Восходящая Луна

Уже битый час Гвен следила за самой суетливой женщиной в семье Льюис. Её матери взбрело в голову съездить в Порт-Анджелес, чтобы закупиться вещами перед 17 днем рождения их дочери. После её внезапного скочка роста все ранее носимые вещи оказались ей слишком малы. Конечно, Шани любезно одолжила ей старые вещи её племянницы, которые как-то чудом подошли ей. И вот сейчас Джонни и Гвен с некой усталостью наблюдали за женщиной, что бегала между полками с вещами. У Гвен с Джонни встал только один вопрос: кому из них они приехали покупать вещи? Для себя девушка уже давно выбрала парочку вещей, что она будет носить первое время и которые будет не жалко порвать, а вот Мария все неунималась и пыталась втюхать дочери самые, по её мнению, женственные вещи.

-Мам, может, притормозишь? Мне эти вещи ни к чему, особенно сейчас, - когда Мария в очередной раз протянула Гвен какое-то платьице, то девушка уже не выдержала этого мучения. Платье было красивое, она и спорить не смела, но ей и надеть его было некуда. Да и татуировка на плече портила бы всю картину.

С момента встречи давних, уже бывших друзей прошла почти неделя. За эти дни Старик Квил сделал ей татуировку, которую в будущем будет носить вся стая. Татуировку решили изобразить в виде круга с двумя волками. Точно такая же татуировка была во времена Таха Аки и Эфраима Блэка. Билли рассказал Гвен о некоторых нюансах в её нынешней жизни. Помимо того, что у неё повышенная регенерация, сверхсила и улучшились органы чувств, ко всему прочему её тело стало довольно прочным. Если её попробуют ударить голыми руками или ногами, то навредят скорее себе, чем ей. Билли также упоминал, что из-за того, что она Альфа, то у неё способности и качества будут развиты лучше, чем у других, в то время как у остальных будет все же что-то преобладать больше. У кого-то будет сверхслух, у кого-то сверхсила, а у кого-то сверхскорость и так далее. В тот момент она даже была рада, что она была Альфой.

- Но, милая, а вдруг у тебя кто появится? Надо же подготовиться, - Мария все не унималась и визуально стала смотреть, как сидело бы платье на дочери.

- Я думаю, нам лучше бы закупить каких-нибудь дешманских шорт, маек и кроссовок. Не щеголять же мне по лесу голой, - Джонни согласно покивал головой на заявление дочери.

Несколько дней назад Билли посетил их дом вместе со своим младшим сыном, Джейкобом Блэком. Пока Гвен, Билли и Мария сидели на кухне и разговаривали на тему новой жизни их дочери, Джонни взял на себя ответственность отвлечь мальца на время разговора. Глава семейства Льюис заметил, что Билли не особо хотел в это впутывать своего сына, и когда Джонни спросил его про легенды и верит ли он в них, то парень ответил ему, что это всего лишь сказки, которые они слушают во время посиделок у костра. Может, он и ошибся тогда, посчитав, что Джейкоб не знает о том, что рядом с его отцом сидит непросто оборотень, а Альфа-предводитель, и прикинулся дураком, чтобы сохранить тайну. В любом случае парень умело строил из себя незнающего. Гвен почему-то невзлюбила его, аргументируя это тем, что он ещё щенок, от которого разит неприятностями за километр. Пару раз, когда они заходили в дом за определёнными инструментами, Джейк пытался просто поздороваться с ней, на что его дочь буквально рычала на него. Билли, как и Джонни, стали переживать за парня, поэтому от греха подальше увели его из дома. Конечно же, он тогда расстроился. Джейк знал Гвен, но только по разговорам, сам лично он не был с ней знаком, хоть и жили в небольшом поселении, где все, по сути, должны знать друг друга в лицо. Он оставил попытки заговорить с ней и старался держаться от неё подальше. Тогда же он узнал, что парень неплохо разбирается в механике и любит копаться во всех железяках, что очень его порадовало, ведь их уже не новый Ford Excursion начал порядком барахлить.

