Командир
Ади проснулась не от крика, не от шороха за дверью и не от боли ― а от тихих утренних звуков.Голоса на кухне были приглушёнными, спокойными. Кто-то что-то ставил на стол, кто-то перемешивал воду в металлической кружке.Шаги скрипели по старому полу, но размеренно.Она моргнула, медленно приподнялась на локтях.Первым делом её рука потянулась к винтовке ― привычный жест, сформированный годами страха. Но тут же она вспомнила, где находится.
И сразу повернулась к столу, где лежал Тео.
Он не спал.Он смотрел на неё.И, чёрт бы его побрал, улыбался.Улыбка была слабая, чуть кривоватая от боли... но такая настоящая, что на миг выбила её из равновесия.
Ади нахмурилась:
— Ты чего лыбишься так?,— голос вышел хриплым, ещё сонным, но в нём сквозило искреннее недоумение.
Тео тихо фыркнул, глядя на неё почти хитро, несмотря на боль и слабость:
— Да вот... думаю, — сказал он тихо. — Мы переночевали тут. И... до сих пор живы,—он вздохнул, глядя на потолок.— Они, походу, нормальные.
Ади хмыкнула:
— Время покажет.
Она отвернулась на секунду, поправляя волосы, пытаясь скрыть мелькнувшую эмоцию ― облегчение.Но Тео не дал ей уйти внутрь себя, как обычно.Он посмотрел на неё серьёзнее, чем минуту назад.
— Ади...
Она подняла на него глаза.
— Дай им шанс.
Эти слова прозвучали особенно тяжело.Он никогда просто так их не говорил.Он знал, что она не доверяет никому.Он знал, почему, и всё же сказал.Ади молчала пару секунд, рассматривая брата: его бледное лицо, перевязанную ногу, тепло в глазах, которое она не видела у него давно.Она вздохнула, отводя взгляд:
— Посмотрим... — тихо сказала она.
Дверь тихо скрипнула — так мягко, будто входящий заранее знал, что внутри спят.
Первым вошёл Алан.Он улыбался — не широко, но так, что в комнате сразу стало легче дышать.У него была та редкая улыбка, которая говорит: всё под контролем.От его присутствия будто становилось теплее, спокойнее, увереннее. Он двигался мягко, не создавая лишнего шума — настоящий врач, привыкший работать среди хаоса и боли.
— Доброе утро, — сказал он тихим тоном, который не резал уши после тревожной ночи.— Как у нас тут?
Тео на столе пошевелился, выпрямляясь чуть выше.Алан сразу подошёл, профессионально, без колебаний.Он откинул одеяло, посмотрел на ногу, осторожно коснулся бинтов.
— Отлично держится. Нет новой крови, отёк чуть спал. Температура нормальная, — он взглянул на Тео внимательно— Молодец, держишься. Но не геройствуй — несколько дней минимум без нагрузки.
Тео только хмыкнул:
— Я и не собирался.
Ади наблюдала внимательно, но впервые не с настороженностью, а с чем-то похожим на признание:этот мужчина знает своё дело.
Алан посмотрел на неё и кивнул:
— Не волнуйся, он в порядке. Теперь точно выкарабкается.
У Ади будто отпустило горло.
Совсем чуть-чуть.
И вот за Аланом вошёл второй.
Дамиан.
Он заполнил собой дверной проём — высокий, хмурый, собранный.Сразу другой человек, другой воздух, другой характер.
Если Алан приносил тепло,то Дамиан приносил холод.Он оглядел комнату быстро: Ади — на ногах, Тео — жив, Лия — в углу, всё спокойно.И только потом заговорил.
— Раз вы уже проснулись... — его голос был глубоким и строгим, явно привыкшим, что его слушают. — И раз вы пока остаётесь...
Он посмотрел на Ади прямо.Без обходных, без попыток смягчить сказанное:
— Я тут главный.
Пауза.
— И я покажу тебе, как у нас всё устроено.
Сказал это так, будто отдаёт приказ.
