Глава 27: «Гости»
Глава 27: «Гости»
Лиам
Дилан не пригласил на ужин — он буквально приказал, без права выбора. Сказал, что его мама полдня готовит на кухне, и не прийти будет жестоко. К планам на вечер Дилан прибавил и ночёвку. На самом деле я был не против, очень даже, но оставалось ничтожно мало времени, чтобы отпроситься у родителей.
Сразу после тренировки Дилан подвёз меня домой. Родители сидели в гостиной, рассматривали в ноутбуке очередные идеи дизайнера. Папа щурился, склонившись к экрану, мама прилегла на его плечо.
— Посмотри, милый, — мама повернула ноутбук экраном ко мне. — Мы долго не могли определиться, но в итоге остановились на этом. Как тебе цветовая палитра и мебель?
Я присел рядом. На 3D-изображении было тёплое американское ретро-кафе в духе семидесятых: стены горчично-оранжевые с оливковыми акцентами, одна — под состаренный кирпич с винтажными постерами. Шахматный пол кремово-шоколадного цвета, у окон — карамельные диванчики с пуговичной стяжкой, перед ними низкие столики на хромированных ножках. Красные стулья, длинная барная стойка с алюминиевой окантовкой и мягкой неоновой подсветкой снизу.
Над баром — круглые молочные светильники с тёплым янтарным светом, на полках — банки, бутылки сиропов и старый проигрыватель винила. Всё выглядело так, словно там всегда играет рок-н-ролл, пахнет кофе и молочными коктейлями.
— Мне нравится, — улыбнулся я. — Когда приступаете к ремонту?
— После Дня благодарения, — ответила мама.
Я взглянул на часы. Дилан должен приехать за мной через час. Я нервно кусал губу, пытаясь составить в голове предложение. Волнение сковывало. С тех пор как я остепенился, я не ночевал вне дома и никогда не просился. Только Джек приходил ко мне пару раз.
— Мам, — выдохнул я, — утром я говорил тебе про Дилана.
— Да, — она улыбнулась, с интересом ожидая продолжения. — Твой... друг из команды.
— Они с Зои приглашают меня на ужин и предлагают остаться переночевать. Можно? — я смотрел на родителей с надеждой.
Отец насторожился, но молча ждал ответа от мамы. Она задумалась, но потом всё-таки кивнула. Взгляд потеплел.
— Только будь на связи, хорошо? — предупредил отец.
Я кивнул, обнял маму и сбежал в свою комнату, пока не начались вопросы о Дилане и его семье. Собрал форму, нужные тетради и написал Дилану, что готов.
Он приехал быстро. На улице уже стемнело. Я юркнул в машину, бросил рюкзак на заднее сиденье, и Дилан, словно это уже входит в приятную, но все еще неожиданную, привычку, поцеловал меня. Я не успел посмотреть в окна своего дома, не успел ничего сказать. Рядом с Диланом всё как-то слишком легко и спокойно. Тревога блокируется под его тёплым взглядом карих глаз.
— Как дела? — Дилан сиял от счастья.
Я посмотрел в окно гостиной и повержено выдохнул. Мама стояла, сложив руки на груди. Её силуэт на фоне тёплого света гостиной был напряжён. Рассмотреть её лицо было сложно, но мне казалось, что она улыбается.
— Мы только что поцеловались на глазах моей мамы, — сказал я, нервно постукивая пальцами по колену.
— Они против однополых отношений? — нахмурился Дилан.
— Нет... я просто им не говорил о нас, но теперь уже и не надо — сами увидели.
Тревога билась в груди. Я пытался доказать себе, что всё нормально. Последнее время я не давал никаких поводов усомниться во мне, поэтому родители должны принять мои отношения спокойно. И всё же я переживал.
Мы приехали аккурат к ужину. Элен накрыла прекрасный стол, Зои помогала ей с сервировкой, но, когда увидела меня, её лицо стало хмурым, злым. Ужин был напряжённым из-за неё. Элен пыталась не обращать внимания, но Зои всем видом кричала о том, что видеть меня здесь не рада. И это выводило из себя. Я понимал, что она знает правду и в любой момент может сорваться. Луи доверился не тому человеку, если по его плану нужно дождаться определённого момента. А я думаю, это задумано именно так.
Обстановка накалилась до предела, когда Элен и Зои начали ругаться. Дилан сжал мою руку под столом и молчал, собрав последние крупицы нервов. Он хотел ответить Зои, но я покачал головой.
