Глава 29: «Инста-сплетница»
Глава 29: «Инста-сплетница»
Лиам
Всю ночь я не мог уснуть. Сидел на кухне, пока в доме стояла мёртвая тишина. В темноте лишь мерцал редкий свет фар проезжающих машин, и было слышно тиканье настенных часов. Я вздрагивал от каждого оповещения, смотрел профиль Дилана, сплетни парней из команды. Я боялся, что Дилан снова сядет за руль пьяный или попадёт к Фишерам. Но никакой информации — лишь пустота.
Рассвело. Первым спустился Джек. Посмотрел на меня, собираясь что-то сказать, но я лишь покачал головой. Я находился в состоянии, когда меня не стоит трогать даже ему. Он налил воды в стакан и снова ушёл. Потом проснулись отец, дедушки, Крис. Отец подошёл ко мне.
— Ты чего сидишь? — спросил он, взглянув на часы. — Время шесть утра.
— Не спится, — пожал я плечами.
Я видел в его глазах тревогу. Последний раз я выглядел так плохо после случая с Тео.
— Всё хорошо? — спросил он.
— Да, да, — я поднялся, пытаясь улыбнуться. — Пойду собираться в школу.
Я сбежал вовремя. Проснулась Рейчел. Я успел забежать по лестнице на второй этаж, когда услышал её возмущения в сторону мужчин. Они разбудили её своими басистыми голосами. Если она застанет меня в таком виде, я не отделаюсь от расспросов.
В комнате горел свет. Джек не спал. Сидел на кровати, кутаясь в одеяло, и смотрел в одну точку. Волосы взъерошены, глаза красные. Я присел на край, касаясь его руки.
— Винишь себя? — тихо спросил я.
— Когда Рейчел предложила устроить тебе сюрприз, я уже знал о твоих отношениях с Диланом, но возможность увидеть тебя, обнять затмила здравый рассудок, — ответил он. — Я понимал, что мне не стоит появляться в твоей жизни, но поступил как эгоист. Представь, теперь я тоже разрушил жизнь, но самый ужас в том, что это твоя жизнь, которую мы собирали по осколкам.
— Честно, я не знаю, что думать. Я в таком состоянии, что лучшим решением будет просто лечь и умереть от ненависти к себе, — я поднялся, подошёл к шкафу.
Собрался на учёбу слишком рано, но мне хотелось сбежать из дома. Я вышел на пустующую улицу и медленно шёл до школы пешком. В тумане тонули машины, и асфальт блестел под ногами. Я не знал, где Дилан, что с ним, и в каждом прохожем видел его.
В школе я стоял у шкафчика, опираясь спиной о дверцу. Осознание происходящего медленно, капля за каплей, приходило ко мне. Смех Дилана звенел в ушах, его улыбка, горящие от счастья глаза... память переключилась на Тео — мальчишку наивного и безобидного. Он с первого дня потянулся ко мне, а я сломал его хрупкий мир и веру в любовь.
— Лиам! — голос Зои звучал словно из-под толщи воды.
Я поднял голову, и звонкая пощёчина обожгла лицо. Зои тяжело дышала, стиснув зубы. Я никогда не видел её такой — в ярости, с таким взглядом, словно она за сутки повзрослела на пару лет. Волосы взъерошены, в глазах огонь и ненависть.
— Зачем всё это было? — прорычала она. — Отвечай, Лиам! Зачем?! Очередной спор, игра, просто захотелось уничтожить его и попасть на место капитана?! Ты ведь и не на такое способен, да?!
На нас смотрели, снимали, шептались. Но я слышал только Зои. Каждое слово било в самое сердце. Она знает всю правду. О Луи, Тео, поцелуе, о том, какой я на самом деле мерзкий. И я понимаю её. Она защищает Дилана.
— Я никогда бы не поступил так с ним, — тихо ответил я, словно ужасно устал.
— Разве? — нервно рассмеялась Зои. — Так это не ты был вчера на террасе? О, святой Лиам, наверное, вокруг все идиоты, кроме тебя! Не подходи к нему никогда больше, — её голос стих. Она смотрела мне прямо в глаза. — Луи был прав: такие, как ты, не меняются, только переодевают маски. В тебе живёт то, от чего ты постоянно пытаешься бежать, но оно побеждает, и твоя сранная сущность вылезает наружу. Я ненавижу тот день, когда познакомилась с тобой!
