39
Когда завибрировал мой телефон, мы уже разделались с психологией, и Чонгук, надев наушники, работал над сочинением по английскому. Чеен. Уж не знаю, извиниться она хотела или потребовать немедленно вернуть ее шмотки. А может, по чуть-чуть и того, и другого. Я выключила телефон.
Из-за всей этой трагедии с домом я ни разу не задумалась о нашей ссоре. Я провела здесь всего пару дней, но, как всегда, успела забыть и о Чеен, и обо всем, что осталось дома. Важным было только здесь и сейчас. Как всегда.
Слова Чеен меня сильно задели. Может, она и права. Но я не уверена, смогу ли я простить, что она произнесла их вслух.
Смеркалось, Хосок наклонился ко мне и тихо сказал:
– Слушай, если хочешь, можешь поехать домой сегодня. На моей машине. Я бы завтра ее забрал, когда Чонгук разделается с экзаменами. Замутили бы тогда что-нибудь.
– Никуда я не поеду. Я хочу завтра с вами.
– Ты уверена?
– Да, уверена. Ты не хочешь, чтобы я поехала с вами?
Я начала обижаться, что он ведет себя так, будто они с Чонгуком отнимают у меня время, будто мы не одна семья.
– Ну, конечно, хочу.
Он замолчал, как бы собираясь еще что-то добавить. Но я ткнула в него маркером.
– Боишься схлопотать потом от Мары? – полушутя спросила я.
Мне все еще не верилось, что он не рассказал о своей девушке, или как ее там. Сама не до конца понимаю почему, но мне это было важно. Мы ведь лучшие друзья. Или, во всяком случае, ими были. Мне полагается знать, есть у него девушка или нет. И когда они «расстались»? На похороны она не приходила, во всяком случае, мне так показалось. Но Хосок ведь не водил ее за ручку, представляя собравшимся. А какая девушка не придет проводить в последний путь маму своего парня? Даже бывшая Чонгука – и то пришла.
Хосок взглянул на брата и снова понизил голос:
– Я же говорил, мы с Марой уже не вместе.
Я ничего не ответила.
– Да ладно тебе, Лиса. Не злись.
– Поверить не могу, что ты мне о ней не рассказал, – прошептала я, выделяя маркером целый абзац. На Хосока я не смотрела. – Не верится, что ты прятал ее от меня.
– Да не о чем было рассказывать, клянусь.
– Ха! – только и хмыкнула я. Но почувствовала себя лучше. Я мельком посмотрела на Хосок и встретила его обеспокоенный взгляд.
– Все нормально.
– Ну ладно. Мне, по большом счету, от этого ни жарко ни холодно. Просто я думала, что такой новостью ты бы со мной поделился.
Он вновь откинулся на спинку стула.
– У нас все не настолько серьезно было, можешь мне поверить. Ну девушка, и что? Совсем не то, что было у Чонгука с…
Я вздрогнула, и он виновато умолк.
Совсем не то, что было у Чонгука с Обри. Он ее любил. Когда-то он по ней с ума сходил. Ко мне он никогда так не относился. Никогда. Но я его любила. Любила дольше и искреннее, чем кого-либо в жизни, так, как, наверное, больше никого любить не смогу. О чем я, если честно, подумала почти с облегчением.