.

Ты поднимаешь руку, пытаясь вклиниться:
— Ребята, может, без...

— Не вмешивайся, — хором произносят оба.

Ты закатываешь глаза:
— Вот чёрт.

Люцифер делает шаг к тебе, улыбаясь тем самым опасным, обольстительным выражением:
— Признай, тебе со мной не скучно. Немного хаоса, немного искушения — идеальный рецепт для острых ощущений.

Михаил тут же перехватывает его, встав между вами:
— Она не игрушка для твоих игр, Люцифер. Её место — среди света.

— Света? — усмехается Люцифер. — Серьёзно, брат? Ты говоришь, как старик на проповеди. Может, она устала от света. Может, ей хочется немного... темноты.

Ты поднимаешь глаза к потолку, отчаянно пытаясь не рассмеяться от их пафоса.
— Ребята, вы вообще слышите себя? Это не "Божественная хроника страсти", это бункер, где у меня кофе остыл.

Но они тебя будто не слышат.

Михаил поворачивается к тебе, взгляд мягче:
— Ты не должна позволять ему влиять на тебя. Он принесёт тебе боль.

Люцифер фыркает:
— А ты, конечно, — образ счастья, да? Все подчиняются, живут по правилам, улыбаются на команду — идеально. Только скучно до невозможности.

— Зато я не причиняю разрушений, — парирует Михаил.

— Только души, — холодно усмехается Люцифер.

Ты хлопаешь в ладони:
— Так, всё, хватит! Я не трофей, и уж точно не повод для вашего нового апокалипсиса!

Оба замолкают.
Ты подходишь ближе, глядя то на одного, то на другого:
— Если вы не прекратите меряться святостью и грехами, я вызову Дина. Он вас обоих пристрелит для профилактики.

Люцифер медленно усмехается, но всё же делает шаг назад:
— Ладно, ладно. Не хочу портить твоё настроение, ангелочек. Но если передумаешь — я всегда рядом. Всегда.

Он щёлкает пальцами и исчезает.

Михаил вздыхает, опуская взгляд:
— Не слушай его. Его слова — яд.

Ты вздыхаешь в ответ:
— А твои — как святой водой по голове. Оба выносите мозг одинаково.

Он чуть склоняет голову, и впервые его строгие глаза смягчаются:
— Возможно... Но я хотя бы стараюсь не разрушить всё вокруг.

Ты хмыкаешь:
— Да, но он хотя бы умеет шутить.

Михаил молчит, потом тихо говорит:
— Я могу научиться.

Ты смеёшься:
— Вот это уже звучит опаснее, чем сам Люцифер.