Хартвелл-Падение

Они пересекли парковку быстро, но без лишней суеты. Пустые машины вокруг казались слишком целыми, будто их просто поставили и забыли. Стёкла торгового центра были частично выбиты, но главный вход оставался приоткрытым — одна створка перекошена, другая наполовину распахнута.

Дамиан первым вошёл внутрь.Внутри было темно и просторно. Огромный холл, высокий потолок с провалами, откуда свисали обрывки проводов. Пыль лежала толстым слоем, на полу — старые рекламные стенды, перевёрнутые корзины, разбросанные тележки. Воздух стоял тяжёлый, с запахом сырости, старого пластика и затхлых тканей.

Эхо шагов расходилось далеко вперёд.

Никакого движения.
Никаких стонов.
Слишком тихо.

— Обожаю такие места, — пробормотал Джастин. — Чувствую себя героем дешёвого фильма.

Колин жестом показал ему замолчать.Они медленно продвинулись дальше вглубь.По бокам — магазины хозяйственных товаров, электроники, косметики. Половина витрин разбита, половина нет. Где-то валялись манекены без рук. Один лежал лицом вниз у эскалатора.Ади скользнула взглядом по второму этажу — перила целые, но местами прогнившие. Тишина давила.

— Разделяемся, — тихо сказал Дамиан.

Джастин сразу повернулся к Колину:

— Я с ним.

Колин коротко посмотрел на него:

— Уверен?

— Конечно, — кивнул Джастин. — Кто-то же должен спасать тебя от скуки.

Ади медленно повернула голову к Джастину.
Посмотрела.Просто посмотрела.Но во взгляде было ясно:

«Ты это специально?»

Он поймал этот взгляд и едва заметно усмехнулся. Почти невинно.

Дамиан всё это видел.Он сделал шаг вперёд, голос стал ровным, деловым:

— Колин и Джастин — за едой. Складские помещения, супермаркет в левом крыле.

Он перевёл взгляд на Ади:

— Мы — в аптеку. И по пути проверим магазины одежды. Нам нужно пополнить запасы.

Ади кивнула.

Никаких комментариев.

Колин проверил рацию:

— Связь каждые двадцать минут.

— Без самодеятельности, — добавил Дамиан.

— Скучно, — буркнул Джастин, но уже двигался в сторону левого крыла.

Ади посмотрела на их удаляющиеся фигуры, потом на Дамиана:

— Ну что, командир, — тихо сказала она. — В аптеку.

Они двигались медленно, шаг за шагом, проверяя каждый поворот.По пути им попался магазин сумок и рюкзаков. Стёкла были выбиты, но внутри всё ещё висели ряды тканевых и кожаных моделей — пыльных, но целых.

— Берём, — коротко сказал Дамиан.

Ади кивнула и быстро прошла внутрь. Она выбирала не «красиво», а «практично»: плотная ткань, крепкие молнии, широкие лямки. Сдёрнула пару больших дорожных сумок, проверила швы, бросила одну Дамиану:

— Эта выдержит.

Он осмотрел, кивнул.

— И эту, — добавила она, снимая ещё одну. — Для медикаментов.

Они не задерживались. Пять минут — и уже снова в коридоре, с пустыми сумками в руках.

Аптека находилась дальше по галерее.Вывеска ещё висела, буквы частично отпали. Роллет был приподнят, будто его когда-то пытались вскрыть.Дамиан поднял решётку чуть выше, они пригнулись и вошли.Внутри оказалось неожиданно много нетронутого.Полки частично опрокинуты, коробки валяются на полу, но основная масса товара — на месте.Пыль, конечно, везде, но не разграблено подчистую.

— Вот это удача, — тихо сказал Дамиан.

Ади уже двигалась вдоль стеллажей, собирая всё, что нужно: бинты, антисептики, обезболивающее, антибиотики, шприцы, перевязочные материалы.

— Возьми термометры, — бросила она. — И жаропонижающего побольше.

Он молча наполнял сумку.

Потом она свернула в соседний проход — с гигиеной: прокладки, тампоны, влажные салфетки, мыло, зубные щётки, бритвы.Она не раздумывала — сгребала всё нужное в сумку:

— Это обязательно, — коротко сказала она, не глядя на него.

— Я и не спорю, — ответил он спокойно.

А потом её рука потянулась к нижней полке.Там, среди коробок, лежали упаковки презервативов, смазки. Какие-то наборы, которые в мирное время продавались без всякой драмы.Она секунду смотрела, а потом спокойно взяла несколько упаковок и бросила в сумку.Дамиан заметил это не сразу. Когда заметил — замер:

— Зачем? — спросил он прямо.

Без насмешки, и без грубости.
Просто — не понял.

