Глава 6
В пещере было темно, мерзко и сыро. А еще там царил ужасный запах, от которого меня начинало подташнивать, и из-за которого мне пришлось прижимать к лицу ладонь, чтобы хоть как-то избавить себя от вони. Гномы, тихо возмущаясь, пробирались все дальше и дальше за Гэндальфом, который, не обращая внимания на запах, продолжал свой путь вперед, рассматривая валяющиеся под ногами монеты и стены, покрытые плотной паутиной.
— Пусть это и тролли, но золота у них... — задумчиво пробормотала я, пнув ногой какой-то золотой кубок, который покатился по камням.
— Очень обидно будет оставлять это здесь, — Бофур, почесав затылок, поправил свою ушанку и уставился на золото, валяющееся на земле, словно мусор. Кажется, тот факт, что такое богатство может банально пропасть, погребенное под слоем камня и земли, здорово тревожил гнома. — Вдруг, кто найдет...
— Согласен, — послышался голос Глоина, замершего возле небольшого сундучка, доверху набитого золотыми монетами. — Нори, а притащи-ка сюда лопату.
Усмехнувшись, я покачала головой, после чего прошлась немного вглубь, осматривая пещеру. Гномы рассредоточились по всему помещению, тихонько переговариваясь и рассматривая сокровища троллей, сваленные подобно мусору. Здесь было и оружие, и монеты, и посуда, но все это покрылось пылью и паутиной, скрывая истинную ценность вещей. Присев возле одного из скальных выступов, я убрала паутину и взяла в руки небольшой гладкий череп, который, по-видимому, пролежал здесь очень и очень долго. Интересно, кем же был этот несчастный: храбрым воином или самоуверенным охотником за сокровищами?
— Эти мечи ковали не тролли, — послышался голос Торина.
Оглянувшись, я увидела, как мужчина, остановившись возле покрытой паутиной деревянной стойки с оружием, взял в руки небольшой тонкий клинок в кожаных ножнах. Любопытство взяло верх, и я, поднявшись с корточек, приблизилась к Дубощиту, как и Гэндальф, взявший в руки еще один меч из той самой стойки.
— И не лучшие кузнечные мастера из числа людей, — покачал головой старик, рассматривая клинок, обвешанный паутиной, словно праздничными лентами. Мужчина вытащил меч из ножен, и в свете факела блеснула серебристая закаленная сталь, покрытая изящной сложной гравировкой, составляющей собою причудливо изогнутые и переплетенные линии.
— Они выкованы в Гондолине, — подала я голос, с восторгом и трепетом наблюдая за игрой отблесков на гладкой стали. Пусть к эльфам я относилась с недоверием и даже некоторой опаской, однако не могла не признать, что это оружие — верх мастерства.
Гэндальф с Торином обернулись ко мне, глядя на меня с удивлением. Кажется, они вовсе не заметили, что я стою рядом с ними, а тот факт, что я разбираюсь в оружии и вовсе поверг короля гномов в шок. Гэндальф протянул мне клинок, а я, отложив череп, взяла предложенное оружие, рассматривая его вблизи.
— Работа высших эльфов, — продолжила я, проведя пальцем по лезвию и почувствовав его приятную прохладу. Оружие всегда меня завораживало, а хорошее оружие — тем более. — Лучших клинков вам не сыскать, — я глянула на Торина, заметив, что тот, недовольно поморщившись, захотел вернуть меч туда, откуда взял его. Услышав мои слова, мужчина замер.
Пожав плечами и вернув клинок Гэндальфу, я предоставила Торину возможность самому обдумывать сложившуюся ситуацию, а сама, подхватив найденный череп, направилась к выходу из пещеры, понимая, что нет никакого смысла и дальше оставаться в этой вонючей мерзкой дыре. От моего изначального плана меня отвлекли гномы, которые вертелись возле свежевырытой ямы, в которую Бофур с Глоином опускали обнаруженные монеты и столовые приборы. Остановившись возле них, я с интересом рассматривала, как сундук с блестящими сокровищами постепенно скрывается под слоем темной влажной земли.
— Это будет наш долгосрочный вклад, — объяснил Глоин все происходящее Двалину, который, опираясь на свою секиру, с некоторой иронией наблюдал за деятельными собратьями по оружию.
— Щедро, — подметила я, перехватив одобрительный взгляд Балина, приблизившегося к нам.
Бофур, желая возразить, поднял на меня глаза и запнулся, выпучившись на череп, который я до сих пор держала в руках. Проследив за его взглядом, я опустила голову и, лучезарно улыбнувшись, стукнула ногтем по черепу, удовлетворенно кивнув. Некоторые торговцы заплатят хорошую цену за кости, сохранившиеся в отличном состоянии, а этот череп время пощадило. Мне было понятно удивление Бофура, однако у каждого долгосрочный вклад разный.
— Лира, зачем тебе череп? — поинтересовался Глоин, склонив голову набок.
— За него мне могут заплатить, — я пожала плечами, после чего направилась к выходу, желая поскорее вдохнуть свежий воздух, потому что от здешней вони уже кружилась голова.
