Глава 15(2): «Благотворительный вечер»
Глава 15(2):
«Благотворительный вечер»
Лиам
Официальная часть закончилась. Дилана я не видел и старался не искать взглядом по залу. Его взгляд во время речи, дрожащий от волнения голос — вызывали во мне такую сильную жалость и грусть, что я готов был увести его подальше от этого места и обнимать, пока он не придёт в себя. Я виноват во всём. И я всё больше ненавижу себя за это.
— Лиам, почему ты не познакомил нас раньше? — голос мамы послышался словно издалека.
Я отвлёкся от стаканчика в руке. Мама подошла ко мне с Зои и Кайли. Как они нашли друг друга среди такого количества людей, я не понимал, но был благодарен, что сейчас их смех и обсуждения всего на свете заглушают все мысли.
— О, а вот и моя мама, — просияла Зои, махнув рукой стройной высокой женщине. Их с Диланом глаза и губы были похожи, словно копия.
Миссис Ашер подошла к нам, и женские голоса снова слились в один неразговорчивый гул, среди которого я разобрал лишь имя Элен, лестные комментарии друг другу и то, что она рада наконец-то познакомиться с другом Зои, о котором так много слышала. Я улыбался, кивал и старался не шевелиться, чтобы ко мне было меньше вопросов.
Чуть позже Кайли увела Элен и маму знакомиться с её матерью, а мы с Зои обсуждали привычные для нас вещи: фильмы, музыку, учёбу. А потом и Зои ушла. Я снова остался один, не желая бегать за ней по всему залу. Я словно смотрел в калейдоскоп, где цветными стёклами переливался этот разбитый вечер.
Ко мне подошла девушка. Я не был знаком с ней, но видел пару раз в коридорах школы. Она была младше примерно на год. Белое платье идеально ложилось по её фигуре — хрупкой, с тонкой талией. Девушка казалась настолько миниатюрной, словно хрусталь, к которому нужно относиться с большой осторожностью.
— Привет, — карие глаза, чуть узкие, словно лисьи, смотрели на меня снизу вверх.
— Привет, — неуверенно ответил я.
— Я... знаешь, я та сумасшедшая, которая писала тебе с анонимного аккаунта. Лина, — она протянула свою маленькую ладонь. — Скажи что-нибудь, я чувствую себя полной дурой.
Её щёки обдало румянцем. Я мысленно ударил себя по лбу за то, что стою как статуя. Но что я мог поделать в такой ситуации? Я был искренне удивлён, что она наконец-то решила познакомиться.
— Прости, — я протянул руку в ответ, дружелюбно улыбаясь. — Я рад, что мы познакомились, но я так и не понял, зачем была эта тайная переписка.
— Всё просто — я стеснялась, — она пожала плечами. — И я не понимала, есть ли у тебя девушка, что у вас с Зои и Диланом. Но подумала и решила, что при личном знакомстве узнаю это более подробно и из первых уст.
Я лишь покачал головой, не в силах скрыть улыбку. Лина странная, и это стало понятно с первого дня, когда она оставила записку в моём шкафчике. И всё-таки её миловидное лицо с курносым носом не вызывало отторжения, и мне хотелось узнать её больше, понять, что ещё спрятано в её голове.
Заиграла медленная музыка — мягкая, словно кто-то приглушил весь шум зала одним движением. Баскетбольные кольца над головами казались нелепо чужими в этом моменте. Первые пары вышли на импровизированный танцпол нерешительно, но с каждой секундой пар становилось всё больше. Среди танцующих я видел маму и отца. Они смотрели друг на друга влюблённым, счастливым взглядом. Этот вечер был не для меня. Он был для них. Для того, чтобы они увидели, как я веду себя, с кем общаюсь. Теперь их души спокойны, и сердца растворяются в мелодичной музыке.
Я перевёл взгляд на Лину. Она тоже наблюдала за парами — с лёгкой улыбкой и тем самым выражением, будто одновременно хочет выйти туда и спрятаться.
— Эм... — я прочистил горло, неожиданно почувствовав себя младше и неловче. — Потанцуем?
Лина моргнула, явно не ожидая такого прямого предложения. На секунду её глаза расширились, она улыбнулась.
— Да. Конечно.
На танцполе было тесно, но не давяще — наоборот, создавалось ощущение общего пузыря, где каждый был немного неловким, и поэтому никто не выглядел странно. Я осторожно положил руку ей на талию, словно боялся сделать что-то неправильно.
— Предупреждаю, — тихо сказал я, склонившись к её уху, — я ужасный танцор.
Лина рассмеялась. Её ладони легли на мои плечи.
— Отлично. Тогда я опозорюсь не одна.
