1 глава.
Это был обычный армейский день: как всегда «ленивый» подъём в 6:00. Парни вставали неохотно, каждый бурчал что-то своё, с 6:00-7:00 - ободряющий душ, в 8:00 - завтрак, потом построение на плацу и выезд из части на полигон. Занятия по утверждённому плану: стрельбы, бег с препятствиями и марш-бросок. Марш-бросок проводился в поле, в нескольких километрах от воинской части.
-Парни, у нас ситуация такая: до части осталось 6 км, а до обеда 45 минут, что будем делать?- спросил Глеб. (Это был высокий парень лет 20-ти с тёмными короткими волосами и светло-карими глазами, атлетического телосложения как и все остальные парни одет в военную форму, т.к служил в армии).
-Бежать, как и все, что же тут думать, - не задумываясь, сказал Гриша. После того как мы пробежали километр, я предложил план:
-Давайте сократим путь, - задыхаясь, проговорил я.
-А зачем? Чтобы получить очередную взбучку от командира и сержанта? Нет уж, спасибо. Я и так добегу как-нибудь, я лучше останусь без обеда, чем всю ночь буду очки драить, - недовольным голосом произнёс Миша. (Этот парень тоже лет 20-ти, рост чуть выше среднего, со светло-русыми волосами и темными, как ночь, глазами, довольно упитанный парнишка, на вид безобидный, но характер оставляет желать лучшего.)
-Олег, действительно, зачем получать наряды вне очереди, если можно добежать, как и все? - согласился Гриша с Михаилом.
-Ну, смотрите, - протянув гласную, сказал я. -Я вам предложил это, чтобы мы могли пообедать нормально, а не как в тот раз, когда нам один чай остался, и тот холодный был.
-Да ладно тебе, Олег, добежим, как и все.
-Вы уверены? Парни засомневались:
-Не совсем...- они ненадолго остановились, чтобы обдумать предложение.
-Ну так что, решили? - настойчивым голосом спросил я.
Ребята переглянулись, но больше им ничего не оставалось, как согласиться с моим предложением, ведь нормально пообедать хотелось всем. Но наш разговор услышал старлей (старший лейтенант) и наш сержант «Патрон» (мы иногда называем его так между собой, потому что он на шее носит патрон, с которым воевал его отец). Подойдя, старлей дал нам по "шапке" и сказал, чтобы мы даже и не думали срезать, цитирую старлея: "Если вы хоть на шаг отклонитесь от маршрута, или не уложитесь в норматив, все оставшиеся дни службы проведете в нарядах, и "деды" с вами вместе. Я понятно объяснил?"
Мы как честные военнослужащие российской армии закивали головами, но все равно срезали. Это не дало нам ни чего. Мы сбились с дороги, и нас пришлось искать всей ротой. На следующий день после поисков, капитан устроил нам ещё один марш-бросок с полной боевой выкладкой, и с преодолением водной преграды с последующим выходом на полигон.
-Я вас лично буду встречать на полигоне через 2часа 15 минут, - проговорил капитан.
-Есть, товарищ капитан, прибыть на полигон через 2 часа 15 минут, - принял приказ наш старлей.
Вот на этом марш-броске мы "вываливались" из графика на 15 минут. Я и Патрон обговорили со старлеем план о сокращении маршрута, и он с нами согласился, потому что сам не хотел попадать под раздачу и "горячую руку" капитана.
Но по дороге в часть, "срезая" через поле, мы оказались перед стеной тумана. Патрон спросил старлея:
-Товарищ лейтенант, а куда мы пойдем, там ведь туман?
-А туман,- тихо проговорил старлей, - ребят, Силантьев сказал, что там туман, разворачиваемся и идем домой. Все парни засмеялись.
-Отставить смех, - скомандовал Кирилл Дронов (наш старлей. Ему 35 лет, среднего роста, темные волосы, все приказы выполняет беспрекословно, отличный армейский друг и товарищ (когда надо), в общем отличный мужик).
-Товарищ лейтенант, оттуда газами какими-то несет, может не пойдем в туман?- спросил Рюмин.
-Так, рота, как мне надоели ваши вопросы, говорите газами несет, значит применим газовую защиту. Рота надеть противогазы!
