Глава 4. Пауза на Любовь.
Чонгук
Я стою возле гипермаркета и строчу в Google, «женские памперсы». Выходят множество видов, я что разбираюсь в этих штуках? Но ладно, меня поразило то, что я уже вхожу в доверие, раз она попросила принести закрытые для парней штуку, и теперь я потихоньку могу напоминать наши былые дни.
Я еле нахожу отдел с этими памперсами и начинаю рассматривать, слышу насмешки сзади, справа, слева.
— Кхм... простите, но вы ищите памперсы для детей? — слышу я голос слева, повернув голову я вижу консультантку.
— Нет, — отвечаю я, и опять начинаю смотреть на памперсы.
— Помочь вам с выбором? — снова заговорила она.
— Да, что нужно для капризных людей? Ну, для нервных, который из них? — чешу я затылок и кусаю губу.
Консультантка заливается смехом.
— Вам нужно это, — она берет из стопки одну длинную упаковку и протягивает мне. — Ей она точно подойдёт.
— Ага, спасибо. — я шагаю в сторону кассы и захватываю в уголке тёмный шоколад.
Когда я жду своей очереди в кассе, то слышу насмешки сзади, и спереди от кассирши.
— ... да ну нафиг,
— Прости бро, но не для нас принадлежит эта штука...
— Ахахаха! Умора! Сними на камеру! Снимай черт подери!
— У меня памяти мало!
Я краешком глаз смотрю на людей, которые стоят сзади меня.
— С вас... — не договаривает кассирша, она смеётся и не может остановится. — Простите, с вас это... — она опять начинает смеяться.
Глубоко вздохнув, я иду в другую кассу. Снова слышу насмешки.
— Что?! Это для моей девушки! — не выдержав крикнул я, и все одновременно затихли. — И что в этом смешного...
— Блин как мило! — запищала девушка.
— Айгу...
Я напоследок смотрю на отморозков, затем на тупую кассиршу, а потом закатив глаза выхожу из гипермаркета.
Вижу что уже мокрый снег льёт как из ведра, поэтому натянув капюшон толстовки, только хочу спустится по лестницам, как мой телефон вибрирует.
— Да? Чего тебе секретарь Ким... — устало выдыхаю я.
— Господин Чон, пришли акционеры и вы должны немедленно придти. — таким же приказательным тоном говорит он.
— Я?! Пусть папа разбирается! Я не мыслю в этих ваших акционер... — секретарь сбрасывает трубку. — Вот же... — шикаю я.
Сев в машину я кидаю назад памперсы, и засовываю в бардачок тёмный шоколад.
Йери
Я хожу по квартире из стороны в сторону. В дверь звонят. Я маленькими шашками дохожу до двери и открываю его.
— Вот кто-кто, но тебя дебила, мой память никуда не дел! — ворчу я смотря на Юту, он же слегка улыбается.
Смотрю на его руки, а в руках нету пакет с едой.
— Ну и? Где еда? Или ты просто пришёл? Если да, то проваливай Юта. — скрестив руки, говорю я.
— А ты что только и жрать умеешь? — отвечает он.
— Стой, — я фыркаю. — Ты что, сейчас, нагрубил или наехал?
— А что?
— Вот же засранец.
— Так я войду?
— Ещё раз... — я тычу пальцем ему перед носом. — Будешь таким тоном говорить, задушу.
＊
Он настолько нахальный человек, что уже обстроился в моей кухне.
— Слышь, может уже достаточно ты напился чаем? — задаю я вопрос облокотивший об стенку.
Он делает глоток и встаёт со стула. Протерев уголки губ салфеткой, он шагает в мою сторону.
Я выпрямляю спину, потому-что у этого типа, физиономия на данный момент как у маньяка. Он делает шаги, а я пячусь назад и оказываюсь прижата к стенке.
— Слышь, ты чего? — я сейчас серьёзно боюсь, но не подаю виду.
Он ставит обе руки над моей головой, тем самым закрывая выходы.
— Ты знаешь, — он прикусывает нижнюю губу. — Рано или поздно станешь моей... Буквальном смысле, моей.
Я усмехаюсь ему в лицо.
