Глава 20
В помещении было темно и душно, вокруг витали клубы табачного дыма, а по углам даже в столь раннее время отчаянно храпели завсегдаи подобных заведений. Кто-то пил, кто-то ругался, у кого-то дело даже дошло до драки, а хозяин таверны, стоящий за стойкой, взирал на все происходящее с воистину ледяным спокойствием, вытирая грязной засаленной тряпкой щербатый стакан.
Сомнительно, что этим он делал посуду чище, однако его упорство, несомненно, заслуживало уважения.
— Подобные места везде одинаковы, — с усмешкой произнесла Турэ, оглядываясь по сторонам. Поглубже натянула на глаза капюшон еще одного сворованного у рассеянной хозяйки плаща, после чего повернулась ко мне. — Как домой попала.
— Позже предадимся воспоминаниям, — отмахнулась я, осторожно пробираясь через набившийся в таверну народ прямиком к хозяину заведения. Взгляд внимательно скользил по сторонам, отмечая малейшую деталь, а рука невольно легла на рукоять кинжала, закрепленного на поясе. Нападения я не ожидала, да и особого интереса у пьяных посетителей мы с подругой не вызывали, однако разумная опаска все равно оставалась.
Ловко проскочив под рукой замешкавшегося местного жителя, от которого несло брагой и тухлой рыбой, я приблизилась к стойке, запрыгнув на деревянный колченогий табурет и украдкой оглянувшись. Рядом устроилась закутанная в плащ Турэ, выжидательно постучав пальцами по деревянной столешнице, после чего уставилась на хозяина таверны, недовольно кашлянув. Мужчина перевел на нас ленивый взгляд, пару мгновений поразмышлял, продолжая вытирать грязной тряпкой не менее грязный стакан, а затем, сплюнув прямо на пол, подошел поближе и недовольно буркнул:
— Ну?
— Добрый день, уважаемый, — весело прощебетала Турэ, взяв переговоры в свои руки. Я безоговорочно предоставила ей эту честь, подперев подбородок ладонью и с любопытством рассматривая столешницу перед собой. — До нас дошли слухи, что в вашей таверне остановился один, как я понимаю, небезызвестный вам мужчина, способный оказать помощь в одном непростом деле.
Девушка склонила голову набок, а хозяин таверны чуть сузил глаза, рассматривая нас с куда большим интересом, чем раньше. Он даже оставил в покое несчастный стакан, отставив его в сторону. Отбросил тряпку, после чего, опираясь руками на стол, склонился поближе, так что теперь наши лица находились примерно на одном уровне.
— И что же двум таким пигалицам, как вы, могло понадобиться от моего постояльца? — ехидно полюбопытствовал он, хитро прищурившись, а я лишь тяжело вздохнула, покачав головой.
Ошибка, большая ошибка, нельзя недооценивать своего собеседника, потому что ты никогда не знаешь, чего от него можно ожидать.
— Думаю, мы неправильно начали, — все тем же доброжелательным тоном произнесла следопытка, а в следующее мгновение рванулась вперед.
Ее движения были быстрыми, почти смазанными, и хорошо отточенными. Нахальный мужчина не успел сориентироваться, как тут же его запястье с неожиданной силой сжали тонкие пальцы, а после в деревянную столешницу вонзился острый нож с широким лезвием. Наш собеседник испуганно дернулся, уставившись на свою ладонь, между плотно сжатыми пальцами которой торчало оружие брюнетки, после чего попытался вырвать руку и тут же едва не вскрикнул, когда запястье подозрительно хрустнуло. Поморщившись от неприятного звука, я повернула голову и лучезарно улыбнулась девушке-разносчице, ошарашено глядящей на нас. Перехватив мой взгляд, девица понятливо отступила на шаг и поспешно скрылась на кухне.
— Правило первое, — почти ласково протянула Турэ, продолжая удерживать руку хозяина таверны и не позволяя ему отодвинуться, — не стоит хамить незнакомым личностям. Я же разговариваю с вами вежливо, не правда ли?
Мужчина скрипнул зубами, явно едва удержавшись от того, чтобы не сказать брюнетке пару ласковых, и тут же тихо взвыл, буквально рухнув на стойку, когда подруга сжала пальцы на его запястье чуть сильнее. Я даже сочувственно улыбнулась, после чего едва заметно покачала головой, когда мужчина бросил на меня умоляющий перепуганный взгляд.
От былого ехидства не осталось и следа, теперь бедняга действительно боялся, осознав свою ошибку.
— Не правда ли? — повторила следопытка.
— Да... — прохрипел хозяин таверны, вновь глянув на мою подругу.
— Вот и отлично, — Турэ довольно улыбнулась, после чего демонстративно постучала ноготком по рукояти ножа, все еще вонзенного в столешницу. — Правило второе — я задала конкретный вопрос и желаю получить на него ответ. Ваше мнение меня совершенно не интересует, если в следующий раз не хотите лишиться пальца. А может, даже двух.
— Я понял... — едва не срываясь на рычание, произнес мужчина, после чего попытался разжать сведенные судорогой зубы. — Чем я могу помочь достопочтимым леди?
— Ну вот, так-то лучше, — брюнетка позволила себе короткий довольный смешок и все тем же вежливым тоном поинтересовалась, — итак, я повторюсь, где мы можем найти нужного нам человека?
— На втором этаже, третья дверь слева. Он как раз вернулся в номер, — произнес хозяин таверны, даже дыша через раз и не отрывая взгляда от легко покачивающегося ножа, который подруга с улыбкой теребила, не вынимая из столешницы.
— Вот и славно, — Турэ покосилась на меня, дождавшись согласного кивка, после чего все тем же резким движением отстранилась, без особого труда выхватив нож и спрятав его обратно на пояс. Перепуганный мужчина тут же шарахнулся назад, едва не сбив несколько полок, и прижал к груди руку с вывихнутым запястьем, рассматривая щербатую дыру в столешнице. — Благодарю за информацию.
Следопытка спрыгнула со стула, бодрым шагом направившись к лестнице, а я, на мгновение оглянувшись на волком глядящего на нас хозяина таверны, хитро усмехнулась, подмигнув ему:
— Веди себя хорошо, мы еще как-то обязательно заглянем.
Кажется, эта невинная фраза вызвала у мужчины острый приступ истерии, он презрительно сплюнул на пол, пожелав мне вдогонку много всего хорошего, после чего поспешно схоронился где-то на кухне, словно опасаясь, что я свою угрозу приведу в действие немедленно. В ответ на подобную реакцию я лишь с улыбкой покачала головой и поспешила за ожидающей меня у лестницы подругой, которая при моем приближении перебросила мне в руки один из тихо звякнувших кошелей, которые держала в руках.
— Сомневаюсь, что этого хватит, чтобы расплатиться с наемником, — недовольно пробормотала брюнетка, поджав губы. — Однако большего у этих людей нет.
