Глава 15
По дому плыл пряный запах свежеиспеченного хлеба и душистого парного молока, деловито постукивали деревянные ложки и кружки, и кроме этих звуков больше ничего не нарушало утреннюю тишину. Гномы, удобно устроившись за большим квадратным столом, с удовольствием завтракали предложенными Беорном угощениями, а сам оборотень, разливая молоко из большого глиняного кувшина по чашкам, то и дело недовольно вздыхал, явно мечтая, чтобы его неожиданные гости исчезли с лица земли. От нахлынувшей при встрече злости он уже отошел, ярости в его взгляде и движениях поубавилось, однако это совсем не означало, что он полностью успокоился.
Снуя от гнома к гному и выставляя на стол угощения, Беорн то и дело поглядывал в нашу сторону, от чего я чувствовала себя ужасно неуютно. Турэ, уставившись в свою тарелку невероятно заинтересованным взглядом, пыталась не привлекать к себе лишнего внимания, и лишь иногда в ее глазах вспыхивала тень недовольства, когда девушка вспоминала незапланированное валяние в садовой пыли в процессе спасения своей головы от летящего в нее топора. Я же, сидя у подруги на плече в облике рыжевато-коричневой сойки, старательно пыталась скрыться в темных прядях волос следопытки.
Честно сказать, в тот момент, когда обезумевший от ярости оборотень швырнул в нас огромный острый топор, я на какую-то долю секунды решила, что этот ненавистный поход, который я с самого начала не одобряла, закончится для меня совсем не так, как я планировала, и до Одинокой Горы я не дойду. Впрочем, в тот момент сработали животные инстинкты, а так же, вероятнее всего, сильное желание жить, поэтому буквально за мгновение до того, как метко брошенное оружие нас настигло, я птицей взмыла в небо, спасаясь от острого лезвия. Турэ же таких способностей не имела, поэтому ей пришлось буквально рухнуть на землю, вывалявшись в пыли и отплевываясь от травинок.
Все это действие заняло не больше нескольких секунд, и выглядело, наверное, весьма эффектно, особенно — для не готовых к такому повороту гномов. Подчиняясь выработанным рефлексам, они потянулись к оружию, однако громкий окрик совладавшего с собой Митрандира заставил их замереть и лишний раз не привлекать к себе внимания. Турэ, оценив происходящее, решила остаться на земле во избежание повторения ситуации, а я, затаившись между густой листвы растущей в саду яблони, зареклась спускаться вниз.
Разрешил все сложившиеся обстоятельства, как это ни странно, именно Беорн, который, немного выпустив пар, решил пригласить незваных гостей на завтрак и первым направился в дом. Гномы посторонились, пропуская огромного мужчину и стараясь не маячить перед его глазами, Митрандир, пытаясь удерживать на лице маску доброжелательности, последовал за оборотнем, а Турэ, наконец, поднявшись на ноги, с остервенением отряхивала одежду от пыли. Я же, спланировав подруге на плечо, решила пока не оборачиваться обратно в человека, чтобы не провоцировать Беорна на еще одну вспышку ярости.
— Итак, ты тот самый Дубощит, — глубокий, наполненный рычащими нотками голос оборотня поплыл по дому, заставив меня встрепенуться и с интересом прислушаться ко всему происходящему. Беорн, отставив кувшин с молоком, прошелся по деревянному полу, словно прислушиваясь к поскрипывающим деревянным доскам. — Скажи, почему Азог Осквернитель охотится за тобой?
— Ты знаешь Азога, — негромко произнес Торин, подняв голову и глянув на оборотня. В отличие от остальных гномов, король не присоединился к завтраку, предпочтя стоять в стороне. — Откуда?