Я не пытался дать понять, что она нравится мне и я хочу чего-то большего. Я просто старался быть... нормальным. Общаться с девчонками, танцевать на школьном вечере вот так — неумело, но с удовольствием. Я пытался влиться в нормальное общество. И у меня получалось.
— Так странно, — Лина посмотрела мне в глаза. — Я здесь, танцую с тобой... ещё вчера я думала, что не пойду на этот вечер.
— И что заставило тебя?
— Не знаю, — она едва заметно повела плечами. — Просто почувствовала, что нужно. А потом увидела тебя, полвечера думала, стоит ли подходить. Решила, что глупо продолжать скрываться, и вот...
Она кивнула неопределённо, говоря, что вышло так, как вышло. Лина сделала едва заметный шаг ближе. А я поймал себя на мысли, что впервые за вечер не думаю о Дилане каждую секунду. И когда мы окончательно влились в общий танцпол, казалось, что разбитый вечер на мгновение стал цельным, но в моей жизни никогда не бывает всё так просто.
Стоило песне закончиться, Зои появилась из ниоткуда. Её взгляд, брошенный на Лину, с лёгкостью мог бы воспламенить бензин. Лина отступила ко мне за спину под натиском Зои.
— Лиам, там моя мама знакомит твоих родителей с Диланом, и, мне кажется, ты обязан при этом присутствовать, — Зои буквально тянула меня за собой.
— Но, Лина... — я оглянулся на девушку.
— Хорошего вечера. Напиши, когда будешь дома, — улыбнулась она в ответ и ушла.
Я злился на Зои за то, что она так себя повела, но, судя по резким движениям и хмурым бровям, Зои тоже чем-то была недовольна.
Музыка сменилась на весёлую, стала чуть тише, дав возможность снова приняться за бессмысленные знакомства, разговоры и искусственные улыбки. Зои тянула меня к родителям и Дилану, а я пытался написать Лине и попросить прощения за подругу. Пока я печатал текст, мы оказались у столика с закусками.
— Здравствуйте ещё раз, — не отвлекаясь от экрана телефона, сказал я.
— Лиам, прекрати, — голос мамы звучал настолько сладко-угрожающим, что я не смел больше отвлекаться.
Спрятав телефон в карман брюк, я посмотрел на собравшуюся компанию. И замер. Каждую клеточку тела сковал холод. А потом жар. Я не дышал. Смотрел в глаза Луи и не знал, что сделать: бежать, сдаваться, снова просить прощения, только теперь ещё и у родителей? Почему он здесь? Зачем стоит с Диланом рядом?
— Привет, я Луи, — он протянул мне руку, улыбаясь так, словно мы не знакомы. Но взгляд, наполненный ненавистью, кричал о том, что он помнит всё. — А ты?..
Он играл свою лучшую роль. Знакомился с человеком, который нанёс ему травму, причинил боль, использовал и отделался жалким извинением. А я не имел права выдать себя перед всеми этими людьми, которые считают меня хорошим человеком. И я принял его игру, протянул руку в ответ, губы дрогнули в улыбке.
— Я Лиам. Приятно познакомиться.
— Я отойду, — прервал нашу слащавую любезность Дилан.
Я видел его побледневшее лицо и подрагивающие пальцы. Он смотрел на меня с той первой секунды, как я подошёл. И я понимал, что он видел, как я танцую с Линой, как улыбаюсь ей, смотрю в глаза, касаюсь талии. Делал всё, в чём отказал ему. И в тот момент мне казалось — так нужно. Нужно показать ему, что у меня другая, что «мы» точно никогда не будет и мне не важны его чувства. И всё-таки тревога за него затмевала всё вышесказанное.
Сорваться следом за Диланом мне мешало только присутствие Луи. Его обещание отомстить, сделать мне больно эхом звучало в ушах. И время, о котором он говорил, пришло. Пришло тогда, когда появился человек, страдания которого я чувствую внутри себя. Если Луи доберётся до Дилана, я не смогу держать себя в руках.
Я вернулся домой полностью разбитым. Вечер, созданный для помощи и счастья, для меня оказался адом. Я заперся в комнате и свалился на кровать, сжимаясь, словно комок нервов. Окно было открыто. Холодный ветер трепал шторы, но мне казалось, я горю всем телом.
Единственный человек, который знал всё — Джек. Только ему я мог рассказать о своих проблемах, поэтому позвонил ему и слушал долгие, длинные гудки, играющие на нервах ещё сильнее.
— Привет! — счастливый звонкий голос друга послышался из динамика. — Как прошёл вечер?
— Дерьмовее некуда, — выдохнул я, прикрывая глаза.
Джек затих.
— Что стряслось?
