Дитя тьмы

Мой ТГК "Шепот на краю Стикса"
https://t.me/DaughterofHades666

Дождь обрушивался с небес сплошной, непроглядной стеной. Не пасмурная погода, а нечто большее - грозовые тучи, готовые разверзнуться громом, но хранящие зловещее молчание, давили на землю всей своей свинцовой тяжестью. Трое полубогов и сатир, словно стая затравленных оленей, мчались сквозь чащу, лавируя между мокрыми стволами. Каждый шаг отдавался глухим хлюпаньем по размокшей земле, и в этом была своя надежда - ливень смоет их следы, даровав им драгоценную фору.
Наконец, силы начали иссякать. Они остановились, прислонившись к коре гигантского дуба, их груди вздымались в такт учащённому, сбивчивому дыханию.
- Ух... Что... дальше?
Выдохнул Гровер, с трудом ловя воздух.
- Мне кажется, или мы уже слишком далеко забежали?
Опасливо огляделся Перси. Аннабет, её взгляд был остёр даже в изнеможении, быстро провела глазами по окружающему лесу. Адара же, отойдя чуть в сторону, разминала кисти рук. От неё исходил лёгкий, почти призрачный пар, словно её тело было раскалённым металом, остывающим под ледяным душем.
- Эй... Ты в порядке?
Спросил Перси, замечая это странное явление.
- Да
Коротко бросила она, не глядя.
- Но от тебя прямо-таки дымится
Не унимался он.
- У неё горячая кровь
Пояснил Гровер, потирая свои от холода руки.
- Буквально.
Перси лишь кивнул, принимая этот очередной странный факт их общей реальности.
- Идём дальше
Твёрдо заявила Аннабет, выпрямившись.
- Куда? В самую чащу? - голос Гровера дрогнул.
- Нам нельзя стоять на месте. Здесь мы - лёгкая добыча.
Четвёрка снова двинулась в путь. Аннабет невольно вздрогнула - её футболка промокла насквозь, и холод проникал до костей. Адара, не говоря ни слова, сняла с плеча свою тёплую кофту и протянула подруге.
- Спасибо
Тихо сказала Аннабет, с благодарностью кутаясь в сухую ткань.
Они шли, уставшие и сосредоточенные, и сначала не заметили, как лес вокруг начал меняться. Дождь внезапно прекратился, будто кто-то перекрыл небесный кран. Свет, и без того скудный, стал угасать, уступая место густым, почти осязаемым сумеркам. Деревья стали выше, их ветви, переплетаясь, образовывали плотный, непроницаемый полог, напоминающий зловещий Запретный лес из лагерных легенд.
- Мне одному кажется, что тут что-то не так?
Робко прошептал Гровер, его козлиные ноги замерли на месте.
- Действительно
Беззвучно согласилась Адара. Воздух стал неподвижным и влажным. По земле, цепляясь за корни и опавшие листья, стелился лёгкий, молочно-белый туман.
- Что это?
Спросил Перси, и его голос прозвучал неестественно громко в наступившей тишине. Жуткая, гнетущая тишина. Она давила на уши, заставляя слух напрягаться до предела, пока единственным, что можно было расслышать, не становился собственный стук сердца - гулкий и учащённый. Темнота сгущалась с неестественной скоростью.
- Слишком рано для темноты
Холодно констатировала Адара. Они продолжали идти, но теперь их движения были отточены и осторожны. Перси не выпускал из руки рукоять «Анаклусмоса», его пальцы судорожно сжимали меч. Адара шла, сжимая свой кинжал, всё её тело было напряжено, как тетива лука, готовая в любой момент выпустить смертоносный выпад. Аннабет сжимала свой бронзовый нож, её взгляд метался, пытаясь пронзить сгущающийся мрак.
- Народ...
Гровер внезапно замер и дрожащим пальцем указал вперёд. На стволах деревьев, прямо на тёмной коре, были нарисованы глаза. Небрежные, но пугающе живые, они словно следили за пришельцами из каждого уголка этого кошмарного леса.
- Это... жутко
Сдавленно прошептал Перси, и его слова повисли в мёртвом воздухе, не находя ответа. С каждым шагом вглубь чащи первобытный инстинкт кричал в них всё громче, требуя немедленно повернуть назад. Нарисованные на коре глаза, казалось, провожали их, безморгающие и полные немого злорадства. Воздух стал густым и сладковато-гнилостным.