— Если он здесь работает последнее время, то должен понимать, на что ему рассчитывать, — пожала я плечами, после чего взглянула на старую, давно покосившуюся лестницу, у подножия которой посапывал типичный представитель местной братии, обнимая полупустую пузатую бутылку.
— Думаешь, это сработает? — неуверенно глянула на меня Турэ, а в глубине капюшона сверкнули миндалевидные глаза. Говорила подруга тихо, из-за царящего вокруг шума я ее почти не слышала, а клубящийся густой дым забивался в легкие, не позволяя вдохнуть полной грудью.
— Бард сказал, что он единственный, кто может нам помочь, а мы зашли слишком далеко, чтобы сейчас отступать, — качнула я головой.
— Бард сказал, ну конечно, — громко фыркнула следопытка, перешагнув через пьяного мужчину и как следует наподдав ему сапогом, от чего он поднял голову, осоловело оглядываясь по сторонам и распространяя вокру
г удушающие миазмы. — Он ведь его даже не видел никогда.
— Зато сказал, где его найти, — поморщившись от отвращения, я последовала за подругой, легко увернувшись от той самой бутылки, которую пьяница решил запустить в обидчика. Пролетев над моей головой, снаряд врезался в стену и с грохотом разбился, а мужчина, перехватив мой хмурый прищуренный взгляд, тут же вновь поспешил закрыть глаза, явно притворяясь мертвым.
— И ты ему веришь? — остановившись на одной из жутко скрипящих ступенек, Турэ повернулась ко мне. В ответ я лишь пожала плечами, тяжело вздохнув:
— А у нас есть выбор?
Подруга помолчала, задумчиво закусив губу, после чего, словно соглашаясь со мной, точно так же пожала плечами и продолжила свой путь. Лестница под ногами скрипела и стонала, дымный сумрак трактира оставался за спиной, а глаза постепенно привыкали ко тьме, в которую был погружен этаж. Где-то внизу шумели посетители, однако здесь царила тяжелая, буквально мертвая тишина, лишь где-то в темноте скрипела, покачиваясь, старая керосиновая лампа, да перебирали лапками шустрые мыши.
— Жуткое место, — передернула плечами Турэ, внимательно осматриваясь по сторонам. Я от подруги не отставала, окинув быстрым взглядом длинный коридор, в котором мы оказались, после чего, отметив, что мы находимся в полном одиночестве, повернулась к хлипенькой деревянной двери.
— Кажется, это здесь, — я бесшумно скользнула вперед, после чего прислушалась к происходящему за дверью. В номере было тихо, оттуда не доносилось ни малейшего звука, я и лишь коротко кивнула, глянув на подругу.
— Как обычно? — одними губами произнесла следопытка, изогнув бровь и глядя на меня с ожиданием.
— Предлагаешь выбить дверь и вломиться в комнату с оружием наголо? — я с сомнением покосилась на небольшой кинжал в собственных руках, после чего, не говоря ни слова, толкнула незапертую дверь и скользнула в погруженную в полумрак комнатку.
Осторожно, не издавая ни малейшего звука, я прошла вглубь комнатки, до рези в глазах всматриваясь в окружающее меня пространство. Рассмотреть что-либо оказалось невозможно, и единственное, что я заметила, — занавешенный темной тканью проем окна на стене напротив. Все та же тишина служила нам плотным надежным пологом, скрадывая шаги, и я слышала лишь свое хриплое дыхание и стук собственного сердца, поэтому совершила почти непоправимую ошибку — слишком сильно сосредоточилась именно на этих звуках, не сразу сообразив, что кроме нас с Турэ в комнате есть и третий человек.
— Доброго дня, леди, — голос, раздавшийся откуда-то за спиной, заставил вздрогнуть, а в следующий момент деревянная дверь с грохотом захлопнулась.
Вместо того, чтобы оборачиваться, я рванула вперед, играя на опережение. Схватила рукой темную тряпку, занавесившую окно, после чего резко рванула ее вниз, впуская в помещение неожиданно яркий после сумрака свет, ударивший по глазам. Совсем рядом послышались быстрые шаги и грохот, потом — звон упавшей на пол стали и грязное ругательство Турэ, а вслед за этим — все тот же хриплый голос:
— Не советую двигаться, если не хотите, чтобы я перерезал вашей подруге ее нежную шейку.
Рука с занесенным кинжалом застыла в воздухе, и я захлебнулась на вздохе, застыв каменным изваянием и глядя прямо перед собой. Бледная следопытка смотрела на меня широко распахнутыми глазами, ее плащ темной тряпкой валялся на полу, рука все еще судорожно тянулась к лежащему на смятой постели ножу, однако брюнетка не рисковала шевельнуть даже пальцем, вытянувшись, как струна и косясь на острое лезвие у своей шеи. Наблюдая за беспомощностью подруги, я едва не взвыла в голос, борясь с желанием вырвать себе все волосы. Обвели нас вокруг пальца, как малых детей, а ведь еще на дракона идти собрались...
— Лира? — в мужском голосе вдруг засквозило неподдельное удивление, и я впервые додумалась взглянуть на того самого наемника, по-прежнему удерживающего у горла Турэ острый кинжал.
Высокая поджарая фигура мужчины была затянута в черный походный костюм, на плечах лежал плащ из тяжелой темной ткани, длинные светлые волосы, кажущиеся в солнечном свете расплавленным золотом, рассыпались по спине, в синих глазах на мгновение отразился яркий всполох солнца, окрасивший их в причудливый пурпурный оттенок, а правую щеку, плавно пересекая уголок губ и чуть оттягивая его вниз, уродовал безобразный старый шрам. Лицо было словно высечено из камня, вид наемника внушал страх, однако удивление в его взгляде заставило меня сначала нахмуриться, а потом — приглядеться повнимательней.
— Орвел? — судорожно выдохнула я, не веря собственным глазам. Опустила занесенную руку с кинжалом, после чего несколько раз моргнула, решив, что зрение меня подводит. — Моргот, это и правда ты?!
— Что? — вскинулась Турэ, услышав знакомое имя.
Рванулась в руках наемника, который тут же поспешно отпустил ее, после чего обернулась к мужчине, глядя на него с невероятным изумлением. Блондин, переводя взгляд с меня на Турэ, понемногу расслаблялся и отходил от шока, а в его жестком, подобном острию эльфийского клинка взгляде впервые за все время появилось что-то человеческое. Точно так же справившись с ошеломлением, следопытка втянула сквозь зубы воздух, после чего, мало заботясь о своем миниатюрном росте и хрупком телосложении, качнулась вперед, с силой заехав мужчине под дых и заставив его согнуться напополам.
— С ума сошел, так пугать! — рявкнула брюнетка, сжимая кулаки и буквально задыхаясь от ярости. — Я твоими стараниями поседею раньше времени!
— Я же не знал, что это ты, — начал оправдываться наемник, попятившись от взбешенной Турэ и выставив перед собой раскрытые ладони. — Думал, кто-то решил поживиться, хотел проучить.