Ади выпрямилась, повернулась к нему, приподняла бровь:

— А что, командир, — спокойно сказала она, — Думаешь, я никогда не встречу свою любовь?

Он моргнул.Она продолжила, уже без улыбки:

— Это мир не отменил того, что мы живые существа. И если вдруг у кого-то появится шанс... лучше всегда быть готовыми.

Она бросила в сумку ещё одну упаковку и добавила:

— И это не только про меня.

Дамиан смотрел на неё пару секунд. Лицо осталось ровным, но взгляд стал чуть тяжелее:

— Ладно, — сказал он наконец.

И отвернулся к полкам.

Ади снова занялась сбором медикаментов.

Когда они закончили с аптекой, сумки уже были ощутимо тяжёлыми. Медикаменты, гигиена, всё, что может пригодиться — вес набрался быстро.Ади закинула ремень одной сумки себе на плечо, вторую подняла в руку.Дамиан молча подошёл и забрал у неё обе.Она замерла:

— Это что за дела? — прищурилась она.

Он даже не посмотрел на неё:

— Не хочу, чтобы ты начала ныть через десять минут, что тебе тяжело.

Ади резко развернулась к нему:

— Я? Ныть?

Он спокойно шагнул к выходу:

— Успокойся, колючка.

— Да я вообще...

Она не договорила. Потому что поняла — он уже идёт вперёд, не собираясь вступать в спор.

Она цыкнула, но всё равно пошла рядом:

— Вообще-то я могла сама понести, — буркнула она.

— Знаю, — коротко ответил он.

И от этого «знаю» она почему-то перестала спорить.

Магазин одежды находился через два павильона. Внутри было темнее, чем в аптеке, но витрины уцелели, манекены стояли на местах — только пыльные и забытые.Они включили фонарики.

— Берём много всего, — сказал Дамиан. — Мужское, женское, детское. И разных размеров.

Ади кивнула.Они двигались по рядам быстро, и внимательно. Футболки, штаны, тёплые кофты, куртки. Она выбирала прочную ткань, удобный крой. Дамиан — практичность и плотность материала.Она остановилась буквально на секунду.Взяла мягкий серый свитер. Потом — аккуратную тёмную футболку. А дальше пару комплектов белья.Она не делала из этого драму. Просто складывала в сумку.

Потому что хоть мир и умер,хоть вокруг пыль, кровь и бетон,чувствовать себя женщиной иногда всё равно хочется.Не только бойцом, не только выжившей. Она взяла простую, но аккуратную вещь — не для боя, не для маскировки. Просто чтобы однажды надеть и почувствовать себя красивой.

Дамиан это заметил, но ничего не сказал.

Потом её взгляд зацепился за одну худи. Она была тёмная, с довольно плотной тканью. На груди был нарисован крупный волк.Не мультяшный, а настоящий, с внимательным взглядом.Она сняла её с вешалки и развернула.Подошла к Дамиану, который перебирал мужские куртки.

— Командир.

Он обернулся, а она подняла худи перед ним:

— Смотри.

Он посмотрел на рисунок:

— И?

Она чуть улыбнулась:

— Он очень похож на тебя.

Пауза.

— Такой же хмурый. И смотрит так, будто сейчас кого-то сожрёт.

Дамиан прищурился:

— Очень смешно.

Но худи из её рук он не вырвал.

Она добавила тише:

— Серьёзно. Тебе подойдёт.

Он ещё секунду смотрел на волка. Потом коротко кивнул:

— Бери.

Она усмехнулась:

— Уже взяла.

И аккуратно сложила худи в сумку.Они отошли от отдела одежды и остановились в тёмном проходе между павильонами.Дамиан достал рацию.

— Приём. Как у вас?

Несколько секунд — только шипение.Потом в динамике раздался голос Джастина, слишком громкий и слишком довольный:

— О-о-о, да вы сейчас ахуеете!

Колин на фоне что-то буркнул, но Джастин продолжил:

— Берите свои красивые задницы и дуйте ко входу. Срочно.

— Что вы нашли? — сухо спросил Дамиан.

— Сюрприз, братец! Встречаемся у главного входа!

Рация щёлкнула. Связь оборвалась.Дамиан посмотрел на прибор, потом на Ади.

— Ненавижу, когда он так делает.

Ади усмехнулась:

— Это его суперспособность.

Они двинулись к главному холлу.Шаги эхом расходились по пустому центру. Чем ближе к входу, тем сильнее слышался глухой скрип — как будто что-то тяжёлое катят по плитке.

А потом они вышли в холл и остановились.
Посреди зала стояла полная тележка.Нет, не просто полная — она была забита доверху:

Консервы.
Коробки с крупами.
Пачки макарон.
Сахар.
Соль.
Кофе.
Чай.
Банки фасоли и тушёнки.
Детское питание.
Печенье.
Шоколад.
Пара больших упаковок воды.
И даже несколько запечатанных коробок с энергетиками.