- Мам, давай купим побольше удобной одежды? Мне ещё надо подумать, куда её прятать, - Гвен с неким раздражением аккуратно перехватила из рук матери платье и повесила обратно. Со стороны Марии послышался расстроенный вздох. Ещё до обращения Гвен не особо любила юбки, платья, сарафаны и всё в этом роде, аргументируя это тем, что она будет выглядеть в них не очень. Слушая сейчас, как её мама буквально над ухом стоит и грустно вздыхает, она всё же сдалась: - Я куплю только одно платье. Запомни: только одно!

- Только одно - пока её дочь согласилась на авантюру, Мария схватила ту за руку и умчала с ней в лабиринт из одежды.

Джонни был так сильно погружен в свои мысли, что не сразу обнаружил пропажу женской половины. Растерянный отец семейства попытался сориентироваться, куда они могли ускакать. Признаков жены и дочери мужчина не обнаружил. На фоне играла какая-то торговая музыка, которая смешивалась с людскими голосами. Прислушавшись к голосам, знакомого резвого голоска жены и недовольного голоса Гвен мужчина не услышал, зато он услышал знакомый низкий мужской голос. Голос был ему знаком, так как неоднократно слышал его в школьные годы. Мужчина явно переговаривался с кем-то и направлялся в том направлении, где находился Джонни. Повернув голову в сторону голоса, глава семейства не ошибся, узнав в идущем мужчине бывшего одноклассника и лучшего друга. Эрни, а именно так звали мужчину, за 4 года знатно изменился. Мужчина из мальчишки-переростка стал настоящим мужчиной 41 года. Тёмные волосы уже не скрывали седых волос и были зачесаны назад. Отрастив небольшую бороду, он то и дело приглаживал её и улыбался всё той же голливудской улыбкой, что когда-то заставляла даже женщин падать ему в ноги. Эрни стал похож на богатенького бизнесмена. Оба мужчины росли в одной резервации и были друг другу дальними-дальними родственниками, но, несмотря на это, Джонни всегда выделялся на фоне остальных. Если у Эрни была красновато-коричневая кожа, как и у всех в их племени, то у Джонни она была немного светлее, но тоже загорелая. Льюис не был гадким утёнком на фоне остальных, нет. Наоборот, он пользовался популярностью даже у городских девушек, но его сердце было отдано его единственной рыжеволосой женщине, что когда-то покорила его своим заразительным и громким смехом. Эрни же, в отличие от него, пользовался популярностью не только за счёт своей внешности, но и за свою белозубую улыбку, что буквально заставляла женщин падать к нему в ноги.

- Милостивый государь, не сочтёте ли за грубость поприветствовать старого друга? - Эрни, проходящий мимо, даже не сразу обратил внимание на Джонни, так как был занят телефонным звонком. Если бы Льиюс не подал голос, то мужчина так бы и прошёл мимо, не замечая никого вокруг.

Остановившись около Джонни, мужчина с неким раздражением взглянул на нарушителя его телефонного разговора. Осмотрев его с ног до головы, мужчина хотел было послать того куда подальше, но, затем что-то поняв, отключил звонок, предварительно сообщив о перезвоне.

- Чёрт тебя задери, Джонни, сколько лет, сколько зим! - мужчины встретили друг друга рукопожатием, как в старые добрые времена. Эрни стоял, запрокинув немного голову назад, так как был ниже Льиса на целых 15 см. - Ты же вроде уехал из резервации 2 года назад. Что, соскучился по дому?

Слова Эрни вмиг напомнили ему о том, почему они теперь уже застряли в этом месте на неопределённое время. Нет, Джонни тут не нравилось, о нет. Он знал прошлое своей жены и знал, что она не хотела сидеть на одном месте. Как-то очень давно Мария поделилась с ним, что хотела побывать в разных уголках мира, посмотреть на другие культуры, попробовать разные диковинки и просто отдохнуть. Это не было секретом в их семье, и их дочь разделяла рвение матери побывать в других странах и городах. За два года они успели объездить только малую часть США из-за дистанционного обучения Гвен и из-за разных новинок, которые они никогда не видели в Форксе и резервации или том же Лос-Анджелесе. А затем они в срочном порядке вернулись обратно и вынуждены жить здесь и оставить мечты в долгий ящик на замке.