В пещере остались только Гэндальф с Торином, да господа кладокопатели, остальные гномы тоже предпочли свежий воздух затхлой темноте. Двалин негромко переговаривался с Дори, Бифур демонстрировал некоторое найденное оружие стоящим неподалеку братьям, а Бильбо с интересом заглядывал через плечо Фили, пытаясь рассмотреть находку.
— Ненавижу троллей, — провозгласила я, вспрыгнув на валун, после чего уселась на нем, свесив ногу и болтая ею в воздухе. — Неужели нельзя сражаться с более чистоплотными врагами?
— Это с кем же? — полюбопытствовал хоббит, обернувшись ко мне, после чего испуганно замер, как и Бофур несколько минут назад. — Это что, череп?!
— Моргот, что вы все так реагируете? — закатила я глаза, спрятав свою находку в походный мешок. — Этому человеку его череп все равно уже не нужен.
— Но зачем он тебе? — полюбопытствовал Фили, подойдя ближе и устроившись на соседнем валуне.
— Ты не поверишь, но есть люди, которые за кости могут отвалить приличное состояние, — я пожала плечами. — Их используют для украшений комнат, для создания щитов, подсвечников и прочего. Знавала я одного барона, у него черепа в спальне на каминной полке стояли.
Подобная информация ввела гномов в состояние шока, и на несколько мгновений они умолкли, задумчиво переглядываясь друг с другом и, видимо, пытаясь представить себе подобное украшение интерьера. Подперев рукой подбородок, я покусывала губу, ожидая, пока все гномы покинут пещеру, и мы сможем отправиться в путь. Бифур с Дори поднялись по пологому склону в глубину леса, чтобы проверить, все ли чисто, а Гэндальф, вышедший из пещеры последним, приблизился к хоббиту.
— Бильбо, держи, — мужчина протянул явно удивленному другу короткий клинок. — Как раз тебе по размеру.
— Я не могу его взять, — обреченно вздохнул хоббит, осматривая простые незатейливые ножны.
— Это клинок эльфийской работы, — Гэндальф качнул головой. — Он загорится синим светом, если рядом будет орк или гоблин.
— Но я... — Бильбо смущенно покраснел, а потом выпалил, — я ни разу не пользовался мечом.
— Это легко, — присоединилась я к разговору, обратив на себя внимание хоббита. — Если хочешь, я могу научить тебя нескольким выпадам и ударам. Хороший клинок никогда не будет лишним. Ты позволишь?
Бильбо послушно протянул мне меч, и я, вытащив его из ножен, задумчиво повертела клинок в руках, рассматривая его в свете солнечных лучей. Оружие было легким, словно перышко, однако хорошо сбалансированным и невероятно острым, в чем я смогла убедиться, проведя пальцем по лезвию и почувствовав, как на коже выступила капелька алой крови. Опустила порезанную руку, после чего ради интереса пару раз взмахнула мечом, который со свистом рассек воздух, и нанесла несколько пробных ударов по воображаемому противнику. Резко замерла, перебросив меч с одной руки в другую, и загнала клинок в ножны.
— Отличный меч, — заключила я, протянув оружие Бильбо, который отшатнулся от меня, чтобы не попасть под удар. — Я обязательно тебя потренирую.
— Сомневаюсь, что это...
— Кто-то приближается! — заорал вдруг Дори, выскочивший из-за дерева и глядящий на нас встревоженным взглядом.
— К оружию! — приказал Торин, первым вытащив свой меч и бросившись вглубь леса.
Чувствуя, как в сердце забирается тревога, я сжала пальцы на эфесе собственного клинка, услышав, как сталь с тихим шелестом покинула ножны, после чего последовала за остальными, крикнув Бильбо, чтобы тот не отходил от меня ни на шаг. Конечно, одновременно сражаться и следить за кем-то было невероятно сложно, однако я привыкла выполнять свои обещания, а раз уж я сказала, что защищу хоббита, то сделаю все возможное, чтобы до конца путешествия он остался жив.
Слева меня обогнал Кили, положив на лук стрелу и сильно хмурясь. Сейчас от того несколько неуверенного, веселого и озорного парня не осталось и следа. Гном словно преобразился, превратившись в сосредоточенного внимательного воина, который готов на все, чтобы защитить себя и своих близких от врага. Странно, однако даже такой серьезный и хмурый Кили был не менее очарователен, чем обычный веселый и насмешливый гном, которого я встретила впервые в доме Бильбо. Подумав об этом, я тряхнула головой, чувствуя, как едва заметный румянец коснулся скул, после чего чуть нахмурилась.
Что-то меня не туда потянуло, к нам, между прочим, опасность приближается.
Шум и треск веток становился ближе, я уже сейчас слышала, как дрожит земля и шелестят растения. Сердце стучало где-то в горле, руки до боли сжимали эфес меча, и я, тряхнув головой, резко затормозила возле Ори, выставив свое оружие и направив его в сторону источника шума. Бильбо застыл где-то за моей спиной, даже не вынимая своего клинка. Наверное, понял, что смысла вооружаться нет, если он не хочет прирезать сам себя.
