4 часть.
Запретила всем себя навещать. Даже брату. Никому. Пусть будет пусто снаружи также, как было пусто внутри. Собирать себя заново лучше одной. Так можно исключить возможность попадания чужого фрагмента из другого пазла.
— Лиса, ну так неправильно. — звучал голос Бэма в трубке. — Я же уже и так приехал. Стою за дверью.
— Бэм, не обижайся, но нет.
— Тебе не кажется, что это идиотизм?
— Мне уже давно ничего не кажется.
Отрезала от себя всех. Даже близких.
— Кстати, что там у тебя с Розэ? Она мне постоянно звонит, всё спрашивает про тебя.
— Я её случайно трахнула.
— Как это случайно?
— Вот так. Бэм, я сама разберусь со всем. Успокойся.
— Мне кажется, что ты не в том отделении лежишь. Тебе надо не в травматологии, а в психиатрии лежать.
Тщетная попытка пробиться под броню. Чем сильнее пытаться выманить улитку, тем глубже она в панцирь. Закончив разговор с братом, Лиса набрала номер Розэ. Та ответила почти моментально.
— Лиса, как ты? — сбивчивая речь девушки выдавало её волнение.
— Нормально. Прости, что раньше не позвонила.
— Бэм говорил, ты никого видеть не хотела. — добавила Розэ.
— Я и сейчас не хочу. Мне нужно побыть одной.
— Я просто хотела узнать твоё состояние.
— Не волнуйся, жить буду. Извини, что всё так вышло. Я позвоню.
Отключилась первой, лишая возможности зацепиться за разговор. Никого не хотела видеть. И слышать. Никого. Так бывает, когда хочешь услышать прежде всего себя.
***
Из больницы её забрал водитель. Она назвала ему адрес городской квартиры, так как домой возвращаться не хотела. Дни до судебного заседания стремительно сокращались. Оставалось пять дней. Дженни больше не звонила. Она сама звонил сыну, и через него узнала, что супруга сейчас живёт дома. Пять дней пролетели в суете. Накануне она навестила своего парикмахера. Перемен хотелось во всём. Даже в своём отражении в зеркале. Она подъехала в зал суда минут за 30 до начала заседания. У входа толпились какие-то люди. Жгучая брюнетка вошла в зал суда, норовя поскорее раствориться в здании. Коридоры были почти пустые, людей было мало. Поспешила забиться в дальний угол вместе со своим адвокатом. Тот о чём-то в пол голоса вещал ей на ухо. Лиса почти не слушала, изредка поддакивая. Всё её существо ждало её появления. Сначала услышала стук каблуков. Безошибочно угадала её высокие шпильки. Подняла глаза, увидев её силуэт в конце коридора. Тоже не одна. Свита из двух человек тоже явно о чём-то нашёптывали. Она сделала неуверенный шаг вперёд, встречаясь с ней взглядом. Дженни улыбнулась, не скрывая удивления.
— А ты подготовилась. — улыбнулась Дженни, поправляя за ухо прядь волос. — Готовишься к новой жизни?
Вопрос без ответа. Отвернулась, делая вид, что чем-то занята в своём телефоне. Чувствовала, что выглядит, как идиотка.
— Сколько еще до начала? — не громко спросила Дженни у своего адвоката.
— Пятнадцать минут.
— Значит, успею посетить туалет. — сказала чуть громче.
Громче, чтобы услышала Лиса. Эффектно развернувшись, пошла обратно. Лиса повернулась в след, изучая взглядом её безупречное тело под строгим брючным костюмом. Всё, как она любила. Любила в ней, на ней, и её. Сглотнула, понимая, что всё это время занималась хернёй. Без неё — всё не нужное. Последняя попытка нажать стоп-кран. Шла широким шагом за ней по коридору. Дженни слышала её шаги, дыхание за спиной, но продолжала делать вид, что не замечает. Открыла дверь, на которой слишком очевидно висела табличка с указанием женского туалета. Лиса за ней спустилась бы даже в ад. Едва закрыла за собой дверь, как Джен повернулась к ней лицом.
— Ах, это ты?
— Будто бы ты не знала.
В шаге друг от друга. Она — как последний вагон поезда. Поезда, идущего из ада в рай.
— Ты чего так преобразилась? — нарушила молчание первой. — Появился кто?
Читала в ее глазах интерес.
— Ревнуешь?
Она прикусила нижнюю губу, отходя от Лисы к раковине:
— Допустим…
— Дурочка…
Она быстро подошла к ней, прижимая к себе.
— Моя дурочка. — повторила Лиса, впиваясь жадным поцелуем в её губы.
Джен обняла её за шею, отвечая на поцелуй. Завелись с полуоборота, расстегивая её пиджак. Под ним лишь бельё. Знала до того, как увидела. Губы заскользили по груди, а ладони освободили грудь от не нужной материи. Языком скользнула по возбужденному соску.
— Лиса, дверь не заперта. — задыхаясь от желания, прошептала она.
— Это так важно?
Она опустилась на колени, снимая с неё брюки. Осталась в одном белье. Усадила на холодный мрамор умывальников, вновь опускаясь на колени. Оттягивая зубами полоску тонкого кружева в сторону, коснулась ее влажной плоти языком. Женские пальцы судорожно сжали её голову, зарываясь в чёрных, как смоль, волосах. Застонала, выгибаясь ей навстречу. Ласки Лисы становились всё более напористыми, наконец, поднявшись, она резко вошла в неё. Старалась не спешить, словно впереди уйма времени. Потерялись обе, в пространстве и обстоятельствах, ощущая лишь друг друга. Наполняла её — открывая себя.
— Джен, любимая. — тяжёлый неразборчивый шёпот. Она не дала ей продолжить, кусая за губу и тут же целуя. Чувствуя, как волна наслаждения пробегает по её телу, она кончила сама. Нежно целуя, не покидая её тело, обняла, прижимая, как можно сильнее.
— Моя. — прошептала Лиса, целуя в макушку.
— Нам пора. — тихо сказала Джен, отстраняя её. Лиса тяжело вздохнула и стала приводить себя в порядок. Дженни последовала её примеру. Через несколько минут Лиса, озираясь по сторонам, вышла из туалета, а Джен следом.
— Покончим с этим фарсом? — нежно спросила Лиса, целуя в щеку.
— Непременно.— на её губах заиграла улыбка.
***
Они вошли в зал, каждый в сопровождении своих адвокатов. Лиса о чём-то шепнула своему и тот озадаченно на неё посмотрел.
— Хорошо, Мисс Манобан. Я рад за вас.
Вошла судья и окинув взглядом присутствующих начала процесс.
— Ваша честь. — взял слово адвокат Лисы. — Мой ответчик просит закрыть рассмотрение бракоразводного процесса в связи с примирением с супругой. Лиса улыбнулась, посылая влюбленный взгляд Дженни. Судья перевела взгляд на неё:
— Это так?
Руби Джейн улыбнулась и ответила:
— Нет, Ваша честь. Моей, надеюсь, скоро бывшей жене, видимо что-то показалось. Я настаиваю на разводе.