Коротко, жёстко, чётко.
Ади даже не успела подумать — отреагировала автоматически.Она скривила губы, издала низким голосом его же интонацию:
— Я тут главный...
Передразнила его настолько точно, что Джастин, услышав это из кухни, наверняка бы рухнул от смеха.Дамиан нахмурился ещё сильнее.
Ади внутренне хмыкнула про себя:
Да ты серьёзнее грозы, мужик.Он был сексуальный — что уж там скрывать.
Высокий, крепкий, мышцы читаются даже под плотной тканью футболки.Челюсть сильная, скулы резкие.Глаза — тёмные, внимательные, как у хищника.
Да, это был мужчина, который мог бы свести с ума любую женщину.
Но не её.
Она любит солнце, а не грозовые тучи.
Любит добрые улыбки, а не хмурые приказы.
Любит тех, кто умеет смеяться, а не ходит с видом, будто несёт на спине весь мир.И уж точно — она не собиралась сближаться с этой тучкой.Ещё и начальник нашёлся...
Она подняла бровь:
— Ну давай, командир, — сказала она спокойно, но с насмешкой. — Показывай.
Дамиан не стал тянуть время.Он жестом указал Ади следовать за ним — коротким, уверенным, таким, каким пользовались люди, привыкшие вести.Она встала, оглянулась на Тео ещё раз, убедилась, что тот дышит ровно, и пошла за Дамианом.Лия — осталась с Одри и девочками.Алан пообещал присматривать.
Ади шла чуть позади, но не потому что уступала — а потому что осматривала всё вокруг, фиксируя каждую деталь.
Они вышли во двор — воздух был прохладный, свежий, с запахом влажной травы и древесины.Солнце пробивалось сквозь облака, делая весь двор мрачным, но живым.Дамиан начал говорить, как человек, который повторял это уже сотни раз:
— Территория небольшая, но надёжно укреплена.
Он показал рукой на ржавую сетку-рабицу по периметру.
— Ограда двойная. Внешняя — чтобы отсечь мелких заражённых. Внутренняя — чтобы задержать тех, кто посмелее.
Ади провела взглядом по жестяным листам, приколоченным к сетке.По проволоке, натянутой в два ряда.По консервным банкам, которые звенели от лёгкого ветра.
— Ловушки, — уточнила она.
— Да. Если кто-то пройдёт — мы услышим.
Он повёл её дальше:
— Там крыша, — указал на неполностью восстановленную часть. — Вчера чинили ее и почти закончили.
— Свалились надеюсь ? — спросила Ади, бросив взгляд сбоку.
— Почти. — уголок его рта дрогнул едва заметно.
Она скривила губы:хозяин, защитник, герой — всё в одном пакете. Фу.
Дальше:
— Там сад.
Он показал небольшой участок с грядками:
— Картошка, морковь, капуста. То, что может расти без особых условий. Эшли и Дженни за этим смотрят.
Ади присела, потрогала землю:
— Тяжёлая... давно не удобряли.
— Удобрять нечем, — ответил Дамиан. — Но растёт.
Он показал ещё два деревянных ящика, накрытых сеткой:
— Травы. Эшли сушит на веранде. Иногда варим для настоя, иногда лечим..
— Практично, — кивнула Ади.
Она заметила на дереве возле забора грубые зарубки:
— Что это?
— Метки дальности. — Дамиан подошёл ближе. — Чтобы знать, где на земле слабый участок.
Ади кивнула.Он действительно думает наперёд. Умный, хмурый, тяжелый мужик — смесь полезная. Но всё равно тучка.
Он открыл дверь и провёл её внутрь:
— Кухню ты уже видела. Там чаще всего готовят Дженни, Кэтрин и Эшли.
Прошли чуть дальше.
— Это гостиная. Здесь мы едим, обсуждаем планы, иногда спим, если слишком шумно снаружи.
Ади оглядела помещение.Старые поддоны, покрытые одеялами.Куча инструментов в углу.Стол, который видел лучшее время лет двадцать назад.Несколько гвоздей в стене, на которых висели куртки.
