Советики
Дамиан уже раскрыл рот — он собирался выдать всё.Всё, что кипело внутри с ночи.
Высказать, что она дерзкая малолетняя идиотка, что не понимает границ, что режет словами так же остро, как ножом, что он не обязан терпеть её наплевательское отношение.Он уже втягивал воздух в грудь, уже делал шаг вперёд — когда дверь резко скрипнула.Ади вошла, как будто ничего не случилось.Чуть уставшая, с влажными прядями волос, щеки тронуты холодом утра. Она даже не пыталась выглядеть виноватой или объясняться — просто переступила порог и оглядела всех, слегка приподняв бровь:
— Чего вы все такие напряжённые? — спросила она совершенно обычным тоном, будто не понимала, что только что сорвала предынфаркт у половины комнаты.
Реакция была мгновенной: Дженни замерла с кружкой в руках, даже не заметив, как пролила каплю.Эшли прижала ладони к груди — как будто увидела призрака.Ноа спрятался за Одри.Кэтрин уселась обратно, как будто ноги отказали.Колин даже моргнул пару раз, чего он почти не делал.Брюс тихо выдохнул, будто ругнулся беззвучно. Алан облегчённо улыбнулся — жива,здорова.Тео почти вскочил, хотя нога не позволяла — лицо мгновенно стало мягче:
— Где ты была?! — выдохнул он.
Ади протянула руку, как будто пытаясь успокоить истеричного щенка:
— Тео, спокойно... я просто была на пробежке.
Тишина.
Наступила такая пауза, будто кто-то выключил звук во всём помещении.
Ади сделала пару шагов вперёд, пинком поправила валявшийся рядом ботинок, будто ей вообще всё происходящее чуждо.
На Дамиана она даже не посмотрела.
А он...замер.
Его глаза резко сузились.Он смотрел на неё, как на человека, который дёрнул гранату и оставил ему в руки кольцо.Челюсть сжалась так, что хрустнула.А она — будто не замечала.Не смотрела на него вовсе.Прошла мимо, даже плечом слегка задев стену, но не его.Как будто он был пустым местом.Будто не она вчера расковыряла мужчине пятилетнюю рану.Будто не она заставила его сорваться ночью на крыше.Будто не она не перевернула его душу наизнанку одним предложением.
Села на край стола, вытянула ноги, начала поправлять шнурки:
— Ну что? Завтрак кто-нибудь делал? — бросила она, не поднимая глаз.
И этой фразой она окончательно подорвала и без того шаткое утреннее равновесие.
Колин первым выдохнул, будто вернулся слух:
— Ади... не делай так больше, — голос у него был спокойный, но твёрдый, такой, от которого обычно слушаются даже дети.
Она вскинула взгляд, приподняла бровь:
— Чего именно не делать? Не дышать? Не жить? Не вставать раньше всех?
— Исчезать, — отчеканил он.— В этом мире... — он мотнул головой, — Мы не можем позволить себе терять людей.
Кэтрин мягко добавила:
— Родная, мы просто волновались. После всего, что пережили...нам нужно держаться вместе.
Одри кивнула, прижимая Ноа к себе:
— Мы думали, тебя схватили, или того хуже.
Брюс хмыкнул, почесав щёку:
— Любой человек, ушедший без предупреждения — это повод для поиска трупа.
Джастин махнул рукой, как будто пытался разрядить атмосферу:
— Да, богиня, мы уже успели отрепетировать траурную речь.
Он покосился на Тео:
— Твой брат уже готов был идти на войну.
Тео бросил на него угрожающий взгляд, но больше не вмешивался — он хотел услышать ответ именно от сестры.
Ади вздохнула, будто ей пришлось признать, что да, может, она слегка перегнула.Потом подняла ладонь и сделала короткий точный жест — как солдаты поднимают руку на «поняла».
— Хорошо.
Спокойно и ровно.