А сверху, как вишенка на этом апокалиптическом торте — лежали три бутылки виски и несколько бутылок вина.

Джастин стоял рядом с тележкой, руки на бёдрах, как гордый добытчик:

— Ну? — расплылся он в улыбке. — Я же говорил.

Колин стоял рядом, более сдержанный, но в глазах читалось удовлетворение:

— Склад был почти нетронут, — сказал он. — Нам повезло.

Дамиан подошёл ближе, осмотрел тележку, кивнул:

— Это хорошо.

Потом взгляд упал на бутылки.Он поднял одну:

— А это ещё зачем?

Джастин театрально ахнул:

— Братец... ты не знаешь, что такое алкоголь и как он употребляется?

Он поднял брови:

— Могу показать.

Ади тихо фыркнула.Колин покачал головой.
Дамиан посмотрел на брата тяжёлым взглядом:

— Мы не на вечеринке.

— А жаль, — невозмутимо ответил Джастин. — Иногда людям нужно расслабляться.

— Расслабляются те, кто не на вылазке, — отрезал Дамиан. — И не в городе, который мы ещё не проверили полностью.

Джастин склонил голову:

— Ну вот, начинается.

— Это не игрушки, — продолжил Дамиан. — Один глоток — и реакция уже не та.

— Ты думаешь, я собирался пить прямо здесь? — возмутился Джастин. — Я же не идиот.

Колин тихо кашлянул.Джастин посмотрел на него:

— Ну.. ладно, иногда идиот.

Дамиан вздохнул:

— Берём. Но пить будешь в больнице — и под моим контролем. И без цирка.

— Слушаюсь, командир, — шутливо отсалютовал Джастин.

Потом склонился ближе к Дамиану и прошептал:

— Расслабься ты хоть раз в жизни.

Дамиан посмотрел на него долго:

— Когда вернёмся живыми, — сказал он. — Тогда поговорим.

Джастин поднял руки:

— Я тебя понял, пап.

Дамиан шагнул к нему:

— Я тебя сейчас...

Джастин тут же отскочил, смеясь:

— Всё-всё, молчу!

Ади смотрела на них обоих и не могла сдержать улыбки.

Они работали быстро.Тележку дотащили до выхода, осторожно проверив парковку ещё раз. Машина стояла там же — тихая, неподвижная.Загрузили всё без лишних разговоров. Сначала тяжёлые коробки, потом консервы, потом воду. Алкоголь Джастин аккуратно поставил в угол кузова, будто это был хрупкий музейный экспонат.

— Если разобьёшь, — сказал Дамиан сухо, — Я тебя лично придушу.

— С такой любовью? — усмехнулся Джастин.

Ответа не последовало.Когда последняя сумка с медикаментами легла внутрь, Дамиан выпрямился и потёр переносицу. Глаза на секунду закрылись.Голова ныла. Не от усталости, а от сильного напряжения.

Слишком тихий город. Слишком гладко всё прошло. Это всегда настораживало его больше всего.

Колин внимательно посмотрел на него:

— Дам.

— Что?

— Ты не в лучшей форме.

— Всё нормально, — коротко отрезал он.

Колин не спорил. Просто сказал:

— Нам нужен водитель с ясной головой.

Пауза.

— Я сяду за руль.

Дамиан замолчал и сжал челюсть. Он не любил отдавать управление — ни дорогой, ни ситуацией.Но боль в висках отдавала пульсом.И он понимал — если сейчас проморгать поворот или яму, это будет глупо.

— Ладно, — выдохнул он наконец. — Веди.

Колин кивнул и обошёл машину.Джастин уже занимал пассажирское место спереди:

— О, смена власти. Интересно.

— Закрой рот, — буркнул Дамиан.

Он открыл заднюю дверь.Ади уже сидела там, опершись локтем о спинку сиденья, наблюдая за происходящим.Когда он сел рядом, она чуть повернула голову:

— Что, командир... сдаёшь позиции?

В голосе — лёгкая насмешка.

Он посмотрел на неё без какого-либо выражения:

— Замолчи, колючка.

Она фыркнула, но спорить не стала. Просто отвернулась к окну, делая вид, что его вообще не существует.Колин завёл двигатель. Пикап плавно тронулся с парковки торгового центра.Спереди Джастин уже комментировал маршрут:

— Только аккуратно, штурман. Я хочу дожить до употребления вина.

— Заткнись, — спокойно ответил Колин.

Дорога обратно тянулась медленно.Колин вёл аккуратно, объезжая провалы в асфальте, сбрасывая скорость перед поворотами. Джастин спереди что-то тихо комментировал, но уже без прежнего задора — видимо, тоже устал.