Внимательно рассматривая Беорна, я не могла не заметить, как он потемнел лицом, замерев на несколько мгновений и глядя в одну точку. Хоть я и знала оборотня на протяжении нескольких лет, однако никогда не слышала его истории, прекрасно зная, что ему не понравятся чужие расспросы, он же, в свою очередь, никогда не заговаривал о том, что с ним произошло. И сейчас я впервые увидела искреннее проявление эмоций, отличных от ярости или злости. В этот раз было что-то другое, непривычное для оборотня, однако хорошо знакомое мне.
Злая горечь и жгучая ненависть...
— Мой народ первым заселил горы, — произнес Беорн, не глядя ни на кого. — Еще до прихода орков с севера. Азог... — мужчина на мгновение умолк, после чего продолжил абсолютно ровным и спокойным голосом, — вырезал почти всю мою семью, а оставшихся взял в рабство. Не для работы, нет. Это была забава, — его взгляд безошибочно нашел меня и обжег холодом, от которого мне стало не по себе. — Он сажал оборотней в клетки и истязал их себе на потеху.
— Значит, есть и другие кроме тебя? — неуверенно поинтересовался Бильбо, глянув на меня.
— На подругу свою не смотри, не оборотень она, — возразил Беорн, повернувшись к хоббиту, и тот недоуменно нахмурился:
— Что это зна?..
— Когда-то оборотней было много, — перебил моего друга мужчина, и я перевела дух, радуясь, что на неловко брошенной фразе не стали заострять внимание. — Теперь же всего один...
Повисла угнетающая тишина, прерываемая только едва слышным перестуком столовых приборов и щебетом птиц с улицы. Гномы, размышляя над услышанной информацией, помалкивали, Турэ тоже, против обыкновения, не оставляла ехидных комментариев, а Беорн, словно уже злясь на себя за то, что рассказал свою историю, отставил кувшин на стол, после чего, глянув на Митрандира, перевел тему разговора:
— Значит, вам нужно выйти к Горе до конца осени?
— До наступления Дня Дурина, — уточнил Гэндальф, выдохнув седой дымок и вновь прикурив извечную трубку.
— Ваше время на исходе, — подметил оборотень, сев в резное деревянное кресло и положив руки на подлокотники.
— Именно поэтому наш путь лежит через Лихолесье.
Слова волшебника прозвучали для меня словно приговор. Я радовалась только одному факту — что в животном обличьи мои эмоции не так заметны для окружающих. По крайней мере, для тех, кто меня плохо знает, потому что Турэ, как-то нервно дернув головой, покосилась на меня с явным сомнением, после чего бросила точно такой же взгляд на Митрандира. Тот, в свою очередь, явно не замечал наших переглядываний, обратив свой взор на хмурящегося Беорна, который над чем-то задумался. Я же, не зная, куда себя деть от охватившей сердце тревоги, скользила взглядом по дому, пытаясь судорожно решить, что же делать в сложившейся ситуации.
— Ходят слухи, что орки из Мории заключили союз с Некромантом из Дол-Гулдура, — сообщил оборотень, заставив Митрандира нахмуриться. — Я бы не совался туда без крайней нужды.
— Мы пойдем по эльфийской тропе, — заявил совладавший с собой волшебник, а я, не сумев сдержать эмоций, спорхнула с плеча подруги, растворившись в яркой вспышке.
Волосы завесили лицо, скрывая необыкновенную бледность, а зеленые глаза полыхнули золотым огнем, заставившим меня сжать кулаки. Заметив любопытствующие взгляды гномов, я подошла к подоконнику и уставилась на открывающееся взгляду зеленое плато, залитое солнечным светом. Пейзаж был невероятно спокойным, надежным и умиротворяющим, однако тяжелые мысли стальным обручем сжимали голову и горло, не позволяя вздохнуть свободно.
— Лесные эльфы не похожи на своих собратьев, они не так мудры, — голос Беорна заставил меня вздрогнуть, — и более вспыльчивы. Впрочем, это не столь важно.
— Почему же? — нахмурился Торин, повернувшись к мужчине.