— Буду предупреждать.
Пауза.
— Или хотя бы оставлять записку.
Несколько человек тихо рассмеялись от облегчения.Эшли улыбнулась впервые за утро.Дженни выдохнула, будто отпустила камень с груди.Тео откинулся назад, закрыв глаза — напряжение на лице растворилось.
Но Ади почувствовала ещё один взгляд.Он всё это время стоял, опершись плечом о стену, молча наблюдая.Не вмешивался, не комментировал, не осуждал.Но и не смягчал взгляд.Он не сказал ни слова.Но когда Ади бросила короткий взгляд в его сторону —быстрый, почти незаметный — он всё ещё смотрел на неё так, будто пытался понять, кто она на самом деле: тот человек,который доведёт всех до инфаркта своей беспечностью......или та,кто однажды спасёт им жизнь,потому что не боится идти туда, куда другие не решатся.
Спустя пару часов больница уже гудела шагами:кто-то укреплял двери,кто-то проверял кабинеты,кто-то рассматривал окна и пути отхода.Все разбрелись по коридорам — осторожно, но уже не так напряжённо, как утром.Только двое остались в палате: Дамиан и Тео.
Тео сидел на матрасе, прислонённый к стене, перебирая бинты на ноге.Дамиан стоял у окна, проверяя затвор винтовки — скорее для того, чтобы занять руки, чем по необходимости.Первым нарушил тишину Тео:
— Ты повздорил с моей сестрой.
Дамиан даже не повернул голову:
— С чего ты взял?
Тео фыркнул, будто услышал очень плохую ложь:
— С того, что ты смотришь на неё так, словно мечтаешь придушить, — он хмыкнул.—Причём голыми руками.
Дамиан наконец повернул голову, бросив короткий взгляд.Уголок губ дрогнул — едва заметная, усталая усмешка:
— У тебя просто богатая фантазия.
— Не настолько, — спокойно ответил Тео, — он поправил повязку, поморщившись от боли.— Я не знаю, что именно между вами произошло, — его голос стал мягче, почти братским,— Но я знаю свою сестру, и знаю ее очень хорошо.
Дамиан приподнял бровь, но молчал.
Тео продолжил:
— Она наверняка наговорила тебе гадостей.Она часто так делает.
Он вздохнул, будто объяснял поведение упрямой собаки:
— Но не принимай это близко к сердцу. Ладно?
Молчание повисло в воздухе.
— Ади не всегда понимает, как говорить и общаться с людьми, — Тео сказал тише. — Она такой была всегда. Резкой. Упрямой. Часто говорит прямо, не задумываясь, как это выглядит со стороны. А после того, как мы всё потеряли... она просто закрылась. Стала холоднее. Она путает честность с напором. Считает, что лучше атаковать первой — даже если это всего лишь слова. Так ей кажется безопаснее.
Дамиан сжал челюсть, взгляд снова ушёл в окно.Тео замолчал, но потом добавил тише:
— Просто не суди её слишком строго. Она правда не такая какой ты ее видишь.
И впервые за разговор Дамиан ответил — коротко, но честно:
— Я знаю.
Тео тихо рассмеялся — не громко, а устало, будто вспоминая десятки таких же ситуаций.
— И ещё, — продолжил он, — Мой тебе совет... не указывай ей. И, ради всего святого, не пытайся её контролировать.
Он поднял взгляд на Дамиана — серьёзный, почти предупреждающий:
— Она никогда и никому не подчиняется.Никогда.
Дамиан чуть наклонил голову, но промолчал.
— Иногда слушает меня, — признал Тео, — Но это... редкость.
Он криво усмехнулся:
— Она любит свободу.
Он посмотрел в точку где-то в полу, словно видя в памяти собственную сестру:
— И ещё любит, когда с ней считаются. Когда спрашивают её мнение, а не ставят перед фактом.
Он сделал паузу.