— Тебе думать нечем! — огрызнулась следопытка, подхватив с постели свой нож и бросив его в старого знакомца. Тот поспешно уклонился, пропуская оружие над своей головой, а я решила вмешаться, пока нам не пришлось соскребать наемника со стен.
— Ладно, все, прекратите, — я вклинилась между старыми друзьями, смерив каждого пронзительным взглядом, после чего повернулась к Орвелу, чувствуя, как на губах вспыхивает невольная теплая улыбка. — Моргот тебя раздери, где же ты пропадал столько времени?!
— Не думаю, что стоит забивать твою рыжую головку этими ужасами, — не пожелал поделиться с нами мужчина, знакомым жестом потрепав меня по волосам, от чего те растрепались еще сильнее, после чего глянул на все еще хмурящуюся подругу. — Да ладно тебе, Турэ, я прекрасно знаю, что ты рада меня видеть.
— Я тебя просто ненавижу, — выдохнула девушка, а затем подошла ближе, чтобы тоже поприветствовать наемника.
Старина Орвел был одним из тех немногих представителей эльфийской расы, чье присутствие я могла вытерпеть в непосредственной близости от себя. Немного нахальный, в чем-то алчный, совсем не такой надменный, как другие представители лесного народа, Орвел был таким же наемником, как и я сама, не имеющий ни дома, ни семьи, ни друзей. За все время нашего знакомства он никогда не рассказывал о себе и своем прошлом, а если и говорил об этом, то всегда обязательно придумывал захватывающую историю, наполненную погонями, сражениями, льющимся рекой золотом и симпатичными эльфийками, восхваляющими храбрость светловолосого героя.
Знакомство с ним, как и с Турэ, было запоминающимся, начинающееся тем, что он пытался обокрасть нас на далеком тракте, а заканчивающееся тем, как мы втроем отбивались от напавших на нас тогда разбойников. После этого виделись мы редко, всегда абсолютно случайно, однако я прекрасно знала, что в мире, помимо следопытки, есть хотя бы один человек, которому я могу доверить и свою тайну, и свою жизнь.
— Рассказывайте, что у вас случилось, — произнес Орвел, когда радость от встречи пошла на убыль, а конфликт между блондином и брюнеткой был исчерпан. Устроившись на подоконнике и подобрав под себя ноги, я переглянулась с пожавшей плечами подругой, развалившейся на постели, после чего тяжело вздохнула, решая, как лучше преподнести эльфу необходимую информацию.
— Нам нужна помощь в непростом деле, и один человек сказал, что нам стоит обратиться к тебе, — начала я, взглянув на собеседника. — Если быть точнее, нам нужно проникнуть в арсенал за хранящимся там оружием.
— Вы шутите? — эльф изогнул бровь, дернув губами в усмешке, от чего шрам показался еще более жутким. — Я с первого дня нашего знакомства знал, что вы безумны, но не столь же... Ты знаешь, что твоя физиономия на каждом столбе красуется? — Орвел повернулся к тут же надувшейся следопытке.
— Нас уже успели просветить, — недовольно отозвалась Турэ, закатив глаза. — Однако дела это не меняет, после Мирквуда у нас совсем не осталось оружия, а нам нужно...
— Постойте, — поднял руку наемник, обернувшись ко мне. — Мирквуд, значит. Вам не кажется, что мне следовало бы кое о чем знать? — в голосе мужчины зазвенела сталь, а я, безрадостно глянув на брюнетку, согласно кивнула, понимая, что лучше сразу объясниться со старым другом.
Рассказ много времени не занял, оказавшись совсем коротким, однако, несомненно, красочным. Пока я говорила, Орвел молчал, покусывая губы, к середине повествования поднялся на ноги, принявшись мерить шагами комнату, а под конец застыл прямо напротив меня, отчаянно хмурясь и сложив руки на груди. Спина отозвалась ноющей болью, когда я говорила о времени, проведенном в Лихолесье, я поморщилась, пытаясь скрыть гримасу боли, однако ушлый наемник тут же меня раскусил, недовольно хмыкнув и покачав головой.
— И сейчас вы со своим отрядом тайком пробрались в Эсгарот, где собираетесь украсть оружие и откуда хотите отправиться на Гору, чтобы убить огнедышащего дракона, — голос мужчины буквально сочился ядом. — Я ничего не забыл?
— И получить много золота, не забывай, — жизнерадостно добавила Турэ, и Орвел только закатил глаза, закрыв лицо руками. Тяжело вздохнул, после чего вновь глянул на меня.
— Скажи мне лишь одно, зачем ты вообще ввязалась в эту историю?
— Бильбо мой друг, — хрипло ответила я, повернувшись к окну и рассматривая шумящий внизу город. Солнце, уже достигшее зенита, сейчас плавно катилось по небу, и я понимала, что времени для составления плана у нас осталось не так много, как хотелось бы. — К тому же, я искренне хочу помочь гномам. Ты сам прекрасно понимаешь, что это такое, когда у тебя нет дома.
После моих слов Орвел скривился, словно у него разом все зубы заболели, а затем отошел от меня, вновь пройдясь по комнате и задумчиво покусывая губу. Я голоса не подавала, предоставляя возможность мужчине обдумать сложившуюся ситуацию, а Турэ жестами показала мне, что стоило бы поторопиться, в ответ на что я лишь неопределенно мотнула головой. Я прекрасно знала, что Орвел поможет забраться в арсенал, я прекрасно знала, что он подскажет, как потом выбраться из города незамеченными, оставалось только дождаться, пока наемник сам для себя все решит.
— Оружейная находится неподалеку отсюда, — вдруг произнес он, замерев посреди комнаты. Повернулся к нам с подругой, после чего, быстрым шагом подойдя к окну, на подоконнике которого я сидела, указал пальцем на непримечательное здание с потрескавшейся черепицей на крыше. — Главный вход заперт, его охраняют двое стражников, еще двое — у пристройки, выходящей прямо на дом бургомистра. Поэтому единственным путем, чтобы пробраться туда, будет окно на втором этаже с западной стороны. Там пустующие доки, жители в том месте бывают редко, в основном — это пьянь и тому подобное отребье.
— Когда сменяется стража? — к нам подошла Турэ, протиснувшись мимо Орвела к окну и тоже рассматривая здание почти напротив.
— Дважды за ночь, — ответил эльф. — В полночь и перед рассветом. Можно было бы, конечно, оглушить стражников, вскрыть замок и проникнуть через дверь, но может подняться шум, а ночью по городу ходят патрули.
— Тогда полезем через окно, — решительно произнесла я, переглянувшись с подругой. — Пойдем перед полуночью, стражники будут уставшие, возможно, даже позволят себе подремать. Если сумеем двигаться быстро и бесшумно, они нас и не заметят.
— Это отряд гномов-то? — с сомнением покачала головой следопытка, однако тут же согласно вздохнула. — Впрочем, дело твое, да и выбора у нас, похоже, нет.
