Четвертая глава
Чимина не пришлось искать излишне долго. Он обнаружился шедшим по длинным, широким коридорам с таким видом, словно его серьезно отругали за воровство конфет из буфета и запретили с соседскими ребятами дружить. Весь понурый и какой-то определенно унылый василиск, не различая ничего вокруг, пнул чуть вздыбленный ковер и ругнулся, всплеснув руками:
— Я же просто познакомиться хотел, а меня еще и отчитали. Глупая госпожа, напугалась, а я крайний!
Он буркнул что-то еще, а потом на миг замер на месте и возвел очи горе к потолку, шипя неизвестные мне ругательства. И пусть они были неизвестными, но уши от них покраснели заметно, и стало как-то неуютно.
Я решила скрыться за поворотом, чтобы уж точно не встретиться лицом к лицу с василиском. Чуть отодвинувшись, прикрыла на миг глаза, и мысленно сосчитала до пяти. Надеялась, что за это время Чимин уже дойдет до поворота и исчезнет в неизвестности, и мы с ним не пересечемся.
М-да... кажется, наше знакомство, и мой испуг мне еще долго будут припоминать, вот как он оскалился обозленно, аж знакомиться поближе расхотелось одним моментом. Стало неуютно и даже немного страшно, словно он вдруг выскочит из-за поворота и бросится на меня, пытаясь сожрать в своем человеческом облике.
А может, я и одна замок исследую? А чего-то тут страшного-то? Ходи, смотри, лучше ничего не трогай и никому на глаза не попадайся. Идеально и просто.
Как-то ходить в компании беснующего василиска, если честно, не улыбалось, да и пугал он своими зубьями и частичной трансформацией. Вон хвостяра какой, раздавит и не заметит.
— Не прячься, госпожа, я тебя сразу учуял, — хмыкнул не особо-то и злобно Чимин, а после первым выглянул из-за угла, едва не заставляя испуганно вскрикнуть.
Да уж. Госпожа. Ну-ну... сразу же видно, что этот чушейчатозмеиный меня ни госпожой, ни даже равно не считал. И смотрит с такой насмешкой, что аж неприятно стало и как-то даже обидно.
Магические создания всегда считали себя венцами творения — у них не только силы, но еще и оборотная сторона, которая возвышала их над простыми смертными. Во мне не было магии, ни капли, ни даже слезинки. Я не имела защиты от подобных Чимину и тем более, никогда бы не смогла стать истинно равной.
Желтые глаза парня снисходительно осмотрели меня с ног до головы, а после василиск хмыкнул своим мыслям и привалился к стене плечом, сложив руки на груди. Он, кажется, только и ждал, когда я у него что-нибудь спрошу. Решила не разрушать надежды парня со столь нежной и ранимой душевной организацией.
— И насколько хорошо развито ваше обоняние, Чимин? — вежливо спросила у него, на что он лишь вновь улыбнулся.
Нет, его клыки меня точно до сердечного приступа доведут! И чего они такие острые, сразу представляется, как меня ими нещадно так рвут на ма-а-а-аленькие кусочки и заглатывают.
Бр-р-р!
Так, Лиса, прекрати вести себя как наивная глупышка, в конце концов, у тебя же жених сам Чонгук!
А он куда страшнее, чем какой-то василиск. Пусть тот и большой. Пусть и он тут сейчас, а Чонгук нет, и пусть...
Ладно, он страшный. И жуткий. И вообще мне не нравится, но он и не должен же мне нравиться. Правильно? В конце концов, у него очень милая мать, буду с ней общаться, а Чимин пусть ходит и куксится.
— Настолько развито, что я сейчас весь спектр твоих эмоций определил, — беззаботно ответил Чимин, а после добавил снисходительно так, — госпожа.
Я закатила глаза, и с силой сжала челюсть, ощущая, как раздражение волной прокатилось под кожей, заставляя непроизвольно передернуть плечами и нахмуриться.
Снисходительное обращение меня совершенно не устраивало, сразу такое чувство складывалось, будто я тут временно и вскоре появится настоящая «госпожа», которой василиск будет в ноги кланяться и ручки целовать.
Стало неприятно. Захотелось этой гипотетической госпоже повыдергивать все волосы, чтобы она больше не была красавицей и Чонгук к ней не ушел.
Кажется, у меня уже началась паранойя. И это в мои-то годы.
— Сколько вам лет, Чимин?
— А что, госпожа, решили уточнить прошел ли я половое созревание? — и лыбится так, что хочется опуститься до банальной и низменной драки и двинуть парню промеж глаз. Вот так, чтобы не скалился.