-Есть надеть противогазы! – все хором ответили. Как мы надели противогазы, мы продолжили путь, через туманное поле. Из-за тумана не было видно половины роты и старлея в том числе. Чтобы быть уверенным в выбранной дороге, я достал компас. Его стрелки крутились на все 360 градусов и не останавливались. Миша предположил, что здесь месторождение какой-либо руды, но я сразу отказался от этой мысли, т. к мы находились в поле. Убрав компас обратно в карман камуфляжных штанов, отряд продолжил движение. Через полчаса мы оказались в незнакомой деревне, в которой были сожжены несколько домов, как выяснилсь позже на карте этой деревни не было.
-Рюмин, иди сюда!- позвал его Патрон,- посмотри на карту, здесь есть эта деревня?
-Никак нет, товарищ сержант, может картографы ошиблись?
-Я скажу, кто ошибся. Ошиблись родители Миронова, когда его придумали. Миронов у нас в роте слабый парнишка, длинные марш-броски не переносит, вот и приходится нам за него отдуваться.
-Парни, или у меня начались галлюцинации от тумана или армейской службы и нагрузок, или я видел эту деревню на карте Великой Отечественной войны, - произнёс дрожащим голосом Алексей по прозвищу «Ферштейн» (потому что он знал немецкий язык). Это прозвище «преследует» его со школы. Несмотря на прозвище, юноша довольно привлекателен, среднего роста, с тёмными короткими волосами и глазами цвета луны (такими глазами наградила его природа, ну а что, с ней не поспоришь). Занимается тяжёлой атлетикой.
-Да не может быть такого. Сейчас 1990 год, а война в 1941-1945 годах была. Может, это просто совпадение, возможно, деревня осталась со времён войны? - со страхом и усмешкой в голосе одновременно сказал Глеб.
-Нет, я точно помню, что эту деревню немцы разгромили в июле 1943 года. Пятиминутная пауза.
-Да-да, это та самая деревня. У меня отличная память! И историю знаю получше некоторых, - заявил Ферштейн. Мы заволновались, начали впадать в панику. Мы начали рассуждать, почему по дороге в часть оказались в этой деревне, ведь старший лейтенант все верно просчитал, и через 20 минут мы должны были быть в части, но место этого оказались в несуществующей деревне. Вдруг Патрон краем глаза заметил, что слева от нас началась движуха, мы не успели присмотреться к машинам и мотоциклам, как началась стрельба очередью. Мы не сразу сообразили, что к чему и из-за нашей паники был ранен Рюмин. После этого мы, как испуганные звери, побежали в лес. Зайдя в лес, мы провели там не меньше часа, за это время мы не смогли оказать первой помощи раненому товарищу, и поэтому нам пришлось искать место для его захоронения. Когда мы нашли место, мы похоронили его и стали гадать что к чему. Мы не понимали, кто и зачем в нас начал стрелять да еще боевыми патронами. В этот промежуток времени в каждом из нас была тихая истерика, но ни одно чувство и слово не вырвалось из нас. Чтобы разрядить обстановку Ферштейн и Патрон решили сходить в деревню и найти место для ночлега и еду, но по дороге они из-за чего-то повздорили и Ферштейн толкнул сержанта, и сам не удержавшись на ногах, полетел вместе с ним в овраг. Патрон налетел на камень и расшиб себе затылок, но через пару секунд забыл о нем, потому что держал в руке газету «Правда» с заголовком «Добьем врага!», и дата 20.06.1943 год. После того как они пришли "пустые" и принесли нам эту газету мы поняли, что оказались на Великой Отечественной войне. Причём в 1943 году. Но почему именно в 43 году, непонятно?!
Александр - один из парней - предложил мне сходить на разведку. Я и Сашка отправились в путь, а остальные: Григорий, Миша, Алексей, Юрка (Патрон) и Слава - остались на поляне дожидаться нас. В какой-то момент Сашу и меня окликнул Михаил и из-за этого мы чуть не погибли. Когда Михаил крикнул: «Олег!», то нас заметили немцы, находящиеся в деревне. Я и Саша бросились бежать. Немцы открыли огонь по «движущейся мишени». Убегая, Саша заметил старый домик в глубине леса, а так как немцы остерегались лесов, мы воспользовались этим и заночевали в домике. Он ничем не отличался от обычного домика в деревне: печка в углу, красный уголок, стол, стул, и прохудившаяся крыша. Мы зашли в дом и упали на пол, уставшие и измотанные, в прямом смысле этого слова. Когда Ферштейн проснулся, было уже светло. Он выглянул в окно. На улице было тихо, висела лёгкая дымка, и не было видно ни одного немца. Он разбудил нас, чтобы пойти пройтись по деревне и выяснить у оставшихся жителей, что происходит, и почему у них в деревне появляются немцы.