я вернулась

Я вернулась
Часть 3. Спасибо

Прошел месяц с тех пор, как Мари согласилась на эту работу. Ей не так уже было трудно помыть целую ванную комнату по просьбе матери, чем донести в эту самую комнату мистера Адриана Агреста. Ей было сложно, казалось, что девушка совсем справляется, но это было далеко не так. Дюпэн терпела выходки парня, его крики по поводу того, какая Мари криворукая. Ну да, было дело, что она ему на ноги вылила горячий чай, но он ведь всё равно ничего не почувствовал.

— Смотри, я на твою рамку немного блестков посыпала, как тебе?

— А чего ты Чайковскому в Щелкунчик пару нот не добавила? — с укором спросил Адриан, выхватывая у девушки рамку и бросая её об пол.

Парень посмотрев в глаза Маринетт, а они были пустые, не жизнерадостные, как ещё неделю назад. Он повернул голову к зеркалу, а у него подобные глаза, полные бездны. Ему стало жаль Чэн, но не более, ведь, по его мнению, она сама виновата.

— Не двигайтесь, мистер Агрест, я уберу осколки.

— Как ты уже могла заметить, я не могу сдвинуться, хотя я сейчас и на коляске.

— В данную минуту я за коляску и волнуюсь, осколки могут колеса пробить, — процедила Чэн, собирая голыми руками, без перчаток, осколки. Она немного порезалась, но всё в целом собрала и выкинула.

На следующий день, в очередной раз, когда Чэн хотела вытянуть Агреста на улицу, он ответил ей грубым отказом, послав далеко и надолго. Это не так расстроило синевласку, как взбесило.

— Почему… ты такой? — спросила Мари, вытирая слёзы обиды, что стали стекать по её щекам, — Ты знаешь, как трудно видеть тебя подобным каждый божий день? И дело не в коляске и твоих ногах, а просто из-за твоей новой жизненной позиции. Где тот Адриан? Скажешь, что умер? Ха, он будет жить в тебе, пока ты будешь его поддерживать. Мне противно сейчас смотреть на тебя, ведь я стараюсь тебе помочь, тебе! А ты… ты усложняешь работу, на которую я подписалась из чисто… своих побуждений, — Дюпэн поспешила выйти, собрав все свои вещи, что она сегодня принесла. Ей было плохо, поэтому, чтобы хоть как-то себя развеять, она помчалась в гости к своей подруге, ведь та знала, как помочь Дюпэн.

Сезер ещё с порога поняла, что Чэн безнадежна и ей, вопреки всем чувствам, не стоило идти на эту работу. Да, дева с иссиня-черными волосами влюблена, и в этой её проблема. Чувства смотря с жалостливыми глазами, а на работе-сиделки нужно быть стойкой и непоколебимой, нужно уметь говорить «нет, мы сделаем так», ведь подобным людям, как Адриану, это сложно сказать.

— Твоя проблема в том, что ты мягкая, Мари. Не потакай Агрест или…

— Или что? — спросила Дюпэн, явно было видно, что она не понимает, к чему клонит подруга.

— …или увольняйся.

— Ясно, — только и смогла ответить Чэн, ей больше не хотелось вести этот разговор, поэтому синевласка просто сменила тему, чтобы не возвращаться к «Агрестам».

— У тебя же завтра романтический ужин с Натаниэлем? У вас ведь годовщина, год, как вместе… — улыбнулась Алья, погладив Чэн по волосам.

— Да-а, думаю, что завтра нужно уйти пораньше с работы.

— Да, ты права. Кстати, не думала, что пора бы уже перестать мучать парня и отдаться ему? — ехидно спросила смуглая подруга, побив Дюпэн по плечу.

— Ну уж нет… — натянув улыбку, ответила Мари, — Рано-о.

Дозвонившись к маме и сказав о том, что она будет ночевать у Сезер, девушка осталась спокойно у подруги. Ночевка прошла, как обычно, только без эмоциональных боев на подушках. Они почувствовали себя действительно старыми, ведь разговаривали не только о том, какие мультфильмы сегодня крутили по телевизору, но и общались ещё на тему политических моментов.
***

На следующий день, Маринетт, одевшись, побежала к поместью Агрестов, чтобы наконец-то её рабочий день начался, ведь «чем быстрей начнется, тем поскорей закончился».

— Здравствуй, — неожиданно разговор первый начал Адриан, причем начал-то он с приветствия, а не «пошла вон отсюда, я не нуждаюсь в твоей помощи»

— П-привет, Адриан. Как ты себя чувствуешь? — спросила синевласка, подходя к парню. Он лежал на кровати, читая книгу, но как только девушка подошла, он отложил её в сторону.

— Хорошо, если не считая ног. Маринетт, сегодня прекрасная погода, не хочешь прогуляться? — поставил Агрест вопрос, что заставил Чэн упасть в ступор. Он, за этот месяц, ни разу с ней так не говорил. Ей даже страшно стало на пару минут, но, немного успокоившись и придя в себя, она согласилась на его предложение, ведь такое бывает не каждый день, чтобы отказаться.

Они прошли на задний двор Агрестов, где у них красовался фонтанчик и несколько уточек. Это была воистину красивый сад, который располагался возле фонтана. Вода стекала по ручью, поднимаясь и плавно переходя по дереву, использую специальные трубы. Сложная конструкция, которую трудно описать, но зрелище было незабываемым.

— Что ты здесь делаешь, Мари? — спросил Адриан, беря на руки одного из утят. Дюпэн вопросительно на него посмотрела, не зная, какой именно ответ он от неё ждёт.