Продвигаясь дальше, они начали замечать странные плетёные узлы, свисающие с оголённых ветвей как мрачные рождественские украшения. Сделанные из шерсти, костей и перьев, они напоминали то ли первобытные обереги, то ли зловещие подобия браслетов.
Гровер, дрожащей рукой, сорвал один из узелков.
- Мне не по себе
Прошептал он, разглядывая костяную бусину, вправленную в центр. Перси в это время наткнулся взглядом на груду побелевших костей и череп, неестественно ярко белевший в полумраке. Аннабет заметила брошенные вещи у подножия вяза. Она осторожно подошла ближе: это была не просто забытая поклажа, а то, что от неё осталось. Порванная в клочья одежда, рюкзак с торчащим из кармана потухшим фонариком, пустая фляга и несколько монет, рассыпанных по мху как забытые слезы
Адара не трогала находки. Она стояла, взобравший в себя, и медленно вращалась на месте, её тёмные глаза сканировали каждую тень.
- Мы не одни
Мрачно констатировала она.
- Фурии?
Предположил Перси, готовый в любой момент взметнуть меч.
- Нет.
Адара медленно подошла к дереву, испещрённому глубокими царапинами, будто по нему точили когти. Она провела пальцами по шрамам на коре.
- Мы в ловушке.
- Так и думал, что мы опять попали в передрягу
Простонал Гровер.
Аннабет подошла к подруге.
- Думаешь, именно он?
Адара покачала головой, её взгляд был устремлён в глубь леса. Перси не выдержал:
- Кто «он»?
- Вендиго
Ответила Адара, и это слово повисло в воздухе, холодное и острое, как лезвие ножа.
Гровер съёжился, словно от удара.
- Кто?
Переспросил Перси, чувствуя, как по спине бегут мурашки.
- По-простому - «дух-людоед»
Пояснила Аннабет, сжимая свой бронзовый нож.
- Аа... Может, расскажете чуть подробнее?
Голос Перси дрогнул.
Адара повернулась к ним, её лицо было маской спокойствия, но в глазах плясали отсветы древнего ужаса. - Существо, некогда бывшее человеком. В того, кто вкусил человеческой плоти, вселяется дух голода и зимы. Он выжигает изнутри всё человеческое, оставляя лишь бесконечную, ненасытную жажду. В конечном итоге он превращается в кровожадного монстра, быстрее ветра, сильнее медведя и хитрее змеи.
- От этого не легче
Сдавленно выдохнул Перси.
- Тогда надо уходить!
Пискнул Гровер.
- Мы на его территории
Холодно возразила Адара.
- Это значит, он уже знает, что мы здесь. Вендиго, как никто другой, способен наслаждаться охотой. Он будет гнать нас, как стаю диких оленей, пока мы не выбьемся из сил.
- И вы говорите об этом только сейчас!?
Взвизгнул Гровер.
- Будто мы знали, что идём прямо в лапы к людоеду!
Огрызнулась Аннабет.
ХРУСТ.
Ветка громко хрустнула где-то в кромешной темноте, совсем рядом. Четверка замерла, слившись в едином порыве ужаса. Сердца заколотились в унисон, выстукивая дикую, первобытную барабанную дробь.
- А у него есть... какие-то слабости?
Едва слышно прошептал Перси, не в силах оторвать взгляд от чёрной пустоты между деревьями.
Аннабет медленно, почти незаметно, покачала головой, её глаза были полеты страхом.
-Не знаю.
Тишина, наступившая после того зловещего хруста, была хуже любого звука. Она была густой, тяжёлой, вязкой, как смола. Она давила на барабанные перепонки, заставляя их ловить лишь бешеный стук собственного сердца. Воздух, и без того холодный, будто застыл до абсолютного нуля. Каждый выдох превращался в клубящееся облачко пара, и эти облачка застывали в неподвижном воздухе, словно призрачные памятники их страху.
Они стояли спиной к спине, образовав живое кольцо из стали и страха. Перси сжимал рукоять «Анаклузмоса» так, что пальцы затекали. Аннабет водила своим бронзовым ножом из стороны в сторону, её взгляд, обычно такой ясный и аналитичный, был диким и растерянным. Гровер дрожал мелкой, неконтролируемой дрожью, а его копытца беспомощно скребли по промёрзшей земле.