— Сначала Дилан признался мне в чувствах, потом объявилась девушка, которая писала мне анонимно, а вишенкой на этом торте оказался Луи. Он был в школе, жал мне руку и знакомился, как будто впервые видит.
В трубке не слышалось ни звука. Я знал, что сейчас Джек, как и всегда в таких ситуациях, запустил руку в волосы, взъерошил их, словно так ему становится легче принять страшную информацию.
— Он не сказал, зачем приехал? — наконец-то спросил Джек.
— Нет, — я поднялся, прикрыл окно и снова лёг. — Он стоял с Диланом, когда я подошёл.
Я рассказывал Джеку весь вечер, все события. Он лишь терпеливо слушал, улавливая каждое слово. И мне на мгновение стало легче. Я чувствовал, что не один. Что Джек, пусть он и далеко, мысленно поддерживает меня и переживает.
— Может, поговорить с Луи? Может, он не собирается ничего делать, просто приехал в гости к кому-нибудь? — предположил Джек.
— Сомневаюсь. Его взгляд просто кричал о том, что мне крышка.
Мы замолчали на мгновение.
— А Дилан... что будешь делать с его признанием?
— Ничего, — я почувствовал себя совершенно обессиленным. Перед глазами стоял полностью разбитый образ Дилана. Сердце сжалось. — Ты знаешь — я не хочу никаких отношений. Я на них просто не имею права. Стоило мне появиться — и его жизнь покатилась к чертям. Что будет, если мы будем вместе?
— То есть, — в голосе Джека скользнула мимолётная грусть, — ты не отрицаешь тот факт, что это всё-таки возможно?
— Так, не переворачивай мои слова. Я точно уверен, что не прогнусь под его тоскливым взглядом.
— Но он нравится тебе?
Я мог бы сражаться до последнего, отрицать. Но Джек не тот человек, которому я могу врать. Он видит меня насквозь, как открытую книгу.
— Нравится. И мне хочется спасти его, я не могу смотреть, как ему тяжело, но... он справится. Со временем всё наладится.
— Какой же ты всю жизнь наивный и слепой, Лиам, — с тоской усмехнулся Джек.
Дилан
Я стоял на улице у машины и ждал окончания вечера. Взбунтовавшийся холодный ветер разметал сухие листья под светом фонарей. Парковка была полностью занята, никто ещё не уехал, а в окнах школы всё так же горел свет. Я крутил брелок от машины в руках, чтобы занять себя, но ничего не помогало. Хотелось кричать во всё горло, как мне больно, как хреново, как сильно мне нужна помощь, но я держался.
Видел, как Лиам танцевал с девчонкой. Её, кажется, зовут Лина. Она учится в одиннадцатом, перешла в нашу школу в конце прошлого года. Тогда все болтали о ней, пытались найти брешь в её идеальной жизни, но быстро утратили интерес, так ничего и не раскопав. Лина — девочка-цветочек. Занимается танцами, помогает приюту для бездомных животных, состоит в волонтёрском движении, да и на лицо — чистый ангел. Слишком идеальная для нашего мира. И теперь они с Лиамом знакомы. Он смотрел на неё с теплотой и нежностью, а она улыбалась в ответ.
К парковке наконец-то начали собираться люди. Я ждал маму и Зои, но их всё никак не было видно. Зато я видел Лиама. Он тенью прошёл мимо, слушая обсуждения родителей о прекрасном вечере. Сел в машину, уехал, даже не взглянув в мою сторону. Я глубоко втянул воздух, запрокинув голову к небу. Облачко пара взвилось вверх и испарилось, как моя надежда на что-то хорошее.
Я снова увидел Кертиса и Луи. Их машина стояла рядом с моей. Кертис завёл мотор, а Луи остался стоять со мной.
— Можно вопрос? — тихо спросил он, словно не хотел, чтобы кто-то услышал. Я кивнул. — Не моё дело и всё такое, но я наслышан о сплетнях о твоих отношениях с Лиамом и... он правда тебе нравится, так ведь?
Я смотрел на Луи, не совсем понимая, какая ему разница и зачем он лезет в мою и без того разодранную душу, но почему-то молча кивнул, сунув руки в карманы брюк. Люди то и дело проходили мимо, а мы так и стояли на холодном ветру — два человека, которые не общались долгое время, но сейчас именно Луи я с лёгкостью сказал то, что пытался скрывать от всех, кроме Лиама.
— Хочешь выпить? — глаза Луи блестели в свете фар уезжающих машин.
— Мм... почему бы и нет, — я пожал плечами.
Луи кивнул и заглянул к Кертису в машину.
— Мы с Диланом прогуляемся. Приду не поздно, — сказал он.