Послышался громкий треск сломанной ветки, а затем на поляну, распространяя запах пряных трав и еловой смолы, вылетели огромные деревянные сани, несущиеся вперед просто с огромной скоростью. Опустив взгляд, чтобы увидеть тягловых животных, я буквально потеряла дар речи, поначалу решив, что мое зрение решило сыграть со мной злую шутку и подвело в самый неподходящий момент. А все потому, что эти самые сани бойко и быстро тащили за собой серые кролики, отличающиеся от обычных, разве что, немного большими размерами.
Очевидно, шок от увиденного был слишком сильным, отобрав у меня возможность не только говорить, но и двигаться, от чего я как-то нелепо застыла, сжимая пальцами клинок и широко распахнутыми глазами наблюдая за тем, как почти неуправляемые сани, ведомые сумасшедшими кроликами несутся прямо на меня. И мне почему-то совершенно не пришла в голову мысль о том, что сейчас мое путешествие вполне может закончиться, так толком и не начавшись.
Чья-то рука резко дернула меня за локоть, а в следующий момент я буквально влетела в крепкую мускулистую грудь, от чего из легких вышибло весь воздух. Впрочем, в следующее мгновение сани пролетели в опасной близости от меня, и я только сильнее вжалась в тело стоящего за моей спиной гнома, чувствуя теплое дыхание возле уха.
— Ты сейчас тоже это видишь? — прошептала я, наблюдая за кроликами, которые, пробежав почти полный круг, резко затормозили возле одного из деревьев.
— Не уверен, — с сомнением произнес Кили, продолжая сжимать рукой мой локоть и не сводя взгляда с саней.
— Сразу у троих подобного помутнения быть не может, — присоединился к нашему разговору Фили, с некоторым напряжением наблюдая за тем, как с саней спрыгнул невысокий старик в бурых одеждах.
Назвать его обычным язык бы не повернулся, а вот сумасшедшим и странным — очень даже легко. Неопрятная темная одежда, сливающаяся с травой и деревьями, непонятная шляпа-ушанка, из которой торчат ветки и травы, а в небольшую дыру над ухом с любопытством выглядывала небольшая серая птичка. Осматривая всех безумным взглядом, старик опирался на длинный посох, а судя по тому, как удивленно вытянулось лицо Гэндальфа, этот странный мужчина был ему знаком.
— Радагаст?! — выдохнул старик, после чего словно очнулся. — Спокойно, друзья мои, это Радагаст Бурый.
Гномы, все еще выглядя встревоженными, все-таки опустили свое оружие, недоверчиво поглядывая на волшебника, а я загнала клинок в ножны, покачав головой. Вспоминая рассказы Гэндальфа о Радагасте Буром, я имела некое представление об этом странном старике, поэтому сразу сообразила, что разговор будет долгим, как, впрочем, и выяснение причин, по которым Радагаст прибыл сюда.
Предоставив Гэндальфу возможность объясниться с волшебником, Торин расставил дозорных, чтобы мы не ожидали незваных гостей, а остальные гномы рассредоточились по поляне, занимаясь своими делами. Я вызвалась осмотреть северную сторону и, попросив Бильбо на время моего отсутствия никуда не влезть, отправилась вглубь леса, слушая заливистый щебет птиц. Обогнула огромный замшелый камень, после чего, понимая, что из-за густоты леса ничего не увижу, решила взобраться повыше, и даже подобрала для этого подходящую ветку.
Подпрыгнула, вцепившись в нее руками, несколько секунд покачалась, приноравливаясь, а затем резко кувыркнулась, влетев на ветку и твердо стоя на ногах. Присела, опираясь спиной на шершавый ствол, после чего спустила ногу и, покачивая ею в воздухе, расслабленно прикрыла глаза, прислушиваясь к ненавязчивому шуму леса, окружавшему меня.
Честно сказать, столько дней путешествия в компании шумных болтливых гномов буквально требовали хоть несколько минут отдыха в тишине и спокойствии. Раньше такой возможности у меня не было, зато сейчас, пользуясь даже жалкими крохами времени, я отдыхала душой и телом, размышляя о том, что происходит, и о том, что будет дальше.
Этот поход мне с самого начала доверия не внушал, а после встречи с троллями я была уверена в том, что и дальше ничего хорошего не будет. Впрочем, мне всегда было свойственно не особо обольщаться, когда дело заходило о моей работе — я привыкла к тому, что не все работодатели стремятся честно выполнить условия контракта. Либо не доплачивают, либо скрывают некоторые аспекты заданий, и часто непредвиденные обстоятельства становятся для меня настоящей неожиданностью. Было интересно, драконы и тролли — единственная напасть, которая нас поджидает или будет что-то еще?
