Путь в одиночество

"Хоть жизнь была похожа на сон наяву,
Жизни свойственно течь."

В самом что ни на есть мрачном состоянии ума Сашка серой тенью слоняется по отелю и забредает на второй этаж, где обнаруживает несколько небольших отделов с повседневной и домашней одеждой, халатами и купальниками. Он с превеликим удовольствием переодевается в сухое, потому что сырые штаны ощущаются не то чтобы приятно, затем бродит ещё немного, исследуя помещение вдоль и поперёк, и вовсе не из любопытства, а скорее от того, что настроение у него совсем уж паршивое. Это пугает, но в голову то и дело закрадывается мерзостная мысль: если бы не Серый, он бы довёл дело до конца. Он мог бы. Он был готов сделать это, не имея в сознании даже не единого сомнения.

И даже сейчас, когда разум прояснился, Сашка не может ясно понять, что чувствует. Однако несмотря ни на что, виноватым он себя не ощущает. Возможно от того, что он никогда не воспринимал Женька как того, кто может чувствовать, понимать и любить, и, как следствие, жить. Этот индивид, словно металлическая конструкция, словно компьютерная программа, которая создана с определённой целью и не может вырваться из алгоритма прописанного кода.

Однако сегодня такая бурная реакция Женька действительно удивила Сашку. Может быть, потому что белобрысый парень никогда доселе не повышал голоса, а может, потому что никогда не раскидывался серьёзными угрозами. Да, он мог припугнуть, но скорее в шутку, и сегодняшняя встряска в самом деле застала Сашку врасплох. За все десять лет дружбы таким разгневанным приятеля он видел впервые. Оно, конечно, неудивительно, и парень прекрасно понимает, что перегнул палку, но одна единственная, едкая мысль не даёт покоя: "Он это заслужил". 

Как Женёк и обещал, ребята действительно обнаруживаются на четвёртом этаже, когда Сашка выходит из лифта. Все в сборе и все сухие - видимо, тоже забрели на второй этаж переодеться. Мигающий неоновый свет максимально убавлен, в зале темно, но не слишком, так что всех хорошо видно.

Здесь спокойно, словно ничего и не происходило. Приглушённые голоса приятелей гармонично сочетаются с мягкой мелодией, доносящейся из колонок, простые плотские беседы приятно разбавляют уютную темноту, только вот мрачная атмосфера всё же витает в воздухе, а белобрысый парень с непривычно плохо скрытой хмуростью хлещет свой виски.

Сидящие на диване приятели синхронно оборачиваются, не сразу заметив вошедшего. На лице девушки в одно мгновение возникает буря самых разных эмоций, и она отводит глаза, в которых ядовитой змеёй засела обида. Сашка хмурится, чувствуя неприятное покалывание в груди. Он действительно ненавидит извиняться. Пожалуй, это худшее, что следует делать человеку, находясь в обществе. Особенно, когда он осознаёт проступок, но совсем не чувствует вины.

Парень подходит к друзьям, его взгляд устремлён на девушку. Она не поворачивает головы, но по её часто вздымающейся груди ясно, что она сильно встревожена.

- Слушайте, ребят, - произносит Сашка, обращаясь сразу ко всем. Он старается выразиться как можно искреннее, хотя на самом деле ему хочется просто уйти, и будь что будет. Друзья всё равно его простят, рано или поздно, ведь так всегда было. Но почему-то именно сейчас он чувствует, что эта ситуация требует извинений, потому что иначе всё может усложниться. Всё уже усложняется, и парень не может понять, почему, и это действует ему на нервы. Оказавшись выдернутым из привычной среды, в которой варился семнадцать лет, он всего за пару дней полностью теряет контроль над ситуацией. - Я хочу извиниться за то, что произошло сегодня. Мне правда жаль. - Он делает это больше из-за Катьки, потому что ему невыносимо видеть, как она игнорирует его, отвернувшись и делая вид, что ей всё равно. Она никак не реагирует на его слова и даже не поворачивает головы. - Мне следует держать себя в руках.

