Безбожный альянс

Фэн Синь рассчитывал разобраться со всей работой до вечера, потому что на ночь у него были совершенно другие планы, и откладывать их точно не стоило. Если он еще хоть раз скажет Му Цину, что занят, то в лучшем случае получит в челюсть, и поделом, ведь тот умудрялся выполнять свои задания, еще и находить время для их нечастых встреч, а сам Фэн Синь все больше тонул в бумагах и молитвах верующих. По крайней мере сегодня он был решительно настроен успеть все и сразу. Вплоть до того момента, как один из его помощников принес здоровенную охапку новых документов. И тут Фэн Синь понял, что ему конец — Му Цин его просто прикончит.

Не жалея сил, он выполнял работу ровно до момента, когда дверь его личных покоев открылась и на пороге появился тот, кого Фэн Синь хотел точно больше, чем свитки с молитвами. Удивительно, но сейчас Му Цин не выглядел как обычно рассерженным или недовольным. Он, наоборот, лучился игривой улыбкой, а в глазах сверкали шальные огоньки. Пришлось в срочном порядке убирать со стола все важное и легко бьющееся, потому что в следующий момент рабочее пространство заняло божественное совершенство. Одежды Му Цин сбросил еще на пороге, и теперь демонстрировал во всей красе свое идеальное тело, от которого срывало крышу. Конечно, смотреть было катастрофически недостаточно, желание касаться, целовать, сжимать в объятиях, захватило все сознание Фэн Синя, и он не отказал себе в удовольствии. Изучал каждый цунь губами, ласкал пальцами до изнеможения, пока тихие вздохи не сменились нетерпеливыми стонами. Му Цин требовал большего, но была одна загвоздка: Фэн Синь настолько вымотался, что все никак не мог полностью возбудиться. Какой позор для генерала Цзюяна! И чем больше об этом думал, тем сильнее нервничал, что только усугубляло ситуацию.

Однако Му Цин был настроен получить свое. Он медленно поднялся со стола, и лукаво сверкая глазами, опустился на колени, соблазнительные, припухшие от поцелуев губы приоткрылись и...

— А ну вставай, бездельник!

Фэн Синь подскочил, как ужаленный, раскидав вокруг себя ворох бумаг, и завертел головой. Он все так же сидел за своим столом, а рядом с недовольным видом стоял Му Цин. Совершенно одетый и, кажется, очень злой.

— Чт-то случилось? — немного хриплым после сна голосом спросил Фэн Синь и протёр слипающиеся глаза.

— Ты еще спрашиваешь? Пока я тебя жду, ты тут дрыхнешь за столом! Уже забыл, что мы собирались ночью на совместное задание? Я ради этого весь день как заведенный носился, чтобы все успеть! — Му Цин все больше распалялся, еще чуть-чуть и задымится.

— Ох, точно, прости я даже не заметил, как уснул, — виновато пробормотал Фэн Синь, и вдруг вспомнив свой сон, весь покрылся ярким румянцем. Это что же такое его уставший мозг навыдумывал?

— Никакой дисциплины, — фыркнул Му Цин, развернулся на пятках и зашагал к выходу, — поторопись, моя работа тоже на месте не стоит.

Фэн Синь тяжело вздохнул и, поднимаясь, поправил одежды. В отличии ото сна, наяву он быстро и однозначно отреагировал на воспоминания об обнажённом Му Цине. Но лучше сейчас даже не заикаться, иначе тот точно его прибьёт.

Шансы на приятное провождение времени таяли, однако у самого выхода из дворца Му Цин притормозил и многозначительно поинтересовался:

— А что такого тебе снилось?

Фэн Синь тут же насторожился:

— С чего ты взял, что мне что-то снилось?

— Ну-у, ты стонал во сне, — протянул Му Цин, будто в раздумьях, — и звал меня по имени, — его улыбка стала совсем коварной.

Фэн Синь понял, что прокололся, однако сожалеть об этом не собирался. Раз уж Му Цин сам завел этот разговор, то пусть несет ответственность. Одним быстрым движением Фэн Синь прижал его к стене и впился в губы жадным поцелуем. Стоило только переступить грань и оба растворились в своих желаниях, не замечая ничего вокруг. Не замечая никого...

— Уверен, что не нужно связаться с Цинсюанем или Его Высочеством? — спросил Хэ Сюань с сомнением, пока они с Хуа Чэном незамеченными миновали улицу за улицей в Небесной столице, — Не похоже, что получится найти их без подсказки.

