Отблеск алого цвета
Вечеринка в самом разгаре. Все мои друзья празднуют вместе. Вот только я не с ними. Я плохо себя чувствую. Нет, у меня не болит живот или голова - мне плохо от осознания того, что я им не нужна. Я уже целый час лежу здесь и тщетно пытаюсь найти хотя бы одну причину, чтобы остаться в живых. Я никому не нужна, у меня нет ни одного человека, чтобы остаться. Да, я хочу совершить суицид. И это не просто мимолётная идея. Я думала над этим поступком уже больше двух месяцев. Мои друзья - им и без меня прекрасно, не буду портить их настроение своим присутствием. Родители - папы у меня больше нет, а мама... Я её очень люблю, но её непонимание строит между нами стену. Для неё школа и вообще подростковый возраст - это весело, это беззаботное детство, которое было у неё когда-то. Но она не права. На неё не давили уроки и домашние задания, которые она делала до самого утра. Над ней не смеялись все сверстники поголовно за неидеальную фигуру. Она не плакала по ночам, закрывая рот рукой, просто потому что хочется плакать. И не просто красиво ронять слёзки на пол, а рыдать, выть во всё горло, царапать собственными ногтями своё тело. Она не знает, что это такое, когда по утрам не хочется просыпаться, когда ненавидишь отражение в зеркале, когда переходишь дорогу и всё чаще думаешь, что ты не против того, чтобы тебя сбила машина. Она не понимает этого. И, к сожалению, уже не поймёт. Брат - у него своя жизнь. Я, конечно, переживаю за него, но по-другому я не могу. Мне слишком тяжело дышать, слишком сложно моргать, слишком трудно просыпаться каждое утро. Дима - что тут скажешь. Одним словом, он разбил мою жизнь. Я поступлю с ним также. Может, он поймёт, как мне было больно. Может, и нет, мне будет уже всё равно. И всё - мне больше не для кого жить!
Я всегда говорила, что мне никто не нужен, но на самом деле никому не нужна я.
Отложив книгу в сторону, я легла под одеяло. Я не знаю, сколько я так пролежала, но согреться мне так и не удалось. Холод добрался до самого сердца. И скоро оно перестанет биться.
Вскоре полная Луна сменилась первыми лучами солнца. Всю ночь я не сомкнула глаз, свою последнюю ночь я провела в одиночестве. Я вышла из комнаты, прошла по коридору. Последняя надежда найти смысл не умирать погасла. Уже навсегда. Все спят. Меня никто не остановит. Меня никто не спасёт.
В майке и шортах, босиком, я вышла из квартиры, захватив с собой только чёрный маркер. Выйдя на крышу дома, я почти не почувствовала холода - не смотря на то, что стоял конец февраля, а на крыше лежал снег. Я подошла к краю. Сняла все браслеты и кулоны, которые хранила, как самые ценные воспоминания, кроме одного. Дима подарил мне кулон, полый внутри, чтобы туда можно было что-нибудь положить. Я выдохнула, подняла глаза к небу и увидела, как последняя звезда потухла, дав начало новому дню. Время закончилось. Отсчет прекратился. Пульс навсегда замер.
Я со всей силы выкинула вперёд наши талисманы, разбежалась и прыгнула за ними. Раскинув руки, закрыв глаза и наслаждаясь секундным полётом.
"Прости!" Удар. Тишина.
***
Дима, Даниил, Иван, Женя, Макс, Мариэлла, Алиса... Кого-то не хватает. Киры. В их душах навсегда останется пустая, мёртвая часть души, в которой она жила и дарила тёплый, согревающий свет. И в этой части души теперь навсегда останется холод. Один только холод.
*** Несколько часов назад
- А где Кира? - Мариэлла пребывала в крайнем возмущении, - я же попросила, чтобы пришли все!
- Не кричи, - спокойной ответил Дима, - она спит.
- Ну, и что? - не унималась Мари.