Сзади было тише.

Голова у Дамиана не проходила.

Наоборот.

Боль сначала была глухой, терпимой. Потом начала пульсировать в висках. Каждый неровный участок дороги отдавался в черепе коротким ударом. Свет через лобовое стекло раздражал. Шум двигателя будто стал громче.Он сидел прямо, стараясь не морщиться. Руки лежали на коленях, пальцы сжаты.

Ади сначала просто смотрела в окно. Потом боковым зрением заметила, как у него напряглась челюсть. Как он чуть сильнее закрыл глаза на пару секунд.Она не стала спрашивать «тебе плохо?».Сказала будто между прочим:

— У меня в детстве часто болела голова.

Он даже не повернулся:

— И?

— Таблетки не всегда помогали, — продолжила она спокойно. — Мама делала массаж. Шеи, затылка. Это снимало спазмы.

Тишина.

Колин спереди бросил короткий взгляд в зеркало, но ничего не сказал.

Ади слегка повернулась к Дамиану:

— Хочешь, попробую?

Вопрос прозвучал просто.
Без насмешки. Без давления.

И именно это его и задело.Он напрягся сильнее.Не потому что боль была невыносимой.А потому что это — близость.
Пустить её к себе, позволить коснуться,
показать, что ему плохо.Он не любил, когда его видели слабым.Не привык, чтобы кто-то заботился о нём.Тем более она.Слишком много уже было между ними — слов, споров, взглядов.И подпускать её ближе — значило сдвинуть границу.А он не хотел двигать границы.Не хотел, чтобы она думала, что может к нему вот так просто подойти.Не хотел, чтобы внутри стало ещё сложнее.Но боль продолжала стучать в висках.И он понимал — если сейчас не сбросит напряжение, к вечеру будет хуже.Он выдохнул медленно:

— Не надо, — сказал сначала автоматически.

Ади уже собиралась отвернуться, будто и не настаивала.Он закрыл глаза на секунду:

— Ладно, — добавил он тихо. — Попробуй.

Слова дались тяжелее, чем хотелось бы.

Ади чуть заметно улыбнулась:

— Ну и славненько, — тихо сказала она.
— Повернись ко мне спиной, хорошо?

Он помедлил секунду, потом сдвинулся на сиденье и развернулся вполоборота, чтобы было удобнее. Спина к ней, плечи всё ещё напряжены, будто он собирался на допрос, а не на массаж.

— Расслабься, — мягко сказала она. — Я тебя не задушу.

Он хмыкнул, но плечи всё равно оставались каменными.Её ладони сначала легли на его затылок.Тёплые и лёгкие.Он вздрогнул едва заметно.Она начала осторожно — кончиками пальцев, медленно проводя по основанию черепа, чуть надавливая там, где чувствуется напряжение. Круговые движения, аккуратные, но уверенные.

— У меня это началось лет в восемь, — тихо заговорила она, будто между делом. — Мама говорила, что я слишком упрямая, поэтому голова и болит.

Он не ответил.

Её пальцы переместились к вискам. Надавила чуть сильнее, задержалась, потом отпустила. Снова круг. Снова лёгкое давление.Боль в его голове всё ещё пульсировала, но к ней будто добавилось другое ощущение — тёплое, медленное, расползающееся по шее.

— Она садилась за мной вот так же, — продолжала Ади тихо. — Заплетала волосы, а потом делала массаж. Говорила, что если не помогать телу, оно начинает злиться.

Он слушал.Не слова даже — голос.Он был другим сейчас. Без колючек, без насмешек, а мягкий и спокойный.

Её руки опустились ниже — к шее. Пальцы нажали чуть глубже, нашли тугую точку у основания.

Он тихо втянул воздух.

— Больно? — спросила она сразу.

— Терпимо.

— Значит, туда и надо, — спокойно ответила она.

Её пальцы были маленькими, но сильными. Движения абсолютно точные. Она не спешила. Прорабатывала мышцы медленно, будто распутывала узел.

По коже у него побежали мурашки.Не от холода, не от боли.От прикосновения.Он не привык к этому. К тому, что кто-то касается его не в бою, не чтобы оттолкнуть или удержать, а просто... чтобы помочь.Голова всё ещё болела, но её пальцы словно разгоняли напряжение, как будто по шее проходил слабый ток — тёплый, живой.Она перешла к плечам. Сжала их ладонями, чуть надавила большими пальцами:

— Ты всегда так зажимаешься? — тихо спросила она.

Он хотел ответить резко, но не смог:

— Почти.

Она хмыкнула мягко:

— Надо учиться отпускать. Хотя бы иногда.