Адара была статуей. Неподвижной, высеченной изо льда и тени. Её кинжал не дрожал ни на миллиметр. Она не дышала, вся превратившись в слух, в зрение, в ожидание. Она смотрела не глазами, а кожей, нервами, пытаясь уловить малейшую вибрацию угрозы.
И тогда они почувствовали его.
Сначала это был не звук, а ощущение - ледяная волна, исходящая из чащи. Запах, что предшествовал ему, вонзился им в ноздри - смесь старой крови, промёрзлой земли и гниющего мяса, сладковато-тошный аромат склепа.
И тогда из тьмы, из-за ствола исполинской ели, медленно, почти невесомо, выплыла фигура.
Она была до ужаса неестественной. Невероятно высокая, худая до скелетообразного состояния, так что рёбра проступали сквозь полупрозрачную, серую, как трупная кожа, плоть. Её конечности были слишком длинными, с суставами, изгибающимися под неправильными углами, заканчивающимися когтями, похожими на обледеневшие кинжалы. Но самое чудовищное - это было её лицо. Вернее, его отсутствие. Там, где должны были быть глаза, пылали две точки голубоватого, холодного огня - голод абсолютный, нечеловеческий. А вместо рта зияла чёрная дыра, из которой сочился тот самый смрад и доносился едва слышный, но пронизывающий до костей свист - звук вьюги, запертой в глотке.
Оно не двигалось. Оно просто стояло, наблюдая. Его ледяной взгляд скользнул по Гроверу, и сатир издал сдавленный стон. Он почувствовал это - древний, первобытный ужас, парализующий волю. Этот взгляд был не просто угрозой. Это было предвкушение.
- Ни с места
прошептала Адара, и её шёпот был похож на треск льда.
- Не беги. Это то, чего он ждёт.
Но Вендиго уже сделало свой ход. Оно не бросилось в атаку. Оно просто... исчезло. Не растворилось, а рвануло в сторону с такой немыслимой, призрачной скоростью, что глаз не успел зафиксировать движение. Лишь хлёсткий взмах тени, шелест сухих листьев, доносящийся уже с другой стороны, и снова - эта леденящая неподвижность, но теперь уже в десяти шагах от них.
Оно играло. Загоняло их в угол не силой, а чистым, неразбавленным страхом.
- Огонь!
Внезапно выдохнула Аннабет, её ум, наконец, пробиваясь сквозь панику, отчаянно искал лазейку, слабину.
- В легендах он боится огня!
- У нас нет огня!
Почти закричал Гровер. Вендиго снова рвануло. На этот раз оно пронеслось так близко, что они почувствовали ледяное дыхание, обжигающее кожу, как удар хлыста. Его длинная, костяная рука метнулась вперёд - не для убийства, а для игры. Коготь, острый как бритва, чиркнул по рюкзаку Перси, разрезав ткань, как бумагу. Содержимое с глухим стуком посыпалось на землю.
Это было не движение, а удар ледяного урагана. Вендиго исчезло с места в клочья завесы тьмы и появилось перед Адарой в мгновение ока, прежде чем кто-либо успел моргнуть. Его вытянутая, костлявая конечность взметнулась не для царапанья, а для сокрушительного удара - точного, молниеносного и неумолимого, словно падающая с неба глыба льда.
Удар пришелся ей в грудь, отбросив ее, как тряпичную куклу. Воздух с грохотом вырвался из ее легких. Она перевернулась в воздухе и тяжело рухнула на промерзлую землю, взметнув опавшие листья и хрустящий лед. От нее на мгновение повалил густой пар, будто раскаленный металл погрузили в ледяную воду.
Но даже прежде, чем эхо от ее падения прокатилось по лесу, Адара уже двигалась. Рука, все еще сжимавшая кинжал, уперлась в землю, мышцы напряглись, как тетивы, и она оттолкнулась, поднимаясь с неестественной, почти кошачьей ловкостью. Ее темные волосы рассыпались по лицу, но из-под этой живой завесы горели два угля - не боли, а чистой, безудержной ярости. Она не выла, не кричала. Она тяжело и ровно дышала, а ее взгляд, острый как лезвие ее же кинжала, пронзал окружающий мрак, выискивая противника.
- Где оно?!
Голос Перси прозвучал сдавленно и хрипло, прорываясь через ком страха в горле. И тогда Адара нарушила свой собственный приказ. Она не побежала. Она атаковала.