Эрни не нужно было знать, почему они вернулись обратно и что случилось в их семье. Этот мужчина давно перестал появляться в резервации и изредка навещает только своего старшего и единственного сына. Эрни не был плохим отцом, напротив, он любил своего сына. После ухода его бывшей жены они остались вдвоём, и им обоим было трудно. Если мальчишке было трудно морально, то мужчине было трудно как морально, так и физически. Да, сначала Эрни славился не самой лучшей репутацией, но чуть позже он принял для себя очень важное решение и с малого стал развивать свой бизнес. Когда сыну исполнилось 12, он стал оставлять его либо со знакомыми, либо одного. Можно считать, что младший живёт в своём собственном доме один. Но, несмотря на это, отец всегда рядом с ним и старается помогать ему даже на расстоянии.

- Да не совсем, - Джонни немного замялся. Старый знакомый видел, как весёлый огонёк будто потух в глазах Льиса. - Дочка приболела немного, и врачи посоветовали место, где не будет всей этой шумихи: единение с природой, побольше свежего воздуха. Понимаешь?

- Что-то серьёзное с малышкой Гвен? - Малышка Гвен, Эрик называл её так с самого её рождения. Помнится, как-то ещё по молодости обронил, что хотел бы себе не только сына, но и маленькую дочку. В его роду всегда рождались одни мужчины, и редко когда рождались близнецы - брат с сестрой. Зато у него появилась крестница в лице дочери Джонни.

-Ничего серьёзного, просто, скажем так, стрессанула, - морщины на лице Эрни сгладились, а сам расслабился.

Сзади Джонни послышалось приближающееся копошение и тихие пререкания. Знакомые голоса женской половины его семьи ударили по ушам, и на губах вмиг появилась счастливая улыбка. Ни Мария, ни Гвен не устраивали громкие скандалы, пререкания или ссоры. Они всегда говорили тихо не только на людях, но и в кругу семьи. Мария неособо любила что-то громкое и шумное, возможно, это сказалось из-за прошлой её жизни до побега, или же она сама по себе не любила что-то громкое. Гвен же, напротив, никогда не повышала голоса ни на мать, ни на отца.

-Джонни, посмотри, неправда ли Гвен выглядит словно первая красавица? - голос Марии был наполнен радостью и счастьем. Даже стоя к ним спиной, он почувствовал, как на заявление матери его дочь закатила глаза. - Эрни, здравствуй. Давно приехал? Как Пол?

Джонни отошёл в сторону, пропуская друга к жене, и его взгляд вмиг зацепился за дочь. Короткие волосы были убраны назад в подобие хвостика, сама девушка стояла в неком напряжении. Привычные мешковатые вещи, которые за этот месяц стали новым гардеробом Гвен, сменились на красивое, шёлковое платье, обтягивающее сформированную фигуру девушки, платье с открытыми плечами, но длинными рукавами-фонариками. Татуировка была удачно скрыта под тканью платья. На что Джонни обратил внимание - это на материал ткани. Шёлковое чёрное платье, которое было с разрезом от бедра. В разрезе виднелась красивая ножка девушки, что была обута в чёрные, лаковые туфли на каблуке. Отец Гвен даже немного удивился, увидев непривычную для девушки обувь, так как она никогда в жизни не обувала обувь на каблуке, а тут прям шпилька немалого размера. Гвен стояла немного неуклюже и пыталась найти баланс, стоя в туфлях. Счастливая мать придерживала девушку и тихо шептала о её красоте, которую она прятала под кофтами и объёмными штанами.

Девушке явно было не по себе стоять в такой непривычной для неё одежде. Эрни тоже не стоял в стороне и одарил девушку парочкой искренних комплиментов, которые заставили Гвен покраснеть. В словах Эрни не было никакой пошлости или лести, мужчина говорил искренне, так как видел красоту девушки. Джонни был солидарен с ним.

-Ощущение, будто мы не виделись целую вечность. Ты так выросла, и не скажешь, что тебе 16 лет! - Гвен смущённо отвела глаза, не зная, куда себя деть. Сейчас у неё только одно желание: переодеться в нормальную одежду и просто поехать домой. Ей ещё нужно тайники для одежды сегодня найти.