Но я ведь леди, а леди себя так не ведут. Леди окидывают хохмоча пренебрежительным взглядом и гордо удаляются, пока объект насмешек не поймет, где он оступился.
— Нет, хочу узнать, по какому праву вы, Чимин, обращаетесь ко мне столь фривольным образом? — спросила уверено и с легким раздражением, — И уточнить, как к этому отнесется Чонгук? — я не пыталась напугать василиска, лишь поставить его на место, потому что в итоге, я действительно являлась его госпожой, а он... он решил, что может так со мной обращаться, словно я какая-то мелкая девчонка и мешаюсь у него под хвостом?
Нет, вот уж что-что, а одну вещь, моя тетя дала мне понять сразу, и за это я была ей благодарна — если ты позволишь кому-то вытирать об себя ноги, то не удивляйся, что после, тебя выбросят, как ненужную тряпку.
Правда, у тети были свои методы, и говорила о тряпке она, как обо мне, решив, что однажды она и меня выкинет, когда я ей надоем, но мысль дельная.
Кто бы мог подумать, что эта мудрость мне когда-нибудь пригодится.
— Ого, — удивленно выдохнул Чимин, задумчиво почесав подбородок. Затем он нахмурился и оценивающе взглянул на меня, — а у нашей госпожи есть коготочки? Рррр, драконница, — хмыкнул он, а я в свою очередь не удержалась и закатила глаза.
Все-таки эта права рука Чонгука точно был настоящим ребенком, у которого еще пубертатный период не прошел. Иначе откуда такие замашки местного весельчака и желание взбесить меня?
— Чимин, понимаю, вы не хотите быть серьезным, но все же, не думаю, что Чонгук оценит ваш юмор, — теперь пришла моя очередь вести себя снисходительно.
— Угроза?
— Пожелание, — качнула я головой. — Давайте, не будем ссориться, и попробуем дружить? — спросила с легкой улыбкой, протянув руку для рукопожатия, и замерла, ожидая реакции василиска.
Чимин с некоторым интересом уставился на мою протянутую конечность, пожевал свою нижнюю губу, потом покрутил головой.
— Не хотите, уговаривать не стану, — заявила уже окончательно разочаровавшись в парне, когда он неожиданно резво схватил меня за пальцы и осторожно, но бодро потряс их, широко мне улыбаясь.
— Ты интересная, понравилась мне. Только шуганная какая-то, но это ничего, мы это мигом исправим, — затараторил парень, заставляя меня пораженно уставиться на него большими от удивления глазами.
— У вас столь быстро меняется настроение, что я даже не знаю, как себя вести.
— Расс-с-с-слабься, — протянул Чимин, растягивая букву «с» и делая такой довольный вид, что я даже позавидовала. — И вообще, давай без официоза, — подмигнул мне василиск, а я даже немного растерялась.
— Но... — хотела я уточнить и сказать, что Чонгук вряд ли оценит подобную вольность в отношениях.
— Не волнуйся, при господине буду серьезным и важным овощем, как того требуют формальности. Кстати, а ты симпатичная, — подмигнул мне этот молодой недозмей, а я вздохнула и поняла, что от него мне уважения уже не добиться. Правильно говорят, что первое впечатление говорит о человек многое, а я при нашем знакомстве испугалась, как ребенок. Так что сложно удивляться тому, что этот молодой мужчина вел себя, словно мы были закадычными друзьями.
Одно хорошо, теперь у меня появился в этом замке хоть какой-то знакомый.
— Спасибо. Наверное, — неуверенно поблагодарила я Чимина, а он, подмигнув мне ярким правым глазом, вдруг куда-то засобирался.
— Кстати, ты же замок хотела посмотреть, да? — спросил парень, а потом схватил меня за руку чуть пониже локтя, и потащил по извилистому, как хвост василиска, коридору. — Я знаю это место как свой единственный хвост, поэтому идем, все покажу и расскажу в лучшем виде. Между прочим, именно я слежу за тем, чтобы слуги исправно выполняли свои обязанности и если они этого не делают, то я их того... Ругаю громко и с чувством. Без меня тут ничего бы не работало! — заявил василиск, гордо вскинувшись и уперев правую руку в свое бедро. — Кстати! —Чимин резко остановился, и я сначала мотнулась в сторону, а уже после встала рядом, замирая на месте и переводя дыхание.
Этому василиску нужно усмирить свой пыл, а лучше выпить успокоительную настойку, чтобы не нервировать окружающих.