— Вам нужен будет кто-то, кто подаст сигнал, что путь чист после обхода патруля, — подметил Орвел, обратив на себя внимание. — Я пойду с вами, смогу не привлекать лишнего внимания или уведу стражников, если что-то пойдет не так. В тех же доках есть лодки, в основном — старые и дырявые, однако пару дней назад я заприметил там одну вполне себе неплохую. К тому же, если будете уплывать на лодке, вам понадобится тот, кто сможет ею править.
— Учти, денег мы тебе не дадим, — тут же вмешалась следопытка, хитро покосившись на наемника и вызвав у меня веселую усмешку.
— И не надо, я и так их уже взял, — эльф довольно ухмыльнулся, продемонстрировав ошарашенной девушке небольшой кожаный кошель, до этого лежащий у нее в кармане. Брюнетка возмущенно пискнула, пытаясь выхватить украденное, однако Орвел, легко перехватив Турэ, глянул на меня. — Мне не нравится ваша затея, Ллир, однако я помогу.
— О большем я и просить не смею, — благодарно кивнула я, ухватив за воротник пытающуюся задушить наемника следопытку.
Казалось, что время тянется бесконечно долго, однако когда мы, тщательно все обсудив и продумав план до мельчайших подробностей, выглянули в окно, оказалось, что уже вечереет. Над озером вновь собирался туман, возле дома бургомистра понемногу зажигались фонари, а люди, завершив свои повседневные дела, скрывались в домах, ужиная и готовясь к долгожданному отдыху. Разогнув ноющую спину и сладко зевнув, я потерла кулаком глаза, после чего обвела комнату немного осоловевшим взглядом. Турэ, как и я, постепенно начинала клевать носом, Орвел все еще задумчиво рассматривал почти полностью исписанный пометками пергамент, поднеся его к горящей лучине.
— Пора отправляться за гномами, времени нет так много, — подметила уставшая подруга, поочередно посмотрев на нас. Я согласно кивнула, отбросив с лица мешающие волосы, а Орвел отложил пергамент, поднявшись на ноги и роясь в своем походном мешке.
— Ты запомнила дорогу? — поинтересовался он, не поворачиваясь к нам, и следопытка лишь тихо фыркнула в ответ на столь глупый вопрос.
— Конечно, я ведь не совсем идиотка.
— Тогда тебе действительно стоит идти, — наконец, откопав среди кучи остальных вещей короткий острый кортик, Орвел протянул его мне, а затем перебросил брюнетке простой кинжал с обоюдоострым лезвием, исписанным эльфийскими письменами. — На всякий случай, — объяснил он, заметив удивленные взгляды, направленные на него. — Мы с Ллир отправимся вперед, проверим дорогу и, если понадобится, отвлечем стражников. Твоя задача — провести к оружейной гномов и не попасться на глаза местным жителям, чтобы на твоей нежной шейке не захлестнулась грубая веревка петли.
— Прекрати подлизываться и займись делом, — отмахнулась Турэ, а затем, набросив на плечи плащ и вновь натянув на глаза капюшон, первой скрылась за дверью комнаты. Быстрые шаги прогрохотали по лестнице, и мы с эльфом одновременно переглянулись, после чего, не сговариваясь, направились вслед за девушкой.
На узких улочках теперь было мало народу, спину не жгли любопытные взгляды, а холодная вода тихо плескалась почти у самых ног, гонимая ветром, который пробирался под тонкую рубашку, холодя бледную кожу. Недовольно поморщившись, я без особых угрызений совести отобрала у Орвела его плащ, подвязав его так, чтобы он не волочился по земле, и набросила на голову капюшон. Стало намного теплее, наемник заворчал, недовольный моей бесцеремонностью, однако я лишь приложила палец к губам, требуя вести себя тише, и первой скользнула в неприметный проулок, скрываясь в вечерних сумерках.
Никем незамеченные, мы с наемником сноровисто продвигались по городу, следуя к виднеющемуся впереди зданию с той самой, хорошо рассмотренной мною крышей. Орвел бесшумно скользил за мною черной тенью, я перебегала по деревянным доскам, ловко перепрыгивая через препятствия, и до боли вслушивалась в окружающее меня пространство, улавливая различные шумы и звуки. По соседней улочке неторопливо прохаживались стражники, где-то мать звала ребенка домой, а из оставшейся позади таверны доносился шум драки и громкого спора. Кто-то пел песни, кто-то травил похабные байки, и на мгновение мне показалось, что наша задумка будет удачной.
— Сюда, — остановившийся Орвел дернул меня за руку, заставив забраться на перевернутый деревянный ящик и требуя замереть, после чего прижал к стене одного из домов, заглянув за угол и к чему-то напряженно прислушиваясь.
Задержав дыхание и отрешившись от тихого сердцебиения друга рядом с собой, я насторожилась, уловив звук чужих шагов совсем близко. Нахмурилась, пытаясь понять, кто решил в этот вечер прогуляться по улице, после чего расслабленно выдохнула, когда Орвел над головой прошептал:
— Все в порядке, просто прохожий.
— Attalya, — выругалась я, покачав головой, — и чего им...
— Лира?
Удивленный шепот привлек внимание, заставив повернуть голову, а когда эльф отошел от меня, подав руку и помогая перепрыгнуть с узкого пятачка, где мы стояли, на устойчивые деревянный доски, я сумела рассмотреть вышедших из соседнего переулка гномов во главе с по-прежнему закутанной в плащ брюнеткой. Торин, как обычно, хмурился, остальные члены отряда недовольно перешептывались, а выглядывающий из-за плеча Турэ хоббит удивленно смотрел на меня, при этом настороженно косясь на стоящего рядом Орвела. Впрочем, точно так же реагировали на наемника и другие мужчины, а остановившийся возле подруги Кили чуть нахмурился, рассматривая светловолосого эльфа.
— Признаться, я до последнего надеялся, что ты шутишь, — выдохнул Орвел, с усмешкой покосившись на меня, и я лишь отмахнулась от него, обращаясь к вышедшему вперед Торину.
— Орвел — мой хороший друг, он поможет нам проникнуть в оружейную и выбраться из города, не привлекая при этом внимания, — негромко произнесла я, и Дубощит только поджал губы, с недоверием косясь на блондина. В чем-то я его, наверное, понимала, отношение к эльфам у всего нашего отряда было не слишком доверительным, и сейчас реакция Торина была вполне ожидаема.
— А оплата? — полюбопытствовал Балин, появившийся по правую руку от своего короля. Этот гном всегда подходил с практической точки зрения, и я невольно улыбнулась, тут же спрятав улыбку в уголках губ.
— Об этом можете не беспокоиться, — отозвался наемник, переведя взгляд с Дубощита на седоволосого гнома, а затем лукаво усмехнулся. — Мы с этими юными леди уже обо всем договорились.
Турэ недовольно фыркнула, наверняка припоминая отобранный у нее кошель, я лишь закатила глаза, ожидая, когда же Орвел прекратит клеить из себя идиота и займется делом. Гномы приглушенно переговаривались, явно не спеша доверять эльфу, королевские племянники недовольно хмурились, рассматривая наемника, а Торин словно взвешивал все «за» и «против». Наконец, он поджал губы, после чего решительно кивнул:
— Мы будем благодарны, если вы нам поможете.