Когда Зои выбежала из дома, за столом нависла тяжёлая, душащая тишина. Элен пыталась её остановить, кричала вслед, но Зои сбежала.
— Нужно было дать ей немного времени, — виновато сказал я.
— Она слишком много на себя берёт, — фыркнул Дилан, пытаясь дозвониться до Зои. — Могла бы молча уйти в комнату, а не устраивать здесь цирк.
— Дилан, хватит, — Элен отпила красного вина из бокала и тоже начала звонить Зои.
Трубку она так и не взяла. Мы посидели ещё немного, понимая, что разговоров на отстранённые темы больше не будет. Помогли Элен убирать посуду со стола. Дилан писал Кайли, Луи, пытался выяснить, куда в итоге ушла Зои, но никто не знал, пока не написал Адам.
«Я всё понимаю, но вы вот так просто отпустили Зои в темноте бродить по городу?» — прочитал я, когда Дилан показал мне телефон.
— Она у Адама, — тут же сообщил он Элен. — Всё в порядке. Пусть успокоится, нет смысла сейчас забирать её.
Элен расслабилась. Взгляд потеплел, плечи опустились. Она допила оставшееся в бокале вино.
— Я жутко устала, — слабо улыбнулась она. — Пойду спать. Не засиживайтесь допоздна, завтра в школу.
Мы остались одни на кухне. Приглушённый жёлтый свет разливался по стенам. Дилан подошёл ко мне, и я обнял его, тяжело вздыхая. День ото дня мне становилось страшнее. Тот хрупкий мир, который я построил за короткое время, рушился, и лишь объятия Дилана не давали сойти с ума.
— Я рассорил вашу семью, — прошептал я.
— Наша семья разваливалась ещё задолго до тебя, — ответил Дилан, заглядывая мне в глаза. — Примешь со мной душ?
Я рассмеялся.
— Ты неисправим, Ашер, — я чмокнул его в губы. — Не думаю, что нам стоит запираться в ванной, когда твоя мама находится в соседней комнате.
— До чего же ты зануда, — вздохнул Дилан, потянув меня в сторону лестницы.
Я прекрасно понимал, что сегодняшняя ночь перейдёт последнюю границу в наших отношениях, и приятное волнение пробиралось по телу. И всё же это волнение было сладким. Оно поднималось волной от живота к горлу, заставляя дыхание становиться неровным. Я знал, что, когда дверь его комнаты закроется, мир сузится до его рук, его голоса, его тёплого дыхания рядом.
Я принял душ первым. Когда Дилан ушёл, я остался один в его комнате. Сидел на кровати, пытаясь осознать, что всё это — не сон и не моя фантазия. Я действительно в комнате Дилана Ашера, который пару месяцев назад ненавидел меня всей душой.
Из колонок телевизора, висевшего на стене, тихо играла спокойная музыка. Я разглядывал бесчисленные кубки и медали Дилана, которые ютились на настенной полке. Меня отвлёк телефонный звонок. Джек.
— Привет, как ты? — спросил он.
— Не знаю, как тебе сказать... — усмехнулся я. — Отлично?..
— Так, что произошло на этот раз?
Я слышал в трубке, как проезжали машины, ветер завывал, и прохожие, смеясь, проходили мимо. Джек был на улице. Воображение рисовало его добрую улыбку, милые кудри. Он точно в излюбленной светлой одежде, несмотря на сырость и серость осени.
— Сегодня я ночую у Дилана, — ответил я и замолчал в ожидании удивлённого возгласа.
Но Джек молчал. Секунду, две. Я посмотрел на телефон, решив, что связь прервалась, но всё было нормально.
— Ты там в обморок упал, что ли? — улыбнулся я.
— Мм, нет, прости, я... задумался. Так значит, у вас всё настолько серьёзно?
Голос выдавал его разочарование, что смутило меня. Не понимаю, почему эта новость выбила его из колеи. Мы давно всё решили, поклялись в вечной дружбе, но стоило мне упомянуть об отношениях с Диланом, и настроение сменилось.
— Что не так? — искренне спросил я. — Тебе неприятно слышать об этом, я прав?
— Господи, Вуди! — рассмеялся Джек. — Не неси ерунду. Конечно же, я рад, что вы наконец-то разобрались в себе.