- Он прав, - обняла её за плечи Алиса, - Давай не будем её будить? Она вчера так переживала, как мы сдадим экзамен. Даже больше, чем за себя.
- Да, ей надо отдохнуть, - полностью убедил Мариэллу Иван.
- Хорошо, тогда завтра с утра надень ей на руку вот это, - она положила на ладонь Димы миниатюрный кулон в форме пазла с водой внутри. Такого же глубокого цвета, как её душа.
- А что это? - тут же спросил он, бережно разглядывая хрупкое украшение.
- Это символ нашей дружбы, - Мари раздала каждому по кулону-пазлу. У Димы внутри был застывший огонь, который у него в крови, у Алисы сердце, которое видит всё, что нельзя увидеть глазами, у Даниила кусочек старинной бумаги с высказыванием о любви, которая будет вечно - между ним и Алисой - и никогда не угаснет. У Макса внутри были перья, чтобы он никогда не забывал о крыльях за спиной. У Жени кулон говорил о всегда разумных действиях, он всегда видел выход из ситуации - ему достался ключ от всех дверей. У Ивана это была маленькая книга, находящаяся внутри стеклянного кулона - знак того, что читая, он обращается к себе и быстро находит ответ между строк, и это не только книги. А у самой Мариэллы остался кулон с блёстками внутри, меняющими свой цвет в зависимости от пульса, - Это символ нашего единства. Мы все разные, но вместе мы - одно целое. Мы непобедимы, мы можем всё. Когда вместе...
***
Семеро подростков стояли вокруг одного не дышащего тела. Никто не верил, что она так поступила. Она всегда улыбалась, на вопрос "Как дела?" у неё был только один ответ "Всё прекрасно", только в разных вариациях. Кроме улыбки, на её лице не играли другие эмоции. И только сейчас в памяти начали всплывать моменты, когда можно было заметить, что её улыбка фальшива. Увидеть, что она мёрзнет, хотя шутит, что ей никогда не холодно. Можно было понять, что в секунды, когда звучал её звонкий смех, она готова была расплакаться. Можно было. Но никто не заметил. Никто не согрел. Да, она никогда не говорила о желании умереть - она просто не могла об этом говорить, так ей было страшно при одной мысли об этом - она могла только смотреть чуть не плачущими глазами и умолять, чтобы ты увидел, как сильно ей не хочется жить. Но ни один из её друзей не распознал фальшивой улыбки. Ни один, даже Дима. Никто не увидел. В самые тяжёлые минуты. Никого не оказалось рядом. Она слишком долго была сильной для всех. Она надеялась, ждала, кричала всей душой, но никто не дал ей возможности быть слабой. И тогда - в ту минуту, в тот миг - слабость взяла над ней верх. Слабость, равная смерти.
Дима подошёл к ней, перевернул на спину, откинул волосы с лица. Казалось, вот-вот, и она откроет глаза, засмеётся и скажет, что всё это шутка. Еще секунду и она жадно вдохнёт и обнимет всех по очереди. Еще немного и выяснится, что это просто спектакль. Но это реальность. Никто больше не посмотрит в её глаза - глубокого зелёного цвета. Никто и никогда больше не услышит её заразительного смеха, не увидит её очаровательной улыбки. Дима хватает её холодную руку, и его сердце замирает. На ней написано всего два слова чёрным фломастером. "Доброе утро". Два слова, которые он говорил при каждой встрече. Два слова, стоящие жизни.
Его рука невольно провела по её шее. Он заметил кулон, который подарил ей на день рождение. В их маленьком тайнике он нашел последние слова, обращённые к нему лично "Ваш разговор - тишина. Я буду всегда слышать его, когда буду молчать".