— Если начнёшь давить — она укусит.Если попытаешься ей командовать — пошлёт.Если попытаешься ограничить... — он криво улыбнулся, — ...она сломает стены и уйдёт через окно. Буквально.
Комната на секунду стала тише.Дамиан стоял у окна — ровный, неподвижный, как выточенный из камня.Но внутри у него всё шевельнулось.Он хотел бы фыркнуть. Сказать что-то вроде:
"Да я и не собирался её контролировать, не нужно мне это".
Но вместо этого внутри пронеслось другое:
Считаться?
Свобода?
Не давить?
Это звучало... непривычно и раздражало.
Потому что с другими ему было просто:он давал приказ — его выполняли.Он говорил «нужно» — и это принимали как закон.А вот эта девчонка...ломала его привычный порядок так же легко, как двери в больнице.
Дамиан медленно выдохнул, глядя в стекло, где отражались его глаза — спокойные, но с тревожным оттенком, которого он сам не ожидал.
— Значит... к ней нужен особый подход, — сказал он наконец, сухо.
Тео хмыкнул, но ответа не последовало.А Дамиан неожиданно для себя отметил:
"Сложная. Упрямая. Интересная."
Он сразу оборвал эту мысль. Сейчас не время цепляться за людей — в этом мире привязанности слишком дорого стоят. Любая слабость рано или поздно оборачивается потерей.
Дверь в палату тихо скрипнула, и внутрь осторожно заглянула Дженни:
— О чём болтаете? — спросила она, заходя внутрь с лёгкой улыбкой.— Мы там... пару трупов нашли в северном крыле. Жутко, конечно... до сих пор не могу привыкнуть.
Она лишь поёжилась, но почти сразу её взгляд сам собой нашёл Тео и задержался на нём — дольше, чем было нужно.Тео поднял глаза и мягко улыбнулся в ответ. В этой улыбке было то редкое тепло, которое он обычно оставлял только для Ади.Дженни смутилась мгновенно: щёки вспыхнули, глаза опустились, а пальцы начали теребить ткань рукава, будто ей нужно было за что-то уцепиться.
Дамиан наблюдал за этим сбоку...и внутренне охреневал.Серьёзно? Только этого ему и не хватало.Его младшая сестра смотрит на раненого незнакомца так, будто он герой романтического романа?Он почувствовал, как в его душе начинает подниматься новая головная боль.
"Не хватало ещё, чтобы она влюбилась.
Господи."
Но вслух он, конечно, ничего не сказал.
Просто крепче сжал челюсть.
А Тео тем временем, будто ничего не заметив, улыбнулся ещё шире:
— А чем вы там вообще занимались? И... где моя несносная сестра?
Дженни моргнула, поняв, что смотрит слишком явно, и быстро перевела взгляд на Дамиана:
— Мы укрепляли двери и окна, искали, что можно использовать в быту.
Она замялась, потом добавила:
— Она с Джастином пошла прогуляться по району.
Повисла пауза.
Дамиан медленно поднял голову:
— В смысле...прогуляться по району????
Голос был спокойным... но это был тот тон, который обычно предшествует буре.Тео сразу поднял ладонь:
— Эй, командир...
Он хмыкнул:
— Не забывай мои советы.
Дамиан втянул носом воздух, будто сдерживая длинный список претензий:
— Я помню.
— Вот и правильно, — спокойно сказал Тео.
— Она же с Джастином. Всё нормально.
Дамиан покосился в сторону двери и скривился так, что это даже не скрывалось:
— Вот именно. Она с Джастином.
Он развёл руками:
— Я, конечно, люблю своего брата... но он ещё тот...
Он не успел договорить, но по выражению лица было понятно продолжение:
«Да, он славный парень... но мозг у него иногда уходит в отпуск.»
«Да, он смелый... но и влетает в неприятности быстрее, чем я моргаю.»
«И если уж кому-то придёт в голову устроить хаос — это будет он.»