Повисает молчание. Несколько секунд, которые ощущаются вечностью, в просторном зале царит тишина, нарушаемая лишь слабой мелодией "Nothing else matters" от Металлики. Меланхоличный мотив совсем не вселяет приятных чувств.

- Не извиняйся. - Затянувшееся молчание нарушено. Женёк поднимает глаза и исподлобья смотрит на приятеля, и Сашка вмиг застывает от этого жуткого ледяного тона. - Ты же сам прекрасно понимаешь, что нихрена не понял. - Его голос низкий и севший, а на лице застыло выражение странно отрешённое, словно пустое. - Твоё лицемерное "извини" говна не стоит, а ты стоишь тут перед нами, деловой такой, и с серьёзным видом извиняешься, типа реально что-то осознал за те полчаса, что тебя здесь не было. - Он опустошает стакан и, в каком-то невыносимом отчаянии стукнув им по столу, тяжело понимается со своего места. - Лучше бы молчал, серьёзно. Глупо выглядишь.

Сашка хочет что-то сказать, съязвить, но не поворачивается язык. То ли от шока, что его извинение так неожиданно опорочили, то ли из-за засевшего где-то в глубине страха перед непредсказуемым поведением белобрысого приятеля, который сейчас уже церемониться явно не станет.

- Мне перед тобой на колени упасть, чтобы заслужить прощение? - всё-таки, не сдержавшись, цедит Сашка, и тут же жалеет об этом.

Однако Женёк просто проходит мимо, никак не реагируя на едкие слова и даже не задевая его плечом, как всегда любил делать, чтобы позлить приятеля. Туманный взгляд устремлён в пустоту, походка нетвёрдая, а руки дрожат.

- Делай, что хочешь, мне похеру.

Покинув зал, белобрысый парень заходит в лифт и скрывается из вида, когда тяжёлые двери медленно закрываются. Сашка так и остаётся стоять, замерев на месте с выражением полного недоумения на лице. Катька с Серёгой печально смотрят вслед, но ничего не говорят, не пытаются удержать или приободрить приятеля. Девушка тяжело вздыхает, она выглядит ужасно расстроенной.

- Да что с ним такое?! - негодующе восклицает Сашка, вскидывая руки. - Ведёт себя как придурок!

Катька наконец бросает на него сердитый взгляд.

- Ты действительно не понимаешь? - Её голос полон злости и какой-то невыносимой, смертельной усталости.

- Нет, представь себе! - взрывается парень, и девушка вновь хмуро отводит глаза. Его душит ненависть, сжимает горло, давит на грудную клетку, не давая вдохнуть. - Почему я должен его понимать? Если его, взрослого парня, как котёнка в воду кинули, и он перепугался до смерти - моя вина?! Я извинился, искренне извинился, - что ему ещё, сука, нужно?!

Катька издаёт тяжёлый, протяжный вздох. Она лишена уже всяких сил говорить что-либо, она больше не хочет никого учить, она ужасно устала. Заметив её состояние, Серёга принимает удар на себя, желая избавить девушку от этого разговора.

- Послушай, Саш, - мягко произносит он, со слабой, почти неощутимой надеждой сгладить углы, вывести диалог на конструктивный лад, хотя прекрасно понимает, что ничего не выйдет. - Ты чуть глубже копни. У человека погибли родители, он всё детство провёл в одиночестве, и ты думаешь, его не убивает тот факт, что его лучший друг каждый раз зачем-то напоминает ему об этом? Может он и делает вид, что ему без разницы, но все мы не каменные, и мне кажется, ты в самом деле не понимаешь, что терпению свойственно кончаться.

Надежды на нормальный разговор с грохотом рушатся, едва успев зародиться. Сашка гнёт свою линию.

- И у меня детство было непростое, представь себе! - Его растрёпанные чёрные волосы едва ли не искрятся от напряжения. - Только этого подонка это никогда не волновало.