— Нужно познакомить тебя со слугами, а то они же сейчас носятся как подорванные и не знают, куда прятаться. Представляешь, одна из служанок бледна, как моль и трясется, кажется, в кладовке, считая, что ты ее сожрешь, — уведомил меня с широкой, озорной улыбкой Чимин и рассмеялся, видимо, только ему понятной шутке. — Ты и сожрешь... — повторил он, и откинул с лица длинную, травянисто-зеленую прядь. — М-да... а меня вот они не боятся почему-то, а ведь я василиск, а тебя, человечку испугались. Странные какие-то.
— Может, дело в том, что они меня не знают, а с тобой давно знакомы? — предположила, а Чимин задумчиво потер подбородок, поджав губы, сощурил свои желтые, с вытянутым зрачком глаза и хмыкнул.
— Может ты и права, госпожа, — не стал он правоту моих слов. — К тому же, мы так долго ждали, когда господин вернется с невестой, что уже начали ставки делать, кто станет его избранницей.
— Ставки? — недоуменно переспросила с удивлением в глазах.
— Угу, — кивнул василиск, и мы направились к винтовой лестнице, обвитой плющом и украшенной металлическими деталями — маленькими, искусно расплавленными и вылепленными розочками и тюльпанами. — И знаешь, что удивительно смертные человечки там ни разу за эти десять лет не фигурировали. Осторожно, тут ступенька шатается временами, — Чимин, как истинный джентльмен поддержал меня, чтобы я не сломала себе ногу, когда металлическая пластина под ногами чуть качнулась. — Знаю, знаю, — он не стал отпираться и выставил руки перед собой, — я уже вызвал огневика, чтобы он разобрался.
Я лишь мягко улыбнулась.
Знал, что это его косяк и сразу же оправдался. Продуманный малый, видимо, уже не в первый раз сюда ступали, раз он так резво проделал этот трюк.
И как он тогда работал, если забывал сделать очевидные исправления? Странная правая рука у Чонгука. Но что-то мне подсказывало, что по большей части замком занималась Миен, а не ее сын. Думаю, что женщина руководила процессом, а василиск занимался проверкой исполнений или являлся мальчиком на побегушках
— И кто выбился в лидеры в ваших списках? — спросила с интересом. Все-таки любопытно же, кого более сильной и явной госпожой считали слуги Чонгука. К тому же, это может стать хорошим стимулом для меня, как и тот факт, что я буду знать, кого остерегаться.
Наш мир населяло множество рас, и одних только ведьм с их заклинаниями и зельями, и оборотниц хватало с лихвой.
Чимин задумался над моим вопросом и начал загибать пальцы, перечисляя претенденток:
— Драконницы, василиски, ведьмы, оборотницы, вампирши и фениксы.
— Фениксы? А разве они не были уничтожены вампирами шесть столетий назад?
Насколько мне было известно, точнее, из того, что нам рассказывали по истории в школе, то фениксы были второй линией обороны мира, но из-за кровной вражды с вампирами началась междоусобная война, которая унесла тысячи жизней самовозрождающихся из пламени. Теперь они стали лишь мифом, красивой сказкой для маленьких девочек, ведь фениксы, как и драконы, любят лишь раз, вот только со своей суженой они связаны душой и могут воскресить ее из собственного жара.
Красиво, трагично и романтично. А что еще нужно юным воспитанницам, которые грезят о любви и своем единственном?
— Эх... смертные, какие же вы узколобые, — трагично вздохнул Чимин и покачал головой. Он посмотрел на меня так, как смотрят на маленького ребенка — неразумного и глупого, который верит в запретные сказки и то, что Трилицему есть дело до своих детей.
— Мы не узколобые! — оскорбленно заявила василиску, на что он лишь рассмеялся.
— Фениксы возрождаются из пламени, неужели ты действительно думаешь, что вампирам под силу справиться с подобной силой?
— Нет? — неуверенно спросила и почувствовала себя несказанно глупой и наивной.
— Конечно, нет, просто... — Чимин хотел мне что-то сказать, раскрыть какой-то тайный секретик, вот только нас перебили.
Появилась Миен и, сияя в своей великолепной, нетронутой годами красоте, она посмотрела на сына исподлобья, уперев худенькие руки в округлые бедра.
Ее волосы темным водопадом струились по острым плечам, а глаза метали молнии, от которых мне на миг захотелось спрятаться за сильной и высокой спиной Чимина. Его же она точно не убьет?
Обычное бело-серое платье подчеркивало плавные изгибы, и в целомудренном вырезе мелькнула бледная кожа.
— Чимин... — начала было она, и я заметила, как василиск весь поник, словно его сейчас отчитывать собрались. И судя по тому, как напряглись плечи, то именно так все и было.
