Личный враг

Крепко зажав в зубах колпачок ручки и устремив задумчивый взгляд на тетрадку с домашней работой по геометрии, я пыталась решить задачу, которая лично для меня состояла из одних запутывающих мысли слов. Попытка вникнуть в смысл поставленной задачи постепенно затихала, не давая даже возможности вернуться к началу. Ох уж эта геометрия!

Я явно начинаю питать к этому предмету особый негатив, связанный с не доходящего до моего ума смысла решения. И ведь залезала в решебник, находясь в поиске нужного номера задачи, но всё равно ничего не поняла из составленных букв и рисунков. Видно не преодолеть мне сегодня этого порога знаний.

Закрыв тетрадь, собираю со стола канцелярию, тут же хватаю учебник и кладу всё в рюкзак с мыслью, что завтра обязательно подойти к учителю, чтобы спросить решение. Встав со стула, лениво потягиваюсь. Конец сегодняшнего дня прошёл на отлично. Пусть я немного и подустала из-за длительного раздумья над геометрией, зато по-настоящему была счастлива закончить все дела.

Взяв мамин старенький сотовый, которым она мне дала попользоваться до покупки нового, я плюхаюсь на кровать, вспоминая, что на полке рядом со столом лежит ещё один телефон, в чьей работе я до сих пор не нуждалась. За всё время его нахождения на том месте я ловила себя на мысли, что часто смотрю в ту сторону, где лежит его телефон.

Рука иной раз тянется за ним, но я обрываю себя, не давая сделать ошибку. Ничего страшного, похожу и с маминым кнопочным телефоном. Не проблема, если не брать во внимание все мои возможности с помощью более усовершенствованной техники.

Грустно, печально, а ничего поделать не могу. Гордость не даёт и шагу ступить, диктуя свои правила.

Вот так незаметно Терехов просачивается ко мне в мысли, полностью накрывая своими образами и воспоминаниями о сегодняшнем душе в мужской раздевалке. Я точно счастливица лотерейных билетов неудач. Причём везёт мне с этим каждый раз при нашей встрече с Тереховым.

Сразу выползает толстый билетище с жирной надписью: «неудачница Марина». Не обидно, просто несправедливо. Я за столько лет заслужила хотя бы один единственный раз не попасться на глаза Терехову во время своих проделок. После стольких усилий, потраченных на отмщение выпендрёжнику, а в конце концов всё портится из-за не вовремя пришедшего хозяина вещей.

Можно было бы предположить, что он подозревал о задумке, заранее успев разгадать все действия с моей стороны. Но ведь почти каждый раз происходит одно и то же, и становится страшно подозрительно: не читает ли он чужие мысли? Будем надеяться на отрицательный. Не хочется оказаться на месте той, в чьи мысли залезал сам Терехов.

Устроившись поудобнее на кровати, я решила набрать номер Сони. Интересно, она говорила с Денисом? Ведь сегодня они шли домой без меня, так как мне нужно было бежать подальше от Терехова с пакетом мокрой одежды. У меня даже мысли не было остаться и подождать их каких-то несколько минут. Пришлось, не объяснившись, в спешке переодеться, после чего скрыться от ненужных любопытных глаз. Спустя пару гудков Соня поднимает трубку.

- Алло, - говорит она.

- Ещё раз привет, Сонь, - как-то весело произношу я, начиная увлечённо теребить краешек своей футболки.

- Думаю, сейчас ты расскажешь мне, почему после звонка с урока физкультуры ты была вся с ног до головы промокшей, будто пробыла под ливнем, - Соня не скрывает до сих пор присутствующего удивления в голосе. Её интерес так же даёт о себе знать, давая понять, что промолчать не получиться. Слышу собственный смешок, готовясь к интересному рассказу о своей провальной работе.

- Я попалась Терехову на глаза, когда баллончиком краски вырисовывала буквы на его одежде, - наступает неловкое молчание. На другом конце провода слышится Сонино дыхание, заставляющее начать меня нервничать и думать, что я могла незаметно для себя сказать что-то лишнего, ненужного. А может, у неё что-нибудь произошло, раз она так резко замолчала?

- Что-то случилось? - осторожно спрашиваю, делая первый шаг к нарушению затянувшегося молчания.

- Ты серьёзно строчила на его вещах баллончиком с краской? - усмехается подруга.

- Ну да, - бросаю я, вместе с тем хмуря брови. - Мне больше ничего другого в голову не пришло. Баллончик с краской стал единственным выходом из ситуации.