Её движения стали ритмичными. По кругу: затылок, виски, шея, плечи. И снова по кругу.

Пульс в висках постепенно стал тише.Он закрыл глаза.Не потому что решил расслабиться.А потому что тело само так сделало.И на секунду ему стало... спокойно.

Не безопасно.
Не беззаботно.

Просто спокойно.

Её пальцы всё ещё двигались, а он впервые за долгое время позволил себе не держать всё на себе.

Прошло еще несколько минут.Ади продолжала медленно работать пальцами — уже не так интенсивно, больше поглаживая и мягко разминая. Она чувствовала, как напряжение под её руками постепенно уходит. Плечи перестали быть каменными. Шея уже не была такой жёсткой.И вдруг она заметила — дыхание изменилось.

Стало глубже. Ровнее.

Он не просто расслабился.

Он уснул.

Она замерла на секунду, прислушалась. Да. Точно. Голова чуть наклонилась вперёд, мышцы окончательно отпустили.

— Ну ты даёшь... — прошептала она едва слышно.

В машине было тихо — гул двигателя, шорох шин. Колин смотрел на дорогу. Джастин повернул голову назад и прищурился:

— Он что... — начал он.

Ади подняла на него глаза и показала короткий жест: тише.

Дамиан чуть качнулся вперёд, будто вот-вот упрётся лбом в сиденье.Она осторожно подхватила его за плечо. Медленно и аккуратно переместила его так, чтобы он не завалился.Потом, не особо думая, опустила его голову себе на колени.Он даже не проснулся. Лоб коснулся ткани её штанов. Лицо расслабленное, совсем не то, что обычно. Без жёсткой линии челюсти, без привычного напряжения.Он выглядел...
намного моложе.Она поправила его голову чуть удобнее, пальцами убрала прядь волос со лба. Почти машинально.

Спереди раздался приглушённый смешок:

— О-о-о, — протянул Джастин. — Вот это я понимаю сервис. Командир в VIP-зоне.

Ади подняла взгляд, но голос её был тихим:

— Замолчи.

Джастин поднял руки:

— Всё-всё. Молчу.

Колин мельком глянул в зеркало, но ничего не сказал.

Ади опустила взгляд на Дамиана.Он спал крепко. Ровно дышал. И, кажется, впервые за долгое время — по-настоящему расслабился.Она осторожно провела пальцами по его волосам.И больше ничего не сказала.

***

Путь обратно прошёл почти без слов.Дамиан спал всю дорогу — тихо, глубоко. Колин вёл уверенно, не спеша. Джастин пару раз начинал шутить, но, заметив, что Ади просто сидит и смотрит вперёд, притих.Когда впереди показались знакомые очертания больницы, небо уже начинало темнеть. Закат был коротким — оранжевый свет быстро угасал, уступая серому и синему.Пикап въехал на территорию.

— Быстро разгружаемся, — сказал Колин, заглушая двигатель. — Скоро твари выйдут.

В его голосе не было паники. Только факт.

Двери хлопнули почти одновременно. Джастин и Колин сразу пошли к кузову. В воздухе уже чувствовалось изменение — тот самый момент, когда город будто затаивает дыхание перед ночью.

Сзади Дамиан всё ещё лежал головой у Ади на коленях. Когда машина остановилась — это его и разбудило.Он медленно вдохнул, чуть нахмурился. Открыл глаза.Первое, что он увидел — ткань её одежды. Потом — её лицо сверху, освещённое остатками закатного света.

Он замер.Пару секунд он не понимал, где находится. Не понимал, почему так спокойно. Почему тепло? Почему нет привычного напряжения?

Потом всё вернулось.

Машина. Больница. Вылазка.

И то, что его голова лежит у неё на коленях.

Он резко сел, отстранился. Лицо стало собранным, почти холодным:

— Приехали, — коротко сказал он, будто ничего не произошло.

Снаружи уже слышались шаги и приглушённые голоса.Он потянулся к двери, собираясь выйти, но на секунду задержался.
Повернул голову к ней.Взгляд был другой. Не мягкий — но и не прежний.

— Спасибо, Ади.

Первый раз. Он назвал её по имени.

Она не сразу отреагировала. Просто смотрела на него секунду дольше обычного.Он отвернулся, открыл дверь и вышел.И снова стал хмурым командиром.

Снаружи быстро темнело. Небо стало густо-синим, а за линией деревьев начинала собираться ночь — та самая, после которой улицы переставали быть просто пустыми.

— Быстро! — коротко бросил Колин, открывая кузов.

Джастин первым схватил коробку с консервами:

— Давайте-давайте, пока местные красавцы не вышли на вечернюю прогулку!