— Эти земли кишат орками, — произнес оборотень, оглядев каждого из присутствующих. — Их становится все больше, а вы идете пешком. Живыми вам до леса не добраться.
«И оттуда не выбраться», — мрачно подумала я, сложив руки на груди и повернувшись к остальным. Гномы были весьма встревожены нелицеприятными перспективами, и совсем не скрывали этого, хоббит предпочитал делать вид, что его здесь нет, и только по совершенно каменному лицу Турэ невозможно было понять, о чем она думает в этот момент.
— Я не люблю гномов, — заявил Беорн, поднявшись на ноги и медленно приближаясь к Торину. — Они алчны и слепы, они не видят ценность жизни тех, кто слабее их, — взгляд мужчины обжигал, а в карей глубине плескалось темное пламя. Торин напрягся, словно струна, не сводя взгляда со своего собеседника, и на какое-то мгновение мне показалось, что его рука самую малость дернулась к мечу, прикрепленному к перевязи. — Но орков я не люблю еще больше, — решительно произнес оборотень, сжимая кулаки. — Поэтому я помогу вам.
Признаться честно, я не ожидала, что Беорн согласится нам помогать, однако после короткого разговора с Гэндальфом и Торином без участия остальных членов отряда оборотень заявил, что, если мы хотим успеть до наступления темноты, нам пора выступать. Гномы деловито собирали свои вещи и перепроверяли оружие, я помогала Бильбо упаковать его походный рюкзак, а Турэ, уже набросив на плечи свой мешок, похлопывала себя по карманам плаща, притаптывая на месте от нетерпения. При этом она как-то старательно пыталась держаться в тени и не попадаться на глаза Беорну. Впрочем, у нее это не особо получилось, и в тот момент, когда девушка, увидев, что я собралась, попыталась выйти на крыльцо, ее остановил громоподобный голос оборотня:
— Даже не думай!
Гномы, которые еще не успели выйти из дома, удивленно обернулись к брюнетке, а та, в свою очередь, нелепо замерла, занеся ногу под порогом, но не рискуя даже сдвинуться с места. Я недоверчиво глянула на подругу, после чего изогнула бровь, громко фыркнув и сложив руки на груди. Надо же, следопытка в своем репертуаре, неужели, печальный опыт валяния в пыли ее ничему не научил?
— Положи на место, — потребовал оборотень.
Недовольно вздохнув, Турэ вытащила из кармана тихонько звякнувший мешочек и бросила его на подоконник, после чего повернулась к Беорну, невинно улыбнувшись и хлопнув ресницами. Подобная жалобная мордашка не раз ее спасала от виселицы или темницы, однако в этот раз противник попался не тот. Нахмурившись, оборотень несколько секунд смотрел на нее, после чего, на мгновение глянув на меня, заявил:
— В следующий раз я не промахнусь.
Звучала эта фраза весьма угрожающе, поэтому я, поманив за собой Бильбо, поспешила вытолкать подругу за порог, пока та не протянула свои ручки еще к чему-либо. Следопытка попыталась возмутиться, однако времени у нас действительно не было, к тому же, я не хотела, чтобы в меня вновь бросили что-то большое и острое, поэтому, не обращая внимания на ворчание девушки, я быстрым шагом направлялась к небольшому загону на лесной опушке, откуда даже издалека слышалось громкое лошадиное ржание.
— С ума сошла? — полюбопытствовала я яростным шепотом, когда мы отошли от дома на приличное расстояние. — Или тебе не хватило летящего в твою голову топора?
— А что я? Лежал себе мешочек, дай, думаю, возьму себе. К тому же, в нашем путешествии золото лишним не станет, сама понимаешь.
— А ты еще удивляешься, почему тебе люди не доверяют! — недовольно воскликнула я, привлекая к себе внимание шагающего впереди хоббита. Бильбо обернулся к нам, однако, не увидев ничего примечательного, продолжил свой путь к загону, куда направлялись и остальные члены отряда.
