2 глава.
Когда мы вышли из дома, находящегося в лесу, то сразу пошли в деревню, в которой не было видно и слышно ни собак, ни людей. По дороге к этой деревне, мы видели вокруг себя сожженную траву и сломанные от снарядов деревья. Вся земля выглядела, как решето, везде были воронки, а в некоторых воронках лежали солдаты. Мы нашли двух солдат, которые не успели дописать письма родственникам. У них в руках были карандаш и бумага. Мы не стали забирать у них эти письма, ведь не известно, что могло произойти, если бы мы забрали их. От увиденной картины становилось жутко. Мы подошли к одному солдату и прочитали его медальон, висевший на его шее. И оказались в шоке. Это был прадед Ферштейна, считавшимся без вести пропавшим в 1943 году (от взрыва его засыпало землей, а из его отряда никто не остался в живых). Ферштейн не поверил своим глазам. Его дед не успел написать письмо своей жене. Он не дописал всего три слова: "Люблю, дорогая Ксюша". В деревню мы пришли сами не свои, то, что мы увидели, изменило нас полностью. Теперь мы еще больше понимали, какой ценой далась им эта Победа. Увидев на окраине большой дом, мы решил подойти к нему, но мы (скажу вам честно) здесь были трусами. Мы зашли в первый дом и увидели, что в нём было все перевёрнуто: был открыт шкаф, в котором лежали вещи: сапоги, рваные телогрейки, платки - были выбиты стёкла.
-Неужели здесь живут люди?— удивился я. ( Я-Олег, юноша высокого роста с русыми волосами, с тёмно-серыми глазами, среднего телосложения. Оптимист. Почти ко всему отношусь шутя. Такой у меня характер).
- Я не уверен, что здесь вообще кто-то живёт,— как-то взволнованно ответил мне Глеб.
- Ребят, смотрите, здесь, похоже, школа (в одной из комнат была доска и парты), — тихим голосом произнёс Гриша. Это ещё один парень. (Ему 21 год рост чуть выше 180 см. С белокурыми волосами и синими, как море, глазами, спортивного телосложения. Ответственный, в любую минуту готов прийти друзьям на помощь.)
- Да не может быть! В такой маленькой деревне школа? - с усмешкой спросил Миша.
-Представь себе, да! - ответил ему резко Вячеслав. (Молодой человек высокого роста. Короткие тёмные волосы, выразительные карие глаза, в которых скрыта загадка. Среднего телосложения). Друзья обошли все комнаты, какие там были, и в одной комнате нашли девочку, сидящую в углу. Она была одета в летнее платье, а на голове были косички с серыми, почти черными от грязи и пыли, бантиками. Слава подошёл к девочке и спросил:
- Как тебя зовут? Девочка ничего не ответила. Он спросил во второй раз, но она молчала и выглядела испуганной.
- Слав, давай я попробую.
- Ферштейн, а что от этого изменится?
- Ну может я все-таки попробую?
- Ну, попробуй. Ферштейн подошёл к девочке и заговорил с ней на немецком языке. Он спросил, как её зовут. Девочка ответила:
- Меня зовут Аня, а вы кто?— задала она нам вопрос. Мы ничего не ответили, так как плохо понимали по-немецки, но очень удивились, почему девочка разговаривает на немецком языке. Тогда Ферштейн продолжил вести диалог с девочкой на немецком языке.
-Аня, скажи, а почему ты разговариваешь на немецком языке?
-У меня мама, преподает немецкий язык, - тихо ответила Аня.
-А почему ты не разговариваешь на русском как все?
-Я боюсь, потому что здесь каждый день ходят немцы, а если я заговорю на русском, то они меня заберут, - чуть не плача говорила девочка.
-Ну ладно, успокойся, ты со мной тоже на немецком будешь разговаривать? – спросил Ферштейн.
-Да, - ответила Аня, шмыгая носом.
- Ну тогда ответь мне на несколько вопросов. А есть кто-нибудь из мужчин в этой деревне? - поинтересовался Ферштейн.