— Допустим, да, мы поженились. И знаешь что?
— Мне уже это нравится. — он проводит облизывает нижнюю губу. — Что?
— На следующее утро, ты останешься без своих яиц придурок! — я размахиваюсь рукой и по квартире разносится громкий шлёп. — Фу черт подери! Фу! Кем ты себя возомнил? — я толкаю его в плечо.
Но на следующий момент я опять прижимаюсь к стенке. Он злобно смотрит на меня и впивается в мои губы.
Я бью кулаком в грудь, но он сильно придерживает меня одной рукой мои две. Он так кусает мои губы что я уже хочу заплакать. Я делаю ещё одну попытку выбраться из схватки, но безуспешно.
Больше вариантов нет. И я сильно кусаю его губу.
— Ай! — он отстраняется и закрывает ладонью свой рот.
Затем следует пощечина.
Шлёп!
— Выметайся! — я громко кричу. — Выметайся! — повторяю я и мой голос срывается. — Урод! Придурок!
Толкая его в спину, он всё же оказывается за дверью. Я громко захлопываю дверь перед его носом и закрываю на замок.
— Козёл... — я хочу присесть на тумбочку, но сразу же встаю когда чувствую что-то мягкое.
Вижу упаковку прокладок, и она очень длинная. А рядом плиточный шоколад.
— Ч-что? Черт подери! Чонгук!
Я сейчас забываю про боль в рёбрах, потому-что со скоростью света бегу в спальню. Взяв телефон в руки, я еле нахожу номер Чонгука в списке контактов.
Абонент на данный момент занят, перезвоните позже...
— Блин! Блин! Блин!
Я снова звоню.
Абонент на данный момент не обслуживается, оставьте голосовое сообщение. Для голосового сообщения нажми...
— Проклятье! — я кидаю на кровать телефон и выхожу из комнаты.
Меня это бесит. Бесит что он все это видел. Хотя... какое мне дело до него? Разве он не безразличен мне? Да Йери, он тебе безразличен.
Чонгук
Я провожу акционеров до двери, а остальной дорогой пусть разбирается секретарь Ким. Я снимаю галстук, фух какое облегчение.
Секретарь Ким принёс мне классику, к слову: брюки, костюм, белая рубашка, и галстук. Затем он дал мне кучу листов, там было написано как нужно общаться с акционерами, как правильно договариваться и как заключать контракт.
Секретарь в буквальном смысле заставил меня читать эту фигню, как первоклассника.
Теперь настал момент думать о важной теме. Йери.
Но нет. Я не буду думать, думаю она выбрала все же Юту. Пусть так и будет. Я уже устал, устал бегать за Йери. Кажется мне нужно просто уйти, и так голова трещит от дел. Нужно взять паузу на Любовь, и когда голова освежится, тогда и буду думать.
— Господин Чон, — слышу я голос, и выхожу из своих мыслей.
— М? — я поднимаю голову и смотрю на секретаря Кима, который так победно улыбается.
— Вы хорошо справились, акционеры в восторге, думаю в дальнейшем вам не понадобится моей помощи. — говорит он, и садится на кожаное кресло предо мной.
— Так, в смысле «в дальнейшем»? — я осторожно кладу на стол ручку. Секретарь молчит. — Так стоп, я на собираюсь жить так в «дальнейшем» секретарь Ким. — я глубоко выдыхаю. — Хах секретарь, нет, мой ответ нет.
— Но...
— Никаких но, секретарь Ким, — уже серьёзным тоном начал я. — В дальнейшем, уже пусть папа разбирается.
— Но...
— Никаких но! — рычу я.
— Господин Чон, ваш отец болен! — тоже перешёл он в крик и встал с кресла. — Серьёзно... — заканчивает он и снимает очки.
3 недели спустя...
Йери
Я смотрю на Цзыюй, которая зарылась в своём шкафу, и громко шмыгает носом. Она вытаскивает чёрную футболку и бросает через открытое окно.
— Ну хватит Цзы! — я встаю с кресла и подхожу к ней. — Мне вообще-то потом влетит от соседей!
