Глава 19
Зубы исправно отбивали бодрую дробь, пальцы заледенели, потеряв чувствительность, а губы посинели — в одной тонкой рубашке, пусть и уже давно высохшей, было холодно, и я уже не впервые за последние несколько часов всерьез пожалела о том, что эльфы отобрали у нас не только амуницию, но и такую простую вещь, как теплые плащи. На землю с рассветом опустился густой туман, не позволяющий разглядеть ничего путного, вокруг нас скалились темные острые скалы, возникающие словно из ниоткуда, а деревянная лодка, покачиваясь, медленно пересекала озеро, расталкивая покачивающиеся на поверхности округлые белые льдины.
Обхватив себя ладонями, чтобы хоть как-то согреться, я усилием воли заставила зубы не стучать, после чего, устав рассматривать однотонный угнетающий горизонт, повернулась к гномам, собравшимся в передней части палубы и тихо о чем-то переговаривающимся. При этом они косились на Барда, того самого лучника, который правил лодкой так легко и беззаботно, словно это не на его пути резко возникали острые огромные скалы. Темной ночью я всерьез считала, что мы обязательно врежемся в них, однако под утро меня перестало это заботить — я доверилась нашему новому знакомцу и попыталась хоть немного подремать, чтобы снять накопившуюся усталость.
Взгляд скользнул вправо, и я невольно усмехнулась, завистливо шмыгнув носом. Турэ, не обремененная тяжелыми мыслями касаемо своей незавидной участи, решительно заявила еще несколько часов назад, что устала от всего этого хаоса, что ее окружает, и тут же задремала. Только вот ее, в отличие от меня, холод не донимал по той простой причине, что предприимчивая подруга устроилась на деревянных досках палубы, поплотнее прижавшись к сидящему тут же Фили. И если в первые пару часов гном недовольно хмурился, странно косясь на прикорнувшую на его плече брюнетку, то под утро, словно расслабившись, точно так же дремал, приобняв следопытку за плечи и откинув голову назад.
— Замерзла? — послышался совсем рядом хрипловатый мужской голос.
Повернув голову, я заметила облокотившегося на бортик Кили, который, кажется, побледнел еще больше. Рану на ноге ему перевязали, однако на светлой тряпице проступила кровь, а кожа вокруг раны, как я успела заметить, почернела. Хоть гном и не показывал, что ему больно, я прекрасно понимала это и сама, видя темные круги под глазами и скатывающиеся по вискам капли пота. Племянник короля лучше погибнет, чем позволит себе показаться слабым, однако мне не нужно было его подтверждения, чтобы увидеть то, что он так тщательно пытался скрыть.
— Это ничего, — я неловко передернула плечами, изогнув губы в мягкой улыбке, после чего вновь вгляделась в горизонт, пытаясь разглядеть хоть что-то. Густой туман по-прежнему клубился над водой, а порыв холодного ветра вновь пробрался под рубашку, холодя бледную кожу и скользя по спине, где теперь вместо открытых ран краснели лишь тонкие грубые шрамы, которые со временем должны будут посветлеть.
— Ты позволишь? — спросил Кили, а вслед за этим я почувствовала, как его теплые ладони легли на мои руки, согревая. Вздрогнула от неожиданности, резко переведя взгляд на гнома, после чего опустила глаза, наблюдая за тем, как он бережно растирает замерзшие пальцы. При этом мужчина мягко улыбался, глядя на меня, и я почувствовала, как щеки невольно краснеют.
— Спасибо.
Голос сел от волнения, однако я вдруг с удивлением осознала, что действительно стало хоть немного теплее. Кили стоял совсем рядом, темные спутанные волосы неряшливо обрамляли лицо, гном тяжело дышал от боли, однако при этом тепло и искренне улыбался мне, а взгляд карих глаз заставлял сердце испуганно биться о ребра. Подобное чувство было в диковинку, я поспешно отвела взгляд, стараясь смотреть на что угодно, не на стоящего передо мной брюнета, а внутри все буквально полыхало огнем, когда сознание полностью сосредоточилось на теплых, почти горячих пальцах, сжимающих мою ладонь.
— Осторожней! — заорал вдруг совсем рядом Бофур, и я вздрогнула, моментально вырвав руки и оглянувшись на гнома. Тот, как и остальные, с ужасом смотрел на огромную скалу, лежащую прямо по курсу, однако Бард оставался невозмутим, повернув румпель и уводя лодку вправо. Скала медленно проплыла над нами, заставив горло сжаться в тисках тревоги, а после с губ сорвался облегченный вздох.
— Ты что же, — шумно выдохнул Торин, поворачиваясь к лучнику, — задумал утопить нас?
— Я вырос на этом озере, господин гном, — с непередаваемой иронией ответил Бард, покосившись на компанию перепуганных побледневших гномов. — Если бы я собрался вас утопить, то не здесь.
— А он мне нравится, — сонно произнесла проснувшаяся от выкрика Бофура Турэ, выровняв спину и потирая глаза кулаком. Зевнула, прикрывшись ладошкой, после чего лукаво мне подмигнула, получив в ответ хитрую усмешку, увидев которую, Торин насупился и отвернулся. Потревоженный подругой Фили тоже распахнул глаза, словно бы пытаясь понять, что происходит, а потом поднялся на ноги, пройдясь по палубе и разминая затекшие и замерзшие конечности.
— Он тебя за пятьдесят монет собирался прямиком на виселицу отправить, — подметил стоящий рядом Нори, на что брюнетка лишь легко пожала плечами, подхватившись с холодных деревянных досок.
— Никто из нас не идеален, — следопытка покачала головой, после чего чуть нахмурилась, оглядывая окружающий нас пейзаж.
— Хватит с меня этой болтовни, — решительно прорычал Двалин, привлекая всеобщее внимание. Поочередно покосился на нас с Турэ, после чего прожег взглядом остающегося невозмутимым Барда. — А этого... за борт выбросить, да и дело с концом.
— Это Бард, — тяжело вздохнул Бильбо, до этого молча стоящий недалеко от меня. Хоббит точно так же отбивал зубами дробь, обхватив себя руками и пытаясь справиться с холодом. — Его зовут Бард.
— Откуда ты знаешь? — удивился Глоин, до этого о чем-то тихо разговаривающий с Бомбуром.
— Я спросил его, — закатил глаза мой подопечный, а гномы вновь нахмурились, услышав наши с подругой синхронные смешки.
— Это называется вежливостью, — подметила Турэ, многозначительно покосившись на тут же фыркнувшего Двалина.
— Мне нет дела до того, как его звать, — недовольно бросил мужчина, опираясь локтями на одну из бочек и продолжая сверлить лодочника тяжелым взглядом. — Он мне не нравится.
— Он и не должен тебе нравиться, — отрезал Торин, пресекая едва начавшиеся споры. — Он просто хочет заработать.
— Сомневаюсь, что у самого Барда к вот этим вот подозрительным личностям более теплое отношение, — едва слышно прошептала следопытка так, чтобы ее услышала только я. Покачав головой, я покосилась на устроившегося на палубе Балина, который старательно подсчитывал лежащие перед ним монеты, беззвучно бормоча себе под нос. Большую часть я отдала Барду на берегу, пытаясь обезопасить подругу, теперь дело за гномами, пусть тоже выворачивают свои карманы.
— Давайте, парни, выкладывайте, — произнес седоволосый гном, мимолетно оглядев каждого из присутствующих и вновь вернувшись к подсчетам. Гномы недовольно завозились, роясь в кошелях, а Двалин приблизился к Дубощиту, говоря тихо-тихо, чтобы наш проводник не услышал:
— Откуда нам знать, что он не предаст?
— Ниоткуда, — хмуро ответил Торин, скользнув по Барду пронзительным взглядом, после чего отвернулся, сложив руки на груди.