— У нас же был план присмотреть за ними тайно, — отмахнулся Хуа Чэн.

— Чтоб за кем-то присмотреть, надо его хотя бы увидеть, а мы не знаем, где они, — резонно заметил Хэ Сюань.

— Нет у тебя, мой друг, фантазии, — Хуа Чэн поднял руку, на которой, трепеща прозрачными крылышками, сидела призрачная бабочка, — сейчас мы исследуем это место вдоль и поперек, не шевеля даже пальцем.

Внезапно целый рой бабочек взмыл вверх и разлетелся в разные стороны. Два демона остались в укромном уголке, в тени величественного дворца. Черновода только порадовало, что не придется носиться всюду, нарываясь на неприятности, и возможно Цинсюань даже не будет слишком злиться за его маленькую проделку. Все равно же недолюбливает Пэй Мина. В ожидании он принялся рассматривать шикарное убранство ближайшего здания, отмечая, что новоотстроенная столица выглядит менее кричащей и более утончённой, чем в прошлом. Ему такие изменения были по душе.

Внезапно острый взгляд демона выхватил в окне дивное зрелище: двух целующихся генералов. Хэ Сюань едва сдержался, чтоб не присвистнуть и пихнул плечом Хуа Чэна:

— А это там случайно не Наньян с Сюаньчженем? Я-то думал, они вечные противники...

В целом, его недоумение было обоснованно: Фэн Синь с Му Цином не изменили своей давней привычке собачиться по малейшему поводу, просто разбавили этот процесс другим, более приятным. Хуа Чэн же, в свою очередь, не сомневался, что вся их ругань от подавляемой сексуальной неудовлетворенности и в другой ситуации только посмеялся бы над двумя идиотами, которые, наконец, применили свою придурь в нужном месте. Однако, в условиях собственной многодневной неудовлетворенности, дивное зрелище вызвало только раздражение.

— Ну надо же, какая идиллия, — проговорил он с ехидцей, — все-то вокруг такие занятые. Некогда голову поднять.

Хэ Сюань как раз заметил, что Му Цин откинул голову, кажется ударившись затылком о стену, но даже не поморщился, и подставил шею жарким ласкам. Вообще-то, по мнению Черновода подсматривать за парочками не очень благородное занятие, но больше делать все равно было нечего, так что он продолжил. А Хуа Чэн тем временем тихо закипал, то ли от злости, то ли от зависти. Ему-то сейчас некого поцеловать.

Когда на периферии зрения что-то сверкнуло, Хэ Сюань спохватился:

— Ты что задумал?

Хуа Чэн в это время отправлял куда-то еще одну призрачную бабочку.

— Мне кажется, во дворцах Наньяна и Сюаньчженя закончилась важная работа, раз у них столько свободного времени. Надо бы помочь лентяям заняться чем-нибудь полезным.

Маленькая бабочка полетела в направлении увлечённых друг другом небожителей, подобралась как можно ближе, чтобы слышен был каждый издаваемый звук. Хуа Чэн довольно осклабился и подключился к одной небезызвестной сети духовного общения, от которой совершенно случайно давно узнал пароль. А Хэ Сюань превентивно потёр затылок, ощущая, как по нему прилетит от Цинсюаня за мелкое вредительство. И зачем он только послушал этого любителя навести шороху? Ясно же, как день, что от Хуа Чэна, когда у того забирают его драгоценного гэ-гэ, ничего хорошего ждать не следует. Хэ Сюань и сам скучал по супругу, но он-то знал, как иногда хлопотно быть богом.

***

Лан Цяньцю получил очередную молитву о бесчинствах злых сущностей на своей территории. Ничего необычного, но по описанию нечисть никак не удалось идентифицировать, и он хотел обратиться за советом к Лин Вэнь. Однако, связаться с ней не получилось, видимо богиня была слишком занята другой работой. Тогда он решил спросить совет у кого-нибудь из коллег в общей сети духовного общения. Хоть там всегда творился легкий хаос, но кто-то все равно отреагировал бы на просьбу.

Но стоило Лан Цяньцю подключиться к сети, как он услышал громкий стон, и даже содрогнулся от неожиданности. Неужели кому-то стало плохо? Но почему тогда все тихо шушукаются, а не спешат пострадавшему на помощь? Он как раз хотел об этом спросить, когда раздалось новое надрывное "Ах!" и у Цяньцю непроизвольно покраснели уши. Звук был такой красноречивый, что даже самому неискушенному небожителю становилось ясно: там кому-то хорошо, а не плохо. Что же это за непотребства такие?!