Громкий протяжный вой, раздавшийся совсем близко, стал для меня полнейшей неожиданностью, заставив едва ли не навернуться с ветки и осознать, что тролли — самое меньшее из зол. Конечно, можно было все списать на волка, охотящегося в этой местности, однако слишком знаком был мне этот вой, от которого бросало в дрожь, и слишком хорошо я знала, что может за ним последовать. Шрам на ключице отозвался неприятной ноющей болью, а в следующее мгновение я спрыгнула с дерева, подняв целый ворох опавших листьев и рванув к тому месту, где оставались гномы.
Ветки хлестали по лицу, ноги то и дело цеплялись за корни, однако мне удавалось удержать равновесие. Набрав приличную скорость и огибая деревья с камнями, попадающиеся мне на пути, я буквально летела по лесу, ощущая, как чувства восприятия обострились до передела, сердце гулко грохочет в груди, а тело интуитивно находит нужную дорогу. Треск веток и шумное дыхание зверя слышалось совсем рядом, я в панике осознавала, что не успеваю, и, закусив губу, попыталась еще больше ускориться, хотя и понимала, что при таком раскладе очень легко зацепиться за корень и упасть.
На поляну, где оставались гномы, я вылетела практически одновременно с огромным бурым варгом, зло скалящим аршинные клыки и готовящимся к прыжку. Тренькнула тетива, запела стрела, рассекая воздух, и существо, громко взвизгнув, рухнуло на землю, дернувшись несколько раз в предсмертной агонии и затихнув неподвижной тушей на земле. Я облегченно вздохнула, с небольшого возвышения наблюдая за тем, как ошарашенные гномы приблизились к варгу, рассматривая его мертвое тело и совсем не замечая того, что это существо было не единственным.
За моей спиной послышалось громкое рычание, я молниеносно обернулась, и едва успела ухватиться за ветку, взлетев на нее, когда еще один варг помчался прямо на меня, ворча и рыча. Осознав, что упустил свою жертву, зверь на мгновение замер, а потом бросился в гущу гномов, и я с тоской поняла, что они просто не успеют среагировать. Не знаю, где в тот момент были мои мозги, однако мое тело действовало самостоятельно, оттолкнувшись от дерева, на котором я сидела, и прыгнув прямо на зверя.
Руки запутались в грубой бурой шерсти, в нос ударил ужасный мерзкий запах, а зубы громко клацнули, когда взбешенный таким поворотом варг дернулся всем телом, намереваясь меня сбросить. Крепко сжимая коленями бока зверя и пытаясь удержаться на нем верхом, я вцепилась в рукоять своего клинка, выхватив его из ножен, после чего, примерившись, резко вонзила острое лезвие в шею варга, надавив всем телом и чувствуя, как руки становятся липкими от крови.
Существо заметалось, совершенно обезумев от боли, а я, выпустив из пальцев отлетевший в сторону меч, крепко сжала бурую шерсть, чувствуя, как меня буквально отрывает от спины зверя. Гномы, совершенно опешив, широко распахнутыми глазами наблюдали за тем, как варг мечется по всей поляне, все еще пытаясь сбросить неожиданную всадницу, а я, ругаясь сквозь зубы, упрямо пытаюсь с него не сорваться.
В какой-то момент существо, бросившись в сторону, с размаху приложилось о высокое толстое дерево. Услышав тихий хруст, я громко вскрикнула и невольно разжала пальцы, чувствуя, как мое тело просто отлетает в сторону. Едва успев сгруппироваться, я рухнула на землю, в довершение больно приложившись о камень и увидев, как перед глазами замелькали яркие огоньки. Рядом с тихим предсмертным воем рухнул убитый мною зверь.
— Лира! — первым бросился ко мне Бильбо, опустившись рядом на колени и даже не зная, с какой стороны подступиться.
Стараясь не тревожить вывихнутую руку, я села на земле, смахнув с ресниц невольно выступившие слезы, и громко со вкусом выругалась, прокомментировав свое отношение ко всему происходящему. Подобное глубокое знание ругательств поразило всех присутствующих на поляне, и гномам понадобилось несколько мгновений, чтобы прийти в себя и броситься всем скопом мне на помощь. Честно сказать, я даже удивилась тому факту, что гномы так обеспокоились моим здоровьем.
— Лира, ты как? — встревожено спросил Кили, потеснив Бильбо и умостившись возле меня. Остальные участники похода обступили меня плотным кольцом, тихо переговариваясь друг с другом и очень напоминая сход лекарей возле постели смертельно больного человека.
— Жить буду, — прошипела я сквозь зубы, пытаясь заставить себя дышать ровно и спокойно. Нет, терпеть боль мне не впервой, я привыкла к подобным ощущениям, а вот искренняя жалость, с которой на меня смотрели гномы, буквально приводила в бешенство. Ненавижу, когда меня жалеют.
— У нее вывихнуто плечо, — сообщил Нори.
— Нужно вправить, — с видом знатока добавил Фили.
— Расступитесь, я здесь врач, вообще-то, — недовольно воскликнул Оин, пытаясь протолкаться ко мне из-за плотного заслона гномов.
— Я сама могу все сделать! — я поднялась на ноги, чувствуя, как безвольно обвисла поврежденная левая рука, а плечо неприятно заныло. Ужасно мерзкое ощущение, если честно.
