глава 9
Прошло два дня.
После того вечера с лазаньей и фильмом мы не виделись. Переписывались, но редко — он был занят в студии, я на съемках. Короткие "как ты?" и "норм" — наш обычный формат последнего времени.
Но сегодня был особенный день.
У Егора стрим. Прямой эфир, где он слушает свой новый альбом перед выходом. Я знала, как это для него важно. Альбом, который он писал в самые тяжелые дни, выливая в музыку всю боль, всё, что накопилось.
Я зашла на стрим за пару минут до начала. Устроилась поудобнее с чашкой чая и просто смотрела.
Он сидел у себя дома, в знакомой уже комнате. Слегка взлохмаченный, в привычной растянутой футболке. Без понтов, без маски — настоящий. Рассказывал про каждую песню, про то, как она родилась, что значила для него.
Я слушала треки один за другим. Каждый — кусочек его души. Там была грусть, была злость, была надежда. И над всем этим — его голос, такой родной, что хотелось плакать.
А потом началась последняя песня.
"Одиноко"
С первых аккордов я поняла — это будет тяжело. Медленная, тягучая, пронзительная до мурашек. Он пел о том, как остаёшься один в толпе людей. О том, как предают те, кому верил. О том, как трудно снова открыться, когда сердце разбито.
Я смотрела на него через экран и видела, как меняется его лицо. Как он пытается держаться, но губы начинают дрожать. А когда песня дошла до припева, в глазах заблестело.
Он отвёл взгляд от камеры, уставился куда-то в сторону, сглатывая ком в горле. Но я видела. Видела эти слёзы, которые он так отчаянно пытался сдержать.
Чат летел. Кто-то писал сердечки, кто-то — "Егор, ты крутой", кто-то — "держимся". А я просто смотрела на него и чувствовала, как у самой глаза защипало.
Я схватила телефон и быстро набрала:
«Егор, как ты?»
Отправила.
Подумала секунду и добавила:
«Приеду?»
Его телефон лежал рядом на столике. Я видела, как экран загорелся. Как он скосил глаза на уведомление.
И тут произошло то, от чего у меня сердце пропустило удар.
Он легонько улыбнулся. Едва заметно, уголками губ. Взял телефон в руки, посмотрел на экран, и тихо-тихо, почти про себя, сказал:
— Амелька пишет...
Я замерла. Даже дышать перестала.
Он ничего не ответил мне. Просто положил телефон обратно и повернулся к камере.
— Так, чат, — сказал он, и голос чуть дрожал. — На этом мы закончим этот стрим. Всем спасибо, что были рядом. Всем пока.
Он махнул рукой и выключил эфир.
Экран погас. Я сидела в темноте своей комнаты, сжимая телефон, и ждала.
Прошла минута. Две.
Телефон пиликнул.
«Жду»
Одно слово. Короткое. Но в нём было столько всего.
Я смотрела на экран и улыбалась. Дурак. Родной мой дурак.
Вскочила с кровати, схватила куртку, ключи. В голове пульсировало только одно: он ждёт.
Через десять минут я уже вызывала такси.