— У нас есть маленькая проблемка, — подал голос Балин, привлекая всеобщее внимание. Я вытянула шею, пытаясь рассмотреть гномов со своего места. Для этого пришлось почти вплотную приблизиться ко все еще стоящему рядом Кили, и я вновь почувствовала тот странный, холодный запах смерти, от которого ужасно зачесался нос. Нахмурилась, нервно дернув головой, после чего внимательно покосилась на мужчину. Гном был по-прежнему бледен и явно болен, однако держался молодцом. — Все еще не хватает десяти монет.
Отвлекшись от Кили, я оглянулась на Балина, нахмурившись и услышав рядом недовольный смешок Турэ, да и сама почувствовала, как внутри вспыхнуло раздражение. Казалось бы, удача сама шла в руки гномам, мы спаслись от Трандуила и от отряда орков, мы смогли договориться с лодочником, и все для чего? Чтобы вот сейчас эти невыносимые личности все запороли? Чтобы все полетело к Морготу из-за несчастных десяти монет, которые они же и предложили еще до того, как я вмешалась в переговоры?
— Глоин, — властно обратился к рыжеволосому гному Торин, украдкой усмехнувшись и тут же скрыв усмешку в уголках губ. — Давай, доставай, что есть.
— А почему это сразу я? — тут же возмутился мужчина, умудрившись даже покраснеть от негодования. — Я, между прочим, вообще остался без гроша в этом походе. И где они? Где доходы от моих вложений? Одно лишь горе... да печаль.
— Прошу прощения, — перебила возмущения гнома Турэ, за несколько мгновений переместившись к борту и вглядываясь куда-то вперед.
Проследив за взглядом подруги, я тоже спрыгнула с борта, на котором сидела, и приблизилась к следопытке, удивленно приподняв брови. Плывущий над водой туман постепенно рассеивался, где-то за тяжелыми седыми тучами проблескивало восходящее солнце, а впереди виднелись очертания величественного города, возведенного посреди холодного озера.
Эсгарот...
— Озерный город, — прошептал над ухом Кили, неожиданно подошедший совсем близко. Волосы качнулись от теплого дыхания, и я вновь вздрогнула от неожиданности, невольно вцепившись пальцами в деревянную обшивку борта.
— Вот, держите, — пробормотал где-то за спиной Глоин, послышался звон спрятанных в мешочек монет и довольный смешок Балина, а после — предупреждающий кашель Бильбо.
Гномы все вместе обернулись, да и мы с подругой отвлеклись от разглядывания пейзажа, оглянувшись на Барда, засуетившегося на корме. Оставив румпель и рванув длинную крепкую веревку, чтобы закрепить парус, мужчина спрыгнул на палубу, быстрым шагом приблизившись к нашему отряду. Окинув его внимательным взглядом, я заметила, что мужчина взбудоражен, даже взволнован, а его глаза неотрывно наблюдают за приближающимся к нам городом.
— Деньги, быстро, — требовательно произнес брюнет, переведя взгляд на гномов. — Давайте сюда.
— Получишь, когда попадем в город, — решительно отрезал Торин, тут же ощерившись в ответ на слова лодочника.
— Если ваша свобода вам дорога, то слушайте меня, — не пожелал сдаваться Бард, а я нахмурилась, когда обостренный слух уловил недалекие человеческие вопли и негромкие ругательства. Повернула голову, всматриваясь в постепенно рассеивающийся туман, после чего глянула на напряженного Барда.
— Я бы на вашем месте его послушала, — негромко произнесла я, привлекая к себе внимание. — Вперед пост стражи.
Гномы зашептались, а Бард удивленно вскинул брови, разглядывая меня с тщательно скрытым любопытством, которое, впрочем, не скрылось от моего внимания. Перехватив взгляд мужчины, я лишь усмехнулась, после чего отвернулась, наблюдая за тем, как мои спутники, тихо пошептавшись, определили собранные монеты в мешочек, который Балин чинно передал лучнику. Даже не пересчитывая их, Бард вернулся на свое место, потребовав вновь спрятаться и сидеть тихо, чтобы никто нас не видел. Гномам опять лезть в бочки совсем не хотелось, однако они, поддавшись доводам здравого смысла, послушно полезли прятаться, приглушенно ругаясь себе под нос.
Убедившись, что макушка Бильбо скрылась в одной из бочек, я перехватила встревоженный взгляд Турэ, брошенный на разговаривающих где-то за пеленой тумана стражников, после чего направилась к ставшей почти родной бочке, где уже успел скрыться Кили, морщась от боли в потревоженной ране. Ловко перемахнув через бортик, я устроилась возле мужчины, тут же неловко наткнувшись на него спиной.
— Извини, тут не так уж и много места, — пробормотала я. Чтобы нас не было видно, приходилось пригибаться и сидеть на корточках, при таком раскладе бочка была слишком тесна для двоих.
— Ничего, все в порядке, — выдохнул мне в макушку гном, пытаясь отодвинуться. К сожалению, отодвигаться было некуда, из соседней бочки на нас рыкнул Торин, требуя прекратить возиться, и мы, потеряв равновесие, на пару рухнули на дно, одновременно затихнув. Я судорожно выдохнула, чувствуя, как Кили обхватил меня за талию, прижимая к груди, после чего попыталась заставить сердце не колотиться испуганной птахой.
Между тем, лодка медленно приближалась к посту стражи, голоса мужчин становились все громче, и гномы притихли, затаившись в своих бочках. Прильнув к пробитой стрелой дыре, я принялась внимательно наблюдать за тем, как Бард осторожно подвел судно прямо к стражникам и, покинув свое место, спрыгнул на возведенный прямо в воде деревянный помост, где его встретили громкими выкриками и приветственными смешками. Скупо кивнув в ответ на это, брюнет решительно приблизился к одному из мужчин, покуривающему трубку в стороне от остальных, тихо зашептав ему на ухо.
— Что он там делает? — поинтересовался откуда-то слева Двалин.
— Разговаривает с кем-то, — ответил находящийся неподалеку Бильбо. Я только сильнее прильнула к стенке бочки, до рези в глазах всматриваясь в нашего проводника. На мгновение задержала дыхание, увидев скользнувшую по губам Барда усмешку, после чего буквально похолодела, увидев, как его собеседник принялся понятливо кивать.
— Он сдаст нас местным, — процедил Торин. — Я знал, что ему нельзя доверять.
— Это мы еще посмотрим, — качнула я головой, после чего прикрыла глаза, чувствуя, как по телу разносится огненная волна.
Кили от неожиданности отшатнулся, прикрывая глаза, когда по ним ударила полыхнувшая золотая вспышка, а я рыжеватой сойкой вылетела из бочки, поймав воздушный поток и расправив крылья. Подставилась холодному ветру, прошедшемуся по перьям, после чего плавно спланировала на деревянную балку прямо над головами разговаривающих мужчин, нахохлившись и пронзительно всматриваясь в Барда, пытаясь разглядеть на его лице хоть какой-то признак того, что он нас сдал. Мужчина был абсолютно спокоен, и только на мгновение полыхнувший взгляд выдал его волнение.
— ... те бочки, — лодочник обернулся, указывая на свою лодку. Я подобралась, чувствуя, как инстинкты обнажились, однако почему-то спустя мгновение поняла, что не чувствую исходящей от Барда угрозы. Опыт и предчувствие молчали, и верить в предательство брюнета, пусть и мало знакомого, я пока не спешила.
— Сейчас все будет, — пообещал взъерошенный мужчина с курительной трубкой, после чего они ударили по рукам, и в карман незнакомца перекочевало десять тихо звякнувших монет.