— Тогда не будем медлить, — тут же заявил Орвел, круто развернувшись и широким шагом направившись к оружейной. — Прошу за мной, господа.
Длинной вереницей, мы друг за другом прошли по узкой улочке, двигаясь быстро и бесшумно, что для вечно неугомонных гномов было более, чем странно. Я едва могла разглядеть в темноте крадущегося Орвела, ориентируясь на его светлую макушку, мне в спину дышал Торин, а рядом крадущейся тенью шла Турэ, осторожно оглядываясь по сторонам и прислушиваясь к ночной тишине. Где-то шумела никогда не спящая таверна, слышался плеск воды и негромкие голоса стоящих в дозоре стражников, которых мы поспешно обошли со спины, не привлекая к себе ненужного внимания.
— Я пойду первым, — Орвел присел возле деревянного ящика, лежащего на земле. Покосившись на двухэтажное деревянное здание оружейной в паре шагов от нас, я обратила внимание на повернувшегося в нашу сторону друга. — Ллир, ты за мной, потом Турэ. Остальные за вами.
Мы с подругой одновременно кивнули, и в следующее мгновение наш знакомец буквально растворился в ночных сумерках. Лишь мой исключительный слух уловил приглушенные быстрые шаги, свист воздуха, разрезаемого хлесткой веревкой, а в следующее мгновение за тонкий ненадежный карниз здания зацепился небольшой железный крюк. Подавшись вперед, я наблюдала за тем, как Орвел, проверив крепление, начал взбираться наверх. Легко, словно бы расслабленно, однако я прекрасно знала, что морготов карниз легко может отвалиться под воздействием немаленького веса поджарого грациозного эльфа.
В сознании сформировалась четкая мысль — гномы подобным образом явно не проберутся.
Тихо хлопнуло окно, скрипнула деревянная рама, а вслед за этим я услышала, как голоса стражников за углом изменили тональность — кто-то из них встревожился неожиданным звуком. Подобравшись, как зверь перед прыжком, я оглянулась на взбудораженных гномов, после чего коротко кивнула так же насторожившейся Турэ и тихо произнесла:
— Меняем план, — я оглянулась на Торина, прислушивающегося к моим словам. — Вы пойдете за Орвелом, мы с Турэ позаботимся о стражниках.
Дубощит согласно дернул головой, после чего, предупреждая возражения своих племянников, первыми подтолкнул их к зданию, в которое уже забрался Орвел. За ними потянулись остальные гномы, а я, сопровождаемая следопыткой, отправилась в другую сторону, прямо навстречу стражникам, решившим проверить, все ли в порядке. Краем глаза заметила выглянувшего из окна Орвела, дав ему короткую отмашку, а затем, в несколько широких шагов оказавшись у стены, запрыгнула на поставленные один на другой ящики и ухватилась за козырек крыши, подтянувшись на руках и взобравшись наверх. Рядом точно такой же трюк проделала Турэ, и мы одна за другой перебежали по крыше, резко остановившись у противоположного края.
— Как в старые добрые времена, — усмехнулась брюнетка, рассматривая находящуюся внизу улочку, по которой неспешно, тихо переговариваясь, шагали двое мужчин в форме стражи. Они даже оружие не вытащили, решив, что это кто-то из местных балуется, и с их стороны подобное было непростительно ошибкой.
— Как в старые добрые времена, — повторила я, после чего, не сговариваясь, мы с подругой одновременно прыгнули вниз.
При ударе из легких выбило весь воздух, ребра отозвались ноющей болью, а нагрудники стражников загремели, столкнувшись с деревянными досками. По ушам ударили испуганные восклицания, однако в следующее мгновение мой удар настиг крепкую челюсть, голова мужчины мотнулась в сторону, где-то рядом кто-то приглушенно выругался, тут же хватая ртом воздух, а вслед за этим я услышала, как зашелестела, покидая ножны, сталь.
Острый кончик меча оцарапал предплечье, я сдавленно зашипела, шарахнувшись в сторону, а мой противник подхватился на ноги, взмахнув своим оружием. На мгновение замер, рассмотрев пигалицу вроде меня, и этих крох мне хватило, чтобы, выхватив из-за пояса кинжал, вновь рвануть к нему. Я не собиралась убивать стражника, прекрасно понимая, что лишний шум нам ни к чему, однако избавить гномов от его компании следовало немедленно. Тело ловко увернулось от касательного удара, лезвие кинжала легко вошло в руку противника, сжимающую нож, а в следующее мгновение я перемахнула через упавшего на колени мужчину, использовав его плечо, как опору, и успев зажать ему рот ладонью до того, как он закричал от боли. Перехватила шею противника, не позволяя ему сделать вздох, а затем, выждав несколько мгновений, плавно опустила бесчувственное тело на деревянные доски.
Рядом послышался неприятный хруст, сдавленный стон, а после — точно такой же стук тела о дерево. Обернувшись, я заметила, как Турэ плавно выровнялась, с необыкновенной жалостью и презрением глядя на лежащего у его ног мужчину. Тот был без сознания, одна рука вытянулась вдоль тела, а вторая, нелепо вывернутая, лежала поверх живота. Перехватив мой взгляд, брюнетка кивнула, после чего присела, споро обыскивая стражника. Вытащила небольшой кошель, пару листков бумаги, которые быстро просмотрела и разорвала на кусочки, а затем подобрала лежащий на земле возле стражника меч.
— Вот нам и оружие, в арсенал можно не соваться, — лучезарно улыбнулась она.
— Ага, как же, — с тоской выдохнула я, после чего, точно так же исследовав карманы своего противника, вслед за подругой направилась обратно в темный переулок.
Гномы за время нашего отсутствия успели забраться в оружейную, и теперь спешно вооружались, перебрасываясь короткими фразами и сгребая оружие со стендов и полок. Орвел, прислонившись спиной к стене, участия в общем хаосе не принимал, лишь, сложив руки на груди, из-под опущенных ресниц наблюдал за отрядом. Заметив нас с подругой, он едва заметно усмехнулся, после чего вновь взглянул на хоббита, таскающегося за Торином и удерживающего большую острую пику. Ее предназначение оставалось для меня загадкой, ибо даже тренированные гномы вряд ли могли бы использовать это оружие в бою, учитывая длину древка.
Посреди комнаты, нагруженные мечами и секирами, стояли королевские племянники, и мимолетно глянув на них, я подметила, что состояние Кили явно ухудшилось. Пот градом катился по его лицу, оружие было слишком тяжелой ношей для раненого гнома, однако он, перехватив встревоженный взгляд Торина, лишь раздраженно дернул головой, показывая, что все в порядке и беспокоиться не о чем. Я в ответ на это лишь тихо фыркнула, помогая Ори снять со стенда несколько мечей.