-Эй, старик, где ты там застрял? - к их небольшой компании подошёл парень примерно одного роста с Гвен. Он был с красновато-коричневой кожей, характерным оттенком для племени квилетов, карими глазами и тёмными волосами. - Между прочим, мы опаздываем.

-Прояви уважение, Пол, я всего лишь встретил старого друга, - Эрни отошёл чуть в сторону, открывая не только вид для Гвен, но и для Пола на полную картину.

Парень явно узнал девушку, на которую несколько дней назад бранилась и проклинала Лия, и, в принципе, она продолжает делать это и сейчас. Лично Пол не был с ней знаком, но часто слышал о ней и видел пару раз в компании некоторых знакомых до её отъезда. Но проблема была в том, что девушка выглядела по-другому: она была ниже, более худая, и формы у неё были менее выразительные, чем сейчас. Он мог описать её тогда как типичную серую мышь. Сейчас же перед ним стояла самая настоящая девушка, с хорошо сформировавшейся женской фигурой, которую подчеркивало обтягивающее платье с идеальным вырезом от бедра. Платье было ниже колена. Он видел много девушек, которые ходили в таких платьях и думали, что выглядят в них красиво и привлекательно, но он видел это по-другому: со стороны они выглядели в них дёшево и некрасиво. Они не умели подбирать подходящие аксессуары и макияж, и в их образе его было либо слишком много, либо он был слишком яркий. Туфли были на высоком каблуке, который сильно удлинял ногу и создавал эффект короткого платья, что уже смотрелось некрасиво. И самая вишенка на торте - оголение. Платье и так оголяло ключицу и подчеркивало женские плечи, но другие девушки старались оголить ещё и грудь, что смотрелось скорее пошло и вульгарно. Со стороны они выглядели как легкодоступные девушки, что очень сильно отталкивало не только его, но и остальных. Но девушка, что стояла перед ним сейчас, выглядела красиво, изящно, элегантно и привлекательно. Образ был несомненно красивым, но в памяти всплыла её отстраненность и грубость. Не только они заметили её странное поведение, но и компашка Блэка. Краем уха в школе он слышал разговор сына Билли со своими друзьями. Парень рассказывал, как он побывал у них дома и встретился с девушкой. Описывал он её как дёрганую, нервную и на всех кидающуюся персону, обронив ещё то, что она явно что-то употребляет. Конечно, многие поверили его словам, так как она и до отъезда ни с кем особо не дружила, и стали распускать различные слухи не только про неё, но и клеветать её родителей. Масла в огонь добавила ещё Клируотер. Обида после разговора захлестнула её с головой, и девушка выдумала несуществующие небылицы и подтверждала каждую сплетню особо любопытных. Сэм, он и их общий друг Джаред слышали это, так как зачастую присутствовали при таком, но старались не вмешиваться. Да, он с Кэмероном пару раз для веселья тоже принимали в этом участие, но перспектива быть сплетниками не особо радовала, да и темы эти иногда выходили за рамки нормы. Всего лишь за чуть меньше недели семью Льюис оклеветали, назвав наркаманами-сектантами, которые похищают людей и приносят в жертву какому-то божеству. Это уже не то что бред был, а самая настоящая шизофрения фантазера. Но другие верили, и под другими имеются в виду сверстники. Сэм не принимал в этом участие и старался стоять в стороне. То, что творится с Гвен, - это сугубо её проблема, а не повод для разговоров и распространения идиоцких слухов.

Девушка же встала в ступор, так как с приходом этого парня её окутал тот же дурманящий аромат, что и в доме Клируотер. Теперь она с уверенностью могла сказать, что он исходил от него. Морская вода, лес, вперемешку с запахом мужского тела, буквально окутали девушку с ног до головы. Это стало для неё вторым кислородом, который она хотела жадно вдыхать каждый день. Те же ощущения вернулись вновь, но с новой силой. Приятная дрожь прошлась по телу, а низ живота стало тянуть в пригласительном спазме. Кожа стала немного печь. Хотелось ощутить прикосновения именно этого парня. Белая волчица, тоже, кажется, радовалась такому стечению обстоятельств. Гвен даже показалось, что она чувствует, как та виляет хвостиком и радостно поскуливает. Возникло желание прижаться к нему и ощутить касания вдоль шерсти.