Отвернувшись от Барда, мужчина отдал короткий приказ, обращаясь к находящимся неподалеку обитателям Эсгарота, которые тут же засуетились, потянувшись к огромным рычагам. Присмотревшись повнимательней, я заметила, как со скрежетом к лодке повернулась подцепленная на тяжелый железный крюк сеть с рыбой. Конструкция двигалась медленно и натужно скрипела, однако вот послышался тихий щелчок, и вся эта рыба буквально дождем хлынула в бочки. До ушей донеслись приглушенные ругательства гномов и сдавленный вскрик Турэ, и я едва сдержала короткий смешок. Оказаться на месте подруги мне сейчас совсем не хотелось.
Поблагодарив своего знакомого, Бард вернулся на лодку, а я вновь поднялась в воздух, на мгновение взмыв повыше и чувствуя, как касается тела прохладный ветер. До самого Эсгарота больше волноваться было не о чем, гномы сидели в своих бочках, присыпанные рыбой, лучник правил лодкой, а я наслаждалась короткими мгновениями отдыха, пользуясь тем, что на небольшую птицу, парящую в вышине, никто не обращает внимания. Да и сомневаюсь, что кто-то мог догадаться, кто именно скрывается в столь невинном облике.
Взгляд невольно скользнул в сторону, где скрывался в тумане постепенно отдаляющийся от нас лес, которого уже давно было не видать. Сердце при этом гулко стукнуло где-то в горле, и я поспешила вновь взглянуть вперед, спланировав вниз, и теперь парила недалеко от лодки нашего нового знакомца. На душе было неспокойно, и хотя я сомневалась, что Трандуил отдаст своим людям приказ преследовать гномов, опасность в виде отряда орков нависла над нашими головами. Воспользовавшись лодкой, мы обогнали их на день-два, не больше, и я очень сомневалась, что они оставят нас в покое.
Ко всему прочему, в опасности находилась и Турэ, а тот факт, что мы смогли подкупить Барда, совсем этой опасности не умалял. Если мужчина говорил правду, и физиономия подруги действительно знакома каждому из обитателей Озерного Города, у нас могут возникнуть серьезные проблемы. Гномы следопытку покрывать не станут, сдадут при первой же возможности, если она поставит под угрозу их поход, а подобного мне совсем не хотелось. Оставалось только надеяться, что мы не задержимся в Эсгароте и при первой же возможности отправимся дальше. Торин говорил, что у них осталось совсем немного времени, мы слишком сильно задержались в Мирквуде, и теперь отсчет действительно шел на дни, каждый из которых приближал нас к Одинокой Горе.
В то, что в конце похода нас ожидает дракон, я не совсем верила. Этих существ не видели уже очень и очень давно, печально известный Смауг, кажется, был последним живым упоминанием об этих создания, однако, с другой стороны, и о метаморфах писали то же самое. Сомневаюсь, что гномы поверили бы в рассказ Турэ, если бы перед ними не сидел наглядный пример. Представитель древней расы, ну конечно. Всей чести сейчас от этой «особенности», что за голову готовы выложить внушительное количество звонких золотых монеток.
Никогда не думала, что однажды придется вот так запросто открыться тем, кому я совсем уж не доверяю, однако эту правду гномы приняли как-то... спокойно, отнеслись с пониманием и даже, в некоторой мере, с сочувствием. Не стали сажать на цепь, не стали на себе проверять правдивость слов Турэ касаемо «испорченной» крови. Пожалуй, только за это я готова отнестись к ним с большим уважением, чем раньше.
Повернув голову, я зацепилась взглядом за очертания Одинокой Горы, теряющейся в густом тумане, и под ложечкой засосало от плохих предчувствий. Идти туда совсем не хотелось, и при всем моем скептицизме, я, все-таки, не отбрасывала возможности того, что там нас будет поджидать дракон. И если это так, то что планируют делать гномы с сей свирепой мощью, если много лет назад со Смаугом не справилась целая армия, а королевство пало?
Впрочем, планы гномов меня мало волновали, ведь единственное, что я собиралась делать, это довести Бильбо до Горы, дождаться, пока он откроет тот самый секретный проход, о котором нам говорил Гэндальф, а потом — схватить хоббита за шкирку и бежать прочь, пока на наши головы не свалился еще целый ворох проблем, без которых гномы, кажется, жить просто не могли. И после этого, надеюсь, мы с подданными Торина Дубощита и с ним самим никогда больше не встретимся.
Перед глазами вдруг вспыхнуло улыбающееся лицо Кили, и если бы я могла, то обязательно бы покраснела. Почему-то пришло понимание, что молодой гном начал занимать исключительно много места в моих мыслях, и рациональному расчетливому наемнику в моем лице это совсем не нравилось. Только вот почему-то мягкая улыбка и взгляд теплых карих глаз пробирали до дрожи, и не признать, что общество брюнета мне приятно, я не могла.
Мне нравилась его открытость, нравилась легкость, с которой он относился ко всему происходящему, и, одновременно с этим, твердость и храбрость, с которой Кили встречал трудности, не позволяя им сломать себя. Что уж говорить об обаянии молодого брюнета, благодаря которому он с такой легкостью мог расположить к себе любого. Не зря ведь ему даже в плену удалось разговорить ту рыжеволосую эльфийку, напавшую на меня в темницах.
При мыслях о ней в груди что-то неприятно заныло, во рту появился горький привкус, и я поспешила тряхнуть головой, едва не угодив при этом в воздушную яму. Глянула вниз, рассматривая лодку Барда, после чего мягко спланировала ниже, заметив, что мы добрались к воротам города.
— Стоять! — прокатился над водой зычный мужской голос. — Досмотр товара! Предъявляем документы! О, это ты, Бард!
— Добрый день, Перси, — поприветствовал выглянувшего из сторожки мужчину лучник, вежливо кивнув ему в ответ.
— Есть, что заявить? — невысокий худой незнакомец в потрепанной одежде утер рукавом своего плаща подтекающий нос и повыше поднял фонарь на головой, разгоняя туман.
— Нечего, — отмахнулся Бард, остановив лодку и спрыгнув на крыльцо сторожки, при этом протягивая мужчине какую-то смятую бумажку. Я незаметно опустилась на крышу покосившегося деревянного строения, с любопытством наблюдая за происходящим. — Только то, что я замерз, устал и хочу домой.
— Как я тебя понимаю, — смотритель махнул рукой и скрылся в своей сторожке, чем-то там загремев. Дважды хлопнул по бумаге печаткой, после чего сложил ее вдвое и протянул остающемуся невозмутимым Барду, который почти незаметно осматривался по сторонам. — Держи, все в полном поряд...
— Только не нужно торопиться, — послышался скрипящий незнакомый голос, от которого меня буквально передернуло. Новое действующее лицо я не видела, однако смогла рассмотреть, как побледнел Бард, что уже служило доказательством появившихся у нас проблем. — Партия пустых бочек из Лесного Королевства, — в голосе мужчины сквозил неприкрытый яд. Послышались шаги, и я смогла рассмотреть темноволосую макушку, показавшуюся прямо под козырьком крыши, на котором я сидела. — Только вот проблемка — они не пустые. Не так ли, Бард?
Наш знакомый подобрался, сузив глаза и поджав губы, а я, желая рассмотреть темноволосого мужчину повнимательней, спланировала на бортик лодки, позабыв о безопасности и демонстрируя типичную животную глупость. Тот самый дотошный брюнет оказался приземистым мужчиной лет сорока с неприятным желтоватым лицом, обрамленным жидкими, давно немытыми волосами. Темные маленькие глазки рассматривали стоящего напротив Барда с заметным превосходством, и в какой-то момент я поймала себя на мысли, что с удовольствием бы эти глазенки ему выцарапала.