— Как у тебя дела? — я постарался сменить тему, пока мы не дошли до неприятных разговоров.
Джек рассказывал о школьном спектакле, в котором играет главную роль, когда Дилан тихо вошёл в комнату. Я сидел спиной к двери и не сразу заметил его. Он обнял меня и поцеловал в шею, вызвав мурашки по всему телу. С волос капала вода. Я чувствовал свежий, ментоловый запах геля для душа. Его касания сбивали с мысли, я пропускал слова Джека мимо ушей.
— Лиам, ты тут? — спросил Джек.
— Да, я слушаю, — ответил я, укладываясь на спину.
Дилан вился вокруг меня, как змейка на солнце. Весь мир сужался до его касаний и поцелуев, но я всё ещё пытался держаться и дослушать рассказ Джека. Было бы неприлично просто прервать его.
— Дилан пришёл, да? — он сам всё понял по моему сбивчивому дыханию.
— Прости, я могу перезвонить тебе завтра?
— Конечно, — ответил Джек. — Хорошего вечера, люблю тебя.
— Пока.
Я не мог ответить ему тем же. Наши признания в любви, пусть и дружеские, теперь звучали неправильно. Для Дилана это не будет выглядеть как обычный разговор.
— Знаешь, — улыбнулся Дилан, нависая надо мной сверху, — у меня полное ощущение того, что тебя всю жизнь не хватало в этой комнате. Я серьёзно. Я постоянно думал, что нужно что-то поменять, добавить, но сейчас меня всё полностью устраивает.
Я смотрел в его глаза, коснувшись щеки ладонью, и сердце заходилось в бешеном ритме от того, насколько он красивый. Его тело идеально — от широких плеч до точёного пресса, в глазах теплота и какая-то необъяснимая любовь ко мне — к человеку, который точно не заслужил этого.
— О чём думаешь? — тихо спросил Дилан, склоняясь к моим губам.
Я улыбнулся, обняв его, и перевернулся, чтобы быть сверху. Склонился к губам, увлекая Дилана в поцелуй. На ощупь нашёл выключатель светильника на прикроватной тумбе, и комната погрузилась в розовый неоновый свет, исходящий от ленты, развешанной над кроватью.
Я чувствовал, как дрожат его пальцы на моих плечах, как сбивается наше дыхание. Стало нестерпимо жарко. Я спустился от губ к шее, оставляя дорожки поцелуев на груди, животе. Дилан судорожно выдохнул, когда я коснулся его члена рукой. Сквозь ткань шортов я понимал, насколько сильно он возбуждён.
— Лиам, — имя слетело с губ, как что-то приторно-сладкое, желанное.
Дилан снова оказался сверху. В затуманенном взгляде тонул рассудок. Он провёл пальцами по резинке моих серых спортивных штанов и склонился, оставляя на коже горячий поцелуй. Я знал, что он хочет сделать, и просить остановиться было выше моих сил.
— Если Элен услышит... — начал было я, но Дилан покачал головой, стягивая с меня штаны и боксеры.
— Наши комнаты в разных концах коридора, — выдохнул он, снова целуя меня в губы.
Я зарывался пальцами в его влажные волосы, когда поцелуй уходил всё ниже и ниже. Его голова оказалась между моих ног. Он скользнул языком по головке члена и взял его в рот. Мысли, страхи, тревога — всё испарилось со стоном, который вырвался из груди. Я сильнее сжимал его волосы пальцами, задыхаясь от ощущений. У меня были разные девушки, Джек, но никогда и ни с кем я не чувствовал такого. Даже неумелые движения возносили до небес.
— Дилан, я сейчас... нет, остановись, — выдохнул я, потянув его к себе. Он игриво вытер губы и навис надо мной, снимая одежду.
— Смазка и презервативы в тумбочке, — вдруг улыбнулся Дилан в ответ на мой растерянный взгляд. — Не смотри на меня так. Я должен был как-то снимать напряжение после тренировок с тобой.
— Боже, Дилан, — я поцеловал его. — Я очень сильно тебя люблю, знаешь?
Я открыл ящик, разорвал зубами фольгированную упаковку. Всё казалось таким медленным и ненастоящим сейчас. Прохладная смазка на пальцах, глухой стон Дилана в мои губы. Мы не делали резких движений. Мы занимались не просто сексом. Это была искренняя, заботливая и нежная любовь.