— Миен, простите, пожалуйста, — вышла я чуть вперед, вставая рядом с парнем и тепло улыбаясь. — Я немного потерялась в этих извилистых коридорах, совершенно не умею ориентироваться на новом месте, — краска смущения залила мое лицо, когда я продолжила, — это же не страшно, что Чиминн вызвался мне тут все показать в замке? А то с моей везучестью я точно ночевать буду где-то в подвале, в компании пыли и паутины.
Живя с тетей и кузиной, я научилась быстро изворачиваться из любой неприятной ситуации, потому что порой, меня пытались обвинить в том, чего и в помине быть не могло. Но вот проблема, со мной всегда был Эрик, а вместе мы были такой силой, что порой, даже тетя сдавалась, так и не открыв рот.
Даже интересно, а как там поживает Айрин? Каково ей в форме крысы?
— Так он вам помогает, госпожа? — спросила несказанно пораженная Марна, нахмурив свои идеальной формы брови, и подозрительно посмотрев на сына жуткими красными глазами.
А она точно василиск?
— Конечно, он даже подсказал про ступеньку на лестнице. Если бы не Чимин, я бы точно ногу вывихнула или того хуже...
Миен посмотрела на Чимина:
— Ты же говорил, что вызвал огневика.
— Я и вызвал, он завтра придет, сегодня заказов слишком много. Не волнуйся, я устраню проблему, как и обещал, — затараторил Чимин, усердно кивая.
Теперь я убедилась в том, что всем в замке все-таки руководит Марна, а сын у нее на подхвате.
— Хорошо, — сдалась Миен, видимо, больше не имея к сыну претензий. Строгая мама у него, оказывается. — В таком случае, сопровождай госпожу, не буду мешать. Кстати, — она словно только сейчас вспомнила что-то важное, — я же хотела узнать ваши вкусовые предпочтения, госпожа. Есть ли у вас на какие-то продукты аллергия, или отторжение? Может, вы не любите мясо или какие-то фрукты и овощи?
А я задумалась, не ожидая подобного вопроса.
— Эм... — замялась на секунду, перебирая в голове все, что готовили в доме дяди. — Я всеядная, так что в этом плане под меня не нужно подстраиваться, — улыбнулась открыто и широко, и Марна ответила мне подобной же улыбкой. От этого ее серьезное и хмурое лицо преобразилось, глаза засияли ярче, а мимические морщинки вокруг рта и глаз сделали ее более настоящей.
— Прекрасно. Ужин у нас подается в семь вечера. Вам подать его в спальню или вы будете трапезничать в столовой? — спросила с искренним интересом. Она застыла, ожидая моего ответа, а я задумалась.
— Можно в комнату? Я бы хотела поесть вместе с Чонгуком.
Дракон обещал прибыть к ужину, это был мой шанс побыть с женихом наедине, поговорить, узнать его лучше и понять, что же он нашел во мне — простой смертной, которую объявил невестой перед своими слугами и более того, познакомил меня со своим братом.
Я понимала, что его чувства ко мне вызваны магией и его сущностью дракона. Не могла не понимать, потому что, какой бы наивной не была, осознавала простой факт — драконы любят лишь раз и теперь он до конца связан со мной, как и я с ним. Мало просто магии, чтобы быть любимой и счастливой, ведь не с волшебными силами мне предстоит жить, а с Чонгуком. И меньшее, на что я способна сейчас — узнать его как личность и рассказать ему, кем являлась сама.
Пусть нас связали высшие силы, с которыми не поспорить и не сторговаться, но, чтобы быть счастливой мне нужно приложить усилия. Даже самая истинная пара не продержится вечность, если супруги совершенно не могут друг друга понять или им не о чем поговорить даже.
Миен поклонилась и удалилась, оставляя нас с Чимином наедине. Стоило домоуправительнице оставить нас с василиском наедине, как парень неожиданно крепко обнял меня за плечи и радостно воскликнул.
— А ты быстро сообразила, — похвалил он меня с задорным блеском в глазах и широкой улыбкой на губах. — Практика?
— Можно и так сказать, — кивнула, а после покачала головой, вспоминая все неприятные слова и ситуации с тетей Садирой и Айрин. — Будешь мне замок показывать или как? — перевела тему, не желая раскрывать свое прошлое.
— Буду, конечно, — с готовностью кивнул Чимин и осторожно положил мою руку себе на сгиб локтя. — Как у нас говорится, назвался василиском, полезай в змеиную шкуру.
— А?