Её тело сорвалось с места с взрывной скоростью. Не чета призрачным перемещениям монстра, её движение было осознанным, смертоносным выпадом. Кинжал, чёрный, как ночь, описал в воздухе короткую, яростную дугу, целясь ву тонкую ногу существа
Но Вендиго не было там. Оно отпрыгнуло, и её клинок вонзился в пустоту с сухим щелчком. Существо теперь стояло на ветке над их головами, невесомое, как паутина. Его безглазая маска была обращена прямо на Адару, и в этих ледяных огнях читалось нечто новое - не голод, а... интерес. Любопытство хищника, встретившего добычу, что посмела огрызнуться. И тут он растворился. Там, где только что был Вендиго, теперь висела лишь ледяная дымка, медленно оседающая на землю. Монстр снова растворился в тенях, оставив после себя лишь леденящее чувство собственного бессилия и ледяной отголосок того сокрушительного удара.
Он не просто растворился. Он испарился, как мираж, оставив после себя лишь леденящее воспоминание о своём присутствии. Воздух, разорванный его движением, сомкнулся с тихим свистом, и снова наступила та гнетущая, мёртвая тишина, что хуже любого звука. Лишь тяжёлое, ровное дыхание Адары нарушало её, словно ритм работающей машины.
Она стояла, слегка сгорбившись, одна рука прижимала к груди, где остался след от ледяного прикосновения. Пар больше не шёл - её тело, казалось, вобрало весь холод внутрь, превратив его в топливо для ярости.
- Ничего
Выдохнула она сквозь зубы, и это слово было обжигающе-горячим в ледяном воздухе.
- Не ушло. Оно здесь.
Её взгляд, острый и безжалостный, скользил по стволам деревьев, сканировал переплетения ветвей, ворошил тени под валежником. Она искала не движение - его не было. Она искала саму суть холода, эпицентр этого неестественного мороза.
Аннабет, прижавшись спиной к Перси, металась взглядом.
-Оно слишком быстрое! Мы не сможем его догнать!
-Нам и не нужно его догонять
Парировала Адара, не отрывая взгляда от чащи.
- Ему нужна игра. Нужен страх. Лишите его этого.
Внезапно Гровер, который до этого момента казался готовым распластаться по земле, резко поднял голову. Его козлиные ноздри дрогнули, втягивая воздух.
-Холод...
Прошептал он.
- Справа! Движется по дуге!
Это было едва уловимое изменение - не звук, а смещение ледяных потоков в воздухе, будто невидимый айсберг медленно плыл сквозь чащу.
Адара повернула голову, её тело напряглось, как у пантеры, готовящейся к прыжку.
-Перси
Её голос был низким и чётким, как удар клинка о камень.
- Когда я скажу... ударь в ту точку. Не в монстра. В точку перед ним.
Перси сглотнул, переведя дух. Его пальцы сжали рукоять меча. Он не понимал замысла, но доверял инстинкту дочери Аида.
Тишина снова сгустилась, стала тягучей и вязкой. Давление нарастало. Они все чувствовали - Вендиго готовится к следующему броску. Оно выбирало новую жертву.
И тогда Адара увидела это. Не само существо, а его отражение - иней, мгновенно побелевший на коре старого клёна, ползущий вперёд с неестественной скоростью.
- Теперь!
Крикнула она. Перси взмахнул «Анаклузмосом» не в пустоту, а в точку в метре перед этим движущимся инеем. Лезвие прочертило в воздухе серебристую дугу.
И случилось невозможное. Вендиго, двигавшееся с непостижимой скоростью, споткнулось. Не о меч - меч не задел его. Оно споткнулось о внезапно возникшее из-под земли препятствие - острую, чёрную костяную шип, выросшую из тени, которую отбросил клинок Перси. Тень, подчинённая воле Адары.
На мгновение, короткое, как вспышка, монстр материализовался, потеряв равновесие. Его длинная, скелетообразная рука уперлась в землю, чтобы оттолкнуться. И в этот миг его ледяные глаза, горящие голодом, встретились с взглядом Адары.
В них не было страха. Было нечто иное - холодное, безразличное понимание. Ошибка. Он совершил ошибку, недооценив их.
И тогда из его глотки вырвался не вой, а низкое, гортанное рычание - звук ломающегося льда и древней, безграничной ненависти. Игра была окончена. Теперь начиналась охота по-настоящему.