- И что же ты написала?

- А разве Терехов не красовался исписанной одеждой перед всей школой?

- Нет, - коротко отвечает Соня, в миг расшибая об пол моей спальни все надежды на хорошо законченную миссию. - Он вышел в спортивной форме.

- Чёрт! - шёпотом выругиваюсь я, накрывая лоб ладонью и зажмуривая глаза.

- Значит, никто не видел моего художества.

- Лично я ничего не видела, Марин, - с моих губ слетает стон разочарования, сравнимый с причинённой болью. Кажется, я проиграла этот бой, даже не убедившись в правильности и верности своих действий. Так хочется сейчас стукнуть себя по голове. - Ну так что ты написала? - не унимается подруга, давя на меня сильнее прежнего.

- Гордый индюк в расцвете сил, - с грустью пробубнила себе под нос, не надеясь, что Соня услышит, но до её уха дошло каждое сказанное слово.

- Серьёзно? - испустила она короткий смешок.

- Серьёзно.

- Это он тебя облил водой.

- Тут больше подойдут слова: искупал под душем, - злость на Терехова опять напомнила о себе, закипев глубоко внутри.

Пусть в этот раз она не была сильна, но зато обрела желание в ближайшее время надрать задницу индюшку, слишком рано распушившему хвост. Значит, решил выкрутиться из поставленной ловушки, да и потом ещё умудрился меня поймать в капкан. Ну ничего-ничего, совсем скоро посмотрим, на чьей стороне будет праздник.

- Как хоть у тебя получилось попасться ему на глаза? - продолжает возбуждённо засыпать меня вопросами Соня.

- Моя невнимательность сыграла со мной злую шутку, - признаюсь я, печально вздыхая. Соня опять смеётся. Не думала, что признать собственное поражение станет непреодолимой трудностью.

- И когда ты только всё успеваешь? Не думала над моим предложением сдаться? - последнее слово звучит для меня, как самый страшный кошмар, понимание которого доходит до меня в одно мгновение, заставляя все мышцы тела напрячься.

- Ты чего?! - восклицаю я, резко привстав на кровати. - Конечно же нет и ещё
раз нет! Ни за что на свете я не сдамся этому засранцу.

- Как всегда, не переубедить упрямую, - следует тяжёлый вздох. - Ну правда, Марин, что вы, как малые дети бегаете друг за другом, будто идёт делёжка найденного сундука с золотом? Почему нельзя договориться о мире?

- Потому что между нами его не может быть, - отвечаю я, уверено подводя жирную черту под Сониным предложением.

- Может! - упрямо твердит она. - Просто признай, что вы с Артёмом не хотите этого или, ещё хуже, не думали об этой жизненно важной проблеме, -в какой-то степени Соня была права.

Тяга подруги к нашей с Тереховым дружбе всеми силами старалась направить меня на правильный, по её мнению, путь. Если мы с ним пожмём друг другу руки, искренне поклявшись прекратить разгоревшейся между нами конфликт, то, возможно, я буду более спокойна, а Терехов так и останется придурком. Но нет.

Такой итог мне совсем не нужен. После стольких сделанных мной подсечек он слишком просто выкрутиться из проблем не может. А это значит, что не стоит прислушиваться к советам Сони.

- Между нами не будет мира! - заканчиваю назревающий спор грубым ответом. В трубке слышится тяжёлый вздох. Пробубнив себе под нос пару плохих словечек, Соня прошуршала чем-то, по звуку больше похожему на фантик от конфеты.

- Конфета? - улыбнулась я.

- Между прочем, очень вкусная шоколадная конфета, - произнесла она с набитым ртом. - Решила, что будешь делать с Денисом?

- Ты так говоришь, будто он для меня всего лишь надоедливая мошка, - обиделась я, недовольно нахмурив брови. Мысли о друге, пытавшемся стать ближе, вернулись новой волной эмоций, напоминая о недавних днях.

- Ты сама сейчас так о нём подумала, - упрекнула она. - А на меня все бочки катишь.

- Пока не поздно, я скажу ему правду, - от сказанных слов внутри всё больно сжалось. Самой не верилось в то, что собираюсь сделать. Правильно ли поступаю?

- И в чём смысл твоей правды? - на другом конце линии всё так же продолжают шуметь фантики от конфет.