Никто не понимал, зачем самая счастливая девушка, которую все они знали, рассталась с жизнью. И только Дима понимал всё до последних мелочей. Наконец, он понял, насколько стоящими для Киры были его слова, жесты, взгляды. Всё. Весь он был для неё важен. Её убила реальность. И даже не их разговор, а тишина после этого. Да и до этого тишина убивала её. Но, наконец, она закончила. Дима почти всё время был где-то неподалёку. Но в самую нужную минуту его сердце не дёрнулось, его дыхание не прервалось, его сознание осталось в покое. Все знали - Кира сильная, она справится со всем. Но это была маска, всего лишь грим. Который развеялся в тишине. Который унес первый луч солнца. Первое предательство. Первый день весны. Дима уронил на руку Киры, которую он до сих пор держал в своей, одну-единственную слезинку. И сложил в её ладонь предназначавшийся ей одной кулон. Который он не успел ей надеть. На несколько минут не успел.
***
Полиция, скорая, какие-то люди. Суета, которая ничего не изменит. Не желая смотреть на беготню незнакомых людишек, Дима, Макс, Женя, Иван, Алиса, Мариэлла и Даниил пошли в сторону дамбы. Только вода сейчас могла помочь. Отойдя от дома на несколько метров, все одновременно обернулись. Картинка реальности никак не хотела складываться в одно целое. Никого не отпускало чувство, что сейчас вся эта суматоха закончится, что мы выберемся отсюда, что это не может быть правдой. Сколько бы раз они все вместе не оказывались в сложных ситуациях, они выбирались. Они справлялись, они могли всё. Пока были вместе. Но ничего не происходит. Всё остаётся по прежнему. Факт остаётся фактом - Кира уже спрыгнула с крыши. Она уже не будет дышать и смеяться. Она уже не откроет глаз, в которых он видел свою жизнь.
Дима резко упал на землю и стал затыкать уши, как будто слышал душераздирающие вопли. Но вокруг стояла только тишина. И после её поступка он больше не смог переносить тишину, музыка стала для него воздухом. Без звуков он не мог существовать. Он начинал слышать её мысли, которые перебивали друг друга за секунду до её смерти. И он понимал, насколько же ей было больно! Он почувствовал, как кислород разъедал ей легкие, как холод не давал вдохнуть, как одна фраза каждый день убивала в ней желание продолжать. Он почувствовал, что убил её. Сам.
Проходя по дамбе и смотря на синюю рябь, каждый думал о том, чего не успел сказать ей. Дима шёл с отрешённым видом, но каждый, кто стоял рядом, знал, какая буря сейчас громит и разрушает его душу, его жизнь, его самого. Он просто молил Бога, чтобы Кира осталась жива. Он просто надеялся на чудо. Он вспомнил, как Кира говорила и верила в одну свою любимую фразу:
- Всё можно исправить!
И теперь все его мысли крутились вокруг трёх слов. И только один ответ крутился на его языке:
- Уже слишком поздно.
И всё-таки было что-то такое невесомое и неосязаемое, что твердило. Это еще не конец.
Звонок. Врач. Кира не умерла, но состояние такое, что всё может изменится в один миг. Тогда Дима просто сел на снег и стал умолять её остаться, держа в руках её кулон и все те браслеты, которые она носила при себе с момента их знакомства. Неожиданно украшения стали жечь ему руки. Не успев подумать, он выкинул в реку всё, кроме кулона с океаном.
- Что ты сделал? - кричали друзья, - Это же всё, что от неё осталось! Неужели она для тебя ничего не значит?
Но он знал, что поступил правильно. В прошлом было столько боли, столько переживаний, столько смерти и издевательств, что она не смогла это выдержать. И он не смог бы.
Опять звонок.
- Срочно приезжайте.
Зайдя в палату, Дима вновь окунулся в её мысли. Но теперь это не хаос безумных оборванных фраз. Это бессвязные обрывки:
- Дима!.. Не уходи!.. Останься со мной!.. Будь со мной!.. Со мной... Всегда...
- Тихо, тихо, - он взял её за руку, - Я здесь, с тобой. Я никуда от тебя не уйду. Никогда. Слышишь? - теперь он ждал ответа, его сердце замирало, дыхание обрывалось, руки то холодели, то вновь наливались теплом. А ответа всё не следовало. Тишина была его ответом. Он поцеловал её самым нежным способом и надел кулон. Кулон цвета её души. Он чувствовал, что от этого зависела её жизнь. И так оно и было.