— Насколько я помню, у тебя лицензия лодочника, — продолжал незнакомец, отпихнув с дороги более приветливого смотрителя, который теперь неуверенно переминался с ноги на ногу за его спиной, — а не рыбака.
Мужчина подхватил одну из воняющих рыбин, и я почти с ужасом заметила, что теперь любому, кто решил бы посмотреть на бочку, была бы видна рыжая макушка, кажется, Бомбура. Инстинкт самосохранения буквально взвыл, однако я, засунув его подальше, вновь распахнула крылья, спорхнув аккурат на эту самую макушку, борясь с желанием зажать себе нос от удушающих мерзких миазмов. Бард, проследивший за мной краем глаза, чуть нахмурился, однако тут же обернулся к своему собеседнику, сжав зубы, от чего на скулах заиграли желваки.
— Это не твое дело, — негромко произнес он.
— Ошибаешься, — тут же усмехнулся незнакомец, и желание вцепиться ему в лицо стало, практически, непреодолимым. — Это дело бургомистра, а значит — и мое.
— Да ладно тебе, Алфрид! — отмахнулся Бард, спрятав руки в карманы своего пальто и пытаясь выглядеть расслабленным. У него это даже получилось, и я мысленно похлопала его актерскому таланту. — Людям нужно что-то есть.
— Эта рыба — незаконный груз, — отрезал тот самый Алфрид, отвернувшись от лучника и глянув на смотрителя. — Опорожните бочки за борт.
Несколько мужчин, до этого нами незамеченных, послушно спрыгнули с крыльца сторожки на палубу, отпихнув Барда, а я напряглась, окинув их цепким внимательным взглядом. Четверо стражников, Алфрид и смотритель. Для того, чтобы расправиться с ними, мне понадобится не более двух минут, тем более — если Бард мне поможет, однако мы поднимем шум, а этого совсем не хотелось. Один из стражников ухватил ближайшую бочку, словно размышляя, как лучше ее приподнять, чтобы выполнить приказ, и я подобралась, чувствуя постепенно усиливающийся внутри жар. На моей стороне эффект неожиданности, я смогу убить двоих прежде, чем остальные сообразят, что происходит, а потом мне не составит труда расправиться с остальными.
— Люди страдают, — вдруг негромко произнес Бард, отвлекая меня от превращения. Я удивленно вскинула голову, не понимая, что он задумал. — Времена тяжелые, еды не хватает.
— Это не моя забота, — отмахнулся Алфрид.
Один из стражников вцепился в бочку, где я сидела, махнув рукой, чтобы согнать меня. Я распахнула крылья, выражая свое недовольство и цепляясь когтями за соскальзывающих рыбин. Почему-то в тот момент не возникло мысли, что настоящая птица уже бы улетела прочь, не проявив столь сильного упрямства, и я прицельно клюнула стражника в руку, когда он вновь попытался смахнуть меня. Мужчина рыкнул, после чего наклонил бочку, решив сбросить рыбу в озеро вместе с нахальной птицей.
Недовольно вскрикнув, я, наконец, поднялась в воздух, перелетев на другую бочку и с возрастающей паникой наблюдая за всем происходящим. К черту мирное решение конфликта, я не стану медлить с убийством, чтобы позволить раскрыть гномов. Взглянула на стоящего ближе всех стражника, оценивающе рассмотрев его горло, после чего вновь приготовилась обратиться, чувствуя прокатывающуюся по телу горячую волну.
— А если жители узнают, что люди бургомистра выбрасывают рыбу обратно в озеро? — отрывисто поинтересовался Бард, и я вновь замерла в ожидании, кляня лодочника за промедление. — Если поднимется бунт? Тогда это станет твоей заботой?
Судя по изменившемуся лицу Алфрида, лучник попал в цель. Мужчина побледнел, чуть нахмурившись и приоткрыв рот, после чего глянул на своих людей, с трудом переворачивающих бочки. Несколько рыбин скользнуло в воду, в одной из бочек я заметила поблескивающую лысину Двалина, буквально похолодела, прекрасно понимая, что его сейчас заметят, а потом...
— Прекратить, — прорычал Алфрид, вскинув руку, и стражники тут же вернули бочки в вертикальное положение, замерев и ожидая дальнейших приказов. — Все на благо народа, да, Бард? Защитник простого люда. Пускай сейчас я тебя послушаю, но это ненадолго.
С этими словами мужчина резко отвернулся и скрылся с наших глаз, за ним гуськом потянулись стражники, а смотритель, усмехнувшись в густую бороду, отдал приказ поднять ворота. Только в тот момент, услышав громкий скрежет, я сообразила, что уже некоторое время не дышу, и шумно выдохнула, склонив голову и чувствуя, как вновь забилось испуганное сердце. Потопталась на месте, рассматривая вонючую рыбу, после чего поднялась в воздух, спланировав на нос корабля и слыша, как за мной взобрался на палубу так же переводящий дух Бард.
Наша лодка, степенно покачиваясь в воде, проплыла несколько улочек, и я только сильнее вцепилась когтями в деревянный борт, на котором сидела. Опытный взгляд подмечал хоть и тщательно скрываемое, однако живое внимание к персоне Барда, пусть тот и не обращал внимания на жителей Эсгарота. Торговцы, делая вид, что заняты своим делом, не сводили с нас глаз, я чувствовала себя словно на помосте перед толпой, и мне это ужасно не нравилось, заставляя неуверенно перебирать лапами. Бард же, кажется, и вовсе был невозмутим, уверенно повернув лодку в один из небольших переулков между деревянных домов, как и все, сооруженных на маленьких деревянных помостах, возведенных прямо в воде. В воздухе витали сильные запахи рыбы и отходов, от которых невероятно мутило, однако думала я совсем не об этом.
Лодка остановилась, за спиной послышался грохот и ругательства, и я, оглянувшись, заметила, как Бард принялся переворачивать бочки прямо на палубе. Возмущенные, грязные, воняющие рыбой гномы выбирались на палубу, отплевываясь и ругаясь. Разглядев среди остального отряда злющую, как дракон, Турэ, я спланировала прямо к ней, устроившись на плече. Пахло от подруги, как и от остальных, просто отвратно, а от выражений, срывающихся с ее губ, уши сворачивались в трубочку. Почувствовав на плече лишнюю тяжесть, девушка повернула голову, рассмотрев меня, и тут же злобно прошипела, дернув плечом:
— Уйди, предательница.
— Ты их не видел, — отрывисто произнес Бард, спрыгнув к стоящему рядом с лодкой старику, который все это время наблюдал за происходящим с невероятным удивлением в глазах. Золотая монетка перекочевала в грязную ладошку незнакомца, после чего лодочник оглянулся и пожал плечами. — Рыбу тоже можешь оставить себе. А вы, — мужчина взглянул на стоящих за его спиной гномов, — следуйте за мной, только тихо и быстро. Наклоните головы. И вот, набрось это, чтобы никто тебя не узнал.
Сорвав с протянутой возле дома бельевой веревки чей-то темный плащ, брюнет перебросил его Турэ. Девушка тут же закуталась в предложенную ткань, с сомнением покосившись на лежащий на земле подол, после чего уверенно подхватила его, попытавшись подвязать так, чтобы он не тянулся за ней черным шлейфом. Набросила на голову капюшон и кивнула наблюдающему за ее действиями Барду, показывая, что готова продолжать путь. Я вновь спланировала подруге на плечо, и на этот раз следопытка не стала прогонять меня, лишь недовольно пробурчав себе под нос.
— Где вторая девица? — нахмурился лучник, окинув отряд внимательным взглядом. Я поежилась, пытаясь стать невидимой, стоящий неподалеку Кили подобрался, а Торин, смерив меня тяжелым взглядом, повернулся к Барду.