- Я люблю его, - делаю паузу, пытаясь собраться с мыслями. В руке сжимая телефон, молюсь, чтобы тот выдержал напряжённость нервов и не расплющился прямо у меня в руке. - Но только как друга, - тяжело заканчиваю, чуть понизив голос.

- Тогда ты идёшь по правильному пути, - могу с уверенностью сказать, что прямо сейчас Соня улыбнулась.

- И пусть будет то, что должно быть?

- Да, - ответ подруги подействовал на меня положительно. С облегчением выдыхаю тяжёлый воздух из лёгких и лениво растягиваюсь на кровати. Взгляд обращается к потолку. От усталости зеваю Соне прямо в трубку, после чего слышу смешок.

- Что-то я утомилась сегодня.

- Слышу, - отвечает она, продолжая надо мной посмеиваться. - Завтра Татьяна Николаевна обещала самостоятельную по геометрии устроить. Боюсь, я опять всё завалю.

- Что за настрой? - говорю, хотя понимаю, что у самой не лучше в этом плане.

- Не люблю я эту геометрию. Никогда не получалось понять этот большой по
своему содержанию бред. Чего стоят одни теоремы и доказательства. Выучить могу запросто, а вот применить на деле ну никак не выходит.

- Если бы захотела...

- Ой, только не надо вот этого! - перебила меня Соня. - Я пыталась. Честно, Марин.

- Не обещаю, но постараюсь тебе завтра помочь, - не тяжело было догадаться с самого начала, что Соня хочет попросить моей помощи, вот только она не знала, как будет лучше это сделать. Ну, а я в свою очередь не могла ей отказать, даже если у самой ничего не получалось.

- Маринка, спасибо! - запищала та в трубку. Не прошло и 5 секунд, как радостный писк оборвался. Послышался громкий грохот, будто кто-то упал, и после наступила тишина.

- Соня! - окликнула я её, перепугавшись. Внутри всё замерло в ожидании. На душе появилось неприятное предчувствие плохого, после чего в голову полезли страшные мысли.

- Чёрт, - раздался в трубке глухой голос Сони. - Больно-то как, - простонала она, от чего у меня сердце сжалось, а в груди зажглась с новой силой паника.

- Сонька, ты там жива? - послышалось кряхтение, ещё парочку стонов, и наконец она ответила.

- Я споткнулась, - зло возмутилась та. - Чёртов порог в мою спальню каждый день становится для меня сплошной неудачей. В который раз моё тело соприкасается с полом. Жуть! - жаловалась она, делая небольшие паузы между словами. Мне правдой было её жалко, но я не смогла удержаться от смешка. - Между прочем, здесь нет ничего смешного. Если у тебя нормальный вход в спальню, то это не даёт тебе права смеяться надо мной. Я жертва.

- Жертва чего? - спросила я, смеясь.

- Порога! - фыркнула она.

- Бойтесь! Страшный порог может прийти и к вам, - с сарказмом произнесла я. Не выдержав, Соня засмеялась вместе со мной. Мы бы так просмеялись ещё очень долго, если бы не вошедшая в мою комнату мама.

- Марина, - обратилась она ко мне. Смех пропал мгновенно. Всё внимание было направленно на маму и даже дикое похрюкивание Сони не могло отвлечь. - Ты разве не за уроками сидишь?

- Кому-то сейчас будет наваляй, - прошептала в трубку Сонька.

- Мам, я уже всё сделала, - уверенно говорю я, вспоминая геометрию. - Могу показать тетрадки, - мама с сомнением посмотрела в мою сторону, будто могла видеть насквозь, после чего черты её лица разгладились, и она в знак того, что поверила, просто кивнула.

- Не забывай, завтра тебе в школу, где ты увидишься с Соней и так же, как и сейчас, сможешь с ней посмеяться.

- Да-да, - закивала я.

- Тёть Зоя, здрасьте, - закричала подруга, чуть не оглушив меня на одно ухо.

- Передай ей от меня «привет», - добавила мама, выходя из комнаты.

- Тебе тоже привет, - передала я в трубку. - Ну что, Марин, до завтра?

- До завтра, Сонь. Прошу тебя, ты только не убейся там об свой порог, - последний раз усмехнулась я над ней.

- Можешь спать спокойно.

Пожелав друг другу спокойной ночи, мы неохотно положили трубки.

Совсем скоро собирался наступить новый день, который готовился стать для меня тяжёлым. Всё ли будет хорошо или случится что-то плохое, я не знала. Но надежду на хорошее пока ещё никто не отбирал.