Зои ушла, растолкав собравшихся вокруг нас учеников. Я прикрыл глаза, глубоко вдыхая, чтобы успокоиться. Должно быть, не меняются такие, как я, и Луи прав... да, он прав. Невозможно из чёрного сделать белое.
В груди щемило, когда я вышел на улицу и побрёл в сторону стадиона. Звонок на урок прозвенел оглушающе, но я не хотел быть там, среди взглядов и обсуждений. По пути мне встретился парень. Он испуганно прятал окурок под ворохом листьев. Осенью уличный стадион не посещают, и ученики устраивают там пристанище, чтобы переждать нелюбимый урок или покурить.
— Прости, что напугал. Не будет сигареты? — спросил я.
Парень с крашеными голубыми волосами кивнул и отдал мне всю пачку, похлопав по плечу.
— Тебе нужнее, — сказал он. — Дерьмово выглядишь.
Я кивнул и уселся на одной из многочисленных скамеек. Взору открывалась одинокая площадка для баскетбола. Её засыпало листьями, а скамейки покрылись толстым слоем пыли. Первая затяжка обожгла горло. Я закашлялся, но не сдавался. Никотин постепенно расслаблял. Напряжённые плечи опустились. Давно я не курил.
— Лиам, ну ты же пловец! — послышался за спиной знакомый голос.
Кайли слабо улыбнулась и села рядом. Она выглядела всё так же разбитой, и теперь мы с ней отлично смотрелись на фоне мрачного пейзажа.
— Как ты меня нашла? — я снова затянулся, и Кайли забрала у меня сигарету, неумело зажав её между пальцев.
— Видела ваш с Зои концерт. Не хотела оставлять тебя, — ответила она и коснулась губами фильтра.
Я ждал, что она закашляется, но Кайли спокойно выдохнула и снова затянулась. Синяки под её глазами казались ещё темнее на фоне белого дыма.
— И она тебе не рассказала, в чём дело? — спросил я, глядя на плывущие по небу облака.
— Рассказала. Утром кричала в телефон, что ты, кусок дерьма, изменил Дилану.
— Вот как, — бесцветно произнёс я. — И что ты думаешь?
— Я думаю, что ты не мог этого сделать просто так. Ты его любишь, я это знаю как никто другой. Вы созданы друг для друга, так что... может, нужно просто объяснить всё очень подробно?
Она затоптала окурок носочком ботинка и вытянула ноги вперёд. Я бессмысленно рассматривал шнуровку на её чёрных кожаных берцах.
— Нет, разговаривать не имеет смысла. Иначе мне придётся рассказать всю правду, и он возненавидит меня ещё сильнее. Пусть я останусь для него просто изменником и предателем, потому что вся правда куда страшнее.
Мы замолчали. Кайли не просила рассказать ей всё. Городской шум и гул ветра гуляли в наших волосах. Кайли собрала высокий хвост и потёрла лицо, словно пыталась привести себя в чувства.
— Где ты курить научилась? — тишина рассыпалась под ноги.
— Давид научил.
Я удивлённо взглянул на неё, но эмоции выражались слабо и неестественно. У меня не было сил реагировать на мир.
— Знаешь, моя жизнь в последнее время... отвратительно хороша, — усмехнулась Кайли, не найдя более нужного описания. — В день, когда я поругалась с Зои, я вышла прогуляться. Мимо проезжал Давид, увидел моё зарёванное лицо, долго пытался выяснить, кто меня обидел. А я попросила не выяснять и просто купить мне выпить. В итоге мы напились вместе прямо в его машине, — Кайли опустила голову, словно от стыда не могла позволить себе смотреть вперёд. — Мы переспали. Так глупо. Я ведь знала его с детства, с тех пор как познакомилась с Зои и Диланом. А это было в пятом классе.
— Всё было по согласию? — спросил я.
Кайли кивнула.
— И что тебя тревожит тогда?
— То, что у него жена и ребёнку год, например, — Кайли нервно хихикнула. — А ещё то, что мы не остановились на одном разе. Последние дни мы зависаем в его кабинете после уроков. Я ненавижу то, что я делаю, заливаюсь слезами ночью и вспоминаю, как веселилась на их свадьбе. Но я не могу прекратить.
— Ты любишь его?
