9 часть. АГРЕСТ, ДАВАЙ!
Я вернулась
Часть 9. АГРЕСТ, ДАВАЙ!
По приезду в Берлин, спустя недели две, уже началась подготовка к операции, которая, ко всему прочему, прошла успешно. Теперь Адриану предстояло заново, словно какому-то младенцу, научиться ходить. Маринетт, после достаточно не легкой операции, держала парня всё время за руку до тех пор, пока он не проснулся. Тогда уже Агрест сжал ручонку Чэн, чтобы та его не отпускала. Они могли вечность смотреть друг на друга влюбленными глазами, но их «связь» прервала докторша, которая хотела проверить состояние пациента.
Они и в Берлине подошли к концу, спустя лишь месяц Агресты и одна Дюпэн смогли вернуться обратно в Париж, где их ждала учеба и обычные будние дни. Но, не смотря на все изменения, теперь уже Агрест держал за руку Чэн, смотря на даму влюбленными глазами. Он старался, старался, что есть мочи выкарабкаться со своего состояния, чтобы снова начать ходить, двигаться, бегать, заниматься любимым делом. Маринетт каждый божий день выходила с парнем на улицу, а точнее выезжала за город, где было небольшое поле и специальные турники, чтобы заново научиться ходить. Да, там было достаточно много проезжающий машин, но и такая атмосфера лишь заставляла парня пытаться что-то исправить и самому уже, конечно же, спустя время, сесть за автомобиль и поехать. Парень опирался о турники, благо руки были сильны и могли выдержать его вес, и таким образом старался ступать на ноги, пытаясь идти. Иногда руки совсем опускались и продолжать тренировки Агрест был не намерен, но Мари силой тащила его обратно работать над собой, чтобы наконец-то выкарабкаться с этого. — Давай, Адриан! — кричала Дюпэн, находясь на той площадке. Парень сидел молча в своей коляске, не желая вставать. — Иногда ощущение, будто это безнадежно… — Агрест, вперёд! Давай, поднимай свой худую задницу и давай заниматься… эм… твоими ногами, что ли! — Ты так двусмысленно начинаешь говорить, что я уже завожусь, принцесса! — ехидно улыбнулся блондин, проведя рукой по своим волосам, слегка взъерошив их. Маринетт опустила руки, как и глаза, поднять Адриана с кресла, чтобы заняться его, скажем, саморазвитием — было уже невозможным, он стал быстро уставать, тем самым сдаваться. «АГРЕСТ, ДАВАЙ!» — заорала Чэн и, в этот момент, её сбивает мотоцикл, из-за чего девушка отлетает от парня на несколько метров. — МАРИНЕ-Е-Е-ЕТ! — закричал Агрест, подрываясь с кресла. Ему немного удалось пройти, но он упал, ведь для ног это было нагрузка спустя год, но Адриан-то смог. — Адриан, ты сделал это… Ты встал! — произнесла сама потерпевшая, приподнимаясь. Удар был не сильным, падение мягким, а сам мотоциклист скрылся с места преступления, так что его вину, даже если и в ужасном случае, доказать было бы практически невозможным, камер-то нет. И только тогда, когда синевласка оказалась в объятиях самого прекрасного, по её мнению, парня на планете, крепко прижимаясь к нему, Агрест понял, что он смог сделать это. Не смотря на то, что девушка отказалась от медицинской помощи, Адриан настоял на посещении больницы, Маринетт лишь оставалось повиноваться его приказам. Ничего серьезного не обнаружилось, пару царапин и ушибов, «девушка в рубашке родилась» — лишь сказала докторша, отпуская парочку обратно домой. С того дня Адриан усилил свою тренировки, стал усиливать нагрузки, и спустя месяц уже мог понемногу передвигаться, но только с палочкой, без неё было малость трудновато, он постоянно падал. — Вот видишь, — произнесла Мари, сдерживая слёзы. Агрест кое-как проковылял к ней, обняв сзади, стараясь успокоить поток её слёз. Парень поцеловал её в шею, вдохнув нежный аромат её духов. Сама синевласка поморщилась от дрожи, что пошла по её коже, при действиях Адриана. Она молча краснела, стараясь делать всё, чтобы её парень не усмехался над ней, ибо он любил подшутить над девушкой. В этот момент, возможно разрушив все наступающие планы парня, в комнату зашла Софи, приглашая пару к столу, ведь ужин уже был накрыт. Маринетт, краснея, быстро спускается в зал, где был накрыт стол. Пока тем временем Софи шутит над сыном о том, что мальчик-то её вырос, от подобных заявлений Адриан лишь смущается, стараясь заткнуть мать и упрекнуть, что она такой же была когда-то. Он благодарит Бога, что этих слов Чэн не слышала, после чего с Софи спускается к остальным, Габриэлю и Мари. — Приятного аппетита, — произнесла всё такая же красная Дюпэн, смотря то на Адриана, то на Софи, что застала их врасплох. Габриэлю лишь оставалось молча наблюдать за семейкой, которая просто общалась какими-то странными взглядами, мол, Адриан только что-то продемонстрировал взгляд «Мама, хватит!», а Мари — «Я тут не причём…» и т.д. После того, как модельер засмеялся, обстановка не стала накаляться, наоборот, всех позабавила эта ситуация. Мысленно Адриан пожелал, чтобы подобная атмосфера постоянно витала в его доме. Он хотел так жить, ему нравилась такая жизнь, ему нравилась его семья и прочее, что его окружает, ведь состояние парня меняется и всё идёт к лучшему. Агрест просто-напросто, впервые, за последние месяцы, почувствовал себя живым. Он действительно не существовал, а жил и наслаждался тем, что он до сих пор жив.