Гвен поняла, что ощутила сильное возбуждение только от одного аромата, и это было для неё только полбеды. Когда она встретилась с его карими глазами, что были словно кофейные зерна, она словно потерялась в пространстве, а он стал её маяком. Что-то внутри неё разбилось, а затем заново восстановилось в более ценном и красивом сосуде. Мир словно остановился. Он стал её центром, а всё остальное ушло на задний план.

Поперёк горла встал ком. Вместо нахлынувшего возбуждения тело окутал животный страх. Девушка, не обращая ни на кого внимания, развернулась и умчалась к своим вещам в раздевалке, чтобы переодеться. Она хотела лишь одного - убежать. Она хотела исчезнуть, забыть, что только что произошло, хотела просто исчезнуть. Она видела отрывки жизни, видела взрослого красивого мужчину, который обнимал её и нежно целовал, видела, как он дарил ей любовь, и видела, как он бережно с ней обходится. Она словно видела мечту, что стала её преследовать с момента обращения. Гвен испугалась. В момент зрительного контакта что-то тоненькое обвилось не только вокруг шеи, но и по рукам и ногам, и это что-то тянулось от предмета её теперь уже мечтаний. Оно не связало её по рукам и ногам, но обвилось вокруг них достаточно крепко и плотно.

Своим резким уходом Гвен напугала не только родителей, но и Эрни с Полом. Мария, очнувшись, помчала за дочерью. Эрни поинтересовался у друга, все ли хорошо и не связано ли это с её заболеванием. Услышав этот вопрос, у Пола возникло подозрение, что сынишка Билли был прав, и эта девчонка сидела или же продолжает сидеть под чем-то. Джонни извинился и поспешил за женщинами. Парень видел, как зрачки девушки расширились при установлении с ним зрительного контакта, а затем её странное поведение. Сделав для себя вывод, что она явно что-то приняла, парень решил рассказать об этом друзьям, тем самым подтверждая слова Блэка. Нет, он явно к ней и на метр не подойдёт и остальным не позволит.

- Гвен, Гвен, что случилось? Куда ты? - как только девушка в спешке переоделась и втюхала одежду подошедшей матери, то помчала на выход из торгового центра, на воздух, подальше из этого места, подальше от того парня. - Гвен!

Джонни перехватил девушку за локоть, намереваясь её остановить и добиться хоть какого объяснения. Сейчас она повела себя не самым красивым образом.

- Отпусти, - девушка сказала это так холодно, что отец ослабил хватку, и девушка, не теряя ни секунды, возобновила быстрый шаг.

Джонни, отойдя от ступора, пошёл вслед за дочерью, но, к сожалению, потерял её из виду, когда вышел на улицу. Девушка словно сквозь землю провалилась. Мужчина мотал головой, пытаясь высмотреть хоть намёк на её удаляющуюся спину или макушку, но, увы, ничего. Рядом с ним оказалась Мария, что держала два пакета с вещами. Она выглядела такой же взволнованной, как и её муж.

- Где она? - без слов Льюис перехватил у жены пакеты и пошёл в сторону машины. Закинув их на задние сиденья, он осторожно усадил Марию, а сам сел за руль.

- Поедем к Шани, думаю, мы с ней там встретимся, - тронувшись резко с места, тёмная машина, не теряя ни секунды, поехала в сторону резервации, к дому Шани.

Девушка же шла к единственному книжному магазину, так как за ним можно было уйти в лес. И вновь в голове рой мыслей, но теперь уже они крутились вокруг друга Лии и Сэма. Она знала его, но по рассказам Лии, ещё когда они дружили. Пол Лэйхот, сын Эрни Лэйхота - её крестного. Он был довольно раздражительным, дерзким, властным и эгоистичным пареньком, любил быть в центре внимания и ввязываться в различные драки. Хоть он и младше Гвен на три года, но вёл он себя явно не на тринадцать лет. Она никогда не стремилась к дружбе с большим количеством людей, ей всегда хватало малого. В этот кружок входили Сэм, Лия, Эмили и малыш Сэт. Да, хоть она с Сэмом общалась в школе, но ей и этого хватало, чтобы считать его хорошим другом. С Эмили они познакомились, когда она бывала в гостях у Клируотер, так как девушка являлась родственницей для брата с сестрой. Она была хорошей и доброй личностью. Гвен даже сравнила её с зефиром - она была такой же нежной, воздушной и лёгкой. Теперь же в этом кругу только Шани, старейшины и её родители.