В общем — идеальный спутник для Ади.
А значит — кошмар для самого Дамиана.
***
Они шли уже почти два часа.Район вокруг больницы оказался пугающе спокойным —
слишком спокойным для Хартвелла.Ни шагов, ни стонов, ни скрежета металла.
Только ветер, который иногда шевелил сухие кусты, и далёкий скрип вывески на полуразвалившемся магазине.Ади шла первой, винтовка на ремне, шаг лёгкий, почти пружинящий.Джастин — рядом, руки в карманах куртки, иногда оглядывался, но без той напряжённости, которая обычно висела на людях, живущих в этом мире.
— Мне это не нравится, — сказал он, оглядывая пустую улицу. — Когда слишком тихо, я начинаю искать подвох.
— Ты просто не умеешь наслаждаться моментом, — ответила Ади. — Иногда тишина — это просто тишина.
— Или затишье перед тем, как нас сожрут, — пожал плечами он.
Она фыркнула:
— Оптимист.
Они свернули между домами. Небольшие одноэтажные постройки, обвалившиеся крыши, брошенные велосипеды у заборов.
Джастин рассказывал какую-то историю про то, как однажды перепутал шум ветра с заражённым и чуть не выстрелил в собственную тень.Ади смеялась — искренне, легко, без напряжения.И вдруг она поймала себя на мысли, что ей давно не было так спокойно рядом с кем-то.Она замедлила шаг:
— Знаешь... — сказала она, глядя вперёд, — С тобой мне легко.
Джастин удивлённо посмотрел на неё:
— В смысле? Я обычно всех раздражаю.
— Вот именно, — усмехнулась она. — Ты хотя бы не пытаешься быть главным, не давишь на меня и не смотришь так, как будто я сейчас делаю что-то неправильно.
Он хмыкнул:
— Это потому что я сам постоянно делаю что-то неправильно. Не имею морального права судить.
Она на секунду замолчала, потом добавила тише:
— Мне с тобой проще общаться... чем с твоим братом.
Джастин сначала ничего не ответил.Он шёл пару шагов молча, потом усмехнулся — не обидно, не колко, а как-то по-человечески.
— Знаешь... — сказал он, глядя себе под ноги, — это нормально.
Ади повернула голову:
— Что именно?
— То, что с ним сложно.
Он пожал плечами:
— С Дамом вообще всем сложно. Даже нам.
Она хмыкнула:
— Успокаивает.
— Он не плохой, — добавил Джастин быстро, будто боялся, что его неправильно поймут. — Просто... сломанный.
Пауза.
— И упёртый — как бетонная плита с чувством долга.
— Я заметила, — сухо ответила Ади.
Он бросил на неё короткий взгляд и чуть улыбнулся:
— Но знаешь, что смешно? Ты — ровно тот тип людей, который его больше всего бесит.
— О, спасибо, — фыркнула она. — Комплимент года.
— Нет, правда, — он даже остановился на секунду. — Ты не слушаешься, не прогибаешься, не делаешь вид, что он всегда прав.
Он махнул рукой:
— Обычно либо боятся его, либо подстраиваются. А ты — нет.
Ади шла дальше, но уголки губ дрогнули:
— Я не для этого выживала, чтобы теперь под кого-то подстраиваться.
— Вот именно, — кивнул Джастин. — И именно поэтому ты его раздражаешь.
Он усмехнулся шире:
— И именно поэтому... ты ему не безразлична.
Она резко остановилась:
— Не начинай, — сказала она спокойно, но твёрдо.
— Я и не начинаю, — поднял он руки. — Просто констатирую факт.Он смотрит на тебя так, как смотрят на проблему, которую невозможно игнорировать.
Ади несколько секунд молчала, потом пожала плечами:
— Его проблемы — не мои.
— Справедливо, — согласился Джастин.— Но если вдруг он будет вести себя как законченный придурок...