Но на этот раз сказка не стала реальностью. Он исполнил её последнее желание. Он отпустил её. Всё это время он держал в руках её душу. И теперь её ничто не держит. Она выдохнула. Её счётчик остановился. А вот для него отсчёт начался. 40 дней. 40 дней до его темноты.
Дима целый месяц - ровно 31 день - искал лучших врачей, пробовал любые лекарства, разговаривал с Кирой обо всём, делал всё, что только можно было. Но минуты уходили, часы убегали, дни неизменно растворялись и утекали в прошлое. Еще 9 дней, и он оглохнет для всех прекрасных звуком этого мира. Еще 9 суток, и он ослепнет перед рассветами и закатами этой планеты. Только 9 ночей, и огонь в его крови навсегда станет пеплом.
Неделя пролетела, как искра - вспыхнула и тут же погасла. Осталось два дня. Только два дня. И Дима понимал - через 48 часов его душа погибнет. И он уже ничего не может изменить.
Утром он пришёл, чтобы поговорить с Кирой в последний раз.
- Прости меня, - прошептал он, непрерывно глядя на её ресницы, - Я не мог тебя понять тогда. Но сейчас я не знаю, как бы поступил сам. Мой огонь стал твоим. А по моим венам растёкся твой океан. Ты стала моим наркотиком. И теперь у меня ломка. Я не могу без тебя. При одной мысли о тебе, мне сдавливает лёгкие, и я не могу вдохнуть. Ты во всём - в тишине и в словах. В смехе и слезах. В солнце и в Луне - только ты. Ты - моя вселенная. Ты - мой воздух, - в тишине, которая обволакивала его уже 39 дней, он услышал тихий шёпот. Её шёпот.
- Тишина. Твой ответ. Тишина...
- Да, - он вновь попытался увидеть её глаза, но это было невозможно, - Да, теперь тишина - мой мир. Вечная тишина - мой ответ. Бескрайняя тишина глубокого зелёного цвета. Я наконец, понял тебя. Понял каждой песчинкой своего существа. Но понял слишком поздно.
Этой ночью Диме всю ночь виделась свеча. В пламени он смог различить знакомые черты лица. Всю ночь Кира смотрела на него. Просто смотрела, потому что больше ей этого никогда не удастся. А воск плавился. А свеча догорала. А воздух неумолимо заканчивался. И в последние минуты она прошептала ему последние слова:
- Всё. Можно. Исправить, - последний дым рассеялся в ночной тишине. Но её лицо всё еще стояло у него перед глазами. Он наконец-то, понял, что она всё еще умоляет о спасении.
Он соскочил с кровати, поднял на уши всех друзей. Вскоре они все были рядом с Кирой.
- Зачем ты собрал нас в такую рань? - прошипела Мари, - Или уже с катушек съехал? - Дима ничего ей не ответил, а лишь сорвал с неё медальон. Взял все кулоны друзей и соединил их вместе. Оставался последний. Кулон глубиной с человеческую душу. Обведя всех взглядом, он соединил пазл вместе. И только сейчас он до глубины души понял слова Мари в ту лунную ночь. Вся картинка целиком создавала одну единую стрелу. Медальон мариэллы, работающий от пульса, из чёрного цвета бездны вспыхнул огненно-красным, озарив всю комнату алым отблеском. Потом еще раз. Потом еще один. Потом стал ускоряться и уверенно указал на то, что Кира жива.
Дрожащей рукой Дима дотронулся до её холодного запястья. Его дыхание замерло. Его сердце на доли секунды остановилось. Он не поверил своему счастью, когда в его пальцах слабо, но уверенно отдался пульс. Она вдохнула, открыла глаза. Улыбнулась и сказала фразу, которая стала тайной:
- Доброе утро...