Это рычание было не звуком, а физическим ударом. Оно встряхнуло заиндевевшие ветви, заставив их с хрустальным звоном осыпать лес осколками инея. Воздух сгустился до состояния ледяной воды, затрудняя дыхание, обжигая лёгкие.
Вендиго более не пряталось. Оно выпрямилось во весь свой неестественный рост, и теперь они увидели его во всей ужасающей полноте. Его кожа, серая и полупрозрачная, пульсирующая слабым светом, как гниющее болотное свечение. Длинные конечности, больше похожие на скрюченные ветви зимнего леса, были покрыты инеем, который не таял, а лишь нарастал, образуя причудливые ледяные наплывы. Холод исходил от него волнами, и трава под его когтями мгновенно чернела и крошилась, будто обугленная.
- Он... изменился
Прошептал Гровер, и в его голосе сквозил животный ужас. Аннабет, бледная как снег, кивнула, не в силах отвести взгляд.
-Игра окончена. Теперь он будет стремиться убить. Быстро.
Перси чувствовал, как его собственный пот мгновенно замерзает на висках. Он сжимал и разжимал пальцы на рукояти меча, пытаясь вернуть им чувствительность.
-Что делаем?
Адара не отвечала. Она стояла, слегка выставив вперёд свой кинжал. Её поза была неестественной - словно она впитывала холод, вбирала его в себя, чтобы превратить в оружие. Тонкая плёнка инея покрыла её кожу, но под ней сквозь полупрозрачную кожу проступали тёмные прожилки - словно корни чёрного дерева, пульсирующий со сдерживыемой силой.
Вендиго сделало шаг. Не молниеносный бросок, а тяжёлый, мерный шаг хищника, уверенного в своей добыче. Земля под его когтями промерзала на дюйм вглубь с тихим шипением. Его ледяные глаза были прикованы к Адаре. Он чувствовал в ней родственную, но враждебную силу - силу, связанную со смертью, но не с холодным забвением, а с тихим, вечным покоем земли. И это его бесило.
- Отвлекайте
Наконец прошептала Адара, и её голос звучал странно, будто доносился из глубокого колодца.
- Не давайте ему сосредоточиться на чём-то одном.
Она сама сделала шаг навстречу монстру, и там, где её нога коснулась земли, иней почернел и рассыпался в прах.
- Гровер
Резко сказала Аннабет, её ум вновь заработал с бешеной скоростью, выстраивая тактику.
- Зов леса. Всё, что можешь. Заставь корни мешать ему!
Гровер, дрожа, кивнул. Он закрыл глаза, и на его лбу выступил пот, мгновенно замерзая. Издалека донёсся треск - старая сосна медленно, против своей воли, начала наклонять ствол, пытаясь преградить путь.
Вендиго лишь издало короткий, похожий на хриплый смех, звук. Оно взмахнуло когтистой лапой, и ветер, ледяной и острый как бритва, пронёсся по лесу. Наклонённое дерево с оглушительным хрустом покрылось трещинами и замерло, словно парализованное.
- Перси!
Крикнула Аннабет.
- Вода! Влагу из воздуха! Попробуй создать стену!
Перси зажмурился, концентрируясь. Он чувствовал воду повсюду - в промёрзшей земле, в воздухе, в их собственных телах. Он изо всех сил потянул её к себе. Туман сгустился перед ними, пытаясь образовать завесу. Но Вендиго было быстрее. Оно просто выдохнуло. Струя воздуха, холодная как открытый космос, ударила в рождающиеся водяную стену, и она обрушилась градом острых, как иглы, ледяных осколков, заставив всех пригнуться.
Адара в это время продолжала свой медленный шаг. С каждым её шагом тени вокруг сгущались, становились плотнее, материальнее. Они ползли по земле, как чёрное масло, обвивая корни деревьев, поглощая иней. Она вела свою собственную битву - битву за территорию, за саму суть этого места.
Вендиго остановилось в нескольких шагах от неё. Оно понимало. Понимало, что эта девушка с горящей кровью и холодной тенью - настоящая угроза. Его голодная пасть распахнулась шире, и из неё вырвался не рёв, а тихий, пронзительный визг, от которого у Перси и Аннабет кровь буквально застыла в жилах. Этот звук парализовал волю, взывал к самому древнему, животному страху - страху быть съеденным заживо.
Но на Адару это не подействовало. Она смотрела в эти ледяные глаза, и в её взгляде не было страха. Было холодное, безразличное понимание, зеркальное отражение взгляда самого монстра.