Девушка часто думала о том, что было бы, если бы об этом никто не знал и ей пришлось бы хранить это одной. Смогла бы молчать? Нет, определённо нет. Она бы просто сошла с ума. Не зная, что делать и куда податься, к кому обратиться и попросить помощи, она бы просто не выдержала. А что было бы, если бы родители от неё отвернулись? Такие мысли часто её посещали, и все они в итоге заканчивались одной концовкой - смерть. Она старалась меньше об этом думать и больше думать о теперь уже второй сущности, но сейчас у неё появилась новая головная боль, о которой она хочет узнать у Шани.

Гвен незаметно скользнула мимо книжного в глубь леса, где её никто не увидит. Новые вещи рвать не хотелось, поэтому девушка решила раздеться и взять их с собой. Сняв с себя всё, она осталась абсолютно голой. Февраль, хоть и подходил к концу, но на улице всё так же ощущалась минусовая температура; снег на улице уже давно растаял, оставляя за собой грязные места, которые сейчас превратились в подобие скользкой поверхности из-за холода. Из-за высокой температуры и горячей крови в теле Гвен не ощущала холода, что несказанно её радовало. Отложив вещи в сторону, она прикрыла глаза и расслабилась. Шани посоветовала перед обращением быть в максимально расслабленном состоянии и желательно запомнить его, чтобы в будущем это могло помочь с дальнейшим обращением. Сделав глубокий вдох, Льюис стала думать о чём-то хорошем. В памяти всплыл образ Пола: его карие глаза, нос с горбинкой, ровные и аккуратные брови, тёмные короткие волосы и тонкие, красивые, такие манящие губы. Чувство эйфории вновь накрыло с головой, а тело стало слишком лёгким, слишком расслабленным. Словив этот момент, девушка, не задумываясь, начала менять облик. В этот раз не было никакой адской боли или чувства рвущейся плоти, но всё же тело отдавало некими спазмами и ещё ощутимыми позывами судорог. Белая волчица стала оглядывать себя на наличие каких-либо дефектов или повреждений. Лапы, хвост, тело - всё было на месте, те же ощущения, что и во второй раз. Радости Льюис не было предела, так как совет Шани помог. Теперь она знала, кто поможет ей справиться с болью и станет маяком для лучшего обращения. Она поблагодарит его ещё, но потом, сейчас она должна бежать к Шани.

Как только одежда оказалась в зубах, волчица, не теряя ни секунды, помчала в сторону резервации. Она не знала этого леса, но знакомые запахи она могла уловить даже на большом расстоянии, так что она не боялась потеряться в лесу. Дорога в этот раз заняла больше времени, чем в прошлый раз. Волчица старалась не выбегать на открытую местность, так как была ещё на людной территории. Ей нужно было как можно скорее выбежать не только с территории Порт-Анджелес, но и Форкса, а там она сможет юркнуть в лес и напрямую добежать к дому Шани.

В голове то и дело что вспоминалось недавнее событие. Это было что-то вроде галлюцинации, что маячила перед глазами и мешала нормально рассмотреть дорогу, из-за чего Льюис чуть ли не впечаталась мордой в дерево. Помотав головой, белая волчица издала рык и отогнала эти мысли. Она старалась не думать об этом и ускорила бег ещё быстрее.

За несколько часов она всё же добралась до Шани. Около её дома уже стояла машина родителей, а из дома слышались голоса, отец с матерью явно переживали. Ну конечно, они даже в полицию позвонить не могут, чтобы сообщить о пропаже дочери. Из пасти вырвался недовольный рык. Сменить облик на человеческий оказалось намного проще, чем в прошлый раз, и быстрее. Быстро одевшись, девушка буквально помчала к дому.

- ...И где он может быть? - вновь Мария была на грани слёз и вновь она переживает.