- Да, с ним бывает непросто. - Катька снова вздыхает, так тяжело, словно ей не хватает кислорода. - Но прошу тебя, пойми - все здесь относятся к тебе с пониманием, хотя ты никогда не рассказывал о том, что случилось в твоей семье. Ты не хочешь говорить об этом, и мы не лезем, но никто из нас не пытается тебя обидеть, мы лишь хотим помочь, даём советы, на которые ты только огрызаешься, почему-то уверенный в том, что тебя хотят задеть.

Сашка раздражённо фыркает.

- Я уж могу отличить упрёки от советов. Не нужно меня держать за идиота.

- Мы все не идеальны, Саш. Да, порой слова задевают, но разве не лучше один раз услышать правду и принять её к сведению, чем жить во лжи, убеждённый в том, что всё идёт как надо? - Серёга не сдаётся, терпеливо пытаясь донести до приятеля мысль, делая это скорее для того, чтобы избавить Катьку от необходимости участвовать в этом идиотском разговоре, потому что на мирный исход он уже не надеется. - Попробуй хоть раз услышать Женька, и ты увидишь, что вы, на самом деле, всё это время говорили на одном языке. И как только ты услышишь его, он услышит тебя, и вы поймёте, что у вас намного больше общего, чем кажется.

Но Сашка не собирается уступать. Глубоко убеждённый в своей правоте, он стоит на своём до последнего, даже не пытаясь услышать собеседника, разобраться в первопричинах своего гнева. Говоря откровенно, ему вообще всё равно. Пускай Женёк и дальше обижается, пусть не общается с ним до конца своих дней, Сашка ничуть от этого не пострадает.

- Я не собираюсь ни под кого подстилаться, - заявляет парень, скрестив на груди руки. - Не хочет общаться, я не буду навязываться. Мне что ли это надо?

Катька нервно кусает губу.

- Тебе это надо, - уверяет она, жалобно глядя на парня. - Пожалуйста, Саш, нам сейчас никак нельзя ссориться! Мы остались, возможно, одни на целом свете, мы не сможем поодиночке! Каждый из нас вносит свою лепту, понимаешь? Не порть отношения, сейчас не подходящее время.

Голос девушки мягкий, умоляющий, полный отчаянья, но вопреки надеждам, это злит Сашку ещё сильнее.

- Так ты пойди Женьку это скажи, раз тебя это так волнует. Мне казалось, все мы ясно расслышали, что он думает на этот счёт! - Парень так яростно эмоционирует, что собеседникам становится не по себе. Катька вжимается в мягкую спинку дивана, нервно теребя рукав широкой тёмно-серой футболки. - Какую лепту вносит этот конкретный персонаж? Коктейли делает? Ну зашибись, ну никак без него не справимся! Да если этот грёбаный алкаш в один день сдохнет, никто и не заметит даже, ясно? И я не понимаю, почему должен за это извиняться!

Неосторожные, злые слова вырываются из уст, заставляя тысячи ледяных мурашек пробежать по спине Катьки. Взгляд девушки наполняется отчаянием. Она смотрит на парня огромными глазами и видит перед собой жуткого, чужого человека, абсолютно лишённого каких-либо принципов, и всё зачем-то всё надеется разглядеть в его лице хоть каплю сожаления о сказанном, но не находит даже намёка.

- Ты что вообще говоришь такое... - Ошарашенная, девушка качает головой, не в силах поверить в то, что парень действительно всё это сказал. - Человека не привычки определяют, а ценности. Этот человек - сердце нашей компании, скрепляющее звено. Этот человек всем готов жертвовать ради друзей, и кроме нас у него больше практически никого нет. И если для тебя это пустые слова, то мне правда больше не о чем с тобой говорить.

Взгляд Сашки наполняется алой ненавистью.

- Ты со мной поругаться собираешься из-за этого полудурка? - цедит он, в упор глядя на девушку. Его искренне задевает тот факт, что Катька предпочла заступиться за Женька, а не за него, и осознание этого окончательно выводит из себя. - Давай, иди пожалей беднягу! Уверен, он будет очень благодарен, а тебе только это и надо, ведь, я знаю, тебе ужасно охота вечно над всеми вздыхать и подтирать задницы!