— Не глупи, — сурово произнес Гэндальф, опираясь на свой посох.- Плечо нужно вправить, ты сама этого не сделаешь.
— Знаете, я достаточно долго... Uquetima! — заорала я, почувствовав, как по руке словно прокатилась огненная волна.
Буквально через какое-то мгновение стало намного легче, я вновь смогла двигать левой рукой и, смахнув выступившие на глазах слезы, оглянулась на Двалина. Гном, не участвовавший в спорах, молча вправил мне плечо и теперь, словно ничего не случилось, внимательно и хмуро рассматривал тела варгов, лежащих на земле. Толкнул одного из них древком секиры, после чего поднял взгляд на остальных.
— Варг-лазутчик, — произнес он.
— Значит, отряд орков где-то поблизости, — скрипнул зубами Торин.
— Кому ты сказал о походе?! — взревел Гэндальф, нахмурившись и сжимая посох побелевшими от напряжения пальцами.
— Никому! — огрызнулся Торин.
— Я спрашиваю, кому ты сказал?! — кажется, волшебник не особо поверил гному.
Спор мог продолжаться еще очень долго, однако невдалеке вновь послышался громкий вой, и со взаимными обвинениями пришлось повременить. Гномы не знали, что им делать, то хватаясь за оружие, то замирая посреди поляны, оглядываясь на своего короля, словно ожидая приказов. Гэндальф зло пыхтел трубкой, яро пытаясь найти выход из сложившейся ситуации, а откуда-то из-за деревьев появился взмыленный Бофур, который, оценив напряженную ситуацию, решил подлить масла в огонь.
— Пони сбежали! — заорал он, одной рукой придерживая свою ушанку и тараща широко распахнутые глаза.
— Что? — воскликнул Фили, до этого молча стоящий возле меня.
— Наверное, испугались воя, — предположил Кили, пожав плечами.
— Поспешим, нам нужно попытаться оторваться от погони, — решительно произнес Гэндальф, окинув всех присутствующих взглядом и сдвинув брови.
— Я отвлеку их, пока вы уходите, — Радагаст вскочил на свои сани, схватив повод в руки. Кролики, до этого спокойно развалившиеся на траве, поднялись на лапы, навострив уши и готовясь в любой момент рвануть с места.
— Это самоубийство! — воскликнул Митрандир. — Это гундабадские варги, они за секунды догонят тебя.
— А это росгобельские кролики, — прошипел волшебник, и я с удивлением заметила, как на его губах расцвела кровожадная улыбка. — Пусть попробуют.
Мгновение — и на поляне уже нет запряженных кроликами саней, лишь листья клубятся в поднятом ветре, с тихим шелестом осыпаясь на землю. Гномы хранили красноречивое молчание, Гэндальф молча открывал и закрывал рот, явно не зная, что сказать, а я, отойдя от изумления, взмахнула руками, воскликнув:
— Это шутка?
— Боюсь, что это наш единственный шанс, — волшебник, спрятав свою курительную трубку, обвел всех взглядом. — Пойдем, нам нельзя здесь оставаться.
— Гэндальф, ты с ума сошел?! — я почувствовала, как во мне медленно, но верно разгорается огонек истерики. — Там орки, наши лошади пропали, врагов отвлекает какой-то сумасшедший старик на кроликах, а ты предлагаешь идти прямо им навстречу?!
— У нас нет другого выбора, — категорично ответил Митрандир, после чего глянул на Торина. — Пошевеливайтесь!
И знаете, что? Эти гномы его послушали. Послушали, и припустили в самое пекло, довольно сноровисто исчезая за густо растущими деревьями, а Бильбо, поддавшись общему сумасшествию, рванул вслед за Бофуром, крепко сжимая в руках лямки своего походного заплечного мешка и зыркая вокруг испуганным взглядом. Прошипев несколько изощренных ругательств, я направилась было за ним, однако была остановлена крепкой рукой Гэндальфа, удержавшей меня за плечо.
— Мне нужна будет твоя помощь, — произнес он, глядя мне прямо в глаза.
— О чем ты? — спросила я, бросив быстрый взгляд туда, где за деревьями исчезли гномы. Если бы все было так просто, Гэндальф не стал бы дожидаться, пока мы останемся одни.
— Я хочу знать, когда путь будет свободен. И мне нужны глаза высоко в небе, — старик говорил серьезно, от него волнами исходило напряжение, и почему-то я даже не думала воспротивиться.
— А хоббит? — хмуро поинтересовалась я, сбросив с плеч свой мешок и протянув его волшебнику.
— Я за ним пригляжу, — кивнул мужчина и тоже буквально растворился в зелени леса.
Шумно выдохнув, я покачала головой, а затем, подняв лицо к небу, прикрыла глаза, чувствуя, как прохладный ветер коснулся бледной кожи и растрепал длинные волосы, то бросая их в глаза, то отбрасывая их за спину. В груди вспыхнуло горячее пламя, поднимающееся от груди к горлу, и я широко раскинула руки, словно намереваясь обнять целый мир и желая избавиться от отхватившего меня жара.