- Успокойтесь и поверните головы назад, - Шани первее всех увидела девушку. Да, она тоже переживала на её счёт, когда услышала о случившемся, но также, как и они, она знала, куда она придёт.

Джонни с Марией повернули головы и заметно расслабились, увидев в помещении младшую из их семьи. Девушка стояла целая, невредимая, но хмурая. Она не смотрела на родителей, её взгляд был прикован к старейшине.

- Мне надо рассказывать о случившемся? - девушка, не обращая внимания на семью, подошла достаточно близко к дивану, на котором они сидели, и облокотилась на него. Она была хмурой, растерянной и злой. - Это же тоже как-то связано с Воином Духа, верно? Только почему вы мне не рассказали?

- Потому что оно проявлялось только у мужчин племени. Мы не знали, как это будет в твоём случае, - тяжко вздохнув, женщина пригласила девушку сесть, но та помотала головой. Тогда села только Шани. - Это называется импринтинг, или, по-другому, запечатление. Многие думают, по описанию, что это что-то вроде любви с первого взгляда, но это намного глубже. Таким образом волк внутри тебя находит не только себе, но и тебе подходящую и единственную пару на всю жизнь.

Девушка в удивлении приподняла брови. Нет, только этого ей не хватало. Она подозревала, что с этим тоже будут проблемы, но она не рассчитывала на такие. Она не была готова к тому, что ей не оставят права выбора на избранника.

- Когда оборотень запечатлевается на определенной девушке или женщине, он становится безоговорочно привязанным к ней на всю оставшуюся жизнь. Эмиль рассказывал, что когда это произошло с ним, то его словно гравитационным притяжением притянуло ко мне, его наполнило пылающим жаром, и все остальное в его жизни отошло на второстепенный план, и только я, то есть запечатленная, осталась значимой для него, - от этих слов женщина тепло улыбнулась. Ей было определенно приятно о таком вспоминать. - У него есть несколько стадий: от малого к большему. Их всего четыре. Первый этап - когда объект, грубо говоря, еще ребенок. Оборотень будет вести себя как старший брат или сестра. Второй этап - по мере взросления оборотень становится его лучшим другом. Третий этап - они становятся близкими друзьями, то есть их чувства друг к другу перерастают в романтические. Эта стадия может наступить, а может и не наступить для объекта импринтинга, но импринтер влюбится в свой объект импринтинга. Он вообще не будет «видеть» других женщин или мужчин. Его объект импринтинга - это всё, что его волнует, и он будет любить её или его, даже если она или он отвергнет его. И четвертый этап - когда объект запечатления становится достаточно взрослым, чувства оборотня перерастают в романтическую любовь. Но есть проблема: запечатление действует только на оборотня. В случае с нареченным: он может чувствовать себя неполноценно без своей родственной души рядом, но он не так остро будет это ощущать, как ты. Нареченный сам может решить, принимать ему "родственную душу" или нет. Если он выберет кого-то другого, его запечатлевший испытает сильную эмоциональную боль. Тем не менее он всё равно будет уважать её выбор, потому что для него важно только её счастье.

По мере услышанной информации Гвен становилась бледной прямо на глазах. На третьем этапе она невзначай представила, что будет, если Лэйхот отвергнет её? Тело обдало холодом, а голова закружилась, потребность увидеть парня возникла спонтанно. Волчица внутри жалобно поскуливала, просясь обратно к нему, чтобы он сидел, облатившись об неё, и гладил её белую шерсть, чесал за ушком, а её морда лежала на его коленях. Хотелось слышать его сердцебиение и просто чувствовать его тепло, но он её не подпустит. После той встречи он будет обходить её за несколько километров. Впервые в жизни девушка жалела, что вообще подружилась с семейством Клируотер. Если бы Лия тогда не решила выяснить с ней отношения, то у неё была бы возможность нормально с ним познакомиться и хотя бы иметь возможность быть рядом как друг.

- А что будет, если нареченный умрёт? - на вопрос Гвен Шани поджала губы.