— Мм... нет. Совсем нет. Но мне нравится осознание, что я желанна. Он хочет меня, он считает меня привлекательной, сексуальной и не отпускает. У меня никогда в жизни этого не было, — ответила Кайли, и её щёки обдало румянцем. — Зои знает о нас. Я ей рассказала, а она забыла об этом через секунду и больше не вспоминала или пыталась сделать вид, что её это не касается. Охренеть, подруга, да?
Мы посмотрели друг на друга и отчего-то рассмеялись. Наверное, от того, насколько сильно всё плохо. Как отвратительно, невозвратно, нерешаемо всё, потому что ничего не вернёшь назад, ничего не изменишь.
Зои
Той ночью я не могла спать из-за того, что Дилан бесконечно стучал по струнам гитары. Один и тот же аккорд, словно больше не придумали. Мои нервы сдали. Я постучалась к нему, дверь оказалась не заперта. Я тихо прикрыла её за собой, войдя в комнату, и уставилась на брата суровым взглядом.
— Ты в курсе, сколько времени? Я спать хочу! — прошипела я.
— А я сдохнуть, — ответил Дилан.
Он сидел на кровати с гитарой в обнимку, бледный и потерянный. Как бы я ни злилась на него и на Лиама, я чувствовала, что случилось что-то слишком плохое. Я присела рядом и молча ждала, расскажет ли он мне, в чём дело. Дилан отложил гитару.
— К Лиаму приехал друг... Джек. И вечером я видел, как они целуются на террасе. Лиам не был против, он отвечал ему. Я не понимаю, почему? За что он так со мной?
Я выдохнула, чтобы не выпалить всю правду. Сейчас для Дилана это станет решающим ударом. Джек... тот самый друг, с которым они прощаются не обычным: «Пока», а признанием в любви. Друг, который записан в его телефоне как «Солнышко». Тот самый Джек, который, несмотря на всё дерьмо, которое делал Лиам, поддерживал его и был рядом. Неудивительно, что они в таких странных зависимых отношениях.
— И что будешь делать? — спросила я.
— Пытаться не умереть без него, — Дилан подобрался ко мне и улёгся головой на колени. — Когда ты говорила, что он плохой человек, что ты знала?
Я перебирала его волосы, пытаясь не заплакать от того, как больно было видеть Дилана таким.
— Просто чувствовала, — солгала я.
Что бы ни задумал Лиам, я больше не позволю ему прикоснуться к Дилану. В детстве он спасал меня от монстров под кроватью, от мальчишек в младших классах и придурков, которые подкатывали ко мне. Теперь моя очередь позаботиться о нём, и наличие помощников в лице Луи и Лины добавляет сил.
Утром Дилан не поднялся в школу. Он лежал, укутавшись в одеяло с головой, и молчал. Я ушла одна. Злость не давала мне молчать, и я всё рассказала Луи, Лине и Кайли. Меня раздражало, что люди до сих пор здороваются с Лиамом, что все считают его нормальным, хорошим пловцом, парнем Дилана. Он — зло, и все должны понять это.
Когда я увидела Лиама у шкафчиков, я не сдержалась. Влепила ему пощёчину, кричала на весь коридор, а он смотрел на меня и молчал. Стыд тонул в красных глазах. Мне доставляло отдельное удовольствие его измученное состояние, потому что Дилану было ещё хуже.
Занятия тянулись медленно, нудно, а я думала лишь о том, как вывести Лиама из себя. Как проложить тот хрупкий мостик до того момента, когда все узнают правду. Мы сделаем это на «Снежном балу». Всё закончится в конце декабря.
На перемене я шла в библиотеку, где мы должны были встретиться с Линой и Луи. За окном пестрело от количества жёлтого и оранжевого. Я присмотрелась, когда увидела две фигуры, идущие рядом. Лиам и Кайли. Они не улыбались, лишь устало смотрели вперёд и молчали, медленно вышагивая по тротуару. Я тяжело вздохнула. Лиам не может умирать в одиночестве и постоянно находит себе соратника, и Кайли сейчас как никто другой подходит на эту роль.
Я не говорила с ней о Давиде, но поговорила с ним. Мы ругались. Я упрекала его в том, что он изменник, что его жена Кейт не переживёт, если узнает, но мои слова были для него пустым звуком, и я уверена, что они продолжают встречаться. Рано или поздно я не выдержу и расскажу Кейт о том, какой её муж урод, а моя подруга — разлучница, но сейчас мне не до них.