Но главное — было ощущение жизни.
Не роскоши, не комфорта.
А именно жизни.
Дамиан проверил взглядом окна — привычно.Он делал это всякий раз, проходя мимо.
Ади уловила это.
Значит, никогда не расслабляется... как и она.
— Спальни наверху, но их мало. — он посмотрел на неё.
Ади фыркнула:
— Я уже спала внизу, и на полу, и под столом.Так что это не проблема
На секунду он посмотрел на неё... слишком внимательно, но ничего не сказал.
Они остановились у лестницы.Дом был тихим, только с кухни слышались голоса девочек и стук кружек.Ади сложила руки на груди и посмотрела на Дамиана снизу вверх.
— Ну что ж...
Она чуть издала вздох — и серьёзный, и смешливый одновременно:
— Это всё очень интересно, полезно, удобно...
Пауза.
Она подняла бровь:
— Но где бы я могла помыться???
И замолчала, глядя прямо ему в глаза.
Дамиан пару секунд вообще не понял, что она сказала.Его лицо осталось каменным, но в глазах мелькнуло: стоп... что?Он собирался продолжить свою «экскурсию», но она нагло перебила его вопросом про душ.И теперь он просто смотрел на неё, будто она только что нарушила священный ритуал тишины.
Он моргнул.
Один раз.
Медленно.
— ...Что? — переспросил он, нахмурившись ещё сильнее. — Ты серьёзно перебила меня ради этого?
Ади скрестила руки и качнула головой, будто он сказал очевидную вещь:
— Да. А что?
Он втянул носом воздух, как человек, который пытается удержать себя от того, чтобы не сказать что-то слишком резкое:
— Ты даже не выслушала правила дома, — произнёс он строго, чуть резче, чем хотел. — Обычно новенькие сначала...
Но она не дала ему договорить.Перекинула локон с лица, встала ровно перед ним и начала чеканить слова, будто сама их установила:
— Первое: по ночам не шуметь. Второе: никому не выходить за ворота без разрешения. Третье: делим воду, еду и работу. Четвёртое: все встают на дозоры по очереди. Пятое: не привлекаем заражённых.
Она перечисляла спокойно, уверенно, даже
насмешливо.Будто слышала это тысячу раз.Будто правила не он ей объясняет, а она ему.
Дамиан стоял перед ней, а у него действительно...дрогнул глаз.Самый настоящий нервный тик.Эта маленькая, дерзкая...наглая...бесстрашная девчонка, которая вчера чуть не убила его взглядом...
сейчас ещё и учит его, взрослого мужика, правилам его собственного дома!
И её ухмылка...та самая, в которой было и "ну давай, скажи ещё что-нибудь", и "я делаю это специально", действительно начинала садиться ему на нервы.
Он резко выдохнул:
— Ты всегда такая?.. — сквозь зубы выдал он.
Ади широко развела руками:
— Я? Какая? Логичная? Практичная? Крутая?
Он чуть не подавился словами.А она продолжила, уже наклоняясь чуть вперёд — вызывающе, но без злобы:
— Так где я могу помыться?
Потом ткнула пальцем себе в грудь:
— Если ты не заметил, я девушка.
Палец в сторону его груди:
— Это вы, парни, можете ходить как дикари — не мыться, не бриться, вонять, как после пожара...но если честно, это мерзковато.
Она откровенно фыркнула:
— А вот я люблю чистоту.
Подняла подбородок:
— Так что, командир... показывай.
Она сказала это так уверенно, будто он у неё подчинённый.
И Дамиан...на секунду утратил дар речи.Он смотрел на неё, как на редкое природное явление:землетрясение с характером.Глаза у нее чуть прищурены, челюсть сжата.
И в глубине взгляда — не ярость, не обида...а вызов.