— Я хочу помочь тебе.

— Ясно… но это ведь не полный ответ, да? — вновь задал вопрос он, на что девушка просто пожала плечами, говоря, что не знает, какой именно ответ ему преподнести.

— Почему, ты резко стал таким добрым? — задала уже вопрос Мари, подходя к парню, поглаживая уточку, что сидела у него на руках. Та, от испуга, сразу же смешно убежала, заставляя Чэн невольно натянуть улыбку от умиления.

— Я переосмыслил своё отношение к тебе и понял, что был не прав.

— Ладно, мистер Агрест, давайте зароем топор войны, и начнём всё сначала, — произнесла Маринетт с улыбкой на лице, протягивая ручонку Адриану, чтобы тот, типа в знак приветствия и согласия, пожал её.

— Я согласен на твои условия, мисс Дюпэн-Чэн, — так же улыбнулся блондин, и стали они гулять по саду.

Агрест рассказывал Чэн о своих приключениях и о том, как в детстве он любил сюда приходить вместе с мамой. Женщина рассказывала ему сказки и он в них слепо верил, но как только парень потерял ноги, он и потерял веру в эти истории. Ему стало трудно жить, сложно дышать. Вчера ты ходил, у тебя была невеста, ты радовался жизни и занимался любимым делом, а сегодня ты — инвалид, без жены и заниматься любимым делом уже невозможно.

Маринетт слушала его рассказы, переживала за него, ощущала эту боль и горечь, с которой парень повествовал ей обо всем и она сумела поставить его на свое место, и ей стало так плохо, что девушка обняла Адриана, сказав, что уже не сможет его бросить и обязательно сделает всё, чтобы тот был счастливым.

Блондин не понял слов Мари полностью, лишь разобрав, что дева его не бросит и сделает всё, чтобы тот не грустил. Это было странным, учитывая, как парень думал, что она его не любит, чтобы делать подобные заявления. Он прекрасно знал, что у Дюпэн есть парень — Натаниэль Куртцберг, но мало кто знает, что она встречаться с ним, чтобы не ранить его чувства и «что бы был».

— Маринетт, — девушка услышала своё имя и обернулась. Её звала Софи, мать Адриана. Дюпэн подошла к женщине и та ей сообщила, что может начаться дождь и, с этой причине, ей пора завозить парня обратно в дом. Чэн послушно исполнила приказ мадам, вернув блондина в комнату. Она уложила парня на кровать, предварительно поправив постель и сбив подушки.

После того, как голова парня коснулась подушки, прогремел гром. Адриан начал кричать и звать на помощь, молить о чем-то неведомом, эта реакция очень сильно напугала Дюпэн, она тут же побежала за помощью к родным Агреста.

Они быстро прибежали в комнату сына, начиная успокаивать его. Спустя пол часа парень уснул, а родители пригласили Мари на чашечку кофе на кухню. Она не отказалась, ведь понимала, что они хотят рассказать ей о чем-то важном.

— Была плохая погода… Гремел гром, были молнии, мы просили Адриана не ехать со своими друзьями туда… Но он нас не послушал, тайком уехал и, по дороге, он попал в аварию. 3 людей погибло, остальные выжили и слиняли, ублюдки, — вытерев слёзы, рассказала Софи, ей было трудно говорить, ведь в её глазах тут же всплывал образ сына в крови.

— У нас будет к тебе просьба. После твоего появления он стал меняться, не могла бы ты… Господи, мне сложно просить…

— Нет-нет, Вы можете говорить, я выполню…

— Не могла бы ты заночевать вместе с ним? Он боится грома. Мы бы с Софи остались с ним, без вопросов, но нам нужно срочно уехать, а Натали, как моя доверенная личность, едет с нами. Некому с ним остаться, — Габриэль видел замешательство в глазах Чэн и решил предпринять другой ход, — Я доплачу, Мари.

— Не стоит… Я согласна, просто… Ладно, не столь важно.

Габриэль и Софи уехали в тот час, оставив Маринетт и Адриана одних в квартире. Девушка сразу же позвонила своему парню, извинившись и объяснив ситуацию. Он был немного не в себе от обиды и злости, но виду не подал, по голосу этого не было слышно.

Чэн, по указаниям Агрестов, нашла в шкафу чистую ночную рубашку и шорты, которые держаться специально для гостей. Она, спустя время поисков, нашла и постель, которая находилась в совершенно другой комнате. Маринетт постелила себе возле кровати Адриана, он уже мирно спал, периодически, во сне, зовя на помощь. Чэн старалась первый час находиться возле него, держа парня за руку, и укрывая его, ведь он руками снимал с себя одеяло, говоря, что оно душит его.

Дюпэн поняла, как действительно плохо парню и что ему действительно нужна помощь.

— Адриан… — лишь смогла произнести Маринетт, вновь укрывая его и вытирая капельки пота с его лица.

Она не заметила, как уснула в его кровати, рядом с ним. Агрест посередине ночи проснулся, чтобы прокричать родителям, что хочет пить, ведь он не знал, что они уехали. Рядом с ним лежала Дюпэн, но он не стал её будить, так и звать родителей не стал, чтобы рядом лежащая девушка не открыла глаза. Адриан мог только любоваться её красотой и силой духа, ведь это первая сиделка, что так печется за него, причем действительно искренне, а не ради денег.

— Спасибо, — сказал парень, поцеловав синевласку в макушку.