— Это не должно тебя заботить, она последует за нами, — отрывисто произнес король, и даже меня передернуло от его тона. Лодочник несколько мгновений молчал, словно обдумывая слова Дубощита, после чего вдруг глянул прямо на меня. Я застыла, чувствуя себя неуверенно под таким пристальным вниманием, Турэ повела плечом, пытаясь заслонить меня от пронзительного взгляда Барда, а тот, в свою очередь, лишь тихо хмыкнул и велел идти за ним.
Улочки, точнее, та их часть, что была над водой, были очень узкими, заставленными какими-то коробками и бочонками, от чего места совсем не было. Бард спешно петлял между прохожими, ежеминутно оглядываясь на наш небольшой отряд, гномы топали за ним, с интересом посматривая по сторонам, а Турэ, замыкающая шествие, была напряжена до предела. Я прекрасно понимала, что девушка встревожена, и что она, не смотря на то, какой храброй хочет казаться, действительно напугана всем происходящим. И она, и я прекрасно понимали, что такое нависшая над головой угроза виселицы.
— Эй, вы! — послышался вдруг неподалеку громкий голос, и весь отряд как-то нелепо замер.
Повернув голову, я заметила быстро направляющегося в нашу сторону стражника, уверенный и грозный вид которого говорил о том, что он целенаправленно идет к нам. Турэ попятилась, врезавшись спиной в стоящего рядом Фили, и гном, на мгновение сжав руками плечи девушки, тут же затолкал ее себе за спину, хмуро наблюдая за приближением представителя закона. Остальные мужчины подобрались, Бард тихо бросил нам, чтобы мы уходили, а сам буквально растворился в воздухе, нырнув за один из прилавков.
Гномы рванули врассыпную, послышались окрики еще, как минимум, четверых стражников, приближающихся к нам с разных сторон, а обитатели Эсгарота зароптали, привлеченные шумом. Я встревожено спорхнула с плеча Турэ, которую Фили неучтиво оттолкнул к одному из прилавков, прошептав:
— Сиди здесь.
Девушка возмущенно приоткрыла рот, собираясь возразить, однако в этот момент наше с ней внимание привлек болезненный вскрик и грохот падающих доспехов. Продолжая взмахами крыльев удерживать себя в воздухе, я обернулась и увидела, как Дори с Бомбуром уложили одного из стражников на землю, для верности разбив о его голову деревянную коробку. Второго свалил с ног зло рычащий Двалин, третий удостоился чести быть поверженным самим королем. Хаос и шум поднялись нешуточные, я уловила выкрики и быстрые шаги приближающегося к нам вооруженного отряда, а заметив, как поваленный на землю королевскими племянниками мужчина приходит в себя, оглядываясь осоловелым взглядом, рванула вперед.
На грудь стражника, приподняв одной рукой его за воротник, я опустилась уже человеком, выхватив из-за его пояса острый кинжал. Сталь сверкнула в свете катящегося по небу солнца, на шее под тонкой кожей быстро-быстро забилась тонкая синяя венка, а я, приблизившись к его лицу, тихо выдохнула:
— Даже не думай поднимать шум, uvanimo tirmo.
Острое лезвие многозначительно прижалось к шее неудачливого мужчины, в его глазах вспыхнул животный ужас, заставивший его тут же закивать, а я лишь довольно усмехнулась, напряженно замерев и прислушиваясь ко всему происходящему. Шаги становились ближе, гномы затаились под прилавками, стараясь не привлекать к себе внимания, а обитатели Эсгарота, до этого увлеченно наблюдающие за маленькой баталией, тут же вернулись к своим повседневным делам, едва завидев появившиеся на горизонте фигуры стражников.
— Что здесь такое? — прозвучал зычный командный голос, заставивший побелевшие от напряжения пальцы еще сильнее сжать рукоять кинжала.
Подняла голову, пересекшись взглядом с ошарашено наблюдающим за мной Кили, после чего, кивнув ему, выхватила из толпы маленькую фигурку Турэ, присевшую у нескольких деревянных бочек. Рассмотрела и остальных гномов, без труда отметив их местонахождение, после чего на мгновение облегченно выдохнула, увидев мелькнувшую возле вооруженного кузнечным молотом Торина кудрявую макушку Бильбо. Стражник подо мной неловко дернулся, пользуясь тем, что я отвлеклась, однако тут же испуганно замер, когда я резко повернулась к нему, сильнее надавив на шею лезвием. Под острым кончиком кинжала выступила капля крови, и я лишь с улыбкой покачала головой, показывая мужчине, что шутить не намерена. Судя по тут же потемневшему от ужаса взгляду — мой намек он понял.
— Всем стоять, никто не уходит, — протянул тот самый командный голос, тяжелые шаги медленно протопали вдоль длинного торгового ряда.
— Брага! Саори! — воскликнул появившийся словно из ниоткуда Бард, заставив меня испуганно вздрогнуть. Вновь подняв голову, я смогла рассмотреть фигуру знакомого лучника и стоящих перед ним двоих мужчин. Один, судя по всему, был капитаном стражи, второй, как мне показалось, лишь рядовым стражником, однако особого значения это не имело. Мы вновь, уже второй раз за каких-то полчаса, нарвались на представителей власти в Эсгароте, и радовать это совсем не могло.
— Ты... — протянул высокий светловолосый мужчина в красном плаще. Тот самый, капитан. Кажется, встреча с Бардом дня него особо радостной не была. — Что ты задумал?
— Я? — неподдельно возмутился лучник, округлив глаза. — Я ничего не задумал.
— Ага, как же, — прорычал мужчина, оттолкнув брюнета с дороги и буквально просочившись, что с его телосложением было просто удивительно, за один из прилавков.
Внутри все буквально похолодело, а испуганный взгляд зацепился за напрягшуюся подобно струне Турэ, которая, прижавшись спиной к бочкам, крепко зажмурилась, беззвучно шевеля губами. Капитан стражи смотрел прямо в ее сторону, краем глаза я заметила, как побледнел Фили, рефлекторно дернувшись вперед, однако тут же был остановлен схватившим его за плечо братом. Под ложечкой засосало, руки от напряжения дрожали, а стражник, к горлу которого я до сих пор прижимала кинжал, едва не заскулил от страха, чувствуя, как острое лезвие впивается в кожу до боли.
— Брага! — воскликнул Бард, вновь привлекая к себе внимание капитана стражи и демонстрируя ему какую-то безвкусную смятую тряпку, в которой я опознала женское нижнее платье. — Твоей жене это очень подойдет.
— Да что ты знаешь о моей жене? — отвлекшись от пристального разглядывания прилавков, мужчина повернулся к лучнику, поджав губы и глядя на него почти с ненавистью.
— Ее каждый мужик в городе знает, — пожал плечами Бард.
Я приглушенно прыснула, а капитан стражи весь пошел красными пятнами. Выдав пару ругательств, он выхватил из рук лучника платье и широким шагом отправился прочь, кликнув за собой стражников. Бард совершенно незаметно перевел дыхание, гномы немного расслабились, опустив свое импровизированное оружие, а я, глянув на все еще лежащего на земле стражника, отняла от его горла кинжал, с силой приложив его рукоятью по виску.
— Я позаимствую это, — вежливо попросила я, наблюдая за тем, как голова мужчины откинулась на деревянные доски. Поднялась на ноги, спрятав кинжал в голенище сапога, после чего вздрогнула, когда совсем рядом раздался голос Кили:
— Это было слишком грубо.
— Пусть радуется, что остался жив, — пожала я плечами, а затем, не размениваясь на разговоры, направилась вслед за Бардом, который вновь спешно подзывал гномов за собой. Заинтересованные взгляды жителей жгли спину, заставляя чувствовать себя не в своей тарелке, за спиной тихой бормотала ругательства Турэ, старательно кутаясь в сворованный плащ, а впереди маячила кучерявая макушка Бильбо, с любопытством и опаской осматривающегося вокруг.