Дамиан ещё пару секунд смотрел на неё так, будто пытается решить: то ли послать, то ли проигнорировать, то ли просто закопать где-нибудь в огороде.Но потом выдохнул, резко развернулся и бросил через плечо:
— Ладно, колючка. Пошли.
Ади довольно хлопнула в ладоши, как ребёнок, которому наконец разрешили сладкое:
— Вот это разговор, командир.
Она бодро пошла за ним, будто это он просил её о помощи, а не наоборот.
Он вывел её на задний двор, где ветер колыхал сушащиеся травы, а земля была утоптана до твёрдой корки:
— Вот, — сказал он коротко, указывая на большую металлическую бочку, подставку из брёвен и чёрный шланг, соединённый с дождевым сборником на крыше. — Воду набираем отсюда. Греем, если нужно.
Ади осматривалась внимательно, оценивая конструкцию.
— Солнце подогревает, когда погода нормальная, — продолжил Дамиан. — Эшли следит, чтобы фильтры не засорялись. Воду экономим. Обтираемся быстро, без шума.
Он остановился, сложив руки на груди.
Глядя так, будто сейчас попросит расписаться кровью, что она не потратила весь запас.
Ади кивала.Спокойно и понимающе.А потом:
— Я, конечно, всё понимаю... — сказала она с лёгкой насмешкой. — Но помыться я могу и сама. Без вашего инструктажа.
Дамиан закатил глаза.Настолько заметно, что она чуть не рассмеялась.
— Подожди минуту, — буркнул он.
Он развернулся и ушёл в дом.Тяжёлые шаги по полу. Удивленный голос Кэтрин, потом шорох одежды.Через пару минут Дамиан вышел обратно на улицу.В руках — сложенное полотенце и аккуратно свернутый комплект женской одежды:серая футболка, штаны, даже чистые носки.
Ади подняла бровь.Он протянул вещи молча.
Она взяла их, кивнув — даже без шутки:
— Спасибо.
Пауза.
Секунда нормальности между двумя очень ненормальными людьми.
А потом она снова стала собой.Уперла руки в бока, посмотрела прямо на него — уверенно, нагло, как будто это она хозяйка базы:
— А теперь можешь идти.
Он застыл на мгновение.Как будто его ударили по самолюбию чем-то тяжёлым.
Поджал губы, выдохнул.И медленно, с тяжёлым шагом, пошёл прочь.Не сказав ни слова.И если бы Ади увидела его лицо в этот момент, она бы заметила,как у него снова дёрнулся глаз.
Ади дождалась, пока шаги Дамиана полностью затихнут.Убедилась, что он действительно ушёл, а не стоит за углом, делая вид, будто не подглядывает.
Усмехнулась про себя — Да уж, командир, ага,— и вздохнула глубоко, освобождаясь от тяжести последних суток.
Вокруг было пусто.Ветер ерошил волосы, тени от листьев качались по земле.Дом стоял метрах в десяти — у окна мелькали силуэты, но никто не выходил.Ади оглянулась ещё раз и быстро начала снимать одежду.
Она работала руками уверенно, без лишних движений:скинула ремень с ножом, стянула грязную футболку, штаны, бельё.Быстро, хладнокровно, так, как человек, которому нечего стесняться, но есть что скрывать от опасности.На коже — следы грязи, пыли, крови.Синяки от вчерашнего боя.Шрамы — длинные, короткие, старые, свежие.История всех лет, прожитых в аду.Но она даже не посмотрела на них.
Ади смочила волосы, провела руками по коже — быстро, но тщательно.Шум воды был тихим, но отчётливым, и она нервно косилась по сторонам каждые несколько секунд.
Привычка.От которой не избавиться никогда.
Она намылилась куском мыла, которое нашла на краю бочки, смыла пену.Промыла лицо, шею, руки, спину, ноги.Работала сосредоточенно, будто выполняла боевую задачу.
Через минуту — ещё взгляд по сторонам.
Тишина.
Никто не идёт.
Никто не смотрит.
Она закончила.