Вконец растерянная, девушка нервно сглатывает подступивший к горлу ком. Агрессивный тон парня заставляет сердце панически быстро забиться в грудной клетке. Ей совсем не хочется ругаться, но и встать на сторону Сашки она не может, потому что категорически не согласна ни с одним его словом. Катька молчит, и с каждым мгновением этого угнетающего молчания атмосфера в зале накаляется настолько, что воздух становится тяжёлым, густым и душным.

- Всё, Саш, закрыли тему. - Девушка не поднимает глаз, чтобы ненароком не встретиться взглядом с совсем уже недружелюбно настроенным парнем. Она прерывисто вздыхает, сдерживая раздражение. - Я не хочу ссориться. Давай просто спать пойдём, это был долгий день, я ужасно устала.

Сашка фыркает, чувствуя лёгкую победу. Он не испытывает чувства вины, не осознаёт, что заставляет девушку молчать, угрожая конфликтом. Он знает, её пугают конфликты, и спустя столько лет отношений он прекрасно научился с этим работать. 

- Рад слышать, что мы пришли к разумному заключению, - кивает парень. Слова Катьки действительно успокаивают его, и это неудивительно, ведь за десять лет девушка уже слишком хорошо заучила, как избежать с ним любого конфликта. Закрыть тему и смириться. Снова и снова, полностью игнорируя свои принципы и собственное ненужное мнение. - Пойдём спать, это в самом деле какой-то тяжёлый день...

Опустив голову, девушка поднимается с дивана. Оставшийся на столе стакан с недопитым коктейлем тихонько поблескивает гранёным бочком в тусклом свете неоновых ламп. Сашка хмуро косится на сидящего на диване Серёгу, взгляд которого по какой-то неведомой причине вдруг становится жутко негодующим. В голову мерзкими чёрными змеями заползают неприятные мысли.

- А тебе я бы посоветовал соблюдать дистанцию. - В голосе Сашки звучит неприкрытая угроза. Его не на шутку напрягает тот факт, что этот парень целый день трётся около его девушки. - Потому что мне начинает казаться, будто бы ты нагло покушаешься на давно принадлежащее мне.

Сердце Катьки пропускает удар. В затылок ударяет жаром, в висках пульсирует, и даже не от того, что парень, по сути, назвал её вещью, принадлежащей ему, хотя и это тоже было довольно обидно. Вместе с вонзающейся в черепную коробку головной болью приходит неизбежное осознание - этот день окончательно вывел всех из себя, и теперь конфликт произойдёт, прямо здесь и прямо сейчас, разделив четверых приятелей огромным рвом, наполненным чёрными, мерзкими гадюками - недоверием, обидами и дикой патологической ненавистью друг к другу.

С недобрым блеском в глазах Серый поднимается с дивана и становится рядом с Катькой. Его цепкий взгляд устремляется на приятеля, а голос спокойный и ровный, без единого намёка на волнение или гнев.

- Я просто поражаюсь, насколько же тебе, в самом деле, чужды такие вещи, как уважение и забота о близком человеке, что любое их проявление ты принимаешь за флирт.

Ошарашенный, черноволосый парень теряет дар речи. Он прожигает приятеля полыхающим яростью взглядом, никак не ожидая услышать такие слова. Ему становится до боли обидно, и канистра с маслом взрывается прямо над открытым огнём, распаляя разгорячённого парня ещё сильнее.

- За языком следи, ублюдок. - Каждое слово, словно лезвие, безжалостно кромсает черепную коробку бедной девушки, и она, уже даже не встревая в этот спор, в немом ступоре пассивно наблюдает за разверзающейся прямо перед ними бездонной пропастью. - Тебе какое вообще дело? Мне твои советы идиотские даром не сдались, понятно? Я уж со своими отношениями разобраться смогу сам, спасибо за помощь, но она не требуется.