Все тело поглотил яркий золотистый свет, который словно оторвал меня от земли, закружив в воздухе и даря необыкновенно приятное тепло. Ветер с каждым мгновением крепчал, зло теребя волосы и буквально обжигая лицо. Огонь внутри стал просто невыносимым, с губ сорвался тихий вскрик, который превратился в короткий птичий клекот, а в следующее мгновение свет вокруг меня распался золотыми искрами, и я белоснежным соколом взмыла высоко в небо, взмахнув сильными крыльями.
Лес остался где-то позади, прямо передо мной раскинулось бескрайнее голубое небо, и на несколько мгновений я забыла о том, где нахожусь, и что происходит вокруг. Я просто поднималась все выше и выше к облакам, чувствуя, как ветер бьет в лицо, нежно обнимая, словно самое драгоценное сокровище, а ласковые солнечные лучи играют на белых перьях, от чего становится очень тепло и легко. Впрочем, раздавшийся откуда-то снизу громкий вой привел меня в чувство, и я, поймав воздушный поток, устремилась к огромному широкому плату, раскинувшемуся возле леса.
Словно чернильные пятна по бумаге, виднелись в долине темные фигуры орков на бешено ворчащих варгах, слышались насмешливые издевательские восклицания Радагаста, который, хоть и не оторвался от своих преследователей, все равно опережал ближайшего к нему зверя на два корпуса. Повернув голову влево, я увидела у кромки леса гномов, которые замерли, вслушиваясь в громкий вой и рычание мерзких существ. Гэндальф, стоящий чуть впереди, напряженно вглядывался в небо, словно ожидая какого-то знака.
Спустившись немного ниже, я пролетела вдоль лесной полосы, привлекая к себе внимание волшебника, после чего вновь взмыла в воздух, всматриваясь туда, где Радагаст отвлекал орков. Гэндальф, подав знак гномам, быстро устремился к ближайшему огромному валуну, которых на этом плато было раскидано огромное множество. Гномы не отставали от старика, двигаясь быстро и слаженно, один за другим, стараясь быть, как можно незаметнее. Я увидела Бильбо, бегущего прямо за Торином, и на мгновение почувствовала некое облегчение от того, что с ним все в порядке, и что он под присмотром.
Мелкими перебежками, тщательно скрываясь за большими валунами, весь отряд продвигался вперед, пока не привлекая к себе внимания орков. Я парила в небе над ними, зорко следя за тем, чтобы наши противники не заметили никого из нашей компании, а Гэндальф, то и дело поглядывая вверх, следил за моими передвижениями, безошибочно определяя, когда бежать можно, а когда лучше затаиться. Не знаю, заметили ли гномы подобное странное поведение волшебника, однако проблем никаких не возникло, и до определенного момента все шло просто отлично.
Проследив за тем, как отряд спрятался за одним из валунов, я сделала небольшой круг, высматривая орков, и вдруг увидела, как один из них, словно что-то заподозрив, придержал своего варга, напряженно всматриваясь в ту сторону, где спрятались гномы. Взмахнув крыльями, я опустилась на один из валунов, царапнув когтями по камню и внимательно следя за действиями орка. Вот он, поразмышляв, направил своего варга прямо к тому валуну, где скрывались гномы, и у меня буквально кровь застыла, а сердце застучало быстро, будто колотушка. Зверь легко вскочил на камни, принюхиваясь к воздуху, а его всадник вытащил из-за спины огромный ятаган, который угрожающе блеснул на солнце.
Понимая, что нужно что-то делать, я распахнула крылья и хотела уже подняться ввысь, когда увидела то, что заставило меня буквально задохнуться на вдохе. Торин, повернувшись к Кили, кивнул тому на зажатый в руках лук, после чего перевел взгляд вверх, вслушиваясь в скрежет варговских когтей по камню. Темноволосый гном на мгновение застыл, словно собираясь с силами, после чего медленно и бесшумно вытащил стрелу. Моргот, неужели он думает, что успеет выстрелить до того, как варг бросится на него в атакующем прыжке? Да они же просто сумасшедшие.
Тело, как обычно, среагировало быстрее, чем я успела осознать происходящее, и я взмыла в воздух буквально на несколько секунд раньше, чем Кили успел шагнуть на открытое пространство. Из груди вырвался громкий клекот, а в следующее мгновение когти погрузились в мягкую живую ткань, по лицу наотмашь ударил ужасающий запах темной крови, бегущей из раненого глаза животного, а громкий болезненный взвизг вторгся в сознание, не позволяя соображать нормально. Спустя миг засвистела стрела, впившись варгу прямо в глотку, и я едва успела отлететь в сторону, когда существо вместе с опешившим орком рухнуло вниз, к ногам гномов.
Громкий болезненный вой оборвался на пронзительной ноте, оставив после себя мерзкий звон в ушах, а попытавшийся заорать орк лишь тихо булькнул, когда ему в горло вонзился острый меч Торина. Впрочем, гномов это не спасло, ибо, поднявшись выше, я увидела, как привлеченные шумом орки и варги, не обращая внимания на Радагаста, повернулись в нашу сторону. Секунда на раздумья, и я услышала, как один из них отдал приказ атаки.