Схватила полотенце — вытерлась энергично, растирая кожу до тепла.Новый комплект одежды, который дал Дамиан, оказался на удивление удобным: мягкая серая футболка,
плотные штаны, которые хорошо сидели,
чистые носки — предмет роскоши в этом мире.
Она натянула одежду, провела ладонями по волосам, заплетая их на бегу, и застегнула ремень с ножом.И только тогда позволила себе короткий, долгий выдох:
— Вот так... наконец-то.
Ощущение чистой кожи, чистой одежды — почти забытая роскошь.Она закрыла глаза на секунду, отдышавшись, чувствуя, как городская грязь и кровь наконец смыта хотя бы с тела.Но в голове мысль осталась:
Не расслабляйся. В спокойствии всегда прячется опасность.
Она прошла к двери быстрым шагом — лёгким, уверенным, почти бесшумным.
Остановилась на пороге, ещё раз встряхнула волосы, будто стряхивая остатки усталости.
Ади вошла в дом так, будто и не уходила — уверенно, тихо, с привычным взглядом, который первым делом проверяет все углы.
Внутри уже чувствовался запах еды: картошка, какие-то травы, чуть подгоревший хлеб.Все суетились вокруг стола.Кэтрин раскладывала миски.Эшли аккуратно ставила кружки.Дженни вытаскивала кастрюлю.Даже Брюс стоял рядом, проверял окна, но краем глаза следил за движением в кухне.А Джастин, конечно, заметил Ади первым.Он повернулся, расплылся в широкой ухмылке и вскинул руки:
— О, красотка вернулась!
Ади даже не напряглась.Просто подняла руку...и показала ему средний палец.
Без тени смущения.
Джастин схватился за сердце:
— Да она со мной флиртует!
— Джастин, закрой рот, — хором сказали Дженни и Брайан.
Колин едва заметно усмехнулся.Ади только подмигнула — насмешливо, будто подтверждая слова Джастина ровно настолько, чтобы ещё сильнее его сбить с толку.Она присела к столу, взяла пустую миску, начала накладывать еду.Её движения были быстрыми, точными — человек, привыкший есть на бегу.Колин стоял у стены, скрестив руки.Он был наблюдателен — слишком наблюдателен.И когда Ади устроилась и чуть расслабилась, он спрашивает так, будто между делом:
— Так... что у вас вчера конкретно случилось?
Тишина слегка сгустилась.Ади подняла взгляд, встретилась с ним глазами — прямыми, холодноватыми, без попыток скрыть правду.
— Жнецы, — сказала она спокойно. — Мы с Тео два дня назад спасли Лию от них. Они держали её с другими девчонками. Двух убили...
Лия, сидящая рядом, опустила взгляд, сжала руки.
А Ади продолжила:
— И вчера утром они выследили нас. Троих я положила.
Слова прозвучали ровно.
Без хвастовства.
Без сожаления.
Как констатация факта.
Но в комнате стало тише.
Дамиан развернулся к Колину резко — как будто услышал тревожный сигнал:
— Ты понимаешь, что это значит?
Колин кивнул, скулы зажались:
— Понимаю.
Он посмотрел на всех, затем на Дамиана:
— Скоро остальные из их банды будут в этом поселке.
Тишина, которая повисла после слов Колина, была почти осязаемой — как плотный туман.
Каждый в доме понимал: Жнецы — не те, кто забудут трёх убитых.
Они придут.
Обязательно.
И придут не втроём.
Дамиан выдохнул, сел за стол, опёрся локтями.Его взгляд стал тяжёлым, будто он уже просчитывал варианты исхода — и почти все из них были плохими.Колин стоял справа, руки скрещены, лицо каменное.Брюс подошёл ближе.У него был тот же взгляд, что у людей, переживших слишком много войн — ни грамма паники, только холодная оценка ситуации.Кэтрин с Эшли прижали Лию к себе.Одри держала Ноа на руках — мальчик всё ещё чувствовал тревогу взрослых.Ади сидела чуть поодаль, но явно слушала каждое слово.Джастин первым нарушил молчание:
— Ну... в общем... мы в жопе.