Серёга не подходит к агрессивно настроенному приятелю, предусмотрительно соблюдая безопасную дистанцию в пару метров, и спокойно, однако с явной неприязнью, которая легко читается в прищуренном взгляде и поджатых губах, выдаёт фразу, которая добивает Сашку окончательно.

- Иди спать, Саш, - негромко произносит Серый, глядя собеседнику прямо в глаза. Тон его голоса абсолютно бесстрастный, однако, в нём чувствуется абсолютная сила. - Один иди. Катька останется здесь.

Офигевший от такой наглости, черноволосый парень добела сжимает кулаки. Его взгляд прожигает стоящего напротив приятеля, однако тот без труда выдерживает давление, не теряя уверенности и даже не моргая.

- Что ты сказал? - цедит Сашка сквозь сжатые зубы.

- Не разводи здесь шоу, - без доли насмешки или высокомерия, произносит Серый. - Я тебя прошу поступить как взрослый человек. Успокойся, отдохни, а с утра мирно поговорим. Мы все немного устали, мы измотаны неизвестностью и раздражены. Давай не будем портить друг другу настроение из-за собственных глупых страхов.

Спокойный тон приятеля выводит из себя. Взбешённый Сашка косится на девушку, ожидая, что она осадит этого придурка, попросит не совать нос в их отношения. Но Катька молчит. Блестящие янтарные глаза наполнены океаном самых разнообразных чувств, от жуткой тяжести вины до отчаянного разочарования и ужасающего осознания происходящего. Она не произносит ни слова. Её взгляд направлен на черноволосого парня, губы дрожат, а россыпь веснушек пожаром полыхает на покрасневших щеках.

- От тебя такого никак не ожидал, - бросает Сашка, словно вонзая нож в сердце бедной девушки. Затем, ещё несколько мгновений удержав её взгляд, словно всё же на что-то надеясь, разворачивается и быстрым шагом направляется прочь, а затем скрывается за тяжёлыми дверьми лифта, где ещё совсем недавно исчез Женёк.

Как только парень пропадает из виду, из груди девушки вырываются так долго сдерживаемые всхлипы. Опустив голову, она прячет лицо в ладонях и судорожно пытается вытереть слёзы, которые бегут без остановки обжигающими потоками. Она не может понять, что чувствует и почему ей настолько больно, что сердце рвётся на куски.

Она рада, что Сашка ушёл. Но страх и беспокойство о завтрашнем дне заставляют панику подступать к горлу, сжимать грудную клетку в своих длинных когтях. Она измотана и ей кажется, что она не выдержит очередную ссору, которая неминуемо возникнет на утро, ведь этот парень просто не умеет быть отходчивым.

Хрупкие женские плечи дрожат, когда тёплая мужская ладонь мягко, но уверенно касается её руки. Катька не поднимает головы, чувствуя, что глаза наполняются новым озером солёной влаги. Она чувствует себя ужасным человеком. Она чувствует себя так, словно совершила преступление. Как бы Сашка ни был неправ, девушка никогда не хотела причинить ему боль и уж тем более совершить предательство. Но она уже его совершила. И дело вовсе не в том, что она предпочла сейчас заступиться за друга, а в том, что уже больше года испытывает безумные чувства к другому человеку.

- Не кори себя, - словно прочитав её мысли, мягко произносит Серый. Его голос меняется до неузнаваемости, стоит только ему заговорить с Катькой. Эта девушка - с самой первой встречи, ещё тогда, на участке школы, будучи ещё смешной крошечной девочкой с двумя рыжими косичками - возбуждает в нём невероятные, невесомые, но такие ослепительно яркие всплески самых нежных чувств каждый раз, когда просто находится рядом, и прямо сейчас парень переполнен этими чувствами, и оттого его сердце колотится до безумия быстро, а дыхание сбивчиво, словно после лёгкой утренней пробежки, но он не показывает этого, прекрасно понимая, что это сейчас неуместно. Эта девушка невероятно мучается от того, что испытывает то же самое.

И они оба давно уже прекрасно об этом знают.