— Как и тебе, — ядовито отозвалась Турэ, после чего решила сменить тему. — Ты уже решила, что делать с переходом через Мирквуд?
Чего у девушки не отнять, это умения перевести разговор и сбить собеседника с толку. Стоило только услышать упоминание о предстоящем продолжении путешествия, как у меня тут же упало настроение, и вновь захотелось удавиться. Взгляд скользнул к горизонту, за которым темнело черное пятно леса, а внутри все болезненно сжалось, от чего я едва слышно скрипнула зубами. Я не знала, что мне делать, я не знала, как оправдаться перед Бильбо и Гэндальфом, однако я точно знала одно — ноги моей не будет в Лихолесье.
В загоне Беорна оказалось около восьми больших черно-белых лошадей с длинными гривами и темными умными глазами, глядящими на неожиданных гостей весьма благосклонно. Гномы, сноровисто их оседлав, укладывали поклажу и помогали друг другу усесться верхом. Потратив время на то, чтоб подсадить Бильбо в седло, я невольно посетовала на то, что оставила Кайруса в Ривенделле, и собиралась спихнуть свои вещи Турэ, чтобы беспрепятственно следовать за отрядом по воздуху, когда ко мне неспешно приблизился высокий статный жеребец, на спине которого сидел Кили.
— Помочь? — лукаво поинтересовался он, протянув мне руку. Я как-то смущенно улыбнулась, тщательно пытаясь подавить румянец, после чего сжала его ладонь пальцами, позволяя втянуть себя на лошадь.
— Было бы неплохо, — подметила я, устроившись в седле перед гномом и почувствовав, как горячее дыхание взъерошило волосы на затылке. Неестественно выровняв спину и стараясь думать о чем угодно, но только не о находящемся невероятно близко мужчине, я глубоко вздохнула, после чего оглянулась. Мой взгляд упал на небольшой зеленый холм у загона, и я нахмурилась, увидев разговаривающих там Гэндальфа и Беорна. — Как думаешь, Беорн говорил правду об орках?
— Не думаю, что он стал бы лгать, — пожал плечами Кили, посмотрев в ту же сторону. — Кстати говоря, можно тебя кое-что спросить?
— Почему мой давешний знакомец решил укоротить нам жизни? — хмыкнула я, бросив взгляд на Турэ, которая, усевшись в седло позади Фили, что-то втолковывала ему свистящим шепотом, и мне почему-то казалось, что подруга словно бы оправдывается перед ним. Подобное было совсем не в характере брюнетки, и я сделала себе пометку обязательно выбить из нее признание. — В детстве было невероятно сложно контролировать свои превращения, это случалось... хаотично, я не могла управлять инстинктами. Мой отец пытался как-то помочь мне, он дни напролет искал хоть какую-то зацепку, хоть что-то, что могло бы научить меня справляться со своими превращениями.
— И он нашел Беорна? — уточнил брюнет.
— Я сама его нашла, — сухо ответила я, закусив губу. Перед глазами, словно яркая вспышка, возникла цепочка воспоминаний, однако тут же исчезла, оставив после себя лишь неприятный осадок. — Спустя лет пятнадцать, если я не ошибаюсь. Конечно, Беорн был не в восторге, однако его заинтересовали мои способности.
— Тогда почему он сегодня так разгневался?
— Турэ, — закатила я глаза, и Кили понятливо вздохнул, словно это короткое имя ему все объяснило. — Это был первый год нашего знакомства, у нее не было денег, работы не подворачивалось, и она искала меня, чтобы просить помощи. Ее поиски привели Турэ сюда, у меня с деньгами тоже было туго, и она не придумала ничего другого, как...
— Я бы попросила! — послышался возмущенный голос Турэ, которая, услышав мои слова, решила вмешаться. — Это было не воровство, это была острая необходимость.