Следующий протяжный стон сопровождался хриплым требованием "Да, А-Синь, еще, вот так! ", и к своему ужасу Лан Цяньцю с трудом, но узнал голос генерала Сюаньчженя. Получается "А-Синь" это... Картинка мира слегка накренилась, когда Цяньцю понял, что холодный и сдержанный Му Цин может издавать ТАКИЕ звуки, а уж от чего именно, даже думать не хотелось.

— Что тут творится? — серьезным тоном потребовал появившийся в сети Пэй Мин.

— Да вот, представление слушаем, — со смешком ответил кто-то из небожителей. В унисон с его словами особенно страстно застонал Му Цин.

Пэй Мин озадачился на одно мгновение, а потом прочистил горло и уточнил:

— А они в курсе, что... Эм... Дают мастер-класс?

— Не-а, — беспечно ответил тот же небожитель, — чего уж им тут не советовали — ничего не слышат.

— Странно, — хмыкнул Пэй Мин, — как же они подключились к сети в такой-то момент?

— Ничего странного, генерал Пэй, — ответила ему присоединившаяся к сети Лин Вэнь, — забыл уже, кто у нас тут по столице ходит? Или правда думаешь, что это совпадение?

— Что?

— Кто?

— О чем вы говорите?

— Кто ходит по столице?

На все лады загомонили небожители под аккомпанемент все более жарких стонов, что слегка сбивало с мысли.

— Эй! Ты же сама говорила, что не стоит пока поднимать панику, — возмутился Пэй Мин.

— Говорила, — тяжело вздохнула Лин Вэнь, — но это было до того, как сеть духовного общения Небес превратилась в весенний спектакль. Если ничего не предпринять, кто знает скольких еще небожителей опозорят эти ненормальные. И ради Небес, Пэй, найди этих двоих и отключи трансляцию.

Пэй Мин хмыкнул и отправился на поиски, а Лин Вэнь принялась просвещать коллег, какая напасть случилась в столице и как следует организовать облаву.

Лан Цяньцю отключился от сети, кипя праведным гневом. Эти Непревзойденные демоны — настоящие бедствия! И чего опять полезли вредить небожителям? Надо срочно присоединяться к поискам, чтобы больше никто не пострадал от их каверзных проделок! Цяньцю сердито насупил брови, а щеки его пылали ярким румянцем. Хотелось бы сказать, что от возмущения, но он вдруг со стыдом осознал, что совсем от других эмоций. Конечно, Фэн Синя с Му Цином теперь до скончания веков будут поддевать этим казусом, но сегодня все, кто слышал их страстное общение, успели обзавидоваться.

***

— Чего хохочешь, как идиот? — недовольно спросил Хэ Сюань, — На нас теперь охоту откроют.

— И что с того? Эти идиоты у себя под носом гору не заметят. Но ты видел, какие физиономии у них были, когда этот Пэй явился? — Хуа Чэн опять заливисто рассмеялся.

Но Черноводу было не смешно, он даже пожалел Му Цина — у того было выражение, будто его вот-вот хватит удар. Ну или он сейчас кого-нибудь убьет. Конечно, демон не боялся гнева небожителей, почти ни чьего. Однако опасался, что это может быть последний секс в этом столетии, который ему светил только из окна, если Цинсюань действительно разозлится. Хуа Чэну то легко говорить, Се Лянь ему во всем потакает.

— Предупреждаю сразу, если Цинсюань меня из дому выгонит из-за твоих проделок, приду жить в Призрачный город и буду по ночам тебе в спальню водных гулей запускать.

Хуа Чэн поперхнулся новым смешком:

— Эй, мы же союзники, забыл?

— Ничего подобного, — запротестовал Хэ Сюань, — я жертва твоих провокаций.

— Ну вот, а сперва так охотно соглашался. — Хуа Чэн закатил глаза и хлопнул Черновода по плечу, — Ладно уж, давай обождем где-нибудь в укромном местечке, пока мои бабочки отыщут гэ-гэ и Повелителя Ветра. Хотя, по-моему, у Цинсюаня здоровое чувство юмора и ситуация его позабавит.

— Угу, — пробубнил Черновод, — обязательно позабавит, особенно, если все небожители придут к нему за объяснениями. И где ты собрался скрываться?

— Как где? У тут же обитает мой верный помощник, — самодовольно отозвался Хуа Чэн и направился прямиком ко дворцу Инь Юя, попутно сделав себе мысленную пометку, если случится скандал, запретить Черноводу посещение Призрачного города. Просто так, в превентивных мерах.