— Обратно пойдем через главный ход, стражников на посту нет, — подметил Орвел, увидев, что утащенного оружия явно достаточно. Дубощит оглянулся на наемника, а тот лишь с тихим вздохом выровнялся, отлепившись от облюбованной стены. — Вы с оружием не спуститесь вниз тем же путем, да и дорога, как я понимаю, уже чиста.
Перехватив его взгляд, я лишь кивнула, и эльф, довольно улыбнувшись, первым направился вниз по крутой деревянной лестнице, которая отчаянно скрипела под подошвами сапог. Нагруженные гномы гуськом потянулись за нами, а я рефлекторно положила ладонь на эфес украденного у стражника меча, готовая в любой момент броситься в бой. Перед глазами маячила широкая спина Орвела, где-то за мной послышался судорожный вздох и скрежет, а в следующее мгновение меня что-то с силой толкнуло вперед.
Загрохотало упавшее на пол оружие, сильная рука наемника выдернула меня из-под завала за шкирку, как маленького котенка, а в следующее мгновение поднялся просто невообразимый шум. Загремели шаги, зазвучали грозные окрики стражников, кто-то шумно выругался, а я, выхватив взглядом настороженно оглядывающегося Орвела, бросила ему короткое:
— Уходи.
Перехватив мой взгляд, мужчина кивнул и тут же рванул куда-то в сторону, исчезая в темноте, а вслед за этим деревянную хлипкую дверь буквально снесло с петель и в арсенал хлынули стражники, вздымая свое оружие. Я рассержено зашипела, как дикая кошка, выхватив меч, однако меня почти сразу же обезоружили, прижав к шее острое лезвие. Выхватив в толпе мужских лиц знакомое подбитое лицо своего противника, я лишь кривовато усмехнулась, чувствуя, как улыбка превращается в оскал.
Свалившегося с лестницы Кили грубо вздернули на ноги, точно так же обезоружив и приставив к горлу меч, со второго этажа в сопровождении стражников спустились и остальные гномы, не рискующие вступать в открытое противостояние — численный перевес был не на нашей стороне. Взгляд метнулся в сторону, и я буквально похолодела, увидев, как капитан стражи удерживает бледную до синевы Турэ. Плащ где-то потерялся, лунный свет лился прямо на подругу, и лишь мимолетно взглянув в лицо удерживающего ее мужчины, я поняла, что мои худшие опасения сбылись.
Брюнетку узнали.
Один за другим, как жалких преступников, нас вывели из оружейной, толкая в спины и угрожая острыми мечами. Ради такого дела к каждому приставили стражника, остальные кружили рядом, демонстрируя, что не стоит и пытаться сбежать, я шипела и плевалась ругательствами, совсем не горя желанием подчиняться, а вот идущая рядом Турэ была покорна и молчалива, встревожено зыркая по сторонам. Где-то за нашими спинами зло сопели гномы, я слышала, как ругается Двалин, требуя убрать от него руки, однако сделать ничего не могла, до боли закусив губу и чувствуя, как внутри поднимается волна злости.
Мелькор, как же это глупо получилось...
— Пошевеливайся! — рявкнул мужской голос, меня неучтиво толкнули в спину, и вся наша процессия, пробравшись через узкую улочку, оказалась на небольшой площади перед домом бургомистра.
Потревоженные шумом горожане один за другим выглядывали из своих домов, зажигались уличные фонари, слышались встревоженные шепотки и переговоры. Затравленно оглядевшись, я заметила, как вокруг нас собирается любопытствующая толпа разбуженных жителей Эсгарота, после чего, почувствовав, что стальные тиски стражника исчезли с моего плеча, качнулась назад, стремясь слиться с остальными. Вспотевшая рука нащупала дрожащую ладошку подруги, и я с силой сжала ее пальцы, чувствуя, как она вцепилась в меня, судорожно вздохнув. Остальные гномы сбились в кучу, сопровождающие нас стражники ощерились оружием за нашими спинами, не позволяя сбежать, а широкие двустворчатые двери дома бургомистра вдруг распахнулись с тихим скрежетом.
— Что здесь происходит? — взревел, выходя на крыльцо, высокий мужчина практически необъятных размеров в наброшенном поверх ночного платья меховым пальто. За его спиной я заметила темную фигуру печально знакомого Алфрида, и желание вцепиться ему в лицо только усилилось.
— Они пытались украсть оружие, сир, — почтительно склонил голову капитан стражи, вышедший вперед, после чего на мгновение оглянулся к нам. — А еще мы нашли разыскиваемую воровку, которая похитила ваши семейные ценности.
— Не так уж хорошо разыскивали, если за три года найти не смогли, — огрызнулась Турэ, и тут же заткнулась, когда я поспешно сжала ее ладонь сильнее. Внимательный взгляд бургомистра скользнул по лицу брюнетки, и подруга подобралась, побледнев, кажется, еще больше.
— Ага, враги государства, значит, — широко усмехнулся мужчина, спустившись с крыльца и нависнув над нами. Толпа вокруг зашепталась, любопытные взгляды обжигали кожу, однако я лишь независимо вздернула подбородок, чувствуя, как внутри все буквально вопит от страха и неопределенности.
— Надо же, какая компания подобралась. Беглая преступница и отчаянная банда наемников, не иначе, сир, — ядовито уточнил Алфрид, выйдя наперед и остановившись по левую руку от своего господина. С губ сорвалось рычание, руки так и чесались вмазать ему по нахальной роже, и уже следопытке пришлось тянуть меня назад.
— Придержи язык, — вдруг оборвал мужчину Двалин, оттеснив меня плечом и выйдя вперед. Стражники мгновенно подобрались, однако на них гном не обращал внимания. — Вы даже не знаете, с кем говорите! Это вам не какой-то преступник! — мужчина поднял руку, указывая на стоявшего рядом Дубощита. — Это Торин! Сын Траина, сына Трора!
Люди зароптали, поднялся шум, а король неспешно вышел вперед, гордо подняв подбородок и смерив бургомистра внимательным взглядом. Тот уже не улыбался, сощурив свои темные глазки, он пристально вглядывался в гнома, после чего бросил быстрый взгляд на стоящего рядом Алфрида. Советчик нахмурился, тоже не найдя, что ответить, а Дубощит обвел взглядом собравшуюся толпу, после чего заговорил, обращаясь к бургомистру:
— Мы гномы Эребора. И мы пришли сюда, чтобы вернуть свою родину.
Взгляд Дубощита вновь пробежался по толпе, он сделал еще несколько шагов вперед, почти демонстративно повернувшись лицом к жителям Эсгарота, но не к их бургомистру. Я чуть нахмурилась, пытаясь понять, во что нам может вылиться ущемленная гордость гномов, после чего осторожно качнулась назад, потянув за собой подругу. Разгадав мой маневр, Турэ отпустила мою руку, скользнув вслед за мной, и тут же вздрогнула, когда на ее плечо легла ладонь Фили. Перехватив испуганный взгляд девушки, мужчина ободряюще ей улыбнулся, после чего опустил руку и переплел ее пальцы со своими, словно обещая, что все будет хорошо. Я же, натолкнувшись спиной на чью-то грудь, даже не стала оборачиваться, чувствуя растекающееся по телу тепло. Рука Кили сжала мою ладонь, а с губ на мгновение сорвался тихий вздох.