— После которой мы едва унесли ноги, — пробормотала я, а сидящий за моей спиной Кили приглушенно засмеялся, уткнувшись лбом в мою макушку и ероша рыжие пряди. Его брат, качая головой, предпочитал игнорировать прижимающуюся к нему следопытку, однако и на его губах я заметила тень улыбки.
— И все-таки, вы не похожи на остальных наемников, — подметил Кили, отсмеявшись.
— Почему это? — мигом заинтересовалась Турэ, удивленно поглядывая на мужчину, однако, не успел он ответить, как откуда-то издали послышался громкий, пробирающий до костей вой.
Улыбка сползла с моих губ, словно кто-то сорвал неудачную маску, и я встревожено оглядела высокие, шумящие листвой деревья. Разговаривающие Митрандир с Беорном умолкли, обратившись в слух, после чего оборотень что-то поспешно бросил старику, отвернувшись от него. Волшебник, в несколько быстрых шагов преодолев разделяющее нас расстояние, забрался на оставшегося свободным вороного коня и пришпорил его, пустив сразу в галоп. Гномы, спешно подхватив поводья, последовали за стариком, а я едва успела вцепиться за руку Кили, лежащую на моей талии, когда лошадь под нами недовольно мотнула головой и устремилась вслед за остальными.
Ветер наотмашь ударил по лицу, заставив прикрыть мигом заслезившиеся глаза.
В ушах шумело, выбившаяся из прически челка трепалась по воздуху, а длинная грива забивала нос и рот. Пытаясь избавиться от неприятного ощущения, я провела ладонью по лицу, после чего, приоткрыв глаза, скользнула взглядом по пробегающим мимо зеленым холмам.
Большие сильные лошади мчались вперед за ветром, явно не слишком радуясь непрошеным всадникам на их спинах, однако времени на то, чтобы дать животным привыкнуть к нам, у нас не было. Мы и так позволили себе оставаться у Беорна слишком долго, что было нашей ошибкой, учитывая, что на открытой местности, которая простирается до самой кромки Лихолесья, оркам будет куда проще нагнать наш отряд.
Необыкновенно яркое солнце слепило, отражаясь от серебристой глади реки, пробегающей по правую сторону от зеленых холмов, лошади Беорна гнали вперед, не зная усталости, а гномы, поначалу держащиеся весьма неуверенно, постепенно привыкали к взятому темпу, следуя за вороным жеребцом Гэндальфа, который мчался впереди всех. Старик явно желал поскорее оказаться в Мирквуде. Жаль только, что я его оптимизма не разделяла, судорожно размышляя над всеми аспектами своего решения, принятого еще в доме Беорна.
Гнедой конь под нами вдруг оступился, попав ногой в неглубокую яму, поросшую травой, и я судорожно вздохнула, когда Кили рефлекторно прижал меня к себе еще сильнее. Подобная близость здорово отвлекала от размышлений, заставляя чувствовать себя не в своей тарелке, и мне почему-то казалось, что проклятый румянец с моего лица не сойдет до самой смерти. Такое положение дел мне совсем не нравилось, я сама себе казалась слабой, а такого чувства я не любила. Здравый смысл орал и вопил, требуя сдерживать эмоции, требуя сделать хоть что-то, чтобы выбраться из крепкой теплой хватки темноволосого гнома, но что-то совсем незнакомое, находящееся глубоко внутри, свернулось в уютный клубок, урча, словно довольная кошка, и призывая наслаждаться так удачно подвернувшимся моментом.
Примерно спустя пару часов погода, до этого радующая нас ярким солнцем и теплым ветерком, заметно испортилась. Небо потемнело, тяжелые седые тучи нависли над головами, а противный дождь сыпался вниз холодным мелким крошевом. Колючие капли скользили по лицу, стекая за шиворот, ветер стал промозглым и все норовил забраться под одежду, однако мне было необыкновенно тепло. Впрочем, когда зеленый холм, маячащий впереди, проскользнул под тяжелыми лошадиными копытами, а моему взгляду открылось огромное пятно темного леса, стало совсем не до погоды. Внутри все мучительно сжалось, а ладонь невольно с силой вцепилась в руку Кили, оставляя на загорелой коже алые отметины.