- Ты не принадлежишь этому миру
Произнесла она, и её слова повисли в воздухе, тяжелые и окончательные, как приговор.
- Твоё место - в забытых легендах. Вернись.
И она бросилась вперёд. Но не на монстра. Она вонзила свой кинжал в землю у своих ног.
И лес вокруг них вздохнул.
Тени, которые она собирала, сгустились в единую, чёрную, пульсирующую массу. Из земли, с тихим, кошмарным шелестом, начали подниматься скелетные руки - не человеческие, а какие-то древние, покрытые вековой пылью, кости давно вымерших существ, призванные волей дочери Аида. Они не атаковали Вендиго. Они начали медленно, неумолимо обволакивать его, пытаясь сковать его ледяную плоть холодом, который был старше и глубже, чем любой мороз.
Вендиго взревело по-настоящему - впервые издав звук, полный не голода, а ярости и... паники. Оно начало рваться, ломая костяные оковы с оглушительным хрустом, но тени ползли на него снова и снова, как прилив.
На мгновение показалось, что Адара побеждает. Но цена была страшной. Она стояла на коленях, одна рука всё ещё сжимала рукоять кинжала, вонзенного в землю, а из её носа и уголков губ текла алая, почти чёрная в этом свете, кровь. Контроль над смертью, даже над такой малой редела. По её лицу из носа и уголков губ струилась алая кровь, яркая и шокирующая на фоне мертвенной бледности её кожи. Она вытерла губы тыльной стороной руки, оставив на коже грязный, кровавый след. Её чёрный кинжал всё ещё был в её руке, но тени, обволакивавшие его, рассеялись, и он снова стал просто куском закалённого металла.
- Ты... в порядке?
Выдохнул Перси, его голос прозвучал хрипло. Адара медленно кивнула, её взгляд был остекленевшим и отстранённым. Она выглядела так, будто только что провела целую вечность в схватке не с монстром, а с самой тканью мироздания.
- Он ушёл
Просто сказала она, и её голос был безжизненным и глухим, как эхо из склепа.
- Но ненадолго. Рана заставит его зализывать шрамы. У нас есть время. Не много.
Аннабет, всё ещё бледная и дрожащая, подошла к Адаре и молча протянула ей клочок относительно чистой ткани от своей рубашки. Та молча приняла её и прижала к носу, закрыв на мгновение глаза.
Гровер, наконец, рухнул на землю, его ноги подкосились.
-Я... я думал, мы все умрём
Прошептал он, уткнувшись лицом в колени.
- Я чувствовал его голод... Он был... бесконечным.
Лес вокруг них, казалось, тоже выдохнул. Давящая аутика Вендиго исчезла, и теперь это была просто глухая, холодная чаща. Морозный туман, оставленный монстром, медленно рассеивался, открывая взгляду изуродованное поле битвы - поломанные ветви, землю, исполосованную ледяными бороздами, и чёрные, обугленные пятна там, где стояло чудовище.
Перси с трудом поднялся на ноги, его тело ныло в каждом мускуле.
-Что... что это было, Адара? В конце? Ты его... ранила?
Адара опустила окровавленную тряпку и посмотрела на свой кинжал.
-Я не стала бы его убивать. Этому существу тысячи лет. Его дух слишком силён, чтобы быть уничтоженным таким клинком.
Она подняла глаза на Перси.
- Но я вонзила в него немного... покоя. Тихой смерти. Для такого существа, пожираемого вечным голодом, это хуже любой раны. Это напоминание о том, чего оно лишено. На время это его ослабит.
Она говорила это с такой ледяной, отстранённой уверенностью, что по спине Перси пробежали мурашки. В этот момент он ясно осознал, что сражался бок о бок не просто с полукровкой, а с дочерью самого Царства Мёртвых.
- Нам нужно двигаться
Сказала Аннабет, прерывая тяжёлое молчание. Её ум уже снова работал, оценивая ситуацию.
- Оно может вернуться с подкреплением. Или на шум могли прийти другие вещи. Мы всё ещё в незнакомой территории.
Она была права. Битва была выиграна, но война за их выживание только начиналась. Они были измотаны, ранены и заблудились в лесу, кишащем неизвестными опасностями. И где-то в глубине чащи раненое, униженное и разъярённое Вендиго вылило от боли и жаждало мести.

Мой ТГК "Шепот на краю Стикса"
https://t.me/DaughterofHades666