Мы дождались маму и Зои, я отдал ей ключи от машины и собирался уйти, но Зои остановила меня, отводя в сторону. Я чувствовал её раздражение нутром. Ей тоже до ужаса не понравился перформанс в виде танцев Лины и Лиама, а теперь и я выводил её из себя.
— Ты собираешься общаться с Фишерами? — она сложила руки на груди.
— Мы с Луи просто хотим прогуляться, в чём проблема?
— Это ведь ты говорил, что квартира Фишера — притон? — прошипела сестра.
Родители Кертиса были немного не от мира сего. В них всё ещё жил дух хиппи, травка и любовь. Мать и отец оба работали в IT-сфере и с лёгкостью могли передвигаться по стране, не привязанные к офису, поэтому дома они бывали редко. Колесили по Америке и слали фотографии из разных городов. Кертису это было на руку. Он постоянно кого-то приглашал, устраивал вечеринки. У него собирался весь сброд, который только можно представить. Зои знала об этом, и её обоснованно пугала моя связь с Фишером-младшим, но сейчас мне нужно было просто отвлечься и плечо, в которое можно поплакаться о печальной любви.
— Зои, всё будет хорошо, — вздохнул я, приобняв её за плечи. — Я знаю, что ты очень за меня переживаешь, но у меня всё ещё есть голова на плечах, и я могу анализировать происходящее. Не нужно читать мне нотации, как умалишённому. Спокойной ночи.
Я вернулся к Луи, оставив сестру возле машины. Мы пошли пешком. Осенний Эшвилл затягивали тучи, но дождь всё никак не начинался. Мы шагали в сторону ближайшего бара по улице, и тяжесть в груди отступала на свежем воздухе.
— Бар — это, конечно, хорошо, но как мы туда попадём? — опомнился я.
— Ты забыл, что я брат Кёртиса? Этот прохвост купил поддельное удостоверение всем своим близким, а мне и вовсе подарил на День Конституции. Ну, и в «Вино Веритас» знакомый охранник.
Я рассмеялся. Неудивительно. Иногда мне казалось, что семья Фишер в целом отвечает за весёлую жизнь в городе.
— Ты вообще как, в гости? — спросил я.
— Отцу предложили командировку в Германии, мать решила поехать с ним, а я умолял оставить меня дома, но из всех более-менее подходящих вариантов родители выбрали отправить меня к Кёртису. Опрометчиво, — хмыкнул Луи.
— Будешь учиться в нашей школе?
— Да.
Я улыбнулся своей глупой выходке. Если Луи с нами надолго, выкладывать ему все свои проблемы совершенно не стоило, но я уже начал, и останавливаться не было смысла. Луи вселял доверие. Он не был похож на человека, который обожает сплетни. Может, всё дело в том, что он не из Эшвилла...
В бар нас пропустили с лёгкостью. Охранник и не подумал спросить документы. Мы уселись за дальний столик, в угол, куда едва падал слабый луч света. Перед выходными зал наполнился народом, и мы с трудом нашли место. Кавер-группа настраивала аппаратуру, готовясь к выступлению, официанты бегали от столика к столику. Было так шумно, что все мысли в голове путались, словно кто-то хорошенько меня встряхнул, как шар с предсказаниями.
Луи заказал нам коктейли, поклявшись, что это лучший коктейль в этом баре. А мне не было разницы, чем травить себя.
«Пообещай не травить себя наркотиками и алкоголем. Пообещай не делать глупостей», — слова Лиама звучали в памяти. Я усмехнулся.
Я не обещал. Я промолчал. Это ничего не значит.
— Так что с Лиамом? — спросил Луи, облокачиваясь о стол, чтобы быть ближе ко мне.
— Я признался ему в чувствах, он сказал — ничего не может быть. Вот и всё.
— Я тебе так скажу, — Луи притих. Официантка принесла заказ и тут же снова убежала. — Как человек, который видел его впервые, заявляю, что ты ему очень небезразличен. Я видел его взгляд, когда ты ушёл: надломленный, потерянный, ему было жаль, что тебе плохо.
Луи замолчал. Отпил коктейль. Я тоже. Его слова звучали как мёд — сладко, приторно. И я знал, что он прав. Лиам переживал обо мне, иначе не стал бы постоянно вытягивать из передряг и просить быть осторожным. Но факт оставался фактом — он отказал мне.
— Может, и небезразличен, — пожал я плечами, — но недостаточно, видимо. Слушай, я не хочу ещё больше думать об этом сегодня. Давай просто напьёмся уже.
Луи лишь кивнул и поднял бокал.
— За то, чтобы Лиам одумался! — воодушевлённо произнёс он и выпил, чем вызвал у меня нервный смешок.