— Я готов, правда, — с придыханием сказал Дилан. — И я тоже тебя люблю.
Я вошёл в него медленно, нежно, успокаивающе скользнув пальцами по бедру. Тихая музыка, шум за окном — всё исчезло. Были только мы — здесь и сейчас. Я старался не торопиться, но Дилан сам прижимал меня к себе, заставляя входить глубже, быстрее. Он кусал меня за шею, оставлял кровавые засосы на тонкой коже, но в тот момент я не думал о последствиях, задыхаясь от возбуждения, страсти и нежности, сплетающихся в один тугой узел в районе живота. Ещё несколько движений — и Дилан кончил, а следом за ним и я.
Мы лежали на скомканной постели, переплетаясь руками и ногами.
— Если бы я мог исполнять желания, — прошептал Дилан, вырисовывая на моём плече невидимые узоры, — я бы сделал так, чтобы мы навсегда остались здесь вдвоём.
— Было бы прекрасно, — ответил я.
— Обещай, что всегда будешь со мной, что бы ни случилось.
— Обещаю, — улыбнулся я, оставляя на его скуле поцелуй.
Мы не могли себе позволить уснуть. Эта ночь таяла слишком быстро, и завтра нас снова ждала школа, Зои, Луи и тренировки, но сейчас мы существовали друг для друга и наслаждались близостью.
Дилан
Когда я проснулся, Лиам стоял у зеркала в одних боксёрах. Я видел его нервный взгляд, отчего не смог сдержать улыбку. Подобрался со спины, обнимая.
— Прости, — я виновато похлопал глазами. — Я не специально.
Засосы и укусы пестрели на светлой коже. Я не контролировал себя ночью. Разум полностью отключился, стоило Лиаму поцеловать меня. Я чувствовал, как люблю его с каждой минутой сильнее, и мне хочется кусать его, хочется целовать, обнимать так сильно, чтобы не хватало воздуха.
Лиам повернулся ко мне и замер, услышав стук в дверь.
— Парни, вы проснулись? — голос мамы был бодрым.
— Да, мам, — я с трудом сдерживал смех, когда Лиам начал озираться по сторонам, думая, чем прикрыть шею.
— Завтрак на столе, я уезжаю на собеседование, — послышалось за дверью.
Лиам выдохнул и свалился на кровать. Шаги мамы утонули в коридоре. После ухода отца она начала искать себе работу — скорее не для денег, а для того, чтобы отвлечься. До этого она работала в фирме отца в бухгалтерии, но после измены иметь с ним общие дела не хочет и при разводе согласилась не претендовать на бизнес, оставив в свою пользу лишь процент от акций.
— Как я пойду в школу? — Лиам приподнялся на локтях, строго взглянув на меня.
Я подошёл к шкафу. Перебирал свою одежду на вешалках, пока не нашёл чёрную водолазку с белой надписью «Touch» в районе груди. Лиам вздохнул. У него не было выхода.
— Терпеть не могу водолазки, — сказал он, одеваясь.
Я смотрел на него, затаив дыхание. Ткань обтягивала, как вторая кожа, и спортивное тело Лиама выглядело слишком сексуально, а брюки лишь подчёркивали это. Всё просто кричало: «Сними меня». Я подошёл к нему, касаясь груди ладонью.
— Теперь я тоже ненавижу её, — ответил я. — Если к тебе кто-нибудь подкатит, я не переживу.
— Тогда мне нужно поискать тебе замену, — подмигнул Лиам, за что я безжалостно прикусил его губу.
— Никогда в жизни.
***
В школе на нас пялились. Постоянно. Я не понимал, в чём дело. О том, что мы в отношениях, стало известно ещё на выходных. Эту тему уже устали обсуждать и нашли новую жертву в лице Зои и её нового круга общения. Задавались вопросом, не начала ли она принимать наркотики после того, как повелась с Фишером, не сошла ли с ума после того, как узнала о нас. Писали ещё много о ком, и мы с Лиамом уже выдохнули, но вот началось заново.
Зои в школу привёз Адам. Она пролетела мимо нас, когда мы стояли у шкафчиков, заострив взгляд лишь на Лиаме. Адам и Коди подошли к нам. Коди внимательно смотрел на меня, а потом на Лиама. Ничего не говоря, подошёл к нему, оттянул горлышко водолазки и снова отступил.
— Ну, теперь понятно, — усмехнулся он.