Он повернулся к ней с кривой улыбкой:
— Я на твоей стороне. По умолчанию.
Она посмотрела на него — внимательно, оценивающе:
— Ты вообще всегда такой?
— Какой? — притворно удивился он.
— Нормальный, — сказала она. — Без попыток командовать, без скрытых ожиданий.
Он хмыкнул:
— Это потому что я не строю планов дальше следующего дня. Очень освобождает.
Она тихо рассмеялась и они пошли дальше плечом к плечу.
И где-то далеко, в больнице, один хмурый командир даже не подозревал, что его брат только что стал для Ади тем редким человеком, рядом с которым не нужно держать защиту.
***
В больнице день тянулся медленно.Дамиан стоял у окна уже давно — настолько, что сам перестал замечать, сколько времени прошло.Он смотрел не в окно, а через него: на серый двор, на дорогу, уходящую между деревьями, туда, откуда должны были вернуться Ади и Джастин.Каждый шорох за стенами заставлял его напрягаться.Каждую тень он принимал за движение.И чем дольше их не было, тем сильнее внутри скручивалось раздражение, тревога и злость — на них, на себя, на весь этот проклятый мир.
Чёрт возьми...
Почему он вообще переживает?
Он сжал подоконник так, что побелели костяшки пальцев.
Минута.
Ещё одна.
Ничего.
— К чёрту, — выдохнул он сквозь зубы.
Резко развернулся, вышел из палаты и хлопнул дверью так, что по коридору прокатилось гулкое эхо.
Дженни, стоявшая у стены с бутылкой воды, вздрогнула:
— Эй... — она растерянно оглянулась. — Чего это с ним?
Ответа не последовало.
Дверь уже закрылась.
В палате повисла странная тишина.
Остались только Дженни и Тео.
Тео наблюдал за дверью пару секунд, потом перевёл взгляд на неё и тихо усмехнулся:
— Похоже, командиру не нравится, когда что-то идёт не по плану.
Он откинулся на подушки, аккуратно вытянув ногу, и на секунду прикрыл глаза.Дженни осталась стоять посреди комнаты, не зная, куда деть руки. Потом всё-таки подошла ближе и села на край стола:
— Он просто... — она запнулась, подбирая слова. — Он всегда так реагирует, когда переживает.— Злится, хлопает дверями, делает вид, что ему всё равно.
Тео приоткрыл глаза и посмотрел на неё.
— Но ему не всё равно, — спокойно сказал он. — Это видно.
Она кивнула.
Несколько секунд они молчали.
— Как нога? — спросила Дженни, чтобы заполнить паузу.
— Терпимо, — ответил он. — Болит, но... я был уверен, что будет хуже.
— Алан хороший врач, — сказала она с уверенностью. — Он многих вытаскивал.
— Верю, — Тео слегка улыбнулся. — Видно, что он из тех, кто не сдаётся.
Дженни улыбнулась в ответ — почти незаметно.Он вдруг опёрся руками о край матраса, собираясь приподняться.
— Эй, — она сразу вскочила. — Не надо резко, ты же...
— Я просто хочу сесть, — мягко перебил он. — Чувствую себя бесполезным, лёжа всё время.
Он попробовал перенести вес — и тут же тихо выдохнул сквозь зубы.Дженни не раздумывала.Подошла ближе, подставила плечо, обхватила его за спину.
— Давай. Медленно.
Он опёрся на неё, осторожно, будто боялся причинить неудобство:
— Спасибо, — сказал он тихо.
— Не за что, — ответила она так же тихо.
На секунду они оказались слишком близко.Настолько, что Дженни почувствовала его дыхание, а он — тепло её плеча.Она чуть отстранилась первой, смущённо отводя взгляд:
— Если что — зови, ладно? — добавила она. — Не геройствуй.
— Постараюсь, — усмехнулся Тео.
И в комнате снова стало тихо.
***