Из груди вырвался громкий клекот, и я взмыла высоко в небо, кружа над головами гномов, чтобы привлечь к себе внимания Гэндальфа. Старик, вскинув голову, нашел меня взглядом, после чего, видимо, осознав причину моей паники, резко бросился в противоположную от орков сторону, приказав гномам не отставать. Я летела над ними, зорко всматриваясь в горизонт и пытаясь найти пути для отступления, однако ничего подобного не было видно, и я с тоской понимала, что мы в западне.
Левое крыло быстро устало и начало неприятно ныть, напоминая о недавнем вывихе, от страха за других в голове словно возник туман, и я то и дело попадала в воздушные ямы, едва удерживая себя в небе. Вой и ворчание преследовали, гномы выбивались из сил, а я понимала, что долго оставаться в воздухе не смогу. Ситуация казалась критической, я не могла понять, что делать, и когда уже решила, что сейчас просто рухну вниз с огромной высоты, откуда-то со стороны леса послышалось громкое ржание.
Повернув голову, я увидела мчащегося вперед белоснежного жеребца с длинной развивающейся гривой, и из груди вырвался какой-то облегченный полувскрик-полувздох. Взмахнув уставшими крыльями, я резко повернула влево, направившись прямо к коню и постепенно снижаясь. Крыло ныло все сильнее, ветер уносил в сторону, и я, проклиная свои самоубийственные наклонности, вошла в крутое пике, камнем падая вниз.
На седло, отбив себе все, что можно, я опустилась уже человеком, перевоплотившись в падении. Кайрус всхрапнул, присев на задние ноги и не совсем понимая, откуда на нем взялся лишний вес, однако к подобным поворотам он уже привык, и реагировал не так бурно. Крепко сжав пальцами кожаный повод, я пришпорила лошадь, направляя ее вслед за гномами и по касательной приближаясь к варгам. Копыта отбивали четкий ритм, рука, сжав эфес меча, вытащила его из ножен, а отблеск солнца, играющий на стали, на мгновение ослепил, от чего я поморщилась.
Орки оказались не столь тупыми, как я рассчитывала, они загоняли гномов на небольшой открытый пятачок земли, медленно окружая их и сжимаясь плотным кольцом. Присмотревшись к отряду внимательней, я не заметила высокой фигуры Гэндальфа, однако то, что гномы, вооружившись, решили принять бой, я поняла сразу.
— Их слишком много! — заорал Кили, скрытый от меня где-то за огромными камнями.
— Кили, стреляй! — послышался окрик Торина.
На поляне царило форменное безумие, орки и гномы смешались в темные пятна, солнце, не вовремя выйдя из-за туч, ослепляло, и ориентироваться было очень сложно. Поудобней перехватив меч, я резко дернула повод вправо, направляя Кайруса к ближайшему ко мне орку. Тот, привлеченный шумом, повернул голову в мою сторону, однако не успел среагировать вовремя — сверкнула сталь, и его голова отлетела в сторону, а тело, сползя с седла, влачилось по земле за варгом, застряв ногой в стремени.
— Они окружают нас! — крикнул Фили, и, подняв голову, я смогла увидеть его возле брата, вскинувшего лук и целящегося в противоположную от меня сторону.
— Не отступать! — приказал Торин, крепко держа руками меч.
Орки, смакуя близкую и легкую победу, медленно сжимали кольцо, размахивая острыми мечами и ятаганами. Гномы, хоть и не собирались сдаваться, глупцами не были, и понимали, что перевес не на их стороне. Увидев замершего возле Двалина Бильбо, я пришпорила Кайруса, заставив его ускориться, после чего сильнее пригнулась к лошадиной шее. Копыта, отбивая четкую дробь, простучали по камню, и жеребец прыгнул, на несколько мгновений оторвавшись от земли.
Резко натянув поводья, я остановила лошадь прямо возле Торина, выровнявшись в седле и всматриваясь в орка, мерзко скалящегося прямо напротив меня. Моим появлением противники явно были раздосадованы, однако численное превосходство по-прежнему оставалось за ними, и особых изменений в расклад сил я не внесла.
— Где вы были? — отрывисто поинтересовался Торин, даже не подняв на меня взгляд.
— Лошадь искала, — ответила я, так же не удостоив короля вниманием. Сомневаюсь, что такой ответ и тон его удовлетворили, однако больше он ничего спрашивать не стал.
Кольцо по-прежнему сжималось, гномы нервничали и волновались, я до боли стискивала свой меч, а Кайрус шумно дышал, недовольно фыркая и косясь темным взглядом на варгов. Орков действительно было очень много, примерно раза в два больше нас, к тому же, каждый из них был верхом, в то время, когда в нашем отряде только я осталась в седле. Расклад был не очень оптимистичным, и хотя я в свое время побывала в разных переделках, намного легче было отвечать лишь за себя, а не за кого-то еще.