— Спасибо, Джастин, — проворчал Дамиан. — Очень помогло.
Джастин пожал плечами:
— Просто озвучил атмосферу.
Колин перевёл разговор в русло серьёзности:
— Жнецы не простят им потери. Они придут сюда. И придут не ради добычи — а ради мести. У них есть машины, оружие, люди...
Брюс коротко добавил:
— У нас женщины, ребёнок, раненый. Дом — не крепость.И одна граната — и от этой стены останутся лишь щепки.
Дженни сжала кулаки — страх в глазах, но она держалась.Эшли тихо сказала:
— Мы не можем остаться здесь... да?
Дамиан потер лицо ладонью.
— Нет. Оставаться здесь нельзя. Это самоубийство.
Одри спросила тихо, почти шёпотом:
— Но куда нам идти? Куда? Мы же всё вокруг знаем... и нигде нет безопасного места.
Никто не ответил.Потому что это была правда.Потому что в Хартвелле безопасных мест нет.
Дамиан посмотрел на карту, лежащую на стене — старую, потрескавшуюся.Пальцем провёл по югу, по промышленным зонам, по мостам, по вымершим кварталам.Но там — лишь руины.Он вздохнул:
— Нам нужно место, куда банды редко заходят. Куда заражённые не ломятся толпами.С крепкими стенами, и возможностью обороняться.
— Такого места нет, — сказал Колин. — Или было... когда-то.
И тут в разговор вмешалась Ади.Она подняла голову от миски, постучала ложкой по краю — так, будто требовала внимания:
— Есть одно, — сказала она спокойно.
Все разом повернулись к ней.
— На юге.
Она провела пальцем по грубой карте на стене:
— Большая, старая больница. С двумя корпусами.
Тео, лежащий за стеной, услышал её голос и хрипло сказал из комнаты:
— Она... принадлежала нашему отцу. Он был главным врачом там.
Ади продолжила:
— Мы туда... давно не ходили. Очень давно.
Она вздохнула:
— Может, она разрушена.
Пожала плечами:
— Может, занята бандой, а может, кишит заражёнными.
Джастин добавил:
— Отличное рекламное описание. Я уже хочу туда.
Ади проигнорировала:
— Но если она стоит...
Она посмотрела на Дамиана прямо, уверенно:
— Там толстые стены, хорошая структура. Есть где укрыться. Там есть переходы между корпусами. Так же внизу есть генераторная, и она огромная.
Комната притихла.Это было первое реальное предложение.Опасное — но реальное.
Дамиан сжал кулак.Потом медленно сказал:
— Значит... вариантов больше нет.
Он посмотрел на каждого:
— Мы проверим больницу.
И никто не возразил.Ади встала из-за стола, подошла к карте ближе и провела пальцем по серому пятну на юге, будто заново прокладывая путь, который давно уже стёрся из памяти:
— На машине... — она прищурилась, вспоминая. — Если дороги не перекрыты и если объезжать завалы... часа три.
Она подняла взгляд:
— И это при условии, что нас никто не заметит.
Джастин вздохнул:
— Нас всегда кто-нибудь замечает. Мы будто живые маяки.
Он ткнул себя в грудь:
— Особенно я. Я же сияю.
Колин фыркнул.Дамиан же смотрел серьёзно — на карту, на Ади, на дверь, за которой лежал раненый Тео.Он понимал: времени нет.
Брюс заговорил первым:
— Разведка нужна немедленно. Мы не сможем эвакуировать всех, не зная, что ждёт там.
Тишина.
Всем ясно: выбора нет.
И тут встал вопрос — кто поедет.
Колин говорил спокойно, но твёрдо:
— Я могу поехать.
Дамиан покачал головой:
— Ты нужен здесь. Если они нас накроют — ты держишь оборону.
Колин хотел возразить, но закрыл рот. Он знал, что это правда.
Джастин поднял руку, будто в школе:
— Я еду. Понятно же.