— Я помню этот город в старые добрые времена, — вновь заговорил Торин. — В бухте стояли флотилии кораблей, полные шелков и самоцветов. Здесь был не просто городок на озере, здесь был центр всей торговли севера!
Жители поддержали гнома одобрительным шумом, мой взгляд скользнул к постепенно бледнеющему бургомистру, который осматривал свой народ почти с паникой в глазах, что заставило меня усмехнуться. Я прекрасно знала такой тип людей, и мне не нужно было даже доказательств, чтобы понимать, что я права. Пока город переживал не лучшие времена, бургомистр подгребал под себя золото, повышая налоги и забирая у людей последнее. И я очень сомневаюсь, что искал он Турэ из-за уважения к семейным реликвиям, а не из простого чувства оскорбленной гордости. Судя по взгляду, которым прожигала мужчину стоящая рядом подруга, я была действительно права.
— Я собираюсь вернуть те времена! — провозгласил Торин, добиваясь того, что нам нужно было — поддержки простого люда. — Я разожгу огонь в великих кузнях гномов! И богатства снова потекут сюда!
— Смерть! — прогремел, перекрывая крики толпы, громкий знакомый голос, а обернувшись, мы заметили пробравшегося к нам Барда. Мужчина был хмур, а его взгляд, направленный на Торина, горел огнем. — Вот, что вы принесете нам! Драконье пламя и разорение. Если вы разбудите Зверя, — лучник остановился прямо напротив Торина, — то уничтожите всех нас.
Турэ чуть нахмурилась, повернувшись ко мне, и я лишь едва заметно пожала плечами, рассматривая Барда пристальным взглядом. Он не казался мне безумцем, способным верить в глупые бредни, однако что-то в его словах заставило на мгновение засомневаться. Мужчина говорил уверенно, его руки были плотно сжаты в кулаки, а голос едва не звенел от напряжения, и все это заставляло хмуриться еще сильнее. О чем таком говорит брюнет, и почему он так уверен в том, что гномам нельзя идти к Горе?
— Вы можете верить во что угодно, — скривившись, словно у него все зубы заболели, Торин вновь глянул на притихшую толпу. Поджал губы, словно размышляя, после чего торжественно провозгласил, — в случае успеха мы разделим с вами все богатства Горы. У вас будет столько золота, что вы сможете отстроить Эсгарот заново!
Призрачная надежда на несметные золотые богатства окончательно склонила жителей на сторону гномов, и люди вокруг нас зароптали, громко одобрительно крича и разрывая ночную темноту залихватским свистом. Словно не веря своим глазам, Бард оглядывался вокруг, качая головой, и на мгновение что-то кольнуло в груди, когда я задумалась над тем, почему же не ликует он. Не в совести было дело, я прекрасно это понимала, мужчина был действительно встревожен. Это заставило меня по новому взглянуть на ситуацию. Что, если мы действительно наткнемся на дракона? Что, если он все еще там, на Горе? Взгляд метнулся к удивленно оглядывающемуся Бильбо, и внутри все похолодело. Он не глупый, должен понимать...
Я не пущу его туда с гномами, определенно не позволю войти в Эребор.
— Откуда нам знать, что мы можем верить твоим словам? — послышался все тот же ядовитый голос Алфрида, заставивший Торина прекратить улыбаться и обернуться к советнику. — Мы ничего о тебе не знаем. Кто здесь готов поручиться за твою честность?
На площади залегла тишина, заставившая меня мысленно усмехнуться. Конечно, выгоду свою упускать они не захотят, однако ведь и убедиться нужно, что Торин правду говорит обо всех этих несметных богатствах. Гномы, я готова поспорить, один поперед другого встали бы на защиту чести своего короля, а кроме них желающих почему-то не находилось. Турэ тихо пробормотала что-то отрицательное себе под нос, да и я не спешила привлекать внимание к своей персоне. Даже любопытно посмотреть, как они выкручиваться будут.
— Я, — раздался неуверенный голосок слева от меня, и я судорожно выдохнула, уставившись на поднявшего руку хоббита, как на идиота.
— Бильбо! — сорвалось с губ приглушенное шипение, я попыталась ухватить друга за рукав и оттянуть назад, однако он, ловко уклонившись, вышел вперед, поравнявшись с Торином и уверенно глядя на бургомистра.
— Я поручусь за него, — произнес Бэггинс. — Я прошел с этим гномами через множество опасностей, и если Торин Дубощит дал свое слово, — хоббит глянул на замершего короля, который словно не верил своим ушам, — то он его сдержит.
— Больной, — покачав головой, выдохнула Турэ, тут же заслужившая возмущенный взгляд Фили, а я все еще с неверием смотрела на своего друга, мало обращая внимания на вновь зашумевшую толпу.
Он это серьезно?
Серьезно заступается за гномов?
За тех, из-за кого он и попадал в эти передряги, за тех, кто с удовольствием бы уже избавился от хоббита, как от ненужного груза? Горло раздирал истерический смех, глаза все еще вглядывались в покачивающегося с пятки на носок Бильбо, и я заново пыталась переосмыслить его слова. Глупый наивный хоббит, неужели он не понимает, что берет на себя ответственность за Торина и его отряда? Что в случае неудачи спросят именно с него, с Бильбо? И я не смогла защитить его от этого необдуманного шага.
Мелькор, что же я за наемница такая-то?!
— Разве вы забыли, что случилось с Дейлом?! — вновь крикнул Бард, обращая на себя внимание. — Вы забыли тех, кто сгинул в вихре огня? И все из-за чего?! Из-за неуемных амбиций Короля-под-Горой, — титул мужчина буквально выплюнул в лицо Торина, повернувшись к нему, — который был так ослеплен своей алчностью, что не видел дальше своей прихоти.
Стоящие рядом племянники встревожено переглянулись, качнувшись вперед, однако я поспешно перехватила Кили, удерживая его на месте и заметив, как так же остановился перехваченный Турэ Фили. Смерив обоих хмурым взглядом, я только покачала головой.
Бойня нам сейчас ни к чему.
Торин пошел красными пятнами, оскорбленный словами Барда, его руки сжались в кулаки, а челюсти сцепились так сильно, что показалось, будто зубы сейчас раскрошатся в пыль, однако мужчина не произнес ни слова.
— Полно! — впервые за долгое время вмешался бургомистр, призывая к порядку. — Не пристало никому из нас столь поспешно обвинять других. Давайте не будем забывать, что это ведь Гирион, правитель Дейла, твой предок, Бард, не смог убить дракона.