Гэндальф, первым достигнув кромки леса, остановил свою лошадь, спешившись и исчезнув где-то за густой листвой, а остальные члены отряда, придерживая коней, один за другим останавливались на небольшой поляне, по очереди спешиваясь и рассматривая скрывшегося за зеленью Митрандира. Я же, подавив охватившую меня легкую дрожь, выпрямилась в седле, наконец, разжав пальцы, до этого сжимающие ладонь Кили.
— Прости, — обернулась я к гному, увидев несколько глубоких алых царапин.
— Ничего страшного, — беспечно отмахнулся брюнет, после чего нахмурился, внимательно глядя на меня. — Что-то случилось?
— Нет, все в порядке, — я нервно улыбнулась и поспешно спрыгнула на землю, отбросив с лица волосы и обведя взглядом поляну.
Турэ, уже спешившись, о чем-то разговаривала с Ори, помогая ему расседлать одну из лошадей, остальные гномы были заняты тем же, перепроверяя свою поклажу и негромко переговариваясь. На меня внимания никто не обращал, и я, забросив свой рюкзак на плечо, приблизилась к Бильбо, стоящему немного в стороне от других. Выглядел хоббит весьма встревоженным, поглядывал на лес с недоверием, и я почему-то подумала, что ему затея Митрандира нравится не больше, чем мне.
— Эй, ты как? — негромко поинтересовалась я, остановившись напротив друга и заглядывая ему в лицо. Бильбо как-то странно дернул рукой, после чего тряхнул кудрявой головой.
— Мне не нравится этот лес, — произнес он, скользнув взглядом по исполинским деревьям, хмуро глядящим на нас из своей величественной высоты. — Он выглядит больным.
— Мирквуд не похож на Ривенделл, если ты об этом, — пожала я плечами, проследив за взглядом хоббита и невольно скрипнув зубами. — Этот лес не любит чужаков. И не прощает ошибок...
— Ты уже бывала здесь? — удивленно спросил Бильбо, повернувшись ко мне. Я же, рассматривая лес тяжелым взглядом, глубоко вздохнула, после чего глянула на хоббита, кривовато улыбнувшись и покачав головой.
— Не лучшее время в моей жизни, можешь мне поверить, — похлопав друга по плечу, я приблизилась к Турэ, которая с интересом рылась в своем походном мешке, восседая на небольшом пне. — Эй, присмотришь за ним?
— За твоим шебутным подопечным? — недоверчиво хмыкнула девушка, подняв на меня глаза. — Совесть имей, за ним же не угонишься.
— Слушай, Мирквуд не то место, где можно спокойно прогуляться каждому желающему, — буркнула я. — Я беспокоюсь за Бильбо, а к гномам у меня особого доверия нет.
— Это было обидно, между прочим, — послышался голос стоящего неподалеку Фили. Он о чем-то тихо разговаривал со своим братом, однако сейчас, умолкнув, оба прислушивались к нашему со следопыткой разговору.
— Прости, я не хотела вас обидеть, — мягко улыбнулась я, после чего вновь обратилась к подруге, понизив голос до едва слышного шепота. — Надеюсь, мы друг друга поняли, правда?
— Не бойся, все с твоим хоббитом будет хорошо, если только сам откуда-то не свалится и шею себе не свернет, — брюнетка поднялась на ноги, потянувшись всем телом, и склонила голову набок, рассматривая меня с затаенной усмешкой. — Последуешь за нами по воздуху или будешь делать крюк?
— Еще не знаю, — я пожала плечами, протянув подруге свой заплечный мешок и расстегнув крепление на плаще. — На то, чтобы пересечь лес, у вас не больше трех дней. Буду ждать вас на той стороне, надеюсь, вы не попадетесь стражам. Вам же будет лучше.