Объясню: Цзыюй позавчера рассталась с Тэхеном, они уже как две недели расстаются и снова мирятся. Но на этот раз, кажется все кончился трагично. Что ж, я кажется до потери памяти с таким чувством не сталкивалась, и я сейчас без понятия, какие ей нужно давать советы.
— Ладно Цзы, не имеет смысла выкидывать вещи из окна, тем более с четвёртого этажа, «нашей квартиры». — говорю я, повернув её к себе. — Хватит... изменил? Забудь, и найди себе достойного парня, который не будет шататься с девками.
Успокоитель года!
— Ты так хорошо меня успокаиваешь, — посмеялась Цзыюй, вытирая слёзы. — Сейчас, — она берет из шкафа ещё одну вещь принадлежащую Тэхёну.
— Нет. — я забираю из её рук чёрный пиджак. — Мы это просто выбросим.
＊
Цзыюй снова шмыгает носом и смотрит на одну точку, держа в руке чашку с чаем.
— Стынет. — говорю я ей.
— А? — она несколько раз моргает, и смотрит на меня с опухшими от слез глазами. — Я пью.
Так мы сидим несколько минут, витая по отдельности в своих мыслях.
И тут я прерываю эту молчанку:
— Кхм... ты не знаешь где Чонгук? Ты же говорила что он студент третьего курса. — я хочу проглотить свой тупой вопрос обратно, потому-что до жути стыдно.
Он не появлялся с тех пор, как оставил мне пачку прокладок и плиточных шоколад.
— Он бросил учёбу, потому-что...
— Почему?! — вдруг срывается у меня. — То есть, кхм-кхм... почему? — более спокойно переспросила я.
— Две недели назад, у него умер отец.
Я ахаю, закрывая рот ладонью.
— Потом?
— И наследник конечно же, Чонгук. У него не осталось выбора, кроме как забросить учебу и управлять бизнесом отца. Я ещё толком не знаю, но Тэ... — она замолкает, видимо трудно забыть бывшего. — Тэхен говорил мне, что он стал занятым и строгим человеком. Поэтому и...
— Поэтому и, что?
— Чонгук перестал тусить, как раньше, ой, ты же не помнишь. — она шлепает себя по лбу. — И из-за этого Тэхену стало скучно, потом и я стала ему скучной...и... — её голос срывается.
— Не продолжай. — я отпиваю глоток чая. — Почему ты мне не говорила про Чонгука? Ну про то, что у него умер отец?
— Я думала ты отмахнешься.
— Хотя да. — отвечаю я.
Но в душе мне становится не по себе, я поступаю подло. Очень подло.
Да, Чонгук тот ещё падла, но он сделал много чего хорошего в мои трудные дни. И как-то плохо с моей стороны, просто так отмахнуться. Я должна его поддержать, поблагодарить, и уйти. Всё.
Цзыюй уходит в свою комнату. Я убираю все со стола и мою грязные посуды. Закончив, я тихонько открываю дверь комнаты Цзыюй. Она уснула. Я на цыпочках подхожу к тумбочке и беру её телефон.
Зайдя в контакты, я сразу же натыкаюсь на номер Тэхена. Не сложно было угадать, так как она сохранила его как: «Сволочиндюккабель»
Я тихонько посмеиваюсь. И набрав номер Тэхена в свой, выхожу из комнаты.
Я сажусь за барный стул и звоню ему.
— Алло.
— Тэхен, где Чонгук?
— Вы кто такая дамочка?
— Йери.
— А-а-а... Йери? Сколько лет, сколько зим?
По ту сторону трубки, слышится гулы. Как-будто бы, кто-то, за кого-то голосует.
— Тэхен? Так ты мне ответишь? Не знаешь где Чонгук?
— Тебе не понравится то место, где мы сейчас находимся.
— Стриптиз клуб?
— Нет, совсем другое.
— Не играйся, отправь мне адрес.
— Я говорю тебе не понравится Йери! — орет он в трубку, так-как по ту сторону трубки очень шумно.
— Я говорю тебе, отправь адрес Тэхен.
Он отправляет адрес. Я знать не знаю, что за район. Да ещё и в десять часов вечера. Но одев куртку, я все же выхожу.