— Что? — я неосознанно подошёл вплотную к Лиаму, словно пытался защитить его от всех вокруг.
— В Инста-сплетнице задались вопросом, почему Лиам в твоей одежде, — Адам устало вздохнул, словно не спал всю ночь. — В итоге решили, что какой бы ни была причина — это мило. Зои так не считает. По дороге в школу фыркала на этот пост.
Я поражался скорости распространения информации в нашей школе. Мы приехали полчаса назад, но уже всё успели обсудить и даже приложили фото.
— Как она? — спросил Лиам.
— Она ненавидит тебя, — усмехнулся Адам. — Но я тебя из-за этого теперь люблю. Если бы ты её так не бесил, мы бы в жизни не провели ночь вместе.
Я сложил руки на груди, сверля друга взглядом. Он вздохнул.
— Я не в этом смысле. Мы просто смотрели фильм, объедались попкорном, и она уснула на моей груди. Ничего больше я себе не позволял, не смотри на меня так.
Коди рассмеялся. Наши переплетения проблем и отношений забавляли его. Он снова потянулся к Лиаму, но я шлёпнул его по руке. Заинтересованная компания девчонок из девятого в этот момент умилённо выдохнула, проходя мимо.
— Что вы будете с этим делать? — спросил он. — Пару недель ходить в водолазке, даже на тренировках?
— О, Господи, ещё и тренировки! — простонал Лиам. — И моя семья приезжает сегодня. Сестра отца взорвётся от вопросов.
— Прости, — жалобно попросил я. — Больше так не буду.
— Да-да, — усмехнулся Адам, похлопав Лиама по плечу. — Не верь ему.
Они с Коди ушли, оставив нас. Я взял Лиама за руку.
— Заедем в аптеку после школы, возьмём какую-нибудь мазь?
— Да, — кивнул Лиам. — И успокоительные, чтобы я смог пережить пытливые взгляды родственников.
***
Сегодня мы освободились рано. У дома Лиама было шумно. Машина стояла на обочине. Две чудесные женщины и два мужчины обнимались с родителями Лиама. Я припарковался чуть поодаль.
— Не забывай мне писать, — улыбнулся я.
— Ты думаешь, сейчас просто уедешь? — Лиам с насмешкой взглянул на меня. — Тебе придётся познакомиться с бабушками и дедушками, а мама видела, как ты меня целуешь, поэтому поздороваться обязан. Идём.
Мы вышли из машины. Худенькая шустрая женщина, очень похожая на маму Лиама, тут же кинулась к нему. Они тискали его так, словно не видели с рождения. Только мама и отец Лиама смотрели на меня. Она улыбалась — украдкой, едва заметно, но я видел по взгляду, что она всё поняла и совершенно не против. Я улыбнулся в ответ.
— А это что за прелестный молодой человек? — спросила бабушка Лиама, похожая на Элизабет.
— Это Дилан, он... — Лиам стоял рядом, и я чувствовал, как тяжело ему даётся признаться.
— Он парень Лиама, — улыбнулась Элизабет. — Я ведь правильно поняла?
Лиам кивнул, переплетая наши пальцы. В этот момент я чувствовал себя частью его жизни как никогда раньше. Знакомство с семьёй будоражило всё внутри. С каждым днём мы становились ближе.
— Ох, как прелестно, — протянула вторая женщина. — Дай-ка я тебя обниму.
Бесконечные разговоры, объятия и улыбки остановила ещё одна машина, которая подъехала к дому. Элизабет изменилась в лице, словно вспомнила что-то, о чём нужно было подумать заранее. Лиам прижался ко мне сильнее, улыбаясь девушке, вышедшей из красной машины. У неё были короткие тёмные волосы, голубые, как у Лиама, глаза. Следом за ней выскочил мальчик лет десяти, вышел водитель — мужчина, видимо, муж девушки. И парень, который никак не вязался с тем, что он старший сын. Он выглядел как наш ровесник. В белоснежных джинсах и светло-бежевом бомбере, а вьющиеся кудри заменяли шапку, причём зимнюю.
Пальцы Лиама ослабили хватку. Они смотрели друг на друга так, словно влюблённые встретились спустя долгие годы в разлуке, и я чувствовал, как ревность пробирается под кожу ледяными лапами.
— Джек, — выдохнул Лиам и сделал шаг к нему, отпустив мою ладонь.