Между гномов прошли шепотки, да и я удивленно посмотрела на нашего знакомого, который сейчас осекся, глядя на правителя Эсгарота. О разрушенном Дейле я слышала, однако никогда не жаждала подробностей, весьма посредственно ориентируясь во всем только что сказанном, однако, судя по реакции гномов, они знали куда больше, сейчас окидывая Барда взглядами, полными жалости и разочарования.
— Все верно, сир, — тут же заулыбался Алфрид, не упустив возможности поддеть замолчавшего лучника. — Все знают эту историю. Он выпускал стрелу за стрелой, и ни одна не попала в цель.
— У тебя нет права заходить в эту Гору, — буквально прошипел Бард, нависнув над королем. В глазах обоих плескалось безумное пламя ярости, и даже мне на мгновение стало не по себе.
— Лишь у меня оно и есть, — таким же тоном произнес Дубощит, а затем повернулся к бургомистру, игнорируя отступившего на шаг лучника. — Я обращаюсь к правителю Озерного Города. Вы поможете осуществить предсказанное? Вы согласны разделить несметные богатства моего народа?
Бургомистр как-то приосанился, подобрался, расправив плечи и сверля Торина внимательным взглядом, и я буквально видела, как он мысленно наверняка подсчитывает количество золота, которое сможет выручить с этой затеи. Алчность застилала ему глаза, руки дрожали от предвкушения, и даже не услышав ответа, каждый из нас понимал, что Дубощит задал верный вопрос, на который его собеседник ни за что не ответит отказом.
— Я вам вот что скажу, — медленно, тщательно выверяя каждое слово, произнес бургомистр, — добро пожаловать, Король-под-Горой!
Люди вокруг обрадовано зашумели, гномы тут же расслабились, с улыбками переглядываясь, а Торин облегченно выдохнул, тоже не сумев подавить победной улыбки, вспыхнувшей на его лице. Я поджала губы, испытывая весьма неопределенные чувства. Конечно, я радовалась, что все обошлось, и что нас вновь не бросят в темницы, которые уже успели приесться, однако слова Барда по-прежнему набатом звучали в голове, и неприятные стальные тиски, сжавшие горло, почему-то не отпускали.
— Сир, хочу напомнить вам о еще одном незавершенном деле, — подал голос Алфрид, привлекая мое внимание, и по тому, как он улыбнулся, я поняла, что дальнейшие слова мне не понравятся. Бургомистр оглянулся на своего советчика, и тот поднял руку, указывая на нас. — Сбежавшая воровка.
Напряжение повисло в воздухе, стоящая рядом Турэ подобралась, как зверь перед прыжком, да и я почувствовала, как грудь словно сдавила невидимая огромная рука, не позволяя сделать вздох. Улыбки сползли с лиц гномов, а Торин, обернувшийся к нам, нахмурился. И я почему-то сразу поняла, что если следопытка поставит дальнейшее сотрудничество с Эсгаротом под угрозу, Дубощит лично вздернет ее на ближайшем столбе.
— На виселицу, — равнодушно бросил бургомистр, махнув рукой.
Стражники оживились, Турэ рядом побледнела, сровнявшись цветом с падающим с нависших над головой туч снегом, а я тихо зарычала, чувствуя поднимающуюся внутри горячую волну. Взгляд безошибочно выхватил бургомистра, и я мысленно решила, что первому разорву глотку именно ему, как тут же услышала рядом громоподобный мужской голос, гаркнувший:
— Ни за что!
Стоящий по левую руку от меня Фили качнулся вперед, после чего, схватив Турэ за руку, завел ее себе за спину, глядя на бургомистра горящим взглядом. Блондин был зол и напряжен, его руки были сжаты в кулаки, а следопытка, испуганно выглядывающая из-за его плеча, неверяще смотрела на гнома со странной смесью эмоций во взгляде. На площади повисла тишина, стражники замерли, переводя взгляд с правителя на племянника короля, закрывающего собой брюнетку, а сам Фили бросил испытывающий взгляд на Торина.
Дубощит нахмурился, глядя на племянника с явным неодобрением, и я впервые за все время нашего совместно путешествия увидела, как кто-то пошел наперекор своему королю. Блондин по-прежнему закрывал своим телом бледную Турэ, гномы молчали, как и я, пораженные всем происходящим, а бургомистр, как мне показалось, даже с интересом наблюдал за разворачивающимся действом. Напряжение достигло апогея, тишина буквально давила на уши, и я уже хотела вмешаться, как вдруг Торин, поджав губы, отвел взгляд, оглянувшись на повелителя Эсгарота.
— Я знаю, что у вас есть полное право требовать немедленного повешения преступницы, однако я прошу вашей милости позволить ей сопровождать нас к Горе. Ее помощь может оказаться необходимой для возвращения золота, и можете мне поверить, богатства Эсгарота с лихвой перекроют цену похищенных у вас драгоценностей.
Ошарашенные подобной речью, мы с подругой переглянулись, после чего, не сговариваясь, уставились на сощурившегося бургомистра, который испытывающе рассматривал едва не скрипящего зубами от злости Дубощита. Фили, по-прежнему не двигаясь с места, сжимал кулаки, готовый, я это ясно видела, в любой момент броситься в бой, остальные гномы молчали, даже, кажется, дыхание задержав, а я сама неосознанно вцепилась в руку стоящего за спиной Кили, чувствуя, как в груди все буквально замерло.
— Что ж... — медленно проговорил бургомистр спустя, как мне показалось, целую вечность. — Думаю, преступницу вполне можно подвергнуть ссылке вместо казни. Вполне возможно, что она и до Горы-то не дойдет. Да будет так, — решительно кивнул мужчина головой, после чего, посчитав конфликт исчерпанным, скрылся за дверью своего дома.
Люди, гомоня и делясь впечатлениями, принялись расходиться, стражники, наконец, прекратили скалиться на нас острыми мечами, Торин вновь неодобрительно покачал головой, покосившись на племянника, а Фили, моментально расслабившись, обернулся к стоящей за его спиной Турэ. Брюнетка прижала руки к груди, глядя на гнома круглыми от удивления глазами, и в какой-то момент мне показалось, что на ресницах подруги блеснули слезы.
Впрочем, девица тут же шумно выдохнула и поспешно отвернулась, бросив блондину короткое:
— Благодарю.
— Всегда пожалуйста, — Фили усмехнулся, глядя в спину быстро удаляющейся следопытке, и я, покачав головой, тихо произнесла:
— Ты извини ее, она действительно благодарна. Просто еще никогда ради нее так не поступали, — я бросила мимолетный взгляд на стоящего рядом Кили, и тут же опустила глаза, чувствуя себя не в своей тарелке. — Пожалуй, я пойду за ней, пока она не наделала еще каких-то глупостей.
Кивнув на прощание гномам, я последовала примеру подруги, проталкиваясь через толпу. Взгляд на мгновение выхватил фигуру Барда, спешно отправляющегося прочь от площади, и в груди что-то неприятно кольнуло.
Слова лучника почему-то совсем не желали покидать сознание...