— Сюда, безумцы! — откуда-то из-за спины вдруг прозвучал голос Гэндальфа.
Повернув к нему голову, я увидела, что старик выглядывает из-за какого-то камня, за которым, очевидно, скрывался некий лаз. Что-то мне подсказывало, что именно его и искал все это время Митрандир, раз уж так уверенно вел гномов в эту сторону, да только пока я не могла понять, что он задумал. По приказу Торина гномы бросились к камню, а для орков это стало своеобразным сигналом к атаке.
— Я прикрою! — крикнула я Торину, пришпорив коня и направившись прямиком к зло оскалившемуся противнику.
Заскрежетала сталь, когда скрестились наши мечи, где-то совсем рядом клацнули аршинные зубы, однако Кайрус, как и я, успел повидать немало, и такое его уже не пугало. Со всей силы ударив варга ногой по морде, я выхватила из наручей один из кинжалов, и запустила его прямиком в морду не ожидавшего такого поворота орка. Рванула повод, направив жеребца в другую сторону, после чего метнула еще два кинжала, попавших точно в глотки намеченных мною жертв. Кайрус кружил по поляне, я не жалела сил, отбивая многочисленные удары и нанося смертельные ранения, однако орков не становилось меньше.
Мимо просвистела стрела, и, обернувшись, я заметила недалеко от себя Кили, вновь метко прицелившегося. Окинула взглядом поляну, подметив, что все остальные гномы уже исчезли в лазе, и пришпорила коня, направляя его к одиноко выпускающему стрелы гному. Торин, стоящий на камне, приказывал племяннику немедленно уходить, однако тот не мог повернуться к оркам спиной, ибо те успели подобраться слишком близко. К тому же, он был на значительном расстоянии от лаза.
— Давай руку! — рявкнула я, поравнявшись с брюнетом.
Горячая мужская ладонь сжала мою, и я, напрягшись, таки смогла втянуть гнома в седло позади себя, направляясь к скале. Рядом клацнули зубы варга, однако он тут же отскочил в сторону, завывая от боли в раненой Кили шее. Кайрус от неожиданности шарахнулся в сторону, и я почувствовала, как брюнет судорожно сжал руками мою талию, чтобы не вылететь из седла. Выровняв лошадь, я на мгновение оглянулась и похолодела, увидев, что большая часть орков вполне боеспособна, и гонима желанием уничтожить всех, кто станет на пути. Что ж, боюсь, ничего у них не получится.
— Я надеюсь, ты сможешь присмотреть, чтобы Бильбо не попал ни в какую неприятность, — произнесла я, когда до скалы оставалось всего ничего.
— В каком смысле? — напрягся Кили.
— Придется мне ненадолго оставить его на ваше попечение, — беспечно отозвалась я и, предупреждая любые вопросы или возмущения со стороны мужчины, крикнула, — прыгай!
Скорее всего, в этой ситуации сработал эффект неожиданности, а не дар моего убеждения. Кили, спрыгнув с лошади, буквально свалился в темный лаз, а я рванула совсем в противоположную сторону, надеясь, что орки последуют за мной. Кайрус в лаз не пролезет, а бросать лошадь, которая единственная не убежала в страхе, мне совсем не хотелось. К тому же, я ожидала, что смогу отвлечь орков от гномов и дам им возможность уйти на достаточное расстояние. Выследить их не будет проблемой, гораздо больше меня сейчас волновал вопрос о том, как уйти от противников.
Обогнув один из камней, я решила направить Кайруса вдоль полосы леса, однако в следующее мгновение услышала то, что напугало меня не меньше, чем появление орков. Совсем рядом запел боевой рог, послышался топот копыт, пение стрел и скрежет стали. Оглянувшись, я увидела, как опешившие твари пытаются отбиться от неожиданно напавших всадников, однако их застали врасплох, и неожиданной подмоге ничего не стоило перебить всех. Только вот я такому раскладу совсем не обрадовалась.
Первым моим порывом было желание убежать, и я действительно хотела так поступить, однако прямо передо мной, словно из-под земли, выросли фигуры троих всадников, и мне пришлось натянуть поводья, зло зашипев и ругаясь сквозь зубы. Оглядевшись взглядом загнанного зверька, я поняла, что меня взяли в плотное кольцо, из которого мне было не выбраться, а раздавшийся за спиной голос и вовсе убедил меня в том, что затея с побегом обречена.
— Рад видеть тебя, Ллиренель.
Шумно выдохнув, я сжала поводья, услышав, как скрипнули кожаные перчатки, и слизнула с прокушенной губы выступившую капельку крови. Что ж, раз у меня не получилось сбежать, нужно увести эльфов от отряда Торина. Конечно, перспектива оставаться среди эльфийского народа меня не прельщала, однако я готова была потерпеть, чтобы дать гномам несколько часов форы. Сбежать я всегда успею, не впервой.
Решив таким образом, я выровнялась в седле и, развернув коня, храбро глянула на темноволосого эльфа с изящным золотым венцом на голове...