Дамиан уже был в режиме — никаких следов недавнего сна. Он поднял две тяжёлые сумки с медикаментами, будто вес вообще не ощущался.Ади подхватила одежду и часть продуктов. Не спорила, не тянула на себя лишнее — просто работала быстро.

Двери больницы распахнулись.Первыми выбежали Брюс и Брайан.

— Ну что там? — крикнул Брюс, подбегая.

И тут увидел коробки.

— Ох ты ж...

За ними появились Кэтрин, Дженни, Эшли, Алан. Даже Тео, опираясь на стену у входа, вышел посмотреть.

— Мы живые! — радостно объявил Джастин. — И с подарками!

Колин коротко кивнул:

— Не стоим. Быстро внутрь.

Все разом включились в работу.Коробки передавали из рук в руки. Воду — сразу внутрь. Консервы — аккуратно, чтобы не гремели. Алкоголь Джастин нёс лично, с таким видом, будто это стратегическое оружие.

— Аккуратно, — предупредил Дамиан.

— Я же не варвар, — ответил Джастин.

Кэтрин открыла сумку с медикаментами и ахнула:

— Господи... тут же почти всё.

Алан быстро осмотрел содержимое, глаза загорелись:

— Это серьёзно облегчит нам жизнь.

Дженни вытащила тёплый свитер:

— Это для меня?

— Примерь потом, — улыбнулась Ади.

Эшли перебирала вещи, будто не веря, что можно просто вот так держать новую одежду.

Даже Ноа осторожно выглянул из-за Одри, рассматривая коробки с едой.

Тео поймал взгляд Ади и чуть улыбнулся. Она коротко кивнула — всё хорошо.

Больница на несколько минут ожила. Люди двигались быстрее, чем обычно. В голосах появилась лёгкость. Даже усталость не чувствовалась так сильно.

Когда последние коробки занесли внутрь и дверь плотно закрыли, снаружи уже начинали раздаваться далёкие, знакомые звуки — первые хрипы ночных заражённых.

Но внутри было тепло.

Пол коридора был завален. Люди переглядывались, улыбались. Кто-то уже обсуждал ужин. Кто-то планировал, как распределить запасы.

Джастин хлопнул Дамиана по плечу:

— Видишь? Я же говорил, что вы ахуеете.

Дамиан посмотрел на разложенные коробки, на ожившие лица.И коротко кивнул:

— Хорошая работа.

Это было больше, чем просто похвала.

***

Прошёл примерно час после разгрузки.

Запасы аккуратно разложили. Еду — в одну комнату, медикаменты — в бывший процедурный кабинет, одежду — стопками у стены. Люди выдохнули. Кто-то уже поел, кто-то просто сел и закрыл глаза.В палате стало светлее — зажгли лампу, ту самую, что починил Джастин.И именно тогда он встал посреди комнаты с видом человека, который сейчас совершит исторический шаг:

— Господа выжившие, — объявил он торжественно, — Предлагаю отметить тот факт, что мы всё ещё живы.

Из-за спины он достал бутылку виски. Потом поставил на стол пару бутылок вина.

— По чуть-чуть, — добавил он, глядя на Дамиана. — Честное слово.

Кэтрин улыбнулась первой:

— Думаю... мы это заслужили.

Брюс хмыкнул:

— Один вечер без паники — уже повод.

Колин посмотрел на Дамиана. Тот молчал секунду, оценивая.Потом коротко кивнул:

— По чуть-чуть.

Это было разрешение.

Джастин просиял.

Сначала всё действительно было спокойно.
Налили немного в кружки, в металлические стаканы, кто во что. Вино передали женщинам, виски — Брюсу и Колину. Даже Алан сделал маленький глоток.Разговоры стали громче. Смех — чаще.Ади сначала сидела спокойно. Потом Джастин подсел к ней ближе, протянул кружку:

— За вылазку.

— За то, что ты не обоссался в машине, — парировала она.

— Это была стратегическая остановка.

Они чокнулись.

Через полчаса стало шумнее.

Джастин уже рассказывал историю о том, как однажды перепутал манекен с заражённым и три минуты крался к нему, готовый стрелять.
Ади смеялась так, что запрокидывала голову. Это был настоящий, громкий смех. Который редко кто-либо слышал.

— Ты серьёзно? — вытирала она слёзы. — Три минуты?!

— Я был молод и неопытен!

— Это же было год назад!

— Детали!

Он вскочил, начал изображать, как крался по магазину, как «манекен» на него «смотрел». Даже Брюс улыбался.Ади не отставала. Она встала рядом, начала пародировать Дамиана:

— "Без самодеятельности. Связь каждые двадцать минут."

Голос низкий, серьёзный.

Комната взорвалась смехом.