— Папа! — негромкий окрик привлек внимание, когда мы успели уже отдалиться на приличное расстояние от места стычки. Повернув голову, я с любопытством осмотрела приблизившегося к нам мальчишку лет тринадцати-пятнадцати, определенно похожего на Барда чертами лица и такими же густыми смольными волосами. — Наш дом, за ним следят!
Гномы замерли на месте, ошарашенные услышанным, а мы с Турэ заинтересованно переглянулись, тут же уставившись на задумавшегося Барда. Кажется, наш проводник был не таким уж сознательным и добропорядочным жителем, если за ним и без нашего участия наблюдают, судя по всему, по приказу пока незнакомого мне, но уже искренне ненавидимого бургомистра. Мужчина повернулся к нам, с недовольством заметив искреннее любопытство на наших лицах, после чего покачал головой, обратившись к Торину:
— Если это так, я не могу просто провести вас к дому, потому что тогда бургомистру все донесут.
— И что нам делать? — осведомился Дубощит, сложив руки на груди и глядя на лучника с заметным недовольством. Конечно, мы платили за то, чтобы пробраться в город, раздобыть оружие и амуницию, а вместо этого уже очередной раз влипаем в неприятности. Как для одного дня, это слишком много.
— Мы с Баином пойдем вперед, — заявил Бард, решительно кивнув. — Пусть люди бургомистра знают, что я вернулся. Вы пойдете сюда, — мужчина махнул рукой в сторону небольшого проулка, — увидите дом с синими ставнями. Вы выйдете к нему как раз с задней стороны, там никто вас не увидит. Я подам знак, когда будет чисто, и вы заберетесь под водой через туалет в дом.
Сказав так, мужчина подтолкнул в спину сына и быстрым шагом скрылся с наших глаз, свернув в соседнюю улочку и оставляя ошарашенных гномов переминаться с ноги на ногу. Торин опять нахмурился, Двалин грязно выругался, демонстрируя свое отношение ко всему происходящему, я нервно хмыкнула, подозревая, что лучник попросту издевается, а стоящая рядом Турэ сбросила свой капюшон, возмущенно уставившись вслед Барду.
— Это я сейчас правильно поняла? Он заставляет нас лезть в дом через...
— У нас выбора другого нет, так что лучше поспешить, пока нас вновь стражники не настигли, — поделился наблюдениями Балин, и его поддержали согласными, пусть и не совсем воодушевленными кивками.
— Думаю, мне лучше полететь вслед за ними, убедиться, что все в порядке, — быстро сориентировалась я, однако Турэ, догадавшись о моих намерениях, крепко вцепилась в мою руку, не позволяя направиться вслед за нашим проводником.
— Ну, уж нет, дорогуша, — прошипела она, сверкнув глазами. — Теперь не отвертишься, через нужник полезем вместе.
Я скривилась от отвращения, пытаясь стряхнуть повисшую на моем предплечье следопытку, однако Торин громко рыкнул на нас, призывая к порядку, и брюнетка уверенно потащила меня за остальными, самодовольно усмехаясь. Мне ничего не оставалось, как топать за ней, пытаясь не думать о том, что ждет нас впереди.
Переулок был совсем безлюдным, рынок шумел где-то вдали, и нашему отряду удалось проскользнуть никем незамеченным. Дом с синими ставнями оказался прямо перед нами, что не могло не радовать, стражников вокруг не наблюдалось, однако рисковать не хотелось, и гномы один за другим скользнули в холодную воду, стремясь побыстрее оказаться в безопасности.
Я присела на деревянные доски, без особого воодушевления проследив за проплывшей мимо меня льдиной, после чего, собравшись с духом, скользнула в озеро. В тело словно впились множество иголок, я захлебнулась на вздохе, чувствуя, как тело буквально деревенеет, после чего через силу сделала несколько гребков, пытаясь расцепить сведенные холодом зубы и подавить охватившую тело дрожь. Получалось с трудом, онемевшие конечности двигаться решительно не хотели, и чтобы проплыть небольшое расстояние к дому, пришлось приложить немало усилий.
— Ну, Лира, я тебе это припомню, — бодро простучала зубами Турэ, удерживаясь на плаву. Свой «позаимствованный» плащ она где-то потеряла, по внешнему виду больше напоминала старую мокрую кошку, впрочем, очень сомневаюсь, что я выглядела лучше.
Где-то наверху, в доме, под который мы заплыли, простучали шаги, грохнула дверь, и послышались негромкие голоса. Подняв голову, я с тоской рассмотрела небольшое круглое отверстие, после чего печально вздохнула, пообещав себе после этого похода отомстить Бильбо за все свои унижения. Кажется, по моему слегка прищуренному взгляду хоббит понял, о чем я думаю, потому что поспешил отплыть в сторону, спрятавшись за недовольным Двалином.
Послышался негромкий короткий стук, после чего — спустя пару мгновений — еще один такой же. Громко крякнув и подтянувшись на руках, Двалин первым полез наверх, откуда вскоре послышался его негромкий и злой, больше похожий на рычание голос, после чего гном исчез из нашего поля зрения, уступая место Торину и сразу последовавшему за ним Бильбо. Вслед за хоббитом поторопились и племянники короля, а потом и нас с Турэ Бофур подтолкнул вперед.
— Давай руку, — показался над головой Кили, когда я, подтянувшись, вскарабкалась наверх порывистыми быстрыми движениями. Спустя мгновение заледеневшие пальцы сжала горячая ладонь, и меня буквально вытащили из ненавистной деревянной конструкции. Едва не зацепившись о какую-то балку, я почти что свалилась в руки брюнета, и он поспешно оттащил меня в сторону, позволяя своему брату помочь выбраться Турэ.
— Большое спасибо, — произнесла я, поспешно выбираясь из теплых объятий мужчины и пытаясь не думать об ощущении быстро бьющегося чужого сердца под своей ладонью.
— Не приведи Мелькор ты кому-то расскажешь о том, как я вылезала из нужника, — рыкнула Турэ, с помощью Фили выбираясь на поверхность. Оперлась на плечо блондина, вытряхивая из сапог воду, после чего убийственно глянула на меня, сверкнув глазами.
— Да брось, чего тебе волноваться после наво...
— Это был не навоз! — рявкнула подруга, а затем, услышав смешки стоящих рядом племянников короля, порывисто направилась вверх по лестнице, бормоча под нос ругательства.
В доме Барда оказалось тепло и уютно, приятно пахло домашней выпечкой и травяным чаем, перебивающим ставший ненавистным запах рыбы. Двое молодых девушек, одна постарше, вторая — младше уже знакомого нам Баина, с удивлением и интересом рассматривали разбредшихся по комнате гномов, которые отбивали зубами громкую дробь после незапланированного купания. Сам Бард подбрасывал в камин поленья, ставя на огонь большой котелок с водой, а его сын встревожено выглядывал в окно.
Нам повезло, отданных Барду денег с лихвой хватило на его гостеприимность, и не пришло и получаса, как весь наш отряд, по большей мере переодетый в сухую одежду, устроился на стульях, попивая горячий отвар и заедая его сдобными лепешками. Мужчинам лучник выделил свои рубашки и пару теплых курток, со мной и Турэ поделились одеждой его дочери. И пусть рубашки и темные брючки были старыми и изрядно потертыми, однако все еще крепкими, а главное — сухими, что не могло не радовать. Ко всему прочему, изголодавшийся за несколько дней в темнице организм был в полнейшем восторге, и я, наевшись и пригревшись у камина, едва ли не мурлыкала в голос, чувствуя, как впервые за долгое время тело расслабляется.