Дженни шикнула:
— Конечно. Ты же не можешь упустить шанс вляпаться в проблемы.
— Должен же кто-то поддерживать брата, — смиренно пожал плечами Джастин.
Он попытался улыбнуться, но по глазам было видно: он боится, но всё равно поедет.
Тогда Дамиан посмотрел на Ади.Она поняла этот взгляд без слов:
— Да, — сказала она. — Я еду. Я знаю дорогу.
Брюс нахмурился:
— Девчонку в разведку? Она же только что..
Ади вскинула бровь:
— Девчонку?
И ухмыльнулась так, что даже Брюс на секунду потерял уверенность.
— Брюс, если тебе важно уточнение: я убила троих вооружённых психов вчера за двадцать секунд. Сможешь повторить?
Брюс молча отвернулся.Джастин прыснул от смеха.Дамиан же сказал просто:
— Она едет. И выезжаем прямо сейчас.
Все замолчали.
— Сейчас? — переспросила Эшли тихо. — Даже не переждёте полдень?
— Нет, — ответил Дамиан. — У нас мало времени.
Ади коротко кивнула:
— Поехали.
Ади сунула в рюкзак несколько магазинов к винтовке, нож, бинты, флягу с водой и кусок сухого хлеба.Движения резкие, уверенные.
Она проверила ремни на наплечной кобуре, накинула куртку, ещё раз подтянула ремень — будто собиралась на охоту на льва, а не на разведку.
Джастин шарил по столу, хватая всё подряд:
пару энергетических батончиков,фонарик,
карту,старую зажигалку,отвёртку (на всякий случай, хотя сам не знал — для чего именно).
Он подмигнул Эшли, та покачала головой — но на её лице мелькнула усталая улыбка.
Дамиан собирался быстрее всех.Он:зарядил винтовку,проверил запасной магазин,затянул ремни на бронежилете,взял нож на бедро,бросил в карман рацию.И только после всего этого обвёл взглядом всю комнату — людей, которые на него смотрели.Дом замер.Даже Ноа перестал дёргать пальцами край свитера.Дамиан сказал низко, твёрдо:
— Мы вернёмся через пять — шесть часов.
Он перевёл взгляд на Колина:
— Собирайтесь быстро. Если...
Колин поднял ладонь, перебивая:
— Давай без «если».
Он усмехнулся уголком губ, но глаза оставались холодными.
— Просто вернитесь.
Джастин не удержался:
— Мы вернёмся. Ну, я точно. За этих двоих не ручаюсь.
Дженни ударила его по плечу:
— Замолчи.
Ади фыркнула.Перед уходом она всё-таки вернулась в комнату, где лежал Тео.Он уже сидел, опираясь на локти, бледный, но бодрствующий.Глаза — внимательные, тревожные.Ади подошла ближе, наклонилась и села рядом.Тео тихо сказал:
— Ты уходишь.
— Да, — коротко ответила она.
Он смотрел на неё так, будто пытается запомнить каждую черту.Она улыбнулась — едва заметно, но тепло:
— Держись, бро.
Положила руку ему на плечо:
— И не смей тут умирать, пока меня нет. Понял?
Тео усмехнулся:
— Понял, малышка.
Она легонько стукнула его по плечу, чтобы скрыть, как внутри всё сжалось.
Когда Ади вышла, Дамиан уже стоял у двери — серьёзный, собранный, словно готовый к самому худшему.Джастин возле пикапа махнул ей:
— Ну что, богиня, поехали?
Она закатила глаза, но уголок губ дрогнул.
Дамиан открыл ворота, бросил через плечо:
— Всем быть наготове.
Он посмотрел на Колина:
— Ты за главного.
Колин кивнул:
— Возвращайтесь живыми.
Двери хлопнули.Трое вышли за ограду.Пикап завёлся — тихо, натужно.И, оставляя за собой шлейф пыли, уехал в сторону юга, где их ждала больница...и то, что осталось от старой жизни Ади.