Дамиан сидел чуть в стороне. Стакан был в руке, но он почти не пил.Он наблюдал.Этим двоим действительно было легко вместе.Они перебрасывались фразами без пауз. Не спорили — играли. Подкалывали друг друга, но без злости. Смех рождался быстро и свободно.Ади выглядела иначе рядом с Джастином. Мягче,живее, свободнее. И это почему-то цепляло.Он говорил себе, что это абсолютно нормально.Что с его братом всегда и всем весело.Что это хорошо для их группы.Но взгляд всё равно задерживался.

Тео это заметил.Он сидел рядом с Дженни. Она тихо рассказывала ему что-то про найденные комнаты в северном крыле. Он слушал, но краем глаза видел Дамиана.Видел, как тот смотрит.Тео медленно покачал головой. Почти незаметно.Потом повернулся к Дженни и продолжил разговор, будто ничего не происходит, но он всё понимал.

В комнате стало громче.Джастин уже кружился, заставляя Ади повторять его «боевую походку». Она толкнула его в плечо, он сделал вид, что падает.

Вскоре Брайан тихо поднялся.Он делал это не в первый раз. Поэтому никто не удивился.

— Пойду проверю территорию, — бросил он спокойно.

Брюс кивнул:

— Давай. Уже темно.

Дверь за ним закрылась. Коридор встретил тишиной. Смех из палаты постепенно стихал за поворотом.Брайан шёл привычным маршрутом — вдоль первого этажа, к чёрному входу, мимо лестницы. Проверил замки.Прислушался. Снаружи уже слышались редкие хрипы — ночные заражённые начинали движение.Он спустился ниже.В подвале было темно и сыро. Воздух тяжёлый.Он прошёл к дальнему углу, где за старым металлическим шкафом, под треснувшей плиткой, была спрятана рация.Он отодвинул плиту, достал устройство.Руки дрогнули и он нажал кнопку.

Шипение.

Потом голос.

— Говори.

Голос был низкий. Равнодушный.

Брайан сглотнул:

— Вылазка прошла успешно.

Пауза.

— Подробнее.

Он опёрся спиной о холодную стену:

—  Из нашей группы ездили четверо. Дамиан, Колин, Джастин, и....девчонка.

На том конце раздался тихий смешок:

— Она тоже была?

— Да.

— Активничала?

— Да.

Он сжал челюсть:

— Они нашли почти нетронутый торговый центр. Запасов много привезли. У всех отличное настроение.

Шуршание. Будто кто-то передавал информацию дальше.

Другой голос подключился. Грубее.

— Девчонка с ними часто ходит на вылазки?

— Почти.

— Держится рядом с командиром?

Брайан замялся:

— Да.

Короткая пауза.

— Наш босс уже не может дождаться встречи с ней.

Сказано было спокойно. Без шутки.Но в этих словах было что-то липкое и грязное...

— Сказал, что очень хочет увидеть её поближе, — добавил голос.

Брайан закрыл глаза на секунду:

— Когда? — спросил он.

— Не торопись. Еще не время.

— Хорошо..

— Главное не разочаровывай нас.

Тишина на секунду.Потом снова тот же голос, уже тише:

— Ты все правильно делаешь, Брайан. Хочешь лучшей жизни для себя и своей жены.

Слова звучали почти ласково.

— Просто будь хорошей крысой.

Щёлк.

Связь оборвалась.

В подвале снова стало тихо.

Только капала вода где-то в темноте.

Брайан стоял, не двигаясь.Слова "босс не может дождаться встречи" крутились в голове.Он знал, что это значит.И всё равно снова спрятал рацию.Потом медленно поднялся наверх — к свету, к смеху, к людям, которые считали его своим.

***

Ночь опустилась быстро.

После вина разговоры стали тише. Кто-то смеялся ещё пару минут, потом один за другим начали расходиться по матрасам. Лампу приглушили. В коридорах снова стало слышно только эхо шагов и далёкие хрипы с улицы.К полуночи большинство уже спало.

Дамиан не лёг.Как и обычно, когда день получался слишком насыщенным, слишком шумным внутри.Он поднялся по лестнице на крышу. Воздух там был холоднее и чище.

Внизу, за пределами территории больницы, редкие силуэты заражённых двигались между деревьями.Он сел на край, упёрся локтями в колени.Сегодня было слишком много всего.

Грейстоун.
Её руки на его шее.
Сон в машине.
То, как она смеялась с Джастином.
И то, как он впервые назвал её по имени.

Он провёл рукой по лицу.Нужно было разложить всё по полкам.Отделить эмоции от фактов.Он уже почти провалился в мысли, когда услышал шаги за спиной.

Тихие и осторожные.

Он не обернулся сразу:

— Если это ты, Джастин, — сказал он сухо, — То вали спать.

— Не угадал, командир.