— Не бери в голову, — махнул на меня рукой Чимин и повел по широким, извилистым коридорам, залитым ярким, солнечным светом от которого теплело на душе и оттаивало сердце.
Чимин рассказывал о том, что замок достался его господину по линии матери, так как он был ненаследным принцем, и вторым сыном, то все, что принадлежало бывшей императрице, теперь стало его собственностью. Место, на котором построили сооружение, было магическим, и когда-то именно здесь первозданный дракон отложил свое яйцо.
Но через двести лет скорлупа так и не треснула, и новое потомство Великого Прародителя не появилось на свет. Горевал тогда дракон, не имея сил вновь оставить после себя наследие, и обратился к Трилицему. Наш понимающий и оберегающий бог сжалился над скорбящим и отчаявшимся драконом и сказал, что лишь девственная ведьма сможет спасти яйцо от приближающейся смерти. Если он сможет ее уговорить, то быть его детям живыми и здоровыми.
— И она согласилась?
Я сомневалась, что ведьма, пусть и девственница просто так решила помочь дракону в его проблеме. И это не мое такое плохое отношение к ним, просто всем было известно, что чаровницы за бесплатно и красивые глазки не работают. У некоторые даже предоплата сто процентная
— Конечно. Ведьмы народ пусть и вредный, но понимающий, особенно к бедам. У них дети тоже редкое явление, поэтому она с готовностью согласилась, но с одним условием.
— Каким? — Чимин так интересно рассказывал, что я ощутила единение не только с этим замком, но и драконами, которые ныне были частью моей семьи.
— Она сказала, что поможет, если Великий Прародитель обменяется с ней кровью и магией, — ответил Чимин, выводя меня из замка и показывая чудесный сад.
Казалось, что сад распростерся на целые километры вокруг. Синие, красные и фиолетовые бутоны редчайших цветов пылали яркими отблесками на солнце, заставляя мое сердце замереть от этой первозданной, нетронутой красоты. Цветастый ковер ластился к нам, когда мы шли по вымощенной желтыми кирпичами дорожке, они словно были живыми, и жаждали, когда кто-то притронется к их атласным лепесткам, приласкает тонкий стебель и увлажнит живительной влагой.
— Здесь так красиво! — восхитилась я искренне, опускаясь на колени и с опаской, что-то сломать или порушить, прикоснулась к бархатным бутонам, чувствуя, как искра радости пронеслась щемящим восхищением по телу, оседая в самом сердце. — Они прекрасны.
— Нашей дриаде будет приятна твоя похвала, — хмыкнул Чимин и откинул с лица мешающие, травянисто-зеленые пряди
— И что с драконом случилось? Ведьма ему помогла? — спросила, ведь было уже интересно, чем все кончилось.
— Помогла, и с тех пор драконы одна из самых процветающих и сильных рас нашего мира, — сообщил с гордостью в голосе Чимин. Причем, создавалось такое ощущение, словно он непосредственное участие в процветании летающих и огнедышащих принимал. — Идем дальше, у нас еще остался неисследованными подвал и башни. Идем, скоро ужин подадут, а я хочу тебе все показать, чтобы ты не заблудилась, — Чимин поторапливал меня, предлагая руку, чтобы я встала на ноги. — Лалиса, попроси господина, и он тебе целую спальню этих цветов нарвет, причем самых разных, — василиск сразу понял, что мне сложно расстаться с этой ароматной и цветущей красотой.
— Не нужно срывать эти цветы, — сказала, как отрезала, и Чимин от неожиданности аж рот неприлично открыл. — И не нужно меня поторапливать, мне казалось, что уж чему, а терпению долгоживущие расы научились. По тебе этого сказать нельзя, — отчитала парня, и он густо покраснел, явно понимая, что переборщил.
— Прошу простить мою бестактность, я забылся. Но! — он выставил перед собой палец. — Просто ты очень хороший слушатель, а мне в последнее время общения не хватает с кем-то не отсюда. Мир? — он протянул мне руку. Солнце красиво играло в длинных волосах василиска, отчего те казалось, были сотканы из изумрудных нитей и шелка. Рубашка развевалась на поджаром торсе, и не будь я знакома с Чонгуком, то сказала, что никого красивее не встречала.
— Мир, — согласилась я, пожав длинные, мозолистые пальцы, и чуть встряхнула их, а после спрятала руки за спину и первой направилась к замку. — Так и будешь стоять, как вкопанный? — спросила у василиска, а он лишь задорно рассмеялся, растрепал свою густую шевелюру и догнал меня.
Кажется, василиски не такие уж и страшные монстры. Один из них, как минимум, не страшнее болтливого попугая, с замашками клоуна.