- Да, — ответила она тихим голосом, взяла его за руку и повела куда-то, мы пошли следом. Идя за девочкой, мы перешагивали через убитых солдат, потому что обойти их было нельзя - не было места. Если появлялось свободное место на земле между солдатами, то там обязательно была мина. Мы не решались проверить очередное пустое место, и поэтому нам пришлось поверить словам девочки: "Идите за мной, тогда останетесь живы" (так нам перевел Ферштейн), это звучало устрашающе, но мы продолжали идти друг за другом, след в след. На дорогу мы потратили не меньше 30 минут, потому что мы останавливались буквально возле каждого солдата и говорили ему: "Спасибо, что воевал за свободу народа. Спасибо, за Победу!". Когда мы дошли до нужного дома, нам слышался стон раненных солдат и их разговоры. Мы понимали, что это все галлюцинации, но не могли от этого никуда деться. Мы остановились около дома и пытались разглядеть его, но перед глазами стояла пелена - белая и непроглядная, но у нас получилось разглядеть красные флаги с немецкой свастикой. Отряд зашел дом напротив. Пройдя несколько метров, он попал в кабинет. В кабинете также висели немецкие флаги, в дальнем правом углу стояла тумба, на которой находился телефон, почти посередине стоял стол, весь потертый от времени, а за столом сидел серьёзный мужчина лет пятидесяти и курил самокрутку. На погонах у него были звёзды (их с трудом можно было разглядеть из-за грязи и копоти, поэтому мы и ошиблись). Мы стояли перед ним и не знали, что сказать.
-Ну, — произнёс мужчина. — Чего молчим?
-А что говорить, товарищ офицер?— произнёс тихим голосом Гриша.
-Какой я вам офицер?!— возмущённым голосом сказал мужик и стукнул по столу кулаком. — Я обычный старшина, который получает приказы и выполняет их. Немного успокоившись, он спросил со вздохом:
-А вы, чьи будете, сынки?
- Мы,— дрожащим голосом пытался ответить Слава.— Мы...
-Да можешь не отвечать, итак вижу, что свои солдаты. А как вы попали-то в эту деревню, а? Ведь про неё, в настоящее время, знают только немцы и, вообще, как вы прошли через их посты ведь мы повсюду?!
- Товарищ старшина,— обратился Ферштейн.
- Да для вас просто Фёдор Кузьмич.
-Фёдор Кузьмич, вы не поверите, мы сами не ожидали, что попадём сюда, - Ферштейн уже начал говорить с истеричным смехом в голосе.- Мы, как обычно, занимались по утверждённому плану: после стрельб бежали марш-бросок, хотели «срезать» путь через поле и попали в туман. Ничего не видя, мы бежали по дороге, вот так и оказались здесь, — коротко объяснил Ферштейн.
- А посты?
- Мы ни одного не заметили.
- Да, ну и дела, сказка получается какая-то, - почесав затылок, пробормотал Федор.
-А можно задать один вопрос? — тихим голосом произнёс Саша - высокий парнишка 19-ти лет, с тёмно-каштановым цветом волос и серо-зелёными глазами, атлетического телосложения. Иногда бывает вспыльчив.
-Да, что тебя интересует?
-Мы хотели узнать, почему в деревне появляются немцы, почему этот дом обвешан красными флагами со свастикой и почему вы не похороните парней, которые погибли, спасая вас?
- Ой, ребят, простите, но я могу вам сказать только несколько слов. Пришли немцы поставили свои флаги и сказали, что здесь будет их штаб, а если мы пропустим постороннего на эту территорию, то они нас к стенке поставят. Вот такие дела, выходи, что мы сейчас как бы предатели Родины, но это не так, просто мы не хотим умирать и поэтому нам пришлось с ними согласится. Еще вот что скажу: приходят они день через день, чтобы проверять территорию, нет ли здесь разведчиков или партизан. А парней нам немцы запретили хоронить,— ответил нам Фёдор Кузьмич. — Так что у вас есть один день, чтобы уйти из деревни. Мы вышли из кабинета, чтобы посовещается. У каждого из нас в голове возникает один и тот же вопрос: остаться в деревне, защищать себя и жителей или искать дорогу в часть (ведь мы оказались в 1943 году и нас могли убить в любой момент)? Немного посовещавшись, мы вновь вошли в кабинет и дали ответ:
- Мы, Фёдор Кузьмич, остаёмся в деревне и защищаем вас от немцев!
-Сынки, я вас прошу, не надо, ведь погубите себя, а вы ещё молодые, вам жить и жить, у вас все впереди, немцы же никого не щадят,— дрожащим голосом ответил Фёдор.
-Нет, Фёдор Кузьмич, мы останемся здесь и точка,— произнёс Саша.
-Ну тогда, сержант,— скомандовал он,— постели бойцам в комнате, истопи баню и накорми их, пусть набираются сил. Мы улыбнулись, поблагодарили его и отправились в баню.