— Постой-ка, ты хочешь сказать, что с нами не пойдешь? — удивленно поинтересовался Кили, обратив на нас внимание остальных гномов, которые, на мгновенье прекратив сборы, обернулись в нашу сторону. Едва сдержав грубое ругательство, я скрипнула зубами, после чего попыталась глубоко вздохнуть, успокаиваясь.
— У меня появились некоторые проблемы, которые совсем не касаются вашего похода, поэтому...
— Очередная тайна, леди Лира? — послышался недовольный голос Торина, заставивший волну мурашек прокатиться по моему телу. — Не кажется ли вам, что их как-то многовато для одной девушки? Пусть даже для такой беспринципной и лживой, как вы.
— Я бы попросила без оскорблений, Ваше Величество, — голос дрожал от напряжения, и я понимала, что могу сорваться в любой момент, не сумев удержать клокочущую внутри ярость. Чтобы избежать необдуманных поступков и нежелательных последствий, я сбросила с плеч плащ, перебросив его Турэ, после чего нашла взглядом Бильбо, который встревожено наблюдал за всем происходящим. — Бильбо, не отходи от Турэ ни на шаг, и постарайся, чтобы тебя не убили.
— Значит, ты и правда уходишь? — неуверенно уточнил хоббит. Я вздохнула, открыв рот, однако меня опередил Гэндальф, выбравшийся из леса.
— Ты не можешь сейчас уйти, Ллир, — бросил он, быстрым шагом приближаясь к нам. Выглядел старик весьма встревоженным, и я даже не представляла, что его гложет. Впрочем, мне сейчас было не до этого.
— Да неужели? — фыркнула я, сложив руки на груди. — Назови мне хотя бы одну причину, по которой я не могу сейчас послать все к Морготу и улететь прочь.
— Я не могу отпустить гномов в лес одних, — произнес волшебник, покрепче перехватив свой посох. Глубоко вздохнул, на мгновенье умолкнув, после чего глянул на Нори, расседлывающего вороного жеребца. — Оставьте мою лошадь, она мне понадобится.
— Что?! — прокатился между гномов возмущенный рокот. — Ты тоже нас бросаешь?
— Я бы остался, если бы мог, — покачал головой Гэндальф, обернувшись ко мне. — Ты прекрасно знаешь, что им не найти дороги через лес, как бы они не старались. Им нужен проводник.
— А ты прекрасно знаешь, что мне нельзя идти туда! — не сдержавшись, гаркнула я, тыча пальцем в темное пятно леса.
Стоящий рядом со мной Ори подпрыгнул от неожиданности, глядя на меня, как на сумасшедшую, а я, нервно сжав пальцы в кулаки, отвернулась от волшебника, втайне мечтая оказаться подальше от чертовых гномов и от всей этой кучи дерьма, в которой я оказалась благодаря своему другу.
— Лира, у тебя нет выбора, ты должна провести отряд через Лихолесье, — припечатал старик, взобравшись на лошадь и перехватив поводья.
— Прошу заметить, что это не входит в мои обязанности, к тому же, моя работа, обычно, хорошо оплачивается, — огрызнулась я.
— Скрываете за жадностью трусость? — голос чертового Торина буквально сочился ядом, и у меня в мозгу словно что-то щелкнуло, заставив полыхнуть в глазах золотое пламя ненависти и ярости.
— Вы можете считать меня кем угодно, вы можете не любить меня, и не доверять мне, однако обвинять себя в трусости я не позволю, — голос, вырвавшийся из горла, был больше похож на рычание взбешенного животного, и меня саму на мгновение дрожь пробрала, чего уж говорить об остальных гномах, которые даже отступили от меня на шаг, словно не зная, что я могу предпринять в следующий момент.
— Ллир... — нахмурилась Турэ, положив руку мне на плечо, однако я резким движением сбросила ее ладонь, чувствуя, что сейчас буквально взорвусь.