Торин с Балином и Фили о чем-то негромко шептались, остальные гномы просто отдыхали, пытаясь устроиться поближе к камину, а Турэ, привычно заняв самый укромный уголок, задумчиво рассматривала потолок, нет-нет, да и поглядывая изредка на плотно зашторенное окошко. Прекрасно успев ее изучить, я понимала, что девушка встревожена, однако ни за что не признается в этом. Перехватив мой внимательный взгляд, она лишь хитро усмехнулась и отсалютовала мне кружкой с отваром, вызвав мягкую улыбку.
Слева послышался скрип пружин, и повернув голову, я заметила присевшего на кровать Кили. Мужчина был бледен, выглядел слабым и абсолютно больным, по его лицу градом катился пот, и от этой картины сердце сжималось. Покачав головой, я решительно оставила свою кружку, после чего поднялась на ноги, перехватив проходящую мимо девчушку.
— Тильда, не могла бы ты принести мне чистое полотенце, горячей воды и ткани, которую можно пустить на повязку? — попросила я ее, вежливо улыбнувшись. Девочка улыбнулась в ответ, утвердительно кивнув, и я направилась прямо к самоуверенному упрямцу, ни за что не попросившему бы помощи.
— Ллир, — тут же расцвел улыбкой брюнет, моментально прекратив морщиться от боли и расправив плечи.
— Прекращай, — отмахнулась я, опустившись перед гномом на корточки, после чего закатала рукава новой рубашки и отбросила с лица мешающие волосы, оценивающе осматривая кое-как перевязанную рану. Повязка намокла, пропитавшись кровью и водой, узел ослаб, и я прекрасно понимала, что при таких условиях рана может воспалиться, если уже не воспалилась. — Побудь хорошим мальчиком и не дергайся, пока я не завершу с повязкой.
— Это просто царапина, тебе совсем не нужно... — начал Кили, однако тут же умолк, когда я перехватила его взгляд, чуть склонив голову набок. Тяжело вздохнула, затем принялась осторожно развязывать узел, пытаясь не тревожить ногу почем зря.
— Вот, держи, — рядом со мной опустилась небольшая миска с горячей водой и стопка чистых полотенец.
— Спасибо, — я улыбнулась Тильде, после чего продолжила свое дело, склонившись над раной и слыша, как Кили тяжело дышит, сжимаясь от боли.
Сняла старую повязку, отбросив ее в сторону, после чего склонилась еще ниже, рассматривая ногу мужчины. Рана выглядела просто ужасно, сочилась кровью и гноем, а кожа по краям покраснела и напухла, натянувшись так, что, казалось, сейчас порвется. Боль гном должен был чувствовать просто адскую, и я невольно закусила губу, всего на мгновение подняв голову. Чуть прикрыв глаза, Кили наблюдал за мной из-под опущенных ресниц, и я поспешила отвести взгляд, вновь сосредоточившись на деле.
Потянувшись к полотенцу, я смочила его в горячей воде, принявшись медленно и осторожно очищать рану. Тильда не подвела, налив не просто воды, но и добавив к кипятку порошок из сушеных целебных трав, которые должны были снять воспаление, и я только мысленно поблагодарила девочку за смышленость. Кили дернулся от боли, вцепившись в деревянный столбик кровати и подобравшись, как зверь перед прыжком, и я виновато поджала губы, на мгновение замерев.
— Извини, — бросив быстрый взгляд на гнома, я вновь вернулась к промыванию рану, прекрасно понимая, что боль он ощущает действительно сильную.
Со скрупулезностью одержимой чистотой хозяйки я вычищала рану, смывая кровь и гной и убирая омертвевшую кожу. Обломленный наконечник уже вытащили, иначе мне пришлось бы гораздо сложнее, а причинять гному еще больше боли, чем он сейчас чувствовал, мне не хотелось. Кили в очередной раз закусил губу, втянув воздух сквозь зубы, и я почувствовала напряженный взгляд Фили, на мгновение оглянувшегося на нас.
— Почти готово, — я подбадривающее улыбнулась брюнету, а затем отложила окровавленное полотенце, убедившись, что рана достаточно чистая. Смочила в отваре чистую тряпицу, сложив ее и приложив к ноге, после чего приступила к перевязке, рукавом стерев капельку пота, скатившуюся по виску.
— Тебе не стоило так беспокоиться, — тихо произнес Кили, наблюдая за моим действиями, и я лишь фыркнула, лукаво глянув на мужчину.
— Мне и не такие раны штопать приходилось, так что не волнуйся об этом, — на губах вспыхнула улыбка, а руки ловко и быстро перевязали рану. Чуть отстранившись, я убедилась в том, что повязка надежно закреплена, а потом взяла со стула полотенце, протянув руку и осторожно вытерев стекающий по лицу гнома пот.
— Спасибо тебе, — сказал мужчина, на мгновение сжав мою ладонь в своей. Я замерла, не сводя с брюнета внимательного взгляда, после чего тряхнула головой, словно сбрасывая наваждение, и поднялась с пола, легко освободив руку.
— Обращайся, — легко пожала плечами и подхватила миску с постепенно остывающей водой, ретировавшись в другой конец комнаты и принявшись смывать с рук кровь. Запястья мелко дрожали, на скулах расцвел румянец, и я тщательно пыталась взять себя в руки, игнорируя тихий смешок внимательно наблюдающей за мной Турэ.
— Мы заплатили тебе, — послышался властный голос Торина, который, переговорив с Балином, обернулся к Барду. В глазах короля горел огонь нетерпения, и взгляд был хмур и суров. — Где оружие?
— Ждите здесь, — отозвался лучник, выйдя за дверь, а я переглянулась с подругой, тут же пожавшей плечами. На улице послышался плеск воды, гномы с любопытством вытянули шеи, прислушиваясь, а спустя мгновение брюнет вновь вошел в дом, таща на плече завернутую парусину, в которой что-то тихо позвякивало.
Мужчины поднялись со своих мест, сгрудившись вокруг стола, на который Бард взгромоздил свою ношу, после чего развернул парусину, открывая удивленным взглядом отряда груду сваленных друг на друга штыков, пару кузнечных молотов, клещей и целую кучу подобного этому ржавого железа, вызвавшего у меня непроизвольный смешок. Сомневаюсь, что заносчивый Дубощит ожидал именно этого.
— Что это? — нахмурился король, рассматривая странную на вид конструкцию.
— Пика с крюками, — охотно пояснил Бард, пожав плечами. — Сделана из старого гарпуна.
— А это? — Кили тоже подошел к столу, взяв в руки привлекшее мое внимание подобие кузнечного молота. Его брат, стоящий рядом, с сомнением рассматривал хлипкое сооружение из деревянной рукояти с прикрепленным к ней лезвием.
— Клевец по-нашему, — повернулся к гному лучник. — Сделан из кузнечного молота. Немного тяжеловат, согласен, но в битве...
— Какая очаровательная прелесть, — с улыбкой произнесла Турэ, внимательно рассматривая причудливый короткий кортик, выплавленный, скорее всего, из бронзы, и затупленный до невозможности. — Сколь очарователен, столь же и бесполезен.
— Мы же заплатили тебе за оружие, — раздраженно отозвался Глоин. — За выкованные из железа мечи и секиры!
— Это просто мусор, — поддержал рыжеволосого Бофур, отбросив от себя изогнутую железяку. Гномы согласно зароптали, и я невольно нахмурилась. Чего еще они хотели в бедном и совсем не процветающем городке? Надеялись, что их проведут в оружейную мастерскую и вручат каждому эльфийский клинок? Еще повезло, что хоть этот бесполезный хлам имеется в наличии.
— Лучшего вам не найти, — спустил с небес на землю мужчин Бард, невольно нахмурившись. — Настоящее оружие в городе хранится в единственном месте — в городском арсенале. Под замком.