Он обернулся.Ади стояла у выхода на крышу. Щёки чуть красные — то ли от холода, то ли от вина. В руках — сложенная худи.

Та самая.С волком.

Она подошла ближе, протянула её ему:

— Просто холодно уже, — сказала она немного неловко. — Вот я и подумала...

Он смотрел на неё секунду, а потом взял худи:

— Спасибо.

Он накинул её через голову. Ткань была мягкой, тёплой. Рукава легли по рукам, словно и правда были выбраны под него.

Она села рядом. Не слишком близко, но и не на расстоянии.Некоторое время они молчали.Ветер тронул край её волос.Она глубоко вдохнула:

— Слушай... — начала она тише. — Я на самом деле хотела извиниться.

Он повернул голову.Она не смотрела на него. Взгляд был опущен вниз, на свои ладони:

— За тот случай... когда я упомянула твою маму.

Тишина стала плотнее.

— Я не умею красиво говорить, — продолжила она, чуть сжав пальцы. — Но я действительно была не права.

Она выдохнула:

— Это было...очень низко. Я тогда злилась на тебя. И сказала то, что не должна была.

Пауза.

— Прости меня.

Последнее слово прозвучало почти шёпотом.

Она не поднимала глаз, не оправдывалась, не спорила.Просто сидела рядом — с опущенным взглядом и прямой спиной.И ждала его ответа.

Дамиан долго не отвечал.Ветер шевелил край худи.Он смотрел вперёд, не на неё:

— Ты всегда бьёшь туда, где больнее всего, — сказал он наконец спокойно. — У тебя явно талант.

Он сказал это не резко. И не обвинял ее. Просто как факт.

Она чуть сжалась, но не перебила.

— Но... — он выдохнул. — Ты права в одном.

Пауза.

— Я и правда не всё отпустил.

Он повернул голову к ней:

—  Но это не твоя ответственность.

Тишина.

—  Так что извинения приняты, — добавил он тихо.

Она медленно подняла взгляд. Не улыбнулась, а просто кивнула.

Они ещё сидели молча буквально пару минут, когда Дамиан неожиданно нарушил тишину:

— Тебе нравится Джастин?

Вопрос прозвучал спокойно и почти буднично.Но в этой ровности было слишком много внимания.Ади сначала не ответила.Она моргнула, будто не сразу поняла, о чём он:

— В смысле? — переспросила она.

Он не отвёл взгляда:

— Ты поняла, о чём я.

Пауза.

Она медленно выдохнула, посмотрела вперёд, на тёмный двор больницы:

— Да, — сказала она спокойно.

Он чуть напрягся, но ничего не сказал.

— Но не в том смысле, в каком ты думаешь, — добавила она.

Тишина стала мягче.

— Джастин... — она на секунду улыбнулась уголком губ. — Он как солнце.

Дамиан едва заметно прищурился:

— Солнце?

— Да, — кивнула она. — С ним тепло и легко. Он не давит на меня, не смотрит так, будто я должна быть идеальной. С ним можно говорить глупости, смеяться, не держать лицо.

Она опустила руки на колени:

— Это редкость. Когда есть человек, который не осуждает, который не читает нотации. Который не пытается тебя переделать.

В её голосе не было влюблённости.
Было спокойствие.

— Рядом с ним я могу быть... просто собой, — добавила она тихо.

Дамиан слушал, не перебивая.Она чуть повернулась к нему.

— Это не про "нравится" в этом смысле. Это про доверие и комфорт.

Пауза.

— Он как тёплый свет. Даже когда вокруг темно и холодно.

Несколько секунд они молчали.Потом она посмотрела на него внимательнее.

— А ты...

Он поднял бровь.

— Ты не солнце.

Он хмыкнул:

— Спасибо.

Она посмотрела на него внимательнее:

— Ты — как огонь.

Он чуть нахмурился:

— Серьёзно?

— Да, — спокойно кивнула она. — Не тот, который уютно потрескивает в камине.

Пауза.

— А тот, к которому страшно подходить слишком близко.

Он молчал.

— Ты можешь согреть, — продолжила она тихо. — Но можешь и обжечь. И люди это чувствуют. Поэтому иногда держат дистанцию.

Ветер чуть сильнее тронул край его худи.

— Огонь не просит, чтобы к нему подходили, — добавила она. — Он просто есть. И каждый сам решает — держаться подальше или рискнуть.

Он смотрел на неё внимательно:

— А ты? — спросил он спокойно. — Что бы ты сделала?

Она выдержала его взгляд несколько секунд:

— Я не боюсь огня, — ответила она тихо. — Я просто не хочу, чтобы он сжигал всё вокруг себя.

Пауза.

— И не хочу, чтобы он сгорел сам.

После этого она отвела взгляд первой.

Ночь вокруг стала тише.