Взгляд на мгновение зацепился за стоящего неподалеку Кили.
Брюнет внимательно смотрел на меня, чуть нахмурив брови, а я вдруг подумала о том, что гномам действительно не удастся пройти через лес самостоятельно, без помощи того, кто знаком с этим местом. Не столько подобные мысли, сколько незнакомое доселе чувство тревоги за кого-то заставило меня на мгновение застыть, обдумывая сложившуюся ситуацию, а после — обреченно вздохнуть.
— Ладно, Гэндальф, я поняла тебя, — не сводя злого взгляда со старика, произнесла я. — Хочешь, чтобы я провела отряд через Мирквуд? Я сделаю это. Но, поверь, ты будешь обязан мне по гроб жизни. И учти, я тебе это еще припомню.
— Лес опасен, — бросил Митрандир, удерживая горячащегося коня. — Будьте осторожны и бдительны, не позволяйте задурманить себе голову. Даже воздух там пропитан ядом, способным вас погубить.
— Не рассказывай мне об опасности этого места, старый аферист! — рявкнула я, рывком отобрав свои вещи у следопытки и зло пыхтя под любопытствующими взглядами гномов.
— Что бы ни случилось, не сходите с тропы, — произнес волшебник, после чего, развернув лошадь, устремился обратно к зеленым холмам.
На мгновение на поляне повисла угнетающая тишина, давящая на уши. Сбитые с толку поступком Митрандира гномы растерянно переступали с ноги на ногу, поглядывая то на Торина, то на меня, и не решаясь лишний раз привлекать к себе внимание. Я же, не обращая никакого внимания на мужчин, проверила крепление оружия на перевязи, пробежалась пальцами по холодной стали кинжалов на поясе и в наручах, после чего, поманив к себе пальцем хоббита, обернулась к следопытке.
— Выбора нет, придется идти, — я покачала головой. — Возможно, если пройдем быстро и не будем сходить с тропы, нам удастся не привлекать к себе лишнего внимания.
— С ними-то? — с сомнением поинтересовалась брюнетка, изогнув бровь, после чего покачала головой. — Что ж, будем надеяться, что сможем покинуть этот чертов лес целыми и невредимыми.
— Это вряд ли, — буркнула я, обернувшись к отряду. — Значит так, я иду первая, вы все за мной. С тропы не сходить, от отряда не отставать, глупых вопросов не задавать.
— Мне кажется, вы слишком много на себя берете, леди Лира, — подметил король, глядя на меня с плохо скрываемым ехидством и недовольством.
— А мне кажется, что если вы хотите выбраться из этого леса живыми, то должны заткнуться и слушаться меня, — смерив гнома презрительным взглядом, я первая направилась к плотной стене деревьев, чувствуя, как внутри все буквально вопит от ужаса.
Не смотря на всю ту злость и ярость, которая рокотала в груди, не смотря на ту ненависть, которая сжигала меня при одном лишь взгляде на короля гномов, я не могла игнорировать волну страха, которая накрывала с головой, заставляя ноги дрожать, а сердце — колотиться в груди подобно испуганной птахе. Я приложила множество усилий, чтобы заставить себя сделать хотя бы шаг, в голове все мутилось, а перед глазами темнело. Чтобы это было не так заметно, я на мгновение смежила веки, судорожно вздохнув, а затем, держась, как можно уверенней, ступила под тень деревьев, почувствовав, как внутри словно что-то оборвалось.
— Моргот, кажется, мне не совсем хорошо, — подметила Турэ, шагающая по правую руку от меня. Я промолчала, никак не отреагировав на слова подруги, и лишь короткий вздох сорвался с губ.
Что ж, раз мне не удалось избежать всей этой напасти, я надеюсь, что мне удастся хотя бы не привлекать к себе лишнего внимания. В данной ситуации оно мне совсем ни к чему...