— И ты знаешь, как туда попасть? — невинно полюбопытствовала я, отбросив полотенце, которым отмывала руки, и решив присоединиться к разговору. Бард смолк на полуслове, покосившись на меня с недоверием, после чего немного снисходительно улыбнулся, покачав головой.
— Только не говори, что ты собираешься проникнуть в запертую охраняемую оружейную ради парочки мечей, — произнес он. — Вы и так пребываете в городе незаконно, чтобы еще и головой своей так глупо рисковать.
Гномы с любопытством прислушивались к нашему разговору, выглянувший из-за плеча Нори Бильбо посмотрел на меня с плохо скрытым удивлением и ужасом, а я только сложила руки на груди, испытывающе глядя на своего собеседника. Разгадавшая мой план Турэ тоже заинтересованно покосилась на Барда, и тот только тяжело вздохнул, словно не веря, что мы действительно столь сумасшедшие.
— Просто так вам туда не попасть, очнитесь, — попытался он воззвать к голосу разума стоящего рядом Торина.
— Мы заплатили тебе за то, чтобы попасть в город и получить помощь, — вкрадчиво обратилась к лучнику Турэ. — И мы благодарны тебе за то, что ты помог. Но все остальное — уже наша забота, и мы сами сможем постоять за себя, уж поверь. А если, все же, хочешь помочь сверх этого, то скажи, знаешь ли ты, как проникнуть в арсенал.
Подобная тирада брюнетки изрядно удивила всех присутствующих, заставив оглянуться на нее, а я лишь опустила голову, спрятав в уголках губ довольную усмешку. Бард несколько мгновений молчал, словно пытаясь справиться с удивлением, после чего опять покачал головой, опираясь руками о стол. Вздохнул, подняв на нас с подругой взгляд, и тихо заговорил:
— Если хотите проникнуть в арсенал, я вам здесь не помощник. Однако я знаю человека, который может вам помочь.
— И кто же это? — опасливо поинтересовался Балин, на что мужчина только пожал плечами.
— Я не знаю его имени, он прибыл к нам в город совсем недавно и обосновался в местной таверне. Мало с кем общается, предпочитает не показываться на глаза страже, однако готов взяться за... не совсем законную работу.
— Наемник, — моментально определила я, взглянув на Торина. — Так даже лучше, он не будет задавать лишних вопросов. Если повезет — сможем договориться без денег.
— А сама-то давно от оплаты отказывалась? — съязвила Турэ, с сомнением покосившись на меня, однако развивать свою мысль не стала, заметив недовольный взгляд. Вновь повернувшись к королю, я выжидательно замерла, чуть склонив голову набок.
— Это разумно, — наконец, кивнул Дубощит, после чего обвел взглядом свой отряд. — Нам нужно уходить, найдем этого наемника, а потом...
— Вы никуда не уйдете, — отрывисто произнес Бард, заставив Торина замолчать и оглянуться на него с плохо скрываемой злостью.
— Что это значит? — рыкнул кто-то из гномов, между мужчин прокатилась волна недовольства.
— За домом следят люди бургомистра, — лучник махнул рукой в сторону окон. — Как и за каждым доком и причалом в городе. Нужно дождаться ночи, у вас нет другого выхода.
С этими словами Бард вновь завернул свои ржавые железки в парусину, после чего, отойдя к двери, подманил к себе Баина, что-то зашептав ему на ухо так тихо, что даже я не услышала. Гномы негромко переговаривались, обсуждая дальнейший план действий, а я, заметив, как знакомый лучник вышел за дверь, подошла к Торину, привлекая его внимание.
— Если мы хотим договориться с наемником, нужно делать это сейчас. В арсенал придется проникать ночью, а после этого нужно будет бежать, и побыстрее. Значит — нужно до вечера составить план действий, к тому же, мы можем позже и не найти в таверне наемника.
— Ты слышала, что сказал Бард, за домом следят, — отозвался Двалин, выслушав мои доводы. — Если мы выйдем за дверь, незамеченными нам оставаться не удастся.
— Это если мы пойдем всем отрядом. А я смогу выбраться незаметно, — продолжала я настаивать на своем, и тут же замолчала, когда подошедшая к нам Турэ дернула меня за плечо.
— Так я тебя одну и отпустила, держи карман шире, — недовольно заявила она, и я лишь усмехнулась, взглядом поблагодарив девушку за поддержку. — Мы найдем наемника и договоримся о помощи, а потом вернемся сюда и ночью отправимся к арсеналу.
— Звучит вполне разумно, — пожал плечами Балин, повернувшись к Торину. — Если им удастся выбраться, они помогут нам сэкономить время. А я напомню тебе, что его у нас не так много.
— Вы с ума сошли? — вклинился в наш разговор Фили. Подошел ближе, поглядев на дядю, как на блаженного, после чего обратил недовольный тяжелый взгляд на тут же потупившуюся Турэ. — Ты беглая воровка, и за твою голову, напомню, назначили цену, а в деньгах эти люди явно нуждаются.
— А ты метаморф, — глянул на меня Кили, и я с удивлением осознала, что точно так же, как и подруга, рассматриваю свои сапоги. — Если кто-то увидит, как ты обращаешься? Напомню, что и за тобой охота ведется неслабая.
— Да что, первый раз, что ли, — беспечно отмахнулась следопытка, горделиво подбоченившись. — К тому же, мы не совсем уж глупые, чтобы привлекать к себе лишнее внимание. Вошли и вышли без проблем, никто нас даже не заметит.
— Тот человек, он наемник, — с сомнением пробормотал Бофур, поджав губы. — Возможно, убийца. Опасно отпускать вас двоих без оружия к нему.
— Так, кажется, вы начали забывать, с кем говорите, — вкрадчиво произнесла я, обведя внимательным взглядом собравшихся вокруг мужчин, которые тут же умолкли. — Наемники — это мы. И убийцы, — в голосе зазвенела сталь, от которой стоящий рядом Бильбо поежился, — это тоже мы.
— Поэтому волноваться вам совершенно не о чем, — хищно усмехнулась Турэ, демонстративно подхватив лежащий на столе нож и повертев его между пальцами. — И я предлагаю не размениваться на бесполезные разговоры, а заниматься делом.
Не дожидаясь согласия мужчин, мы с девушкой переглянулись, после чего, не сговариваясь, направились к входной двери. Я осторожно выглянула в окно, подмечая двух рыбаков возле дома, затем, повернувшись к подруге, отрицательно качнула головой. Рядом возник взъерошенный Баин, взглянувший на нас с сомнением.
— Отец сказал, что вам нельзя выходить, — решительно произнес он.
— Деточка, не стоит злить наемного убийцу, — снисходительно улыбнулась Турэ, затем, полюбовавшись побледневшим вытянутым лицом мальчика и легко потрепав его по волосам, повернулась ко мне, моментально посерьезнев. — Через дверь нам не выбраться, я так понимаю.
— Придется выходить так, как и заходили, — пожала я плечами, и мы с подругой одновременно покосились на печально знакомую лесенку, ведущую вниз.
— Ладно, нужник, так нужник, — печально выдохнула брюнетка, первой направившись вперед.
Тяжело вздохнув, я перехватила направленный в нашу сторону взгляд Кили. Он выглядел встревоженным и недовольным, однако не говорил ни слова, прекрасно понимая, что слушать его мы не станем. Осознав, что я смотрю на него, мужчина еще сильнее нахмурился, а затем едва заметно покачал головой, словно надеясь, что я поведу себя благоразумно.
Впрочем, его надеждам не суждено было сбыться, потому что я, лишь легко улыбнувшись, быстрым шагом направилась вслед за исчезнувшей внизу подругой...