- То же, что и в случае с Таха Аки и его третьей женой. - Гвен опустила голову и расстроилась. Она точно в полном дерьме по самую макушку. Она стала проклинать день, когда они где-то пересеклись с вампиром. И почему именно тогда? Почему именно с ней это произошло? Что она сделала плохого, чтобы это всё вылилось на неё с головой? А как она будет вообще дальше жить, не имея возможности подойти к своему нареченному, если ей сейчас от одной мысли становится плохо? - А кто нареченный?

- Пол Лэйхот, - вместо дочери ответил отец, обнявший девушку. Шани молчала. Она знала этого паренька и знала, что он ещё тот хулиган на пару с Джаредом Кэмероном, но также они являются друзьями Сэма и Лии. Но также она знала, что парень был дружен с девочкой Билли Блэка - Рэйчел. Они были дружны ещё с детства, и, видимо, у парня разыгралась детская влюбленность. Девочка недавно приехала к отцу на каникулы, так как та учится в Университете штата Вашингтон в Пуллмане. Она редко приезжала домой, но в этом году, видимо, решила навестить родителя и брата. И теперь женщина надеялась, что после этого визита она не появится ещё долго.

- Я не буду говорить тебе, чтобы ты пошла и наладила отношения с ним, но я посоветую тебе отвлечься. Да, это будет непросто, так как импринтинг будет влиять на тебя словно наркотик, но попробуй просто отвлечься на чём-нибудь. - Шани понимала, что это практически невозможно, но, может, у девушки что-то выйдет, раз она уже нарушила некоторые правила, касающиеся их легенд. - Гвен, не говори о том, кто ты. Сейчас он этого не поймёт.

Девушка молча покинула дом. Ей нужно всё обдумать и найти выход из этого тупика. Теперь она точно была уверена, что сойдёт с ума. Она просто не может без него. С этой проклятой встречи взглядов она просто не может выкинуть его из головы. Она не может не думать о нём, не может не вспоминать о его запахе, о его глазах, губах, руках и голосе. Он нужен ей сейчас словно кислород. Гвен обратилась в волка, не доходя до леса, и помчала вперёд, оставляя за собой только порванную одежду. Взрослые проводили девушку взглядом. Ни Шани, ни Мария, ни Джонни не смели останавливать её. Им остаётся только наблюдать и надеяться, что она справится. Нет, не так, она справится, они в этом уверены, они в это верят.

Старейшина отправила семью домой, а сама села в гостиной и ожидала появления Гвен, так как была уверена, что она придёт к ней, чтобы не беспокоить родителей.

Волчица вновь бежала через лес на запах морской воды. Она мчала на пляж, чтобы просто остудить голову. Вновь перед глазами появились видения, которые показывали её жизнь с Полом, точнее то, что могло бы быть. Он не был на себя похож в них, но она была уверена, что это был именно он. Он был выше её, крупнее, красивее и смотрел на неё с нежностью и любовью, и она хотела, чтобы это было правдой, хотела, чтобы он был сейчас рядом, прижал и успокоил её. Она хотела спрятаться в его объятиях ото всех, чтобы остались только они и никого больше.

Льюис бежала на утес, который был расположен рядом с пляжем. Оттуда открывался красивый вид, и можно было, не боясь, остаться в этом обличье. Она не хотела становиться человеком, чтобы вновь быть погруженной в эти проблемы, сейчас она хотела от этого отдохнуть. Утес был высокий и крутой, а внизу - океан с глубоким дном. В голове проскользнула мысль о прыжке, но тут же исчезла. Прыгать с такой высоты равносильно самоубийству. С одной стороны, она хотела получить адреналин, чтобы избавиться от мешающихся сейчас чувств и ощущений, но, с другой стороны, она не была уверена, что останется жива, поэтому она оставила эту мысль на потом. Недалеко от обрыва была расположена поляна, скрытая от посторонних глаз. В центре этой поляны аккуратно улеглась волчица и устремила бирюзовые глаза вдаль, на горизонт, где потихоньку садилось солнце. Все смешалось в голове, и от этого становилось только хуже: навязанная ответственность, долг защиты, ответственность за будущую стаю, если она вообще появится, переживание за родителей, Шани, переживание из-за прекращения дружбы, а теперь ещё этот импринтинг. Она боялась, что не справится с этим, боялась, что просто выгорит. Шани права: нужно найти, чем отвлечься, тогда станет проще, тогда станет лучше...