Луи и Лина подошли ко мне сами. Они видели Лиама и Кайли. Мы смотрели в окно, пока они не скрылись из вида, завернув за угол школы.
— Твоя подруга знает, что Лиам изменил и всё равно с ним? — задалась вопросом Лина.
— Они друг друга стоят, — я отвернулась от окна и достала телефон из сумочки, включив фейковый аккаунт.
Чат с инста-сплетницей. Я никогда не открывала его. Пришло время. Мне не хотелось этого делать. Сплетня затронет Дилана тоже, но Лиам должен поплатиться за свои поступки, и я сделаю первый ход.
no.name: Привет, вы должны это опубликовать. Лиам изменил Дилану. Целовался со своим другом, не стесняясь. Почему он так поступил, остаётся загадкой, но ходят слухи, что это не самый ужасный его поступок в жизни.
— Луи, — улыбнулась я, — твой ход следующий.
Дилан
Мне снился сон. Лиам, наши поцелуи, его шёпот — томный, возбуждённый. Он говорил, как сильно любит меня, как хочет быть рядом. А потом появился Джек, и Лиам вдруг оттолкнул меня, взяв его за руку. Они уходили вдаль по улице, запорошённой снегом, а я не мог ничего сказать, не мог сделать шаг, чтобы побежать за ними.
Я просыпался каждый проклятый час. Ночь выдалась тяжёлой. В окно скребли ветки дуба, моросил дождь со снегом. Я не знал, как вернуться в школу и встретить там Лиама. Как теперь ходить на тренировки, быть с ним в паре в заплывах.
Голова болела. Я выбрался из постели только к вечеру. Мама переживала, что я заболел, я подыгрывал, с трудом проглатывая таблетки. С завтрашнего дня выходные в честь Дня благодарения, и у меня в запасе четверо суток, чтобы собраться с силами перед школой.
На телефоне бесконечное количество сообщений и пропущенных от Лиама и друзей, а под фотографиями в инстаграме странные подбадривающие комментарии: «мы с тобой», «главное — пережить это с достоинством», «отмените Лиама Вуда». Зои и сплетница. Уверен, что это она опубликовала пост. И мне вдруг стало ужасно жалко Лиама. На него озлобится половина школы. Я не хотел, чтобы наши проблемы вылезли за пределы, и было ошибкой рассказать всё сестре. Я усмехнулся своим мыслям. Каким же идиотом надо быть, чтобы беспокоиться за изменника? Влюблённым идиотом вроде меня.
Когда вечером я снова лежал в постели, не в силах двигаться, в дверь постучали. Вошёл Коди, не дожидаясь разрешения. Он смотрел на меня как на воскресшего из мёртвых, усевшись в компьютерное кресло.
— Как ты? — спросил он.
— Нормально, — я сел, взъерошивая волосы. — Видел Лиама сегодня?
Коди вздохнул, постукивая пальцами по ноге.
— Видел. Выглядит не очень и на тренировку не пришёл. Давид бесится, что вы пропускаете.
— Плевать, — отмахнулся я.
— Я не уверен, но тебе не кажется, что Лиам не мог просто играть на два фронта с тобой и тем пацаном? — осторожно спросил Коди. — Его любовь к тебе — это что-то большее, чем просто любовь. Я же знаю, что вы друг без друга не можете.
Поцелуй Лиама и Джека снова всплыл перед глазами. Такой нежный, тягучий и сладкий, как мёд. Им нравилось то, что они делают.
— Я видел то, что видел. Может, он любит нас обоих, может, для него это нормально, но я не смогу делить его с кем-то ещё, — выдохнул я, закусив губу до боли. — Я понимаю, что все вокруг сейчас будут его доставать, но... ты можешь быть рядом?
— Ашер, ты с головой дружишь? — усмехнулся Коди. — Что мне, благодарить его за то, что он размазал тебя?
— Я знаю нашу школу. Они не упустят шанса напасть толпой, как гиены. Просто... постарайся удержать хотя бы команду, хорошо?
Коди покрутил у виска, но пообещал сделать всё, что сможет. И мне этого было достаточно. Осталось полгода до выпуска, а потом мы разъедемся